Глава 18. Мужчина в доме

Три недели и два дня после побега Дэйдрэ

Аркелан

*

— Отпусти меня, — Сейхо в моих руках шипела змеей. — Если ты готов выполнять все, что я скажу, сделай это. Твоя близость мне противна.

Это было сродни резкой пощечине. Одуряюще больно. Отрезвляюще жестоко.

Я заслужил. Конечно, я все это заслужил. Сказал про сестру, и зачем только ляпнул? Но не сказать тоже было нельзя, она бы точно узнала про Лейну так или иначе.

И все ж я не ожидал такого сопротивления. После того как обнял ее, как ощутил знакомый запах… Тонкое тело в моих ладонях вздрогнуло. Луговые травы, свежесть горных вершин, терпкий сладкий мед… Оторвать себя от нее требовало по-настоящему орочьих усилий.

— Хорошо, — прохрипел я. Палец за пальцем. Сантиметр за сантиметром. Вот так, Аркелан. Ты обязательно справишься. Ты сможешь. Она сказала, что я должен выполнить ее просьбу, если хочу показать серьезность своих намерений.

Сделать шаг назад. Порадоваться, что сейчас темно и она не видит моего огромного стояка, неприлично натянувшего штаны. Тонкая кожа не могла его скрыть.

Повернулся к ней, заглядывая в глаза. Темнота позволяла мне чуть больше, чем ей. Глаза дроу видели многие подробности, которых не способны заметить люди при том же освещении. Ее ресницы подернулись влагой. Она была готова вот-вот разреветься. Моя маленькая мужественная женушка, вытерпевшая столько издевательств…

Я стал напоминанием о них.

— Так что ты скажешь, Сейхо?..

Прямой вопрос.

— Убей норгов и уходи, — сквозь слезы проговорила она. — Идем, здесь нельзя говорить, Люпина проснется.

Она отвернулась от меня и пошла в коридор. Мне осталось только проследовать за ней до лестницы и дальше. Почему в этом доме так темно?

— Норги не приходят в помещение, где умер кто-то из них, верно?

Умная жена. Кто из Повелительниц вообще знает про норгов?

— Так и есть, девочка теперь в безопасности. Но дом достаточно большой, ты не знаешь, когда и где нападет новый норг.

Дэйдрэ тяжело вздохнула, когда мы вышли в коридор.

— Мы здесь всего пару дней. В том крыле есть спальни. Выбери одну для себя. Порядок наведешь сам, мне некогда…

Мое сердце ликовало. Норги или другие твари — неважно. Главное, я могу быть рядом с ней хоть немного дольше.

— Я не один приехал, — воспользовался предлогом, лишь бы продлить контакт с Дэйдрэ, лишь бы она не отвернулась снова. Но понял, что опять сказал глупость.

— Тирсу с собой взял? — горько усмехнулась она. — Понятно.

— Нет! Все не так…

— Мне не нужны твои оправдания. Хоть десять Тирс с собой приволок, плевать! — она начала кричать, не сдерживаясь. Я впервые видел, чтоб моя жена злилась и кричала. Ее щеки покраснели, дыхание участилось, светлые волнистые волосы воинственно развевались в стороны, когда она жестикулировала. Это ревность? Вот такой милой ревнивицей она может быть? А какой еще? Так хотелось узнать...

— Да чтоб ты провалился и вернулся в свое Подземье, к мамашке своей сумасшедшей, к эльфам, которые всегда меня ненавидели!

— Стой, милая, стой… — произнес тихо, но она не слышала, продолжая нести чушь.

— Иди к своим эльфийкам, зачем нашел меня, зачем приперся?! Все же было хорошо, спокойно! Я купила дом, начала новую жизнь, у меня теперь есть ребе…

Единственное, что пришло мне в голову, чтоб остановить эту истерику, — поцелуй. Я притянул ее к себе и коснулся горячих пухлых губ. После холодной улицы и быстрой адреналиновой схватки с норгом они были сладкими. Нежными. Знакомыми.

И… абсолютно недвижимыми.

Отстранился. Она не ответила на мое импульсивное прикосновение. Даже не пыталась ответить. На миг я задумался: «Неужели я действительно ей противен?».

Из ее глаз стекали ручейки. Она смотрела куда-то сквозь меня. Ну вот! Я снова заставил свою Сейхо плакать.

— Милая. Нет… Никаких Тирс. Я уже сказал, ее не было. Никогда не было. Со мной конь. Черный жеребец. У тебя найдется одеяло его накрыть? Раздобыть бы овса, видел, что ничего похожего на хлев во дворе нет. Ночи еще холодные.

— К-конь? — переспросила жена.

Ее тонкие пальцы коснулись губ. Кончик языка прошелся по ним, заставив меня сглотнуть.

— Все верно, конь. Эрданэль мне его подарил. Этот эльф — та еще заноза в заднице. Сбагрил скотину и доволен.

Дэйдрэ оправила платье, фартук, вытерла слезы рукавом. Хлюпнула носом. Подняла на меня взгляд.

— Больше так не делай! Не лезь ко мне целоваться! Никогда!

— Ты кричала. Я растерялся. Раньше ты…

— Знаю! — прошипела Дэйдрэ. — Нужно укрыть лошадь, иначе простудится. Где-то в хозяйской спальне я видела много покрывал и прочего белья. Точно… фонарь, — она резко остановилась.

— Со мной тебе он не нужен. Идем. В конце коридора? Можно взять тебя за руку? Обещаю, приставать не буду.

— Да. В конце коридора. И — нет!

Она резко отдернула ладонь, когда я хотел ее взять.

— Тут достаточно света. Иди вперед, там есть шкаф со всяким. Еще не разбирала. Выбери что-нибудь подходящее.

— Ты ведь не забыла, что по дому ходят норги?

— Сегодня они больше не нападут.

— Верно…

И откуда она все знает? После смерти приятеля стая не нападет. По крайней мере не этой ночью.

Я выполнил команду жены, нашел какое-то потасканное одеяло. Оно было пыльным, но достаточно большим.

— Зачем ты пошла в подвал?

— Хотела найти кадки для рассады. Тазики, что угодно… — отозвалась она, глядя словно бы сквозь меня. Все же с этой темнотой нужно что-то придумать. Так недолго и получить травму. Люди такие хрупкие.

Да и… Дэйдрэ выглядела по-прежнему испуганной. Неудивительно. Норги пугают даже бывалых воинов дроу. Что уж говорить о маленькой хрупкой человечке. Пусть и очень смелой.

— Я схожу за фонарем, жди тут. А потом посмотрим на коня.

— Спасибо, — облегченно выдохнула она.