Глава 7

Выпала я в гостиную уже знакомого особняка на территории академии, сразу догадавшись, что у ректора на меня какие-то серьезные намерения, раз на этот раз мы не в спальне.

— Откуда ты знаешь лорда Андервуда? — звучит вопрос, который больше похож на допрос.

— С чего ты взял, что я его знаю? — невинно улыбаюсь, внутренне поражаясь его терпению.

— Астра, вы явно хорошо знакомы друг с другом, не придуривайся.

— Прости, не могу. Придурь — основополагающая часть моей личности.

— В этом я как раз не сомневаюсь. Еще раз: кем тебе приходится наш начальник управления?

— Откуда мне знать?

— Как ты можешь не знать?

— А как я могу знать, если я его не знаю?

Андриан рефлекторно зарычал.

— Кем. Тебе. Приходится. Лорд. Андервуд?

— Никем, — пожимаю плечами.

— Врешь!

— Почему? Он ко мне не приходит.

— С тобой невозможно разговаривать! — резко вдарив рукой по ни в чем неповинному комоду, ректор разворачивается и делает пару шагов к окну. И ведь не в первый раз уже, видимо, окна его успокаивают, наверное, как эдакий альтернативный вариант, который всегда под рукой. Вернее, под ногой.

Осторожно кошусь на своего потеплевшего. Из окон от меня мужчины еще не выходили, и как-то не хочется открывать статистику. Меня же потом бабушка сожрет за неосторожное обращение с хрупкими объектами.

— Ты просто не те темы выбираешь, — примирительно журчу. — Вот если бы ты спросил меня, какие именно блюда я предпочитаю на обед, который ты мне обещал…

— Он вряд ли был объектом твоей охоты, ваши отношения явно вне темы сексуального интереса. Тогда кем он был для тебя? Учителем, верно?

— А ты меня покормишь?

— Ответь на вопрос.

— Да, он был моим учителем, — покорно соглашаюсь. В конце концов, тут скрывать нечего, странно, что по некоторым моим приемчикам он раньше не догадался. — А теперь покормишь?

— С какой стати лучшему боевому магу империи и независимых королевств лично учить мелкую змею?

— У тебя же явно есть свои версии, давай ты придумаешь их за меня? — устало произношу.

— Ты как-то связана с императорской змеиной семьей, неужели тебя готовили… к чему? К защите рода?

Похоже Андриан принципиально решил выдавать только неправильные ответы.

— В каком-то смысле, — глубокомысленно соглашаюсь и, отчаявшись, сама отправляюсь на поиски кухни. Учитывая мои способности к ориентированию — дело гиблое, но если включить в расчеты упрямство, то рано или поздно ту или иную кухню я точно найду.

— Поэтому лорд Андервуд не стал бы принимать участие в войне — он как-то связан со змеями? Помогал вам? Обучал? — ректор неотрывно следует за мной.

— Связан. Помогал. Обучал. — Отвечаю, открывая все двери по пути. — Ну в смысле, — подвисаю, — связан он не был если что. — А то начнется там опять вот это вот «подмигните, если вас держат в заложниках»… а у папы может, просто глаз дергается.

Тут меня все-таки ловят за локоть и разворачивают лицом к себе.

— Почему? — глаза ректора как-то слишком сильно блестят. — Почему его пустили в ваш полностью закрытый от посторонних мир? У нас даже послов нет на вашей территории, а демона боевой направленности просто так взяли и пропустили? Да еще и детей своих доверили?

— Ну знаешь, логика у нас своеобразная, — философски тяну, — по некоторым оценкам, ее даже нет, а по другим оценкам, лучше бы и не было… пятьдесят на пятьдесят оценки разделились.

— Астра! — меня встряхивают.

— Ну что?!

— У змей не бывает семей! — выдыхают мне в лицо неожиданное.

— Вот полностью согласна, — тут же подхватываю, стараясь не заржать, — так смотрю на них, особенно на сестру, и мне тоже иногда кажется, что мы не родственники.

— У вас есть сестра?

— Увы.

— Родная?

— Вы знаете, я бы проверила, есть подозрение, что приемная…

Меня снова встряхивают, а потом внезапно устало отпускают.

— Ей-богу, Змеиная, вы прирожденный шпион. — Выдыхает Андриан, отходя от меня и запуская руку в растрепавшиеся волосы. — Добиться от вас хоть какой-то информации задача почти невыполнимая.

— Так ведь это будет в обе стороны работать, — против воли хихикаю, — пожалейте моё потенциальное начальство.

— Ваше потенциальное начальство — я, Змеиная.

— Вот я и говорю, совсем вы себя не жалеете.

Меня снова начали сверлить мрачным взглядом.

— А кушать будем? — очень невинно уточняю.

Желваки на лице ректора заходили ходуном, а взгляд стал крайне зловещим.

— Обычно это проходит достаточно безопасно. — На всякий случай сообщаю. — Особенно если кормить меня вовремя.

— Ладно, ждите. — И со всё ещё крайне недовольным выражением лица ректор скрывается в портале.

А чего ждать, кухню я уже почти нашла.

Еще пять минут спустя я активно рылась в кухонных закромах, с неудовольствием констатируя, что кормить меня не хотели по одной простой причине — кроме себя, ректору в этом доме предложить было нечего.

Но когда я уже подумывала быстренько сбежать в академию к любови всей своей жизни, которая наверняка отложила мне что-нибудь с прошедшего обеда, в гостиной на этаж выше раздался тихий хлопок. На всякий случай кричу:

— Я на кухне!

— Ну и что там?

— Где?

— На кухне.

— Я.

Усталый ректор появляется на пороге, и я посылаю ему сочувственный взгляд. Ничего, до меня тоже не всегда сразу информация доходит.

— А кроме вас еда здесь есть? — Андриан угрюмо оглядывается.

— Есть. — Не могу не сказать.

— А если не учитывать меня в качестве потенциального меню?

— Тогда нет, — приходится признать.

— Я тоже ничего не добыл, в академии обед уже закончился.

— У вас что даже кухарки нет?

— Есть, но она приходит лишь иногда и обычно ничего не готовит. Я редко здесь появляюсь.

— Давайте хоть чай поставим, — грустно вздыхаю.

— А вы умеете? — на меня смотрят с откровенной иронией.

— Нет, но мы можем рискнуть.

Андриан не выдерживает и прыскает.

— Простите, Астра, но я не готов. Давайте лучше, раз уж обещал, отведу вас в какой-нибудь ресторан. У вас есть любимые места?

— Есть, но нам туда лучше не ходить.

Глаза ректора темнеют.

— Чтобы я случайно не столкнулся с ордой ваших старых поклонников?

— Нет, просто соседи будут против, если я в их болото с лягушками еще и вас приведу.

Судя по выражению лица Андриана, ему информации обо мне на сегодня хватит.

Отвели меня в итоге в одну из самых модных рестораций драконьей столицы, где для такого важного гостя как мой ректор сразу нашли свободный столик.

Отвели молча. Молча же усадили и даже заказ сделали молча, просто ткнув официанту в нужные строчки. Но я не переживаю, я засекаю. Надо же знать на сколько у него в среднем дар речи пропадает, чтобы потом примерно рассчитывать произведенный эффект.

Еду мы ждали долго, и мой алчный взгляд, блуждающий по аппетитным драконам вокруг, всё же заставил ректора нарушить наш «обед молчания».

— Перестаньте так оглядываться, нас сейчас либо выведут, либо арестуют, либо вызовут меня на дуэль за право обладать вами.

Фыркаю.

— За право обладания мной вызывать на дуэль надо исключительно меня. Я себя ещё никому не отдавала.

— И что, если проиграете, отдадите себя в качестве приза?

— Нет, в таком случае напомню, что я не подарок.

— И соответственно, призом быть не можете?

— Да.

Тут прыснули мы оба, и гнетущая атмосфера немного спала.

— А если серьезно? — ректор испытующе взглянул на меня.

— Что серьезно?

— Что нужно сделать за право обладать вами?

Поперхнулась принесенным вином.

— А вы что из этих? — делаю страшные глаза. — Которые там всякие плеточки, наручники, шарики, посуду мыть каждый день практикуют да? Б… — вспоминаю слово… — ДСМ, да?!

Дзынь!

Несколько соседних столиков шокировано на нас оборачиваются, а проходящий мимо официант едва не роняет чей-то обед.

Кошусь на ректора, но тот прикрывает глаза, сохраняя полную внешнюю невозмутимость. А едва слышный стон мне, видимо, показался.

— Еще вина? — к нам подскакивает нервный официант.

— Да, спасибо, — произносит до крайности спокойным тоном мой спутник и глаза таки открывает. Желтые, с вытянутым зрачком глаза. — Напомните мне больше никогда не брать вас в приличное общество, — говорит очень светски, и, отняв бутылку у официанта, наливает себе вино сам.

— Попробую, — мило улыбаюсь. — Но сами знаете, память у меня не очень. Вот даже слово это…

— Не надо!

— Вот и я говорю, зачем нам то…

— Астра!

Прячу улыбку.

— Теперь я понял, почему тебя всегда нужно вовремя кормить, — Андриан устало вздыхает и выпивает вино практически залпом, — голодная ты еще более невыносимая, чем обычно.

— Так выпьем же за то, чтобы никогда не повторять свои ошибки. — Отсалютовала ему бокалом.

Больше провокационных вопросов мне не задавали, но стоило только съесть парочку тарелок божественной пищи и блаженно откинуться на спинку стула, как новая попытка выудить из меня информацию снова начала набирать обороты.

— Как змеи выбирают себе партнеров для зачатия? — сурово спрашивают меня, и я аж икаю от такой постановки вопроса.

— Ты такие вопросы задаешь, что я даже не знаю как их шутить. — Признаюсь, совершенно бессовестно кладя локоть на стол и опираясь подбородком о сжатый кулак.

— На то и расчет, — ректор устало улыбается.

Честно говоря, его уже как-то даже жалко.

— Следующий вопрос, — вздыхаю, таки съеденная совестью.

— А если я хочу услышать ответ на предыдущий?

— Тогда ответ за ответ, — пожимаю плечами, глядя на него сначала правым глазом, потом левым. Просто они по очереди закрываются, напоминая, что раз мы сейчас поели, значит, теперь можно и поспать.

— И что вы хотите знать? — Андриан недовольно морщится.

— Кто ваш информатор?

— Ладно, следующий вопрос так следующий.

Из груди поневоле вырывается тихое шипение.

— Значит, мои тайны вы требуете раскрыть просто так, а собственные открывать даже не думаете?

— Следующий, Астра.

— Что не так с вашим братом?

— Это не секрет, — Андриан снова морщится, — вернее секрет, в который посвящен довольно широкий круг близких мне лиц. Но, честно, Астра, я не готов сейчас вам об этом рассказывать. Не потому что не доверяю, просто… не хочу. Могу сказать только, что он в некотором роде… болен. И нам… тяжело доставать лекарство.

— И это как-то связано со змеями?

— Да.

Хмурюсь. Честно говоря, пока понятно только, что ничего не понятно.

— Та ваша невеста на приёме в Храме предположила, что я якобы могу как-то помочь. Это возможно?

— Не знаю, — звучит глухой ответ.

— И вы даже не хотите попытаться выяснить? — против воли в душе поднимается негодование.

— А вы думаете, я имею право приводить в дом к ребенку, существо невероятно опасное, с возможными скрытыми мотивами и о котором почти ничего не знаю?

Туше.

Причем, весьма болезненное туше.

— Мне казалось, я давно доказала, что заслуживаю вашего доверия. — Тихо произношу.

Ректор молчит очень долго, и я уже думаю попросить отправить меня обратно в академию как…

— Я ничего о тебе не знаю, — наконец произносит он столь же тихо, — и ты с поразительным упорством не позволяешь мне ничего о тебе узнать.

— Как же ты можешь любить существо, о котором ничего не знаешь? — горько усмехаюсь.

— Мне кажется, что я знаю ТЕБЯ, но О ТЕБЕ не знаю ничего. Я знаю, что ты не причинишь вреда, по крайней мере сознательно. Но также не знаю ровным счетом ничего о ваших традициях и законах, чтобы понять, что именно для тебя будет значить «не навредить».

На какую-то долю секунды мне вдруг захотелось по-настоящему с ним поговорить, рассказать, объяснить, но… но древние, впитанные с молоком матери защитные инстинкты, не позволявшие другим расам и особенно драконам, проникать в наши жизни тысячелетиями, был сильнее моего желания.

Мы оба верили друг другу и оба не доверяли.

— Верни меня в академию, — всё, что могу сейчас ему предложить.

Дымка портала, возникшая рядом, почему-то сделала больно.

И то, что меня никто не останавливал, когда я в нее вошла, сделало больно тоже.