36

Прежде чем Эмили вышла за дверь, Синди схватила девушку за руку:

— Подожди. Ты можешь дать мне свой номер? — спросила она тихо, избегая смотреть ей в глаза.

Девушка на секунду замерла, удивлённо вскинув брови. Она ожидала угроз или приказа, но не этого. Синди казалась ей такой отстранённой и погружённой в свои мысли, что Эмили думала та вообще не помнит о её существовании.

— Зачем он тебе? — спросила девушка, — тем более телефон у меня отобрали при похищении вместе со всеми вещами.

Синди пожала плечами, нервно улыбнувшись.

— Ну, мало ли. Пусть будет на всякий случай, — пробормотала она.

— Ладно, — сказала Эмили, сбитая с толку.

Она продиктовала номер, стараясь скрыть волнение в голосе — вдруг это шанс на помощь?

Синди быстро вбила цифры в телефон.

Она даже самой себе не могла объяснить почему эта мысль так внезапно пришла ей в голову.

Интуиция?

Или просто предчувствие беды?

А может, из-за вины перед братом, чья девушка сейчас в руках Аарона.

Слова «на всякий случай» прозвучали глупо даже для нее самой.

Но теперь этот номер был у нее, и от этого становилось немного спокойнее, хотя причину этого спокойствия она объяснить не могла.

Она посмотрела на Эмили.

— Удачи тебе там. Надеюсь, всё закончится хорошо.

Эмили грустно улыбнулась.

— Спасибо. Хоть я и сильно в этом сомневаюсь. Но удача мне точно не помешает.

С этими словами она вышла в коридор, где ждал Аарон. Он стоял у двери в безупречном костюме, подчёркивающем атлетическую фигуру. В его глазах мелькнуло восхищение при виде Эмили.

Не глядя на Синди, он сунул ей в руку маленький пакетик с белым порошком.

— Держи. Заслужила, — бросил он сухо и протянул руку Эмили.

Эмили задержалась на миг, бросив взгляд на Синди. В глазах той читалась тревога, смешанная с грустью. Эмили поёжилась — что-то было не так, но времени разбираться не оставалось. Она, поколебавшись, вложила ладонь в руку мужчины.

Синди смотрела им вслед, сжимая пакетик. Пальцы сомкнулись, сминая его. Ярость кипела внутри: как он мог так легко игнорировать её, после всего что было?

Она переступила через себя, ради него, а он даже не посмотрел в её сторону.

Ревность и обида разрывали сердце — он уходил с девушкой её собственного брата оставив её снова одну.

Резко развернувшись, Синди направилась в свою комнату, хлопнув дверью так, что задребезжали стекла в окнах. Она бросилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку, чтобы сдержать рвущиеся наружу рыдания. Ярость и обида душили ее, словно змеи, обвившиеся вокруг горла.

Мысли кружились, цеплялись друг за друга, рвали в клочья.

«Он говорил, что любит. Он обещал, что после… после всего… мы будем вместе. А теперь ушел с ней. С той, кого он использует, чтобы сломать мою семью. А я… я помогла ему…»

Отвращение и презрение к себе заполнили ее. Она ненавидела Аарона за то, что он так с ней поступил, за то, что заставил ее чувствовать себя ничтожной и ненужной. Но еще больше она ненавидела себя за то, что позволила ему так с собой обращаться.

Ее пальцы все еще сжимали пакетик с порошком. Синди поднесла его к глазам, рассматривая сквозь слезы. Она высыпала его содержимое на тумбочку.

Белый порошок мерцал в свете настольной лампы, словно призрачный песок.

Она хотела забыться, уйти от реальности, где Аарон сейчас с другой.

Синди провела пальцем по дорожке порошка, собирая его в тонкую линию. Дыхание участилось, сердце забилось быстрее. Она знала, что это неправильно, что это не решит ее проблем, а лишь усугубит их.

Но сейчас, в этот момент, ей было все равно. Ей нужно было хоть что-то, чтобы заглушить боль, чтобы прекратить этот нескончаемый поток мыслей.

Она наклонилась и вдохнула порошок. Жжение в носу, привкус металла во рту. Мир вокруг начал слегка расплываться, звуки стали приглушенными.

Синди закрыла глаза, чувствуя, как по венам разливается долгожданная эйфория.

Она открыла глаза. Комната вращалась. Чувство оцепенения начало распространяться по всему телу.

На какое-то мгновение она почувствовала облегчение.

Боль притупилась, затаившись где-то внутри, чтоб потом обрушиться на неё с новой силой.

Но «потом» уже не имело значения.

Синди просто хотела, чтобы сейчас не было ничего.

Ни боли.

Ни вины.

Ни этого разрывающего её душу на части одиночества…

Пальцы сами собой потянулись к остаткам порошка.

Ещё одна линия.

Ещё один вдох.

И пусть всё закончится.