Глава 56

То, чего мы в ближайшей перспективе не планировали, получилось само собой.

Ну мы думали, конечно, что со временем будем жить вместе, но без какой-либо конкретики: когда, у кого, как. Обстоятельства все решили за нас. Лешка словно в воду смотрел. Макса уже на следующий день отпустили под подписку о невыезде.

Приехал Артем и вытянул из меня все внутренности. Допрос в полиции показался детской болтовней в песочнице. Впрочем, он сразу предупредил, что вопросы сейчас будет задавать как адвокат противной стороны, чтобы знать, какую выбрать стратегию и как строить тактику.

Когда они приходили с Аней, он показался мне вполне приятным парнем, эдаким раздолбаем с острым языком. Сейчас он был совсем другим — собранным, жестким, будто на десяток лет старше. И, если бы я попыталась определить одним словом, то, пожалуй, опасным.

Тогда в клубе я невольно сравнила его с красивым, грациозным хищником. И сейчас на первый план вышла именно опасность этого зверя. Хорошо, что не для меня. Но и расслабляться не стоило. Отвечать на его вопросы оказалось тем еще удовольствием. Лешка не зря предупреждал.

— Ну вот, Лера, примерно так тебя будет размазывать адвокат обвиняемого в суде, — подвел итоги Артем. — Это если грамотный адвокат. Если нет, то не так глубоко, но все равно в том направлении. Что это ты во всем виновата, а гражданин — жертва.

— И что? — уныло спросила я.

— Ничего, не ссы. Поц сядет. Вопрос в том, на сколько сядет и что потом. Но последнее уже не в моей компетенции. Не будет слишком большой наглостью попросить кофе? С утра проспал, теперь ломка.

Хорошо, что я успела разобраться, как фурычит Лешкина навороченная кофемашина.

— Два дабла в одну чашку, — попросил он. — Без сахара и прочей лабуды.

В шкафу нашлась открытая коробка конфет, которую я поставила на стол. Придирчиво изучив содержимое, Артем выбрал одну и… бросил в кофе.

Интересно! Такого я еще не видела.

— Скажи вот что. — Я отхлебнула своего чая, жестоко завидуя. Ничего, уже скоро и мне можно будет кофе. — Это, конечно, такой… дилетантский вопрос, но интересно. Вот ты адвокат по уголовке. Приходится защищать заведомо виновных. Ничего при этом не типает?

— Это действительно дилетантский вопрос. — Артем рассмеялся, но глаза остались холодными. Оказывается, и карие могут быть ледяными. — Аня тоже спрашивала. По правде, раньше меня это здорово бесило — когда его задавали. Теперь просто стараюсь доходчиво объяснить, потому что люди реально не вливаются. Вот смотри, сейчас у меня есть клиент. Застал жену с любовником и грохнул обоих. Четко на аффекте. Когда понял, что натворил, сам вызвал полицию. Я ему сказал так: дорогой товарищ, если надеешься отмазаться, то это не ко мне, я не по этой части. Моя задача — чтобы ты получил ровно столько, сколько тебе прописано по закону. Не пожизненное и не пятнашку, а потолок пять лет по своей статье. Все эмоции я на работе выключаю. Каким бы мерзким ни был клиент. Хотя свои… не люблю это выражение, оно всех уже задрало в пень, но максимально подходит… свои красные линии у меня тоже есть.

Он взял еще одну конфету и снова бросил в кружку. Поболтал, чтобы растаяла, сделал большой глоток. Я не торопила, ждала, когда продолжит.

— Например, я никогда не буду защищать убийцу ребенка. Или насильника. Да, бывают случаи, когда человека подставили, но это другое. Если доказано, то это без меня. В общем, Лера, я не вытаскиваю виновных. Моя задача — защитить невиновных, а виновных наказать соразмерно содеянному. Как-то так. Если кого-то не устраивает, пусть ищут другого адвоката.

Несмотря на эту жесткость, он был мне симпатичен. И Аня тоже. Я надеялась, что мы будем с ними поддерживать какие-то отношения, не только деловые.

Проснулась и захныкала Маруся, и я заметила на лице Артема то же выражение, что раньше поймала у Ани: то ли растерянность, то ли грусть. Кажется, у них и правда в этом плане какие-то проблемы.

Проводить его я вышла с Марусей на руках.

— Похожа на Лешку, — сказал Артем, погладив ее пальчики.

Тут уж растерялась я. Он не знает?

— Да знаю, что не его, — ответил он на незаданный вопрос. — Но все равно похожа. Даже не внешне, что-то другое. В общем, не знал бы, и сомнения не возникло бы, что его дочь.

Почему-то это было очень приятно. Аж в носу защипало.

Вечером Лешка пришел со здоровенным мужичиной лет сорока. Рост под два метра, перебитый нос, волчьи глаза и короткий ежик с проседью. Нехилые такие мышцы распирали серую толстовку.

— Лера, это Леонид, твой ангел-хранитель, — представил он гостя. — А это Валерия Сергеевна, ваша подопечная.

— Очень приятно, — сказал тот гулким басом. — Давайте определимся по взаимодействию.

Вместо этого я позвала их на кухню ужинать. Потому что понятия не имела, как мы будем взаимодействовать. Лешка его нанял, пусть он и определяет. Мой номер на данный момент шешнадцатый, я хоть и неохотно, но вынуждена была это признать.

По итогу получалось, что выходить за периметр я могу либо с Лешкой, либо с Леонидом. Даже чтобы вынести мусор. Впрочем, мусор выносить мне теперь не полагалось — не царское дело.

— Все свои передвижения доводишь накануне, — подбил резюме Лешка. — Если ехать, Леонид за тобой приезжает. Идти — идет с тобой. Что-то внезапное — звонишь ему. Он живет недалеко, подскочит. Это на буднях. В выходные будем решать отдельно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А кто он такой? — спросила я, когда Леонид ушел, сказав, что подъедет утром: мне надо было на экскурсию.

— Спецназовец на пенсии.

— На пенсии? — удивилась я.

— А что? Ему сорок два. Этот пенс десяток непенсов одной левой сложит в тетрис.

— А ревновать не будешь? Все-таки много времени придется с ним проводить.

— Чего? — фыркнул Лешка. — Лера, в меня это не прошито. Я либо верю, либо не верю. Все. Просто не давай повода не верить.

— Спасибо тебе…

Я закрыла глаза и уткнулась в его грудь. И снова стало уютно и спокойно.