Глава 13

Быстро убедившись, что студентам понравилось сдавать зачет раньше, я повторила вчерашний фокус с рандомным распределением тем, так что единственная пара пролетела незаметно. Все-таки студенты-девочки разительно отличаются от студентов-мальчиков, у них все быстро, четко и по теме, без ненужных комментариев и торгов за автомат. Одно удовольствие и сплошной отдых для преподавателя, который с утра только и думал, что о встрече с приграничницей. Интересно, какая она?

В общем, уже в десять тридцать я, оскальзываясь на ступеньках главного входа в институт, торопилась к ожидавшей меня машине снежной ведьмы. Макс сегодня тоже явно нервничал, потому что язвил больше обычного, правда, госпожа Виолетта его похвалила. Котик усвоил вчерашний урок и сегодня занимался исключительно котьим делом — спал. Я очень эмоционально высказала мохнатому засранцу все, что думала о его способности комфортно устраиваться в любых условиях.

А зачем мне устраиваться некомфортно? — зевнул, демонстрируя здоровенные клыки, хвостатый доктор медицины. — Чтобы что? Но если тебя действительно интересует, как я это делаю, могу научить...

Неразборчиво пробурчав еще несколько завистливых ругательств, я запихнула его в сумку и покинула гардероб. Тетя Валя украдкой поплевала через плечо, коснувшись деревянной спинки стула. Как будто это работало!

Спустя почти час мы с Иркой медленно ехали по главной дороге СНТ, внимательно отсчитывая улочки, пересекавшие ее в обе стороны. Нам нужна была нужна была восьмая и направо. Ехать до упора. Там, раньше была старица небольшой речушки, но много лет назад питавшие ее родники то ли пересохли, то ли вовсе иссякли. Теперь дом странной ведьмы стоял на берегу небольшого овражка, который по весне или в дождливое лето превращался в большую грязевую ванну. Я покосилась на кота. Макс сидел смирно, только изредка недобро косился на меня из своей сумочной норы.

— Ну, а как ты думал? — подбодрила я то ли его, то ли себя, Ирка замолчала уже на подъезде к поселку. — Накладки и у опытных ведьм бывают!

Хвостатый колдун скептически фыркнул и свернулся в пушистый черный шар. В это время в пустом дачном поселке было жутковато — дорогу-то коммунальные службы после недавнего снегопада почистили, а вот по обочинам лежал и искрился нетронутый снег. Разномастные домики и сады разной степени запущенности тоже были укрыты белоснежными пушистыми шапками.

Засмотревшись, я чуть было не пропустила момент, когда подруга свернула в нужный поворот. Туда вели единственные встреченные на пути следы от колес. Впрочем, они же были единственным, что нарушало девственно-белое покрывало снега на этой улице. А далеко впереди, в самом ее конце, стоял здоровенный серый внедорожник.

— Ань, прости, дальше пешком, — вздохнула Ирка с видимым усилием разжимая пальцы, как будто сведенные на руле.

— Тебе у нее лучше не показываться? — любопытным шепотом поинтересовалась я. — Или просто боишься?

— Боюсь, — сделав страшные глаза, фыркнула подруга. — Застрять по самое пузо в этой снежной целине! Ты глянь, что тут творится, никакая снежная магия не поможет, придется ребят из "Помощи на дорогах" вызывать.

— Хочешь сказать, самая сильная магия в таких сугробах — это снаряженный внедорожник? — нервно рассмеялась я.

— Поверь на слово, — кивнула она. — Я сейчас постараюсь аккуратно развернуться и буду ждать тебя здесь. Надеюсь, вы не долго там.

Я кивнула, поцеловала подругу, подхватила сумку и вылезла из машины, утонув в снегу выше щиколоток. Хорошо, я сегодня догадалась обуть высокие сапоги без каблуков, а то двести-триста метров до домика неизвестной мне пока Энн могли бы сравниться со сказочными горами, лесами и тридевятыми царствами-государствами вместе взятыми!

Пробираться по узкой улочке, цепляясь за ветви разросшихся за лето кустов, то и дело утопая в снегу по колено, с тяжеленным котом в сумке, удовольствие ниже среднего. Сильно ниже. Зато метров через десять я согрелась, а через двадцать уже расстегнула куртку. Через пятьдесят — на комментарий Макса, что его вот-вот окончательно укачает от такой болтанки, предложила пробежаться, заодно размять лапоньки. Кот выглянул "за борт", оценил мои заснеженные сапоги, и с тяжелым вздохом нырнул внутрь.

Ладно, неси, как можешь!

Оставшуюся часть пути я развлекала себя тем, что подбирала цензурные, но максимально обидные эпитеты для этого пушистого нахала.

Вот и нужный мне участок. Я поняла это сразу, как только вдоль дороги потянулся забор с кирпичными столбами и деревянными пролетами. На верхушках столбов были закреплены рогатые черепа, а между ними — натянута уличная гирлянда. Чувство юмора здешней хозяйки я оценила. Подойдя к калитке я сотворила приветственный знак и проговорила нужные слова. Тихо шурша снегом, дверь открылась. Решив, что это приглашение, я ступила на чисто выметенную плитку дорожки, по обе стороны которой росли вечнозеленые туи.

Ведьму я нашла за столом под яблоней, она пила чай и о чем-то болтала со здоровенной серой вороной. Ирэн говорила, что ей уже перевалило за девяносто, но на вид женщине можно было дать лет тридцать пять-сорок. Светлые волосы, искрящиеся на солнце золотыми искрами, собраны в небрежный пучок на макушке, широкая улыбка, ярко-голубые глаза... Все это каким-то образом прекрасно гармонировало со старым темно-синим бушлатом образца середины прошлого века, в который она куталась, скатертью, отделанной широким кружевом, и чайным сервизом из китайского фарфора (усомниться в том, что это именно он, мне и в голову не пришло).

Чужеродным элементом на этой чайной церемонии скорее уж была я — запыхавшаяся, растрепанная, раскрасневшаяся, с прилипшими ко лбу мокрыми волосами и шевелящейся сумкой наперевес.

— Здравствуй, Анечка! — почти пропела она, приветственно протягивая руку.

Ворона посмотрела на меня сначала одним глазом, потом другим, и наконец одобрительно каркнула.

— Здрасте... — выдохнула я, все еще пытаясь отдышаться, но уверенно отвечая на рукопожатие.

— Присоединяйся к нам! — еще шире улыбнулась Энн, заметив маленький черный мостик, проявившийся на тыльной стороне моей кисти.

Я осторожно опустилась на скамейку с заботливо привязанной подушечкой по другую сторону стола, пристроив рядом сумку, из которой тут же появилась здоровенная котья башка, жадно хватающая пастью морозный воздух.

— У меня вот... проблема, — неловко начала я.

Ведьма насмешливо прищурившись, потянулась за чайником.

— Где?

— Прямо здесь... — кивнув на Макса, я пододвинула поближе выставленную явно для меня чашку и с удовольствием вдохнула аромат летних трав, собранных самым что ни на есть правильным образом.

— Разве это проблема? — задумчиво приподняла красивую бровь приграничница. — Это больше похоже на очень интересную задачу... Мед сама клади, сколько нужно... Когда, говоришь, это произошло?

— Восемнадцатого декабря, — я тяжело вздохнула, поймав укоризненный взгляд Макса.

— Полнолуние, м-да, — покачала головой Энн, с любопытством разглядывая кота. — Это где ж ты, парень, так нагрешить успел?

Нигде, — буркнул он у меня в голове, грациозно выбираясь из сумки. — Я самый положительный герой в этой истории! Помогал соседке котиков кормить, напугал какого-то зарвавшегося му... чудака до седых му... волос, и все, что за это получил — проклятие!

Ведьма негромко фыркнула, покосившись на свою ворону. Та издала хриплый клекот, очень похожий на смех.

— Если вы это слышали, — опустив глаза в чашку и чувствуя, что краснею уже совсем не от мороза, — то это правда. Макс... Максим правда ничего мне плохого не сделал, это я не сдержалась и прокляла мужа...

— Ситуация постепенно проясняется, — в голосе приграничницы промелькнуло уважение пополам с удивлением. — То есть ты, связанная обетом ведьма, пригласила неженатого колдуна в свой дом... чтобы кормить... своих котов?..

В последующем карканье вороны мне отчетливо послышался нецензурный вариант выражения "Слабоумие и отвага". Энн согласно покивала. А вот Макс уставился на меня как-то странно.

— Ну что ты на меня так смотришь? — не выдержала я, покосившись на кота. — Демьян не дает мне развод уже больше года. Откуда-то он узнал, что разведясь со мной, он пополнит котостадо, вот и...

Я беспомощно развела руками и перевела взгляд на внимательно слушающую меня приграничницу. Сделав несколько глотков уже остывшего чая, она полила себе кипяток. Потом задумчиво посмотрела в ярко-голубое небо, на вереницу черепов вдоль своего забора, и наконец, снова на меня.

— И ты до сих пор считаешь, что этот симпатичный пушистый колдун жизни — твоя главная проблема? — медленно проговорила она. — Не-ет, малышка... Твоя главная проблема в том, что ты слишком много внимания уделяешь внешнему миру и его атрибутам, вместо того, чтобы познавать себя и свою силу.

— Но... я же в нем живу, — растеряно выдохнула я. — Или мне теперь надо... совсем от него отказаться и?..

— Конечно, нет! — снова рассмеялась Энн. — Такую жизнь, которую веду я, редкая ведьма потянет, да и не всем она нужна... Но вот найти путь к себе никому не помешает.

— А может... — я сделала глоток уже холодного чая, чтобы успокоиться. Кот уставился на меня офигевшим взглядом, как будто догадался, о чем я хочу попросить, но отступать было глупо: — А может, вы научите меня?.. Ну... или хотя бы подскажете, как... дадите хоть какое-то направление?

Я ожидала любой реакции на свое наглое предложение. Например, что Энн посмеется... Или рассердится... Честно говоря, вплоть даже до того, что метлу, прислоненную к кирпичной стене маленького домика, используют совсем не по назначению. То есть как раз-таки по самому ведьминскому назначению — для выпроваживания незваных гостей.

Но приграничница уставилась на меня таким удивленным взглядом, что стала чем-то неуловимо похожа на Макса с его круглыми желтыми глазами. Мне даже показалось, что на мгновение ее зрачки точно так же вытянулись в узкие вертикальные щелочки!

— Энн, прежде чем вы ответите "нет", выслушайте меня, пожалуйста, — быстро заговорила я. — Я правда, очень хочу научиться быть... ну, хорошей, то есть правильной приграничницей, а приходится собирать знания по крохам, систематизировать их буквально на коленке! И это при том, что я выросла в семье, где не было ни одной ведьмы или колдуна. О своей силе я узнала от тети, когда переехала к ней почтив двадцать лет, она воздушная ведьма-погодница, сейчас живет в Германии, со своим новым мужем... Она же меня и научила общим основам. Дальше уже я сама сравнивала и проводила аналогии, примеряя традиции светлых ведьм к себе и своей силе, а хотелось бы...

Под взглядом Энн я запнулась, закашлялась, и в итоге снова схватилась за кружку, умоляюще глядя на ведьму. Она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и тоже поднесла чашку к губам, пряча в ней загадочную полуулыбку. Молчание затягивалось, даже Макс занервничал и завозился в сумке, окончательно превращая ее содержимое в гнездо. Но сезон гнездования котов волновал меня сейчас меньше всего.

— Что ж, — наконец, медленно проговорила приграничница, доливая кипяток в заварочный чайник и глядя почему-то на ворону, — кажется, это будет интересный эксперимент... Видишь ли, Анечка, я никогда не брала себе учеников по одной простой причине — я не люблю людей. Ни живых, ни мертвых. Не подумай, что я желаю им зла, нет... Я, может, больше чем кто бы то ни был желаю им счастья, но не настолько, чтобы принимать в нем участие. Поэтому реализовавшись как социальная единица, набравшись опыта и знаний о мире, первым делом перебралась в эту глушь.

Это отказ? — с надеждой прозвучало у меня в голове.

Видимо, хвостатый забыл, что темные ведьмы его прекрасно слышат.

— Ну, что ты, милый, — усмехнулась Энн, окончательно возвращаясь из лабиринта своих размышлений. — Это самое что ни на есть согласие. Уж больно случай у вас интересный, а так как я — женщина немолодая, много повидавшая по обе стороны реки Смородины, особенно ценю тех, кто способен меня удивить. Поэтому, Анечка, — она перевела на меня смеющийся взгляд, — я научу тебя, как снять заклятие и с пушистика твоего, и с себя самой. Оплатой мне будет твой честный труд над собой, послушание и четкое следование моим советам.

Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Такого щедрого предложения я не ожидала! Но не успела я открыть рот, чтобы согласиться на все оптом и в розницу, как в голове всплыли сетования тети Вали на мою нетерпеливость. А там и наставления тети Любы, что верить темным ведьмам, конечно, можно, но надо понимать, что тебя все равно обведут вокруг пальца, подтянулись.

Глубоко вздохнув, я прямо посмотрела в глаза приграничницы:

— Прежде, чем завязать себе глаза, ослепнув для этого мира, — четко проговаривая каждое слово, произнесла я, — я хочу знать полную стоимость прозрения.

Со стороны мои слова могли показаться дерзостью, да для светлых ведьм так оно и было, но Энн довольно сощурилась. Ее явно порадовала моя осведомленность в традициях нашей стороны.

— Надеюсь, тебе известно, что мы отличаемся не только по силе, но и по той работе, которую выполняем для мира, — расправив плечи, заговорила ведьма хорошо поставленным лекторским голосом. — Чаще всего, она напрямую связана с общепринятой профессией, но есть те, кто несет более... хм... скажем так, серьезную ответственность. Это как разница между калиткой дачного домика, входной дверью в квартиру и вратами города-крепости. Путь сильных приграничниц не из легких, служение щитом между миром живых и мертвых — тем более, но у меня достаточно времени, чтобы оставить тебе выбор. Меня никто не спрашивал, хочу ли я встать у ворот города, а вот ты вполне можешь отказаться...

Я ловила каждое слово, стараясь представить себе весь груз ответственности, лежащий на плечах этой хрупкой женщины, кутающейся в огромный для нее бушлат. Мне неожиданно открылась совершенно другая сторона привычного мира, где помимо частных, единичных обрядов, были сезонные миграции приведений с кладбища, ежегодные попытки порвать ткань реальности в те ночи, когда она особенно истончалась, и даже срочные вызовы в другие города и страны на помощь коллегам, если восставало какое-нибудь древнее захоронение, накопив достаточное количество веры людей.

По всему выходило, что мне предлагали подготовиться к тому, чтобы занять ее место в этой иерархии, когда для Энн придет время самой перейти Калинов Мост и стать хозяйкой домика на опушке Сумеречного леса, за горизонтом переходящего в Дремучий. Я и до этого знала, что некоторые сказки — совсем не сказки, но раньше это было как-то далеко, а сегодня...

А сегодня я ерзала на мягкой подушечке, пытаясь решить, хочу ли я сделать шаг за границы привычного. Точнее, я давно об этом мечтала, но иногда мечты сбываются в таком объеме, что становится страшно. Макс тоже внимал приграничнице, как завороженный (чего, впрочем, тоже нельзя исключать), и кажется, даже дышал через раз, но по совершенно другой причине. Будучи весьма любознательным и неглупым колдуном, Макс прекрасно понимал, что не приключись с ним этого досадного недоразумения с моим проклятием, эти тайны, да еще и с такими подробностями, ему никто бы никогда не доверил!

— Энн, я... это так неожиданно, — растерянно пробормотала я. — С другой стороны, я и сама свалилась вам как снег на голову... А тут такое ответственное решение.

— Именно так, — широко улыбнулась она. — Но рано или поздно жизнь всегда держит ответ перед смертью, и надо быть готовой расплатиться по счетам.

Что ж, Энн не обманула, она подробно описала путь, на который я так давно хотела вступить. Его плюсы, в число которых, помимо власти над временем и тайн мироздания, входила и возможность расторгнуть брак в одностороннем порядке. И трудности, с которыми предстоит столкнуться. А еще она действительно предоставила мне выбор. Я могла сказать: "Нет, мне это не подходит!", забрать кота и вернуться в машину к Ирке. Могла бы...

Но зачем врать себе? С тех пор, как тетя Люба рассказала, что я темная ведьма, я мечтала использовать свою силу для чего-то глобального, значимого! Энн же предлагала мне самые сокровенные знания приграничниц в обмен на обещание сменить ее тогда, когда это будет нужно. Про то, что ее срок придет не скоро, ведьма тоже не солгала. Только вот я все равно знала, что меня провели. И даже в чем именно.

Решение, которое изменит всю мою жизнь, нужно было принять здесь и сейчас. Согласиться или отказаться. Я бросила быстрый взгляд на кота, так и сидевшего в сумке, на ворону, любопытно крутящую головой, чтобы посмотреть на меня то правым, то левым глазом. Вернулась к приграничнице, которая безмятежно пила чай, давая мне возможность смириться с размером платы. Говорят, что для принятия решения нужно подбросить монетку. Это не даст верного ответа, но в момент, когда она уже в воздухе, ты уже точно знаешь, на что надеешься.

Ань, думай быстрее, — Макс не выдержал первым. — У меня уже лапы замерзли, а все остальное окоченело и уже звенит!

Сварливый тон пушистого умника вернул меня к реальности.

— Все остальное у тебя покрыто шерстью, — тихо буркнула я, и со вздохом проговорила: — Энн, я... я согласна с платой. С этого момента я вступаю на путь ученичества и делаю все, что ты говоришь, так, как ты говоришь. Спасибо за такую возможность, Старшая.

— Я — Старейшая,— удовлетворенно кивнув, поправила меня приграничница. — Анечка, лобовое стекло шире зеркала заднего вида не просто так.

Мне стало страшно. Старейшая — это фактически самая главная ведьма в стране! На что я только что подписалась? И ради чего? Ради возможности расколдовать симпатичного правнука соседки, настоящих знаний и такого долгожданного развода с Демьяном?! Да, пожалуй, оно того стоило... От волнения неприятно засосало в желудке, и я неловко сцапала маленькую печенюшку из плетеной вазочки на столе.

— Первым твоим уроком, — тем временем продолжила Энн, — будет снятие проклятия с этого красавца... — кот самодовольно прищурился и замурчал. — Но так как без вмешательства Высших сил тут не обошлось, развеять его не получится. Значит, нужно будет отдать его тому, кому оно было предназначено. Запиши мой номер, я попозже пришлю тебе инструкции с чего начать... Вечером планы есть?

— Есть, — скрывать что-либо от наставляющей тебя ведьмы не только глупо, но и опасно. — Я на кладбище собралась. Нужно приворот чужой снять, старый, но крепкий..

Она продиктовала номер, задумчиво барабаня пальцами по столу:

— Записала? Молодец. Что делать по возвращении с кладбища знаешь? — я кивнула, такие дела для меня были не в новинку. — Значит, начнешь завтра с утра... Ну, то есть, когда проснешься. А теперь ступай, твоя подружка уже третий раз машину греет.

Я встала, подхватив сумку под дно (и правда, ледяная просто!), и склонила голову перед Старейшей.