17.2

Остаток дня я провела в лаборатории, размещая оборудование и подготавливаясь к работе. Извлекла из рюкзака склянки, захваченные из Подземья, тщательно пересчитала и просмотрела семена. Некоторые травы можно было сажать и ранней весной, но сначала нужна теплица. Однако рассадой самое время заняться уже сейчас.

Я вышла в коридор, осматривая свой новый дом. В нем имелась одна дверь, куда я так еще ни разу и не заглянула. Она находилась под лестницей на первом этаже. Распахнув ее, я нервно поежилась. Подвал.

Снизу пахнуло сыростью. Нужно взять фонарь.

Лю уже поужинала и давно легла спать. У меня же усталости не было ни в одном глазу. Найдя магический светильник, я вернулась к темному провалу подвала и занесла ногу на первую ступеньку лестницы.

«Ну что там может быть страшного, Дэйдрэ?» — спросила саму себя, делая шаг, а потом еще один. Но рассказы местных про привидение каким-то странным образом записались на подкорку, а тихий темный дом не способствовал уверенности в безопасности.

Деревяшка под моей ногой натужно скрипнула.

«Лишь бы не сломалась!» — пронеслось в голове.

Я очень надеялась найти в подвале что-нибудь похожее на кадки для рассады, возможно, какие-то хозяйственные емкости, в которых могла бы начать выращивать травку уже сейчас. Время не ждет, заказ Эрданэля висит на мне долгом, поэтому чем раньше начну, тем лучше.

Вторая ступенька не скрипнула, и я посчитала это хорошим знаком. Подняла фонарь над головой, давая ему осветить все пространство впереди меня. Почему-то в подвале было особенно темно и свет едва ли мог выхватить из тьмы ближайшие силуэты. В противоположной стене я заметила крохотное окно, через мутное стекло просачивался лунный свет.

— Ни орка не видно! — выругалась я, делая еще один осторожный шаг вниз. Мимо меня пронесся неприятный сгусток холодного воздуха. Я поежилась, ощутив, как по спине побежали испуганные мурашки, ноги заледенели, примерзнув к ступеньке. Интуиция подсказала мне: это был не просто сквозняк, а нечто гораздо более опасное. И по непонятной причине оно прошло мимо меня.

Лю!

Сжав ручку от фонаря, я метнулась к лестнице настолько быстро, насколько позволяли отнявшиеся от страха ноги. Сердце отбивало испуганную барабанную дробь, ладони вспотели. Когда я добралась до спальни, ругая ее расположение в самом конце коридора, молниеносно распахнула дверь и встала как вкопанная. Большое окно оказалось распахнутым, а возле кровати, где тихо посапывала девочка, стояла высокая широкоплечая темная фигура. Белые волосы гостя шевелил ветерок, ворвавшийся в открытое окно. Он повернулся ко мне, и я увидела знакомые красные глаза. Те, которые семь лет обожала, в правду которых наивно верила. И я совсем не ожидала их сейчас увидеть.

Твердые губы дроу были напряженно, даже зло, сжаты. Он замер, словно ожидая моей реакции.

Медленно мой взгляд с лица мужа переместился вниз. Я выцепила из темноты необычную одежду, походного типа, которую никогда прежде не носил Аркелан, предпочитая дроудишскую моду, состоящую из кожаных ремней, портупей и металла.

Его рука сжимала рукоять сабли, с которой капала густая, как смола, кровь.

— Дэйдрэ, — хрипло и тихо произнес Повелитель дроу. — Нельзя оставлять ребенка одного, когда по дому ходят голодные норги.

— Норги? — слабо переспросила я, чувствуя, как ко мне подкатывает истерика. Почему он здесь? Как нашел меня? И откуда в моем новом доме взялась тварь из самых глубин Подземья?

— Я насчитал трех. Плюс тот, кого я только что прикончил. Старый и опытный был, пошел за самой быстрой и доступной жертвой. Смотри. От него почти ничего не осталось, кроме выцветшей тени и чашки густой плазмы.

Под ногами мужа действительно находилось черное характерное пятно. Норги — страшные твари. Считалось, что они — квинтэссенция измученных душ дроу, тех, кого великая Ллос не спешила принимать к себе в паучье царство. Жили они в самых глубоких и темных пещерах, иногда поднимаясь выше в поиске жертв. Жрали все: миконидов, заблудившихся дроу. Мне ни разу не удалось нарваться на норга, наверное, из-за развитого природного чувства опасности.

Я проглотила комок в горле. Аркелан. Откуда?

— Что ты здесь делаешь? — хрипло спросила, боясь пошевелиться. Казалось, если я сейчас обогну его и пойду закрывать окно, непременно окажусь в капкане крепких рук. Слишком мне был знаком его голодный взгляд. Самое мерзкое, что тело мгновенно отреагировало. То ли от ощущения близкой опасности, то ли по причине моей развращенности, но где-то в глубине души я бы хотела, чтоб он прямо сейчас обнял меня. Несмотря на его измену.

Стоило вспомнить Тирсу и трясущиеся сиськи, когда Арк входил в эльфийку сзади, как наваждение исчезло. И я подняла вверх упрямый подбородок, встречая острый алый взгляд.

— Я пришел сказать тебе правду, Сейхо. Измены не было. Все, что ты видела — тщательный и продуманный план моей матери.

Голова закружилась, я начала быстро дышать. Сделала несколько неуверенных шагов назад. План? Мэйлиэн, конечно, была подлой эльфийкой, но зачем ей устраивать подобное?.. Я никогда не посягала на ее власть, старалась быть как можно тише и незаметнее. Чушь, полная чушь. Снова попятилась к двери.

— Дэйдрэ, не уходи! Я знаю, почему ты сбежала. Прости, — он как-то незаметно и плавно оказался рядом. Его лицо — напротив моего. Его запах, его дыхание. Твердые знакомые губы.

— Арк, — болезненно, как стон. Втянула носом воздух и отвернулась в сторону, чтоб не видеть его. — Я прекрасно помню то, что видела. Ты трахал Тирсу! А она громко стонала, извиваясь. Ты смотрел мне в глаза и продолжал делать это с ней. Так, словно я — мокрица, даже не человек. Хоть люди для дроу и не ушли далеко от них. Ты предложил мне присоединиться, Аркелан! Думаешь, я могу это простить?

Вышло громко, и маленькая Лю заворочалась в постели. Тогда я собрала всю волю в кулак, прошла мимо мужа и закрыла окно. Будет плохо, если неокрепшее здоровье девочки подвергнется испытанию из-за меня.

— Любимая, — меня обняли сзади. Ладони мужа сплелись на животе, мягко и нежно. — Я готов на все, чтоб вымолить твое прощение. Веришь? Скажи, чего ты хочешь, и я сделаю это. Пришел за тобой в земли людей, как Изгнанник, только бы найти тебя, только бы… ощутить родной запах. Дэйдрэ… Наши узы сильны.

Его нос зарылся в мои волосы, и он жадно задышал, как голодный зверь, почуявший свою цель.

— Хочешь, буду твоим рабом? Или, наоборот, хозяином. Только скажи, какого меня ты жаждешь, и я стану им! Мы так мало говорили…

Арк, которого я знала, суровый Повелитель дроу, редко проявлял нежность. Обычно он за пару прикосновений будил во мне страсть, и мягким ласкам уже не было места. Мы редко разговаривали или ели вместе, все больше занимаясь любовью. Такой порядок установился довольно быстро и продолжался на протяжении семи лет.

И теперь он здесь. Обнимает меня. И дышит так, словно не может надышаться.

Он сжал мои ладони, согревая. Что-то скользнуло по пальцу.

— Знаю, тебе будет сложно поверить в мою невиновность. Прошу только одного: не прогоняй. В этом доме остались норги, сейчас они спрятались, но новой ночью снова появятся. Не хочу оставлять тебя в опасности.

Ради Лю мне стоит согласиться. С подземными тварями не справится никто, кроме воина дроу.

— Хорошо. Но когда норги будут уничтожены, ты уйдешь, — я смахнула его руки со своего живота и направилась к двери. — У меня новая жизнь, Аркелан. Подальше от лживых дроу, темных пещер и мужа, которому нет до меня дела.

— Дэя… — это прозвучало опасно. Как мольба.

— Нет! — тихо, но твердо произнесла я. — Убей норгов и проваливай обратно в Подземье!

Аркелан вздохнул.

— Я не уйду, Дэйдрэ. Знаешь, почему, милая? Ты меня хочешь. Я слышу, как бьется твое сердце, и вижу, как краснеют щеки. Сейчас темно, но мне не нужно много света. Ты все еще жаждешь близости со мной. Я все знаю, маленькая скрытная Сейхо. Почему ты никогда ничего не рассказывала? Ни об операции, ни о бесконечных издевательствах моей сестры… зачем скрывала?..

Один шаг — и он прижимает меня к себе, а его губы находятся в каком-то сантиметре от моих. Небольшое движение вперед, и он может легко меня поцеловать. Напряжение разливается в воздухе, словно густой кисель. Его сердце стучит громко и быстро.

Шепотом, медленно и хрипло, он продолжает говорить, пока я стараюсь вырваться из медвежьей хватки дроу. Но это бесполезно. Совершенно бессмысленно. Равноценно попытке сломать железные оковы. Отвечать не хотелось. Какой толк сейчас ворошить прошлое? Как объяснить ему свои чувства? Я старалась выжить в чужой для себя среде и нашла свои способы. Молчать. Прятаться. Терпеть.

— Ты целовалась с Ландрэ.

Вздрогнула. Откуда он?..

— Он тебя опоил, мне известно. Однако так же хорошо я знаю, чье имя ты простонала, когда Изгнанник полез тебе под юбку.

Горячее дыхание. Так близко. И до боли знакомо. Я облизнула губы. Заметила, как к ним метнулся голодный взгляд дроу. Это возбуждало вопреки всякому здравому смыслу.

— Тебя целовал Эрданэль. Понимаю. Он серьезный соперник. И мог бы на самом деле тебе понравиться. Только он — не я, Дэйдрэ.

Слова мужа били метко, попадая точно в цель. Никто из мужчин не мог сравниться с Аркеланом. Когда-то я очень сильно его любила.

— Всего один шанс. Большего мне не нужно. Позволь просто быть с тобой.

Я шумно сглотнула. «Просто» — как это легко звучало из его уст. Взять и простить измену? Он с ума сошел? Быть со мной — это значит жить здесь, на Поверхности?

— А как же дроу? Твой народ. Титул…

Один шанс — это много или мало? Сейчас мне казалось, что один — огромная цифра. Размером с саму бесконечность.

— Я оставил Рандиэля вместо себя. И мы… покупаем Дар Лейны, твоей сестры.

Что он сказал? Во мне взметнулась злая волна.

Еще одна человечка окажется в Подземье и будет подвергаться общественному порицанию дроу? Снова будет в опасности? Я знала Рандиэля, он был хорошим мужчиной и наверняка понравится Лейне. Но… Я никому не могла пожелать того, что пережила там. Неужели такова цена моего побега?

— Отпусти меня, — очень зло и твердо произнесла я. — Если ты готов выполнять все, что я скажу, сделай это. Твоя близость мне противна.