69

Я сажусь в Машину, так получается, что я у кона, и Михаил у своего окна сидит, а посередине нас разместилась Масечка.

Моя девочка щебечет о своих детских делах, не унимается и в какой-то момент берет нас с Михаилом за руки.

Становится мостиком, связующим нас. В сердце щемит от понимания как много мы потеряли и как все могло быть, если бы наша жизнь не перевернулась.

Неожиданно для себя отрываю взгляд от крохотной ладошки дочки и смотрю на своего бывшего – нынешнего мужа. Он так же смотрит на меня, не мигает даже и на дне его глаз я читаю тоску.

Отворачиваюсь к окну, не могу я совладать с чувствами. Мы приезжаем в особняк Михаила достаточно быстро, и я удивляюсь тому, что вижу…

- Папа! Ты постлоил мне площадку?! – кричит Машенька и хлопает в ладошки, а я подвисаю, потому что Михаил действительно создал детский мини-парк аттракционов с качелями.

Отец с дочкой идут в сторону последних и Миша усаживает Масечку, начинает раскачивать, а я смотрю на них и понимаю, что не смогу запретить Воронову общение с дочерью. Никогда бы не смогла, даже если бы винила во всем произошедшем, ухмыляюсь собственным мыслям.

Запретить Воронову что-либо просто невозможно. Слишком много власти и возможностей у этого мужчины. И по большому счету, если бы он захотел, то затерял бы меня так, что не нашли бы, лишил родительских прав, отнял бы дочь… если бы мой бывший муж был монстром…

Но чем больше я смотрю на отца с дочкой, тем сильнее вижу их сходство, а еще радость в глазах обоих…

Любит он Машеньку, а моя девочка всем сердцем потянулась к отцу. Я не знаю как на все это реагировать и как унять чувства, поэтому поворачиваюсь и иду в дом. Благо я додумалась прихватить свой новый ноутбук. Старый так и не починился после падения…

Я прохожу в дом и встречаюсь с приятной женщиной средних лет.

- Здравствуйте, Людмила Александровна, - чинно здороваюсь.

- Добрый вечер, Яна Владимировна, могу я вам что-то предложить?

- Чаю, пожалуйста, если можно с малиной и имбирем, - отвечаю спокойно и прохожу к дивану, сажусь, достаю ноутбук из сумки.

Чай оказывается на столе передо мной за считанные минуты, улыбаюсь женщине и пью бодрящий напиток. Раньше терпеть не могла имбирь, а сейчас тянет на остренькое даже в чае. Всему виною стресс. Переживания.

Больше не смотрю на домоправительницу Воронова. Не хочу ни о чем думать. Просто открываю свой компьютер и погружаюсь в работу. Пишу очередную статью для научного журнала. У меня есть задумка…

Не та за которую я получила грант, весьма тождественная идея, но все же, если моя догадка будет верна, можно будет смело говорить о новой методике и вехе в науке. Как бы высокопарно это не звучало, но я горю новой идеей, и она помогает мне абстрагироваться от ситуации.

В какой-то момент я чувствую жжение в виске, отрываю взгляд от компьютера и каменею, когда замечаю Михаила, вальяжно сидящего в кресле по правую руку от меня, благодаря освещению мой бывший муж будто в тени находится и я не знаю сколько он там уже сидит и как долго наблюдает за мной.

Его длинные сильные пальцы зажали бокал с коричневой жидкостью, пиджак давно скинут, рукава сорочки закатаны, а аж три пуговицы сорочки расстегнуты и демонстрируют вид на волосатую мужественную грудную клетку моего бывшего – нынешнего мужа. Воронов умеет излучать секс, даже не заморачиваясь по поводу своего внешнего вида.

- Где Маша?! – спрашиваю, встрепенувшись и смотрю по сторонам.

- Ее укачало, Маша заснула, с ней Людмила Александровна. Не беспокойся.

Обращаю взгляд на часы на дисплее ноутбука и понимаю, что я отключилась от мира примерно на пару часов. Эта особенность полного погружения в работу помогала мне выживать первое время, чтобы не думать о Мише и о своем будущем.

Киваю на слова Михаила и спрашиваю.

- Хорошо. А где моя спальня, или потащишь к себе как в тот раз?!

Спрашиваю с вызовом. Не понимаю почему провоцирую Воронова, но замечаю, как он морщится. Больно? Так и мне было страшно и просто невыносимо быть запертой с тобой и полететь на кровать, а потом…

А потом получить один из лучших сексов, который помню.

- Твоя спальня напротив моей. Я уже попросил все там подготовить.

Удивляюсь уступкам Михаила. Правда обманываться не стоит. Возможно, он просто расширил прутья клетки, но не отменил их.

- Хорошо, спасибо, не буду тогда тебе мешать. Я пока поработаю. Потом зайду к Маше в детскую, проверю ее. Если ты не против.

Ухмыляется, выслушав мои слова с интересом.

- Над чем работаешь?! У тебя глаза горели пока ты печатала…

Надо же интересуется моей работой, не выкатил претензию, что я зажралась, если считаю, что простой преподаватель может по размаху своей деятельности конкурировать с советником президента и главой края…

- Я кое-что придумала… пока это разработка, но… та идея, которая помогла мне выиграть грант, натолкнула меня на другую мысль… вот сейчас я расписываю это все, но детали и подробности пока не хочу оглашать. Это все в голове… Надо не спугнуть мысли…

Отвечаю Михаилу и отчего-то замираю. Жду реакцию. А мой муж делает еще один глоток. Держит паузу, будто осмысливает то, что сказала.

- Дашь почитать, как завершишь.

- Это вопрос, или утверждение? – вскидываю бровь и Миша вновь улыбается.

- Я всего лишь прошу, Яна, мне интересны твои мысли, идеи, и я очень горжусь тобой…

- Что?! – спрашиваю и чувствую, как в области сердца у меня будто жар поднимается, тепло становится…

Неожиданно для себя понимаю, что мнение Михаила для меня очень важно и Воронов меня обескураживает, спокойно выдав:

- Ты заслуживаешь восхищения, Яна. Я читал твои работы перед сном, скажем так, когда время было. Диссертацию изучил. Что сказать… Ты всегда была необыкновенной женщиной и обстоятельства тебя не сломили, они заставили тебя засиять еще ярче, а меня осознать, что даже до того злосчастного дня с псевдо-изменами, я был недостаточно внимателен к тебе…