Глава 21. Изменения

Четыре недели и два дня после побега Дэйдрэ

Дэйдрэ

*

Обозначенная мною неделя подходила к концу, и я… не хотела, чтоб она заканчивалась. Аркелан продолжал помогать мне по хозяйству, обживаясь в моем доме все сильнее, так, словно строение полностью принадлежало ему.

После того случая с Ровом во мне будто бы что-то оттаяло. Обида, которая терзала почти месяц, немного утихла, уступая место очень осторожной надежде. А вдруг правда?..

Что, если Арк действительно не изменял мне?..

Когда эта мысль впервые промелькнула в голове, она показалась мне сущим абсурдом. Я же все видела! И стоны, и его, наслаждавшегося происходящим!

Но чем дольше муж находился рядом, присутствуя в моей жизни как неотъемлемый ее элемент, тем сильнее мне хотелось надеяться. Пусть и казалось это глупым самообманом. Та жуткая сцена с Тирсой периодически возникала в моем воображении, вызывая дикие приступы ревности, однако стоило взглянуть, как Аркелан работает в саду, мастерит забор и конюшню, эмоции стихали, смытые волной нежности и благодарности.

Ров ушел, но на следующий день, как и обещали, вернулись Михаль и Вуслик. Ребята восстановились после неудачного рабочего дня и застыли возле входа в дом, неловко топчась. Они заметили и моего мужа, работающего в саду. Переглянувшись, оба парня синхронно сглотнули. Понимаю. Вид внушительного дроу мог пугать.

Я уже знала, какие слухи ходят в деревне. Обиженный работник с разбитым лицом постарался на славу. А может, и сам пугающий образ Аркелана сыграл свою роль. Теперь для всех я жила в проклятом доме с Чудовищем. И не только жила, но и занималась сущим развратом сутки напролет. И если с первым я могла бы даже согласиться, то второе…

Стоило подумать, как я начинала жутко краснеть. Арк ухаживал за мной, подавал еду, помогал с бытовыми вопросами, мило общался с Люпиной, и, кажется, понравился девочке, — все это не добавляло мне стойкости, а только сильнее расшатывало изначальную позицию, казавшуюся когда-то нерушимой.

Поэтому появление мужчин на моем пороге, несмотря на грязные слухи, стало для меня приятным сюрпризом. Не все деревенские жители подвластны предрассудкам.

— Говорят, дроу у вас тут, — сказал Михаль, — вижу, не врут.

— Не врут, — спокойно ответила я, встречая гостей. — Он — хороший работник. Умелый.

Тут я ни капли не слукавила. Оказалось, мой муж талантлив не только как руководитель и воин, но и по хозяйственной части много чего умеет. Это стало для меня сюрпризом.

Вуслик принес Люпине вырезанную из дерева лошадку, и выглядела она почти как натуральная. У мужчины определенно имелся талант резчика, на что я ему и указала.

— Да что вы, госпожа, — смутился худенький молодой человек, краснея. — Может и умею чего мастерить, да токмо в деревне нашей это бестолковое занятие. Вот если бы как этот дроу мускулы иметь, тогда да. Хоть в подмастерье к кузнецу, хоть в казарму в Орнен пойти учиться. А когда природа на тебе отдохнула… — он взъерошил русые волосы, смущенно смотря в сторону.

— Для мускулов ешь мяса побольше и не забывай о тренировках, я покажу, — сказал Аркелан, ставший свидетелем нашего разговора. — Но если в голове пусто, то и они не помогут. Вот друг ваш ушел с разбитой щекой, вроде и сбитый паренек, и рукастый, но мозгов нет.

— Ров-то? — спросил Михаль. — Он и не друг нам. Всех девок перепортил. Как я слыхал, кого-то и силой брал, — помрачнел парень.

Когда Михаль произнес эти слова, по моей спине пробежал неприятный холодок. Я сама впустила в дом парня, который мог… Зажмурившись, выдохнула. Сложно представить, как бы я оборонялась от него, если бы рядом не было Аркелана.

Пора и мне было заняться работой, зелье Эрданэля будет готово, как только взойдут первые листочки в кадках. Для изначальной партии сойдут и такие, но в перспективе лучше подрастить капризные побеги и переселить их в теплицу.

— Дарк застоялся, используйте его для работы, — предложила мужчинам. — Пусть бревна помогает таскать или пни корчевать.

— Как скажешь, хозяйка! Только больно красивая животина, жалко ее для работы использовать.

— Ну да, красивый, — я посмотрела на Аркелана. — Но он мощный и получает довольствие, а значит, и работать должен.

Прозвучало двусмысленно. Губы мужа растянулись в улыбке. Какой-то слишком многообещающей.

Вспыхнув, я развернулась и отправилась в лабораторию, потеть над своими травками. Лучше эмоции свои перенести в работу, это будет всяко полезнее.

Спустя полчаса ко мне прибежала Люпина, которой наскучило играть с коняшкой.

— Дэя, расскажешь о травах? — любопытно хлопнула глазенками девочка. — Вот эта с синими резными листьями, что за травка? И почему она так съежилась.

— Это подземное растение, поэтому оно такого редкого цвета, — сообщила я, нежно улыбнувшись. — Травы Подземья часто имеют темные цвета. Я забирала его в спешке, только и успела, что засушить. Но и так оно полно полезных свойств. Его называют «Гамаммель Стыдливый» и используют как тонизирующее средство. Он помогает при больших умственных нагрузках и способен поддержать пациентов в вегетативном состоянии.

— А почему «Стыдливый»?..

— Его листья сворачиваются, если их неправильно потрогать. А потом могут вообще отвалиться и засохнуть.

— Очень интересно. Ты тоже «Стыдливая»?..

— С чего ты взяла?

— Аркелан как к тебе ни подойдет, так ты вся в комок сворачиваешься, — хихикнула Люпина.

— Знаешь, милая, ты с ним знакома всего два дня, а я…

— А ты?..

Ну и что ей ответить? Признаться в том, что дроу — мой муж? Но наши отношения слишком неопределенные, чтобы включать в них еще и ребенка.

— А я… хоть и знакома с ним дольше, но, кажется, совсем его не знала, — покачала головой.

Лю этот ответ удовлетворил, и она ткнула пальчиком в темную травку на столе.

— Это из него ты будешь делать мазь для кожи?

— Конечно, нет. Для эластичности кожи мы используем совсем другие травы, но помимо них еще и кремовую основу. Воск, жир и другие компоненты.

— Крутотень! — выдохнула девочка. — Вот бы тоже научиться мази делать! Расскажи мне все, что знаешь о растениях, пожалуйста!

Я нахмурилась. Точно…

— Дай-ка мне вон тот листок и перо с чернилами. Скажи, Люпина, ты раньше училась?..