Глава 21

Утреннее пробуждение, случившееся почти в обед, сообщило мне две вещи: дракон у меня вовсе не дракон, а вовсе даже и жаворонок, а вот я — точно змея, потому что, проснувшись, могу разве что ползать. Зеркало, случайно встретившее меня по дороге в ванную, правда, несколько поколебало эту теорию, сообщив, что оно видит скорее кикимору, чем суккуба. Но мы договорились, что встретимся еще раз, когда я умоюсь, и уже там определимся с моей расовой принадлежностью.

Однако вспомнив, что сегодня выходной перед зимним балом, я позволила себе немного расслабиться. В итоге умывалась я часа полтора, причем непосредственно в ректорской ванной с пузыриками, которые так мило лопались, что я просто-таки не могла никуда выползти, пока все их не перелопаю.

Довольная, счастливая, больше не похожая на кикимору по вердикту строгого зеркала я тихонько вышмыгнула из дома Андриана и поползла в сторону общаги. Благо она хорошо просматривалась прямо с порога, и заблудилась я всего два раза.

Но общага меня во истину напугала. Нет, не то чтобы меня и до этого не пугала сама мысль о присутствии чужих существ в моем личном пространстве, но раньше они казались хотя бы адекватными. Сейчас же обстановка в одном только холле уже превосходила по масштабу даже тот дурдом, который творился перед Турниром.

Кто-то куда-то бегал, орал, падал, вставал (не все), снова орал и снова бежал.

— Астра, тебя Мила обыскалась! — кричит мне с лестницы нечто, вероятно, знакомое, но не узнаваемое под плотным слоем какой-то жижи на лице. — Она в учебном зале, вместе с другими девчонками!

Резко начинаю ползти в противоположную сторону.

— Астра!

Не знаю никакой Астры.

— Вот ты где! — раздается громкое со спины, и я тут же испуганно подпрыгиваю. Всё больше растет ощущение, что если я в начале учебного года объявила охоту на Андриана, то Мила объявила охоту на меня. Ну серьезно, как она меня так чует? — Давай к нам, где тебя опять носило?!

Замираю и грущу.

Минуту спустя чужая рука хватает смирившуюся меня за хвост и начинает тащить в сторону, в которую я точно не хочу, но кто меня спрашивает.

— Пыш-пыш, — шебуршу больше для самовыражения, ибо Миле доказывать свою грусть всё равно бесполезно. Я уже давно мысленно предполагаю, что у нее для этого нужные чакры в детстве не раскрылись, наверное.

— Мы обустроили учебный зал для общего сбора, временно переоборудовав его в зону красоты, — начинают быстро вводить меня в курс дела.

— Пыш-пыш…

— Краситься и одеваться еще пока рано, конечно, но прически и маски мы уже делаем, так что твои навыки творить красоту из ничего очень даже пригодятся.

— Пыш…

— И нет, ты меня не разжалобишь. Сама предлагала всем прически и макияж за то, что девочки сделают за тебя домашку, так что даже не вздумай увиливать!

Я и не увиливаю, я висю.

— Вот, располагайся! — говорят мне запихивая мое унылое тельце в большую комнату, теоретически предназначенную для учебы, но практически использующуюся для всего, кроме нее.

— О, Астра! Астра! — тут же заверезжало сразу несколько голосов.

Тикаю!

— Стоять! — Мила, как всегда, не дремлет и успевает снова ухватить меня за хвост.

— ПЫЫЫШШШШ, — бью тревогу, чувствуя, как я в буквальном смысле становлюсь нарасхват. Зачем они все меня трогают, я же ядовитая-а-а-а-а!

— Давай человеческую форму уже принимай и за работу!

— ПЫЫЫЫЫШШШШШ!

Работы оказалось так много, что бал закончился бы раньше, чем я всех накрасила и причесала, но мне повезло, и в какой-то момент девочки сжалились и позволили заняться собой. О том, что собой мне особо заниматься не нужно, я говорить не стала, дабы меня снова не отправили отрабатывать.

Тени, стрелки, брови, ресницы, чуть добавляющая губам яркости помада, да и хватит. Кожа у меня и так от природы идеальная.

Высокую прическу а-ля элегантная небрежность пришлось делать немного дольше, но тренированные мамой руки быстро восстановили то, что идет мне больше всего.

Придирчиво осматриваю себя в зеркале.

Забавно, именно так я выглядела, когда мы впервые встретились с Андрианом. Заметит или нет?

— Ох, ну всё, пора идти одеваться! — взбудоражено пищит кто-то рядом, порождая целую серию не менее взбудораженных комментариев.

— Ах, не могу поверить, мой первый бал!

— Интересно, Дрейк пригласит меня на танец?

— А у тебя на платье длинный шлейф? Так переживаю…

— Так, дамы, ну всё! — взявшая на себя командование старшекурсница громко хлопает в ладоши. — Встречаемся в холле через полчаса! По порталам!

Ну по порталам так по порталам.

Вместе с Милой влетаем в свою комнату и тут же рассредоточиваемся по периметру. Дергаюсь было открыть пакеты, еще вчера закинутые сюда Андрианом, как вдруг в плечо врезается почтовый самолетик, а в дверь раздается вежливый стук.

Пересекая комнату, быстро разворачиваю бумажку, и сердце на секундочку решает, что не будет портить такой момент своим стуком, замолкая.

«Прости, что не дарил тебе подарков. Надеюсь, этот придется по душе»

Подарки! Подарки!

Обожаю подарки!

Едва ли не подпрыгивая… впрочем, что уж там, подпрыгивая, распахиваю дверь, и курьер в форме лучшего ювелирного магазина драконьей столицы тут же с поклоном протягивает мне большую бархатную коробочку.

Ыыыы!

— Спасибо! — говорю не глядя, и кидаюсь обратно в комнату, чтобы поскорее открыть неожиданный (совсем-совсем, да) сюрприз.

Бархатная коробочка приятно тяжелела в слегка подрагивающих от волнения руках. Сама не знаю, что такого особенного в самом факте подарка от Андриана, но выпрыгивающее из груди сердечко нещадно вопило, что таки да, очень важно, прям без вариантов, давай открывай, а то упаду-в-обморок-мы-же-потом-не-встанем.

Выдохнув и стараясь не замечать образовавшегося над плечом любопытного носа, откидываю крышечку, и бедное сердечко, судя по пропавшему в ушах стуку, всё-таки падает в обморок.

Не то чтобы мне раньше не дарили украшений, скорее наоборот, дарили и еще как, но этот комплект стал лучшим из всех еще до того, как я его увидела, а уж после того, как увидела…

Кулон с крупным сапфиром и две каплевидные сережки красовались на бархатной подложке. Их блеск ничуть не смутил тот факт, что своей красотой они подбили мое сердце. Скорее наоборот, от этого украшения лишь гордо засияли еще ярче.

— Ух ты, — выдохнул кто-то из нас с Милой.

Видно было, что Андриан выбирал подарок сам. Изящная красота камней переплеталась с делано грубой огранкой. Комплект не был перегружен деталями и излишней вычурной изысканностью — одним из главных грехов многих ювелиров в работе с крупными драгоценностями. Наоборот, и кулон, и сережки напоказ выставляли чистую красоту на первый взгляд необработанного камня, с наглостью, если так вообще можно сказать об украшениях, демонстрируя, что вот так, с острыми, несимметричными гранями и минимумом деталей, они превосходно красивы.

Этот комплект словно был создан для меня.

— Надевай немедленно! — звучит категоричное, и я даже не знаю, это мои тараканы восстановили дар речи или Мила решила подать голос.

— Может сначала платье? — с сомнением тяну.

— Даже не знаю… — в свою очередь тянут тараканы или Мила. — Считаю, что такое нужно надевать немедленно.

— Нет, всё-таки платье сначала, — отмахиваюсь от сомнительных идей и аккуратно отставив коробочку, кидаюсь к пакетам.

Безмерно красивое, цвета ночного неба платье, приятно шелестит, когда я извлекаю его из чехла, тем самым повергая меня в бурный восторг и наконец даря то самое праздничное настроение, идущее из детства, когда каждый праздник, если у тебя есть красивое платье, наполнен волшебством.

Быстро выскальзываю из опостылевшей академической формы и ныряю в тончайшую нежную ткань, тут же ощущая как приятная тяжесть платья падает на плечи, не утяжеляя, а скорее наоборот, даря крылья.

Нетерпеливо затягиваю корсет и завязываю тесемочки, а затем, не в силах удержаться, кидаюсь к заветной коробочке. Снова задрожавшими руками вытаскиваю сначала сережки, медленно просовываю их в уши, любуясь блеском несимметричных крупных граней, а затем достаю кулон и столь же медленно, наслаждаясь процессом, скрепляю его на шее.

— А я красавица! — выдыхают по-прежнему то ли тараканы, то ли Мила… нет, в этот раз точно Мила.

Моргнув, оборачиваюсь к ней и снова моргаю.

Да, таки она красавица.

Да и я.

Да и вообще. Мир прекрасен, когда ты в красивом платье.

— Вы еще тут? — в комнату врываются тоже красивые, так и быть, демонессы.

— Уже идем, — Мила быстро кивает и хватает меня за руку, вытаскивая в коридор.

Через пять минут мы всей красивой разноцветной толпой столпились у ведущего ко входу в главный зал портала, куда нас пускали строго по двое, чтобы не создавать столпотворения. То, что в итоге столпотворение создавалось в холле общаги, уже не важно, главное, что где-то его нет.

Так как я от природы создана для того, чтобы куда-то проскальзывать, мы с Милой и присоединившимися к нам Ником и Демьяном в портал попали одни из первых. А потому и полюбоваться еще пока полупустым залом, самые главные гости которого конечно же не студенты и прибудут позже, нам довелось одними из первых.

Таки да, у Андриана есть вкус, организатора он выбрал хорошего. А тот в свою очередь хорошо выбрал оформление когда-то пустынного пространства, ныне ожившего и наполнившегося традиционными бальными украшениями. В частности оркестром, на который я уже алчно поглядывала, так как танцевать хотелось невообразимо. И вообще, лучше сразу рассчитывать именно на танцы, потому что кушать в таком корсете у меня вряд ли получится.

Но уже десять минут спустя пришло осознание, что себя я, как всегда, недооцениваю. Кушать я очень даже могла, чем и занималась, пока огромный зал постепенно заполнялся гостями.

— Астра, всё! — в какой-то момент оттаскивают меня от столов с закусками.

— Как это всё, там еще правая половина стола не доеденная! — протестую, но почувствовав на себе сразу несколько строгих взрослых взглядов, успокаиваюсь и на всякий случай делаю вид, что я леди. А то мало ли кто будет интересоваться.

Интересующихся, как оказывается, было много. Пока я самозабвенно тестировала предложенные гостям изыски, стараясь за пятерых, зал наполнился не только студентами, но и всем высшим обществом, которому было не лень сюда присутствовать. С удивлением и даже некоторой оторопью я заметила и родню Андриана, и собственную семью. А раньше бабушка говорила, что хоть ползать по новым местам она любит, но в академию к дракону точно не поползет. Какие, однако, события. Интересно, а на второй день празднеств с демонстрацией студенческих талантов она тоже останется, или так, как всегда, потанцевать от дедушки пришла?

Зазвучавшие по-новому аккорды музыки отвлекли меня от смешанных эмоций, и заставили обратить внимание на появление как никогда красивого Андриана, легким пружинистым шагом вышедшего в центр зала.

— Рад приветствовать вас в стенах нашей академии, — произнес он, если представить его витиеватую речь вкратце. Слушала я через слово, любуясь своим красивым дракошей не меньше, чем недавно любовалась драгоценностями. Но приветственная речь была быстро закончена, и зал, по крайней мере его студенческая часть, затаила дыхание.

По правилам женатый или помолвленный хозяин бала должен открывать его со своей женой или невестой. В случае же отсутствия таковой обязывающей кандидатуры необходимо пригласить кого-то из самых знатных гостий бала.

Формально я проходила по обеим статьям, но волнение в груди отчего-то всё равно возникло нешуточное. Ожившее было сердце, тихонько стучавшее там себе в груди, снова начало ритмично транслировать, что оно не в покое, а коленки внезапно приобрели странную легкость, подавая истеричные сигналы в мозг, что они этого не планировали и требуется дополнительное укрепление.

Но волновалась я, конечно же, зря.

Андриан смотрел прямо на меня.

И смотрел так, что сердце начало делать в груди солнышко на воображаемых качелях.

Легкая улыбка, в которой смешалось столько чувств, что и не разобрать главного, мелькнула на лице дракона, и он уверенно зашагал в мою сторону.

Ну всё, точно инфаркт.

Но упасть в обморок от инфаркта мне не дали — подошедший Андриан снова мне улыбнулся и протянул руку, приглашая на танец.

Так, главное не куснуть его сейчас случайно от переизбытка чувств.

Судя по изменившемуся взгляду, дракон тоже что-то такое заподозрил, потому что пальцы его существенно дрогнули, но всё же остались на месте.

Делаю величественный реверанс и неторопливо протягиваю свою руку в ответ.

— У тебя был такой взгляд, словно ты раздумывала, покусать меня или нет, — шепчет мой ректор, выводя меня в центр зала.

— Я всегда об этом думаю, — невозмутимо отвечаю, делая еще один реверанс, но уже в канве начавшегося танца.

Андриан берет меня за талию и начинает кружить по залу.

— В этом я отчего-то даже не сомневался, — хмыкает. — Я так понимаю, нас сегодня посетила вся твоя родня? — незаметно кивает в сторону столов с закусками. В смысле в сторону моей семьи.

— Ну почти, — придирчиво оглядываю ряды змеиных представителей, с удивлением обнаруживая даже наших дальних и не самых любимых родственников. Два года не виделись и вот опять.

— Императора, я так понимаю, среди них нет, верно?

— Неа, — мотаю головой, — он балы не любит.

— Отчего же?

Перевожу укоряющий взгляд на своего огнедышащего. Я бы, конечно, могла предложить ему сейчас вспомнить брата и подумать, полюбит он когда-нибудь танцы или нет, но не стану вот так подло портить момент. Тем более, что, судя по новостям от лекарей, полюбить танцы у конкретно этого мальчика есть еще все шансы.

Поэтому просто загадочно пожимаю плечами.

— Ты потрясающе выглядишь, — наконец признает Андриан спустя непродолжительное молчание. — Понравился мой подарок?

— Спасибо, — искренне улыбаюсь, — понравился и даже очень.

— А мне ты нравишься, — звучит обезоруживающее, и я даже почти смущаюсь. Вот почти совсем. — Страшно подумать, что будет, если я тебя сегодня куда-то от себя отпущу.

Нахмуриваюсь, делая легкий пируэт в акцент музыки.

— А ты не собираешься меня от себя отпускать? — мнусь. — Слуууушай, ну я в целом не то чтобы против, но у нас вообще-то глобальные планы с ребятами на этот вечер, боюсь, они не поймут, если я приведу с собой их собственного ректора, тогда как именно в твоем отсутствии и незнании вся суть наших планов.

Андриан понимающе усмехается.

— Ладно уж, — снисходительно проговаривает, — пару часов на реализацию своих планов у тебя есть, а потом заберу. Все равно нужно будет активно заниматься гостеприимством первое время, а тебя с собой я водить не готов.

— Это почему это? — спрашиваю с подозрением. — Ты что меня стыдишься?

— Да, — совершенно бессовестно отвечают, — мало ли что тебе кому сказать захочется, я не готов потом полгода приносить извинения.

Дуюсь.

— Я вообще-то умею себя контролировать.

— Не замечал, — открыто подначивают меня.

Открывают рот, чтобы поспорить… и тут же понимаю, что подначивают меня тут неспроста. Поэтому вместо того, чтобы возмутиться, хитро прищуриваюсь:

— Ну хорошо, с кем ты меня так хочешь познакомить, что пытаешься даже на слабо взять?

Андриан в ответ лишь тихо рассмеялся.

— Да уж, милая, в уме тебе не откажешь, — приговаривает с улыбкой.

— Мне вообще редко отказывают, — царственно киваю.

— Ладно, сможешь пережить одно единственное знакомство?

После того, как он тут меня брал на слабо?

— Конечно же да.

— Тогда я подойду к тебе позже.

Но к кому конкретно Андриан решил меня повести, он не сказал, лишь прижал к себе покрепче в конце танца и угрожающе шепнул на ухо, чтобы я не творила совсем уж глупостей и не приставала к несчастным мужчинам.

Из чувства противоречия хотелось тут же пойти и поприставать к кому-нибудь, но я воздержалась, вместо этого быстренько разыскав покинутых друзей.

Балом мы планировали наслаждаться не больше часа, потом кто-то из старшекурсников обещал организовать запрещенные напитки с интересными эффектами, являющимися частью очередного этапа посвящения в студенты. Андриан о подобных напитках, конечно же, знал, но видимо, потому и дал мне два часа. Эффект от напитков временный, а яркие проявления исчезают и вовсе за полчаса.

Так что потанцевав с однокурсниками и один раз с папой, который делал вид, что вообще не знаком с нашей семьей (и я даже могу его понять и без всяких требований конспирации), я отправилась вместе с другими первокурсниками куда-то в боковой коридор в поисках лестницы, под которой нам устраивали очередное развлечение.

— Главное, не пей черный и белые напитки, — шепнул мне кто-то, когда маленькая неприметная дверь отворилась где-то в темноте коридора, и нас начали запускать туда по одному.

— Тогда я пью черный, — тут же заблестели глаза у услышавшего предупреждение Ника.

— А я белый, — Демьян в адекватности тоже явно пропустил пару веков эволюции.

— А я пить не буду вообще, — хмуро шуршит Мила, которая пошла с нами только ради того, чтобы не отставать в буквальном смысле от коллектива.

Я же ничего не сказала, я алчно уставилась на огромное множество прозрачных стаканчиков с разноцветными жидкостями, стоящих на невысоких столах, окруженных старшекурсниками. Глаза у них блестели так хитро, что сразу стало понятно, кто тут будет развлекаться на самом деле.

— Добро пожаловать на наш антибал, котята, проходите-проходите, — нас поманили ближе, — сегодня каждый из вас пройдет последний этап посвящения в настоящие студенты. В каждом из этих напитков скрыто качество, которое пригодилось бы вам во время обучения… — торжественно вещающий старшекурсник внезапно сбился. — А впрочем ладно, что уж там. Нам просто будет весело. Давайте, подходите по группам.

Стоит ли говорить, что мы вызвались первыми?