Глава 17

— Я требую немедленно все мне объяснить! — Обеспокоенный и одновременно с тем злой Бабася прыгал вокруг меня, пока я выбирала платья в гардеробной, те, что возьму с собой.

— Не могу, маленький, прости. — Я окинула взглядом кучку одежды на кровати, и вернулась к вешалкам. На одной из полок обнаружила шкатулку, а в ней несколько золотых цепочек, пара сережек с изумрудами и пара с бриллиантами. Вряд ли мне удастся выручить за эти украшения много денег, но хоть что-то у меня будет.

— Бросить, значит, ты меня можешь, а рассказать почему — нет? — Он насупился и развел лапки в стороны.

Я старалась не заплакать, и быстро придумывала причину, по которой я не могу забрать его с собой. На ум пришло только одно.

— Я вернусь за тобой после свадьбы. Просто сейчас я не могу спорить с принцем, понимаешь? Он не разрешил тебя взять, а я пока не имею права не слушаться.

— Точно вернешься? — Недоверчиво покосился на меня зверек.

— Точно.

— Ну ладно, поверю. Но если не вернешься, знай — я приду сам.

Он убежал к Аргэну, я собрала все вещи в небольшой сундук — туда поместилось несколько платьев и две пары туфель, я выбрала самые удобные, и села на кровати дожидаться Реймана. Спустя полчаса мне надоело ждать, и я отправилась на его поиски, потому что если б я осталась еще хоть на минутку, я бы просто уснула. Не то чтобы я горела желанием скорее уехать из дома, но мне в тот момент казалось, что чем быстрее закончится весь этот спектакль, тем проще мне будет привыкнуть к новой жизни. Где-нибудь под мостом. Если здесь вообще есть мосты. Я грустно улыбнулась — эти мысли больше не вызывали во мне панику, лишь легкое чувство тревоги, и даже капельку радости от того, что меня хотя бы в живых оставят.

Я шла по коридору, склонив голову, и так задумалась, что проскочила мимо лестницы, и поняла это, только когда услышала голос отца. Я стояла у одной из дверей, которые, скорее всего, вели в спальню родителей, и уже собралась вернуться, но слова мамы заставили меня оцепенеть.

— Энгар, умоляю тебя! Ты ведь знаешь, как проводится обряд! А что если она…

— Ничего не произойдет, Аррия! — Грубо прервал ее отец. — Мала вероятность того, что кровь пробудится.

Я затаила дыхание, и подошла поближе, прислонилась ухом к двери.

— Вероятность мала, но все же она есть, — чуть не плача сказала мама.

— Милая, не беспокойся. — Голос отца стал мягче. — Ну, иди сюда. Мы же не будем ломать ее счастье?

— Не будем… — Мама снизила голос до шепота, и спросила: — Мы все ей расскажем, да? Обещай мне, Энгар.

— Обязательно расскажем.

Я поймала себя на том, что все это время почти не дышала. У меня даже голова закружилась, я приложила ладони к пылающим щекам и рванула к лестнице. Съехала по перилам, в брючном костюме это делать оказалось гораздо удобнее и, не разбирая дороги, побежала к магу.

Сомнений не было — они говорили обо мне, но прежде чем я задам вопрос в лоб своим родителям о какой-то там спящей крови, я хотела все узнать у Аргэна. Он врать и утаивать не станет, если конечно знает больше чем я.

На очередном повороте я влетела в объятия принца, он задержал меня в руках всего на секунду, а после, словно очнувшись, отодвинул меня от себя за плечи.

— Я вижу, ты уже готова? Тогда идем. Экипаж подан, носильщик заберет твои вещи и отправит следом на другой карете.

— Там всего один сундук, — бросила я, думая, как бы вырваться и добежать до мага. Но Рейман уже уводил меня за руку в холл.

Впрочем, через несколько минут сюда же спустились мои родители, королевская чета и даже Тина. Аргэн не пришел, и Бабася тоже.

Прощание с родителями было быстрым; отец улыбался мне ободряюще, а вот мама еле сдерживала слезы. Видя это, Рейман пообещал, что мы приедем в следующем месяце, когда нужно будет снова укреплять защиту Купола, и поспешил увести меня к экипажу, но перед этим забрал мой сундук у носильщика, сказал, что донесет сам.

На черной карете красовался золотом вышитый дракон — королевский герб, а изнутри она была обита бархатом. И места вроде бы было много, и свежий воздух попадал через круглое окошко, но я, отчего то, чувствовала себя как запутавшаяся в сеть рыба.

Половину пути мы ехали молча. Сначала я жадно рассматривала улицы города — дома были такими, словно их доставили сюда прямо из средневековья, а после — поля, сплошь усеянные пшеницей. Так странно… мир другой, а почти ничем не отличается от Земли.

Рейман старательно делал вид, что дремлет, но несколько раз я чувствовала его взгляд на себе, и вся покрывалась мурашками. Я ждала, когда он снова начнет говорить мне, какая я плохая, что я иномирянка недостойная жизни, и все в таком духе, но он не проронил ни слова.

Экипаж внезапно затормозил, послышалось фырканье лошадей, и старческий голос извозчика — он разговаривал с животными, объяснял им, что нужно немного отдохнуть.

— Привал, — бросил Рейман, и вышел из кареты, захватив из-под сиденья плетеную корзинку с едой. Нам дали ее родители, чтобы мы могли перекусить по дороге.

Мы остановились посреди поля, точно такого же, какие были на протяжении многих километров — все то время, что мы ехали, я наблюдала пшеничные поля. Рейман расстелил плед, достал из корзинки хлеб, сыр и ветчину, разлил по стаканчикам травяной чай.

— Я не кусаюсь, Варэли. — Раздраженно сказал принц, и кивком указал мне на свободное место на пледе.

— Кто тебя знает, — пробормотала я. Рейман услышал, и едва заметно ухмыльнулся.

Голод оказался сильнее моей ненависти к его высочеству, поэтому я, не раздумывая, приступила к обеду. Три бутерброда спустя меня поклонило в сон, что неудивительно — я не спала почти двое суток. Я распахнула глаза пошире, но и это не помогло. Нещадно хотелось спать

— За что ты меня ненавидишь, Рей? — Тихо-тихо спросила я, и прилегла. Я только немного полежу, пять минут, и все. Даже твердая земля казалась мне сейчас мягче перин…

— Я не тебя ненавижу, я ненавижу всех иномирцев.

— А почему? Да, были войны, но это не значит, что они все плохие, — слабеющей рукой я отмахнулась от надоедливой жужжащей мухи, и подложила ладони под щеку.

— Хм, — Рейман машинально схватился за камень на цепочке, и повернулся ко мне. — Еще до моего рождения вы убили мою маленькую сестру. Не ты, но такие же, те, кто живет там, за Куполом. Ей было всего три года, Варэли, всего три! Так как ты думаешь, могу ли я допустить, чтобы хоть один из вас оставался в этом мире?

— Я не иномирянка, Рей… — Попробовала возразить, но я сама уже не слышала свой затихающий голос, и через мгновение бессовестным образом заснула прямо посреди поля.