Глава 17

— Зачем ты… притащил меня сюда? — Настя, прижимаясь к бревенчатой стене, медленно попятилась в сторону открытой двери.

— Странно ты благодаришь за своё спасение. Видимо, тебя нужно было оставить привязанной к дереву до самого утра, раз компания диких зверей тебе больше по нраву, чем моя.

— Спасибо… — буркнула девушка, нахмурившись.

Она смущённо отвела взгляд, поглядывая на выход.

— Даже не думай, — Лучезар, стоя к ней спиной, присел у печи на корточки и подбросил в огонь несколько поленьев.

Пользуясь моментом, Анастасия кинулась к приоткрытой двери, но она тут же захлопнулась перед её носом. Мужчина прижал девушку своим телом к брëвнам, лишая возможности обернуться.

— Плохая идея бежать на ночь глядя. Больше спасать от лесных зверей я тебя не стану.

— А кто меня спасёт от тебя?

Мужчина хмыкнул.

— Я что… была без сознания весь день?

— Верно. — Лучезар приблизился к её уху и угрожающе прошептал: — А сейчас ты поешь, чтобы восстановить силы, и будешь до утра тихая, как лань.

— Нет, я… Я не могу тут оставаться, — девушка почувствовала всем телом жар желаемого и одновременно ненавистного мужчины, и эти ощущения сбивали её с нужных мыслей.

— Привыкай, — Лучезар потëрся тёмной щетиной о белые волосы на виске девушки. — Твоя община отказалась от тебя, зная, что могут отправить на смерть. Отныне ты принадлежишь только мне.

— Мечтать не вредно! Да вот только некогда мне у тебя в гостях рассиживаться! Волхв специально опаивает старосту сонным зельем, чтобы единолично править всем поселением! А ещё в любой момент могут снова напасть кочевники! — тараторила Анастасия, объясняя всю ситуацию. — Понимаешь? Мы сейчас строим частокол и готовимся к встрече с врагом, но мне кажется, этого мало… Мне нужно вернуться и… — она заметила, что мужчина совсем не настроен на разговор, он гладил её по бокам и вдыхал аромат светлых волос. — Ты меня слушаешь вообще? — повысила она голос.

— Меня не интересуют проблемы поселения. Они не суются ко мне, а я — к ним.

— Да как ты можешь! Отпусти меня! — Настя стала толкаться, пытаясь освободиться.

— С этого дня ты больше не относишься к поселению! — голос оборотня стал жёстким, не терпящим возражений. — Забудь о них! Ты принадлежишь мне!

— Я тебе не вещь, чтобы принадлежать кому-то! — девушка стала вырываться изо всех сил, но мужчина удерживал её лицом к двери.

Оборотень развернул Настю к себе, и она тут же оттолкнула его, оставаясь у двери.

— Ты не понимаешь, я не могу сейчас здесь… Ой… — Анастасия выронила нож Лучезара, и он со звоном упал на глиняный пол.

Перед ней стоял хмурый мужчина и разглядывал ладонь, на которой появилась кровь.

— Прости, я… Не заметила, когда оттолкнула тебя. Я не хотела…

Настя испугалась, что поранила Лучезара. Она не желала причинять ему вред, хотела лишь припугнуть. К тому же не знала, как оказывать помощь в таких, почти первобытных условиях, да и возможного гнева раненого мужчины на себе испытывать не хотелось.

— Сейчас я что-нибудь сделаю, пойдём, садись скорее, — засуетилась девушка и усадила его на лавку, думая, чем обработать и как остановить кровь.

Лучезар в это время был на удивление спокоен и с любопытством наблюдал за переживаниями возлюбленной. Анастасия подняла нож с пола, поставила одну ногу на лавку, приподняла шерстяную рубаху и отрезала от нижней светлой рубахи кусок ткани. Мужчина изогнул бровь, но продолжал молчать. Девушка нашла под столом кувшин с водой, плеснула в миску. Подошла к раненому, намочила ткань, отставила миску на лавку. Настя нерешительно приблизилась к Лучезару и виновато посмотрела в серые смеющиеся глаза, протягивая левую руку. Мужчина протянул ей свою ладонь с порезом. Девушка коснулась его руки и тут же почувствовала жаркую волну от макушки до пят. Но Настя старалась не концентрироваться на странной реакции своего тела на этого дикаря, на его широкую, шероховатую крепкую ладонь, и не замечать на себе прожигающий взгляд его холодных лунных глаз, а сосредоточиться на деле. Настя промокнула рану, аккуратно стирая кровь и вновь извиняясь перед мужчиной.

— Не сердись, пожалуйста, я не хотела…

— Ты боишься моего гнева или переживаешь за меня?

Анастасия посмотрела ему в глаза, но ничего не ответила, продолжая обрабатывать порез.

— Ой, а что это? — девушка убрала ткань и удивлённо уставилась на ладонь.

Кровь перестала идти, а края раны стали медленно затягиваться. — Вот это да-а-а…

Настя не могла оторвать взгляд от невероятной регенерации Лучезара.

— Я видела такое только в фильмах…

— Где?

— Можно сказать — во снах.

Мужчина кивнул, довольный восхищением Насти.

— Хотя тут всё логично, — вслух рассуждала девушка, проводя кончиками пальцев по ровной коже, где только что был порез. — Если оборотень, то кроме нечеловеческой силы есть ещё и быстрое восстановление организма. Потрясающе…

Лучезар второй рукой мягко обхватил Настю за спину и придвинул к себе ещё ближе. Девушка, удивлëнная возможностями дикаря, пришла в себя, вновь возвращаясь в реальность и осознавая, что стоит между бёдер мужчины и ладонями упирается ему в грудь. Какое-то время они молчали, утопая в радужке глаз друг друга.

— Лучезар…

— Да?

— Мне нужно вернуться в поселение.

— Нет.

— Прошу… Там Изяслав один, и нужно спасать старосту.

— Сейчас мы едим и ложимся спать.

— Отпусти меня.

— Нет.

— Да что же это! — Анастасия психанула, освободилась от рук хозяина жилища и отошла на несколько шагов назад. — Боги ошиблись! Тебе нужно было не в волка превратиться, а в упëртого барана! Даже с моим ягнëнком Чипом можно быстрее договориться, чем с тобой!

— Я всё сказал, — тон мужчины вновь похолодел. — Либо ты сейчас ешь, либо остаëшься голодной до следующего утра.

Лучезар подошёл к печи, поднял тёплый глиняный горшочек и поставил его на стол. Взял со скамьи миску, выплеснул остатки воды в огонь печи и вернулся к столу. Открыл крышку горшочка и положил в миску несколько ложек каши с кусочками мяса. Молча протянул еду девушке. Настя нахмурилась, но приняла миску и села на край лавки. Она понимала, что нужно поесть, тем более, что почти весь день была без сознания и желудок недовольно ворчал, требуя пищи. А силы девушке наверняка ещё понадобятся.

Конечно, она не была глупа и осознавала, что ей никогда не одолеть оборотня. И даже если ей в голову пришла бы идея специально ранить Лучезара и убежать, то сейчас она убедилась в провале этого плана. Такое с оборотнем не пройдет. Он быстро восстановится и настигнет её. Нужно было успокоиться и придумать что-то понадежнее.

Лучезар отдал свою ложку Анастасии, а когда она поела, взял обратно миску с ложкой и положил еду себе. Девушка сухо поблагодарила мужчину, мысленно отмечая про себя, что ужин был довольно неплох. Настя уже привыкла в этом мире к пище без соли и научилась ощущать настоящие, не перебитые приправами вкусы всех приготовленных продуктов.

— Почему ты не остановил меня, когда я принялась обрабатывать порез? Это же бессмысленно, при твоей-то способности заживления ран, — спросила у мужчины, когда тот поел.

— Мне было любопытно, как ты себя поведëшь, — уголки рта Лучезара дëрнулись вверх. — Не серчай за порванную рубаху.

— Ну да, конечно, — буркнула девушка, не веря его искренности.

Она видела, как он с интересом наблюдал за ней и не жалел ни о чём.

Лучезар зажёг лучину от огня в печи и поставил её на стол. На улице уже стемнело, и яркий лунный свет проникал через маленькое окошко под крышей, освещая холодным светом часть жилища.

— У меня для тебя есть первый подарок.

— Подарок? — удивилась девушка.

— Да. Он ждёт тебя на улице за дверью.

Настя подозрительно прищурилась, пытаясь понять, что задумал этот странный мужчина. Лучезар не показывал никаких эмоций, взгляд был холодным и отстранëнным. Он кивнул ей в сторону выхода.

— Мне можно выйти из жилища? — не поверила девушка.

— Можно.

— И ты не боишься, что я убегу?

— Не убежишь, — уверенно произнёс оборотень, сидя на краю лавки у печи и ножом работая по маленькому куску дерева.

Анастасия, медленно подходя к двери, несколько раз обернулась к мужчине, убеждаясь в том, что он не шутит и не кинется вслед за ней. Медленно открыла дверь, вышла и осмотрелась. В лунном свете она поняла, что полуземлянка Лучезара находится где-то в лесных дебрях. Недалеко от жилища блеснула тихая речушка, убегающая во тьму ночного леса. Вокруг было тихо, лишь изредка слышалось уханье совы и неподалёку треск веток от роющего пятаком землю кабана.

«Вот она… Свобода. До неё рукой подать. Может, рискнуть и рвануть в темноту леса, а там попробовать спрятаться и потом найти, где находится поселение?» — пронеслись мимолëтные мысли в светлой голове.

Анастасия догадывалась, что зверю ничего не стоит догнать её, да и в темноте, скорее всего, Лучезар видит лучше, чем она.

«А ещё странным было то, как он уверенно сказал, что я не убегу. Это была угроза или мне показалось?» — рассуждала она.

Настя в поисках подарка заглянула за дверь, как велел Лучезар. Девушка тут же закричала и попятилась назад. На земле в плетëной корзине лежала отгрызенная волком голова мужчины со шрамом на правой щеке. Тело Анастасии сковал животный страх, глаза округлились, дыхание участилось. Она закрыла рот ладонью, чтобы вновь не закричать. По щекам полились слёзы. Настя испытала сильный шок.

— Зачем он это сделал? Убил того, кто ударил меня? Но как он узнал, что это именно тот человек? Лучезар даже в человеческом обличье остаётся зверем… Боже, помоги мне…' — Настя всхлипывала, пытаясь на улице справиться с истерикой.

Ей хотелось развернуться и бежать, бежать без оглядки от этого оборотня. Закрыть глаза и уши, чтобы забыть о реальности, в которую она попала несколько месяцев назад. Но девушка вспомнила предупреждающие слова Лучезара — «не убежишь», и на ватных ногах вернулась в жилище. Она забилась в угол у входа, сползла на пол, закрыла руками голову и тихо плакала, безуспешно пытаясь успокоиться.

Несколько минут оборотень смотрел на неё и хмурился. Вскоре не выдержал, отложил нож и будущую деревянную ложку для Насти и медленно подошёл к девушке. Она испуганно замерла, глядя на носы кожаных сапог мужчины, с боязнью ожидая его дальнейших действий. Перед её опущенной головой появилась протянутая рука Лучезара. Девушка, всхлипывая, вложила в неё свою ладонь и медленно поднялась на ноги. Дикарь прижал к своей груди дрожащую избранницу, успокаивающе поглаживая её по спине. Анастасия не сопротивлялась, а в поисках утешения уткнулась носом в шею того, кто оказался виновником её слез.

— Зачем ты это сделал… — прохрипела девушка, удивляясь тому, что успокаивается в объятиях Лучезара.

Мужчина почувствовал, как во время вопроса припухшие от плача Настины губы невинно пропорхали бабочкой, касаясь его горячей кожи на шее. Лучезар с трудом удержался, чтобы не повалить желаемую до скрипа клыков девушку на лежанку и не впиться в её губы, соединяясь в одно целое. Но оборотень сдержался. Он не хотел причинять ей боли и давал возможность привыкнуть к нему.

— Только я имею право тебя касаться и наказывать, Настя. Ты под моей защитой. Всех остальных, кто причинит тебе вред, ждёт точно такая же участь.

Анастасия рвано вздохнула и плавно выдохнула, окончательно успокаиваясь. Она медленно отстранилась от мужчины, к которому испытывала смешанные чувства. Девушка хотела отойти в сторону, но Лучезар мягко одной рукой схватил её за запястье. Тогда Настя, чтобы не смотреть ему в глаза, касаясь его тела, медленно зашла за него и облокотилась спиной к его спине. Он не отпускал её руку. Девушка прикрыла глаза и успокаивающе выдохнула, не чувствуя на себе его хищный взгляд. Ей одновременно хотелось касаться его и убежать от него прочь. Порой Насте казалось, что она медленно сходит с ума…

— Лучезар… — шепнула Анастасия.

— М-м-м? — словно тихо рыкнул оборотень.

Девушка спиной почувствовала тепло и вибрацию.

— Я прошу тебя… Не дари мне больше подарки…

Мужчина фыркнул, посмеиваясь. Анастасия узнала эту привычку. Точно так же вёл себя крупный серый волк, с ярко-жëлтыми глазами, который появлялся в её снах каждую ночь, после первой встречи с Лучезаром в лесу.

Оборотень отпустил её руку и вернулся к своему занятию у огня. Настя тихо села на другой край лавки и вела себя «тише воды, ниже травы». Спустя какое-то время девушка начала устало зевать. У неё не было часов, а определять время по солнцу и луне она точно не умела. Но организм уже явно требовал отдыха.

— Твоя ложка готова, — Лучезар положил её на стол, рядом со своей.

Анастасия удивилась, как в одном человеке могут разом уживаться разные качества. Лучезар убил её обидчика, в этот же день успокоил девушку и вырезал для неё ложку. Мило до дрожи.

«Какой заботливый оборотень», — с сарказмом подумала Настя и отвернулась в сторону, чтобы мужчина не прочëл её негативные мысли.

Девушка вновь зевнула.

— Укладывайся спать.

— Куда? — удивилась она, осматриваясь вокруг.

У дикаря в жилище стояла всего одна лавка, застеленная меховыми шкурами животных, хоть и довольно широкая. Но вариант лечь спать рядом с Лучезаром, Анастасия даже не рассматривала.

— А ты видишь тут несколько лежанок? — мужчина смахнул стружки со стола в руку и кинул их в печь.

— Я не буду спать рядом с тобой, — Настя сложила руки на груди.

Оборотень отряхнул порты и задул лучину, погружая полуземлянку в темноту. Лишь свет от луны и от огня в печи позволял разглядеть очертания крупных предметов в жилище. Настя проморгалась, привыкая к темноте. Она обняла себя за плечи, оставаясь неподвижно сидеть на краю лежанки и чувствуя себя неловко. Лучезар подошёл к лавке. Девушка перестала дышать. Мужчина разулся и лёг на лежанку возле бревенчатой стены, оставляя место для Насти. Бунтарка вновь задышала, но не двигалась с места.

— Либо ты ложишься рядом, либо спишь со своим другом на улице.

— Каким ещё дру… — Анастасия подумала про голову за дверью и замолчала. — Он мне не друг…

Девушка подумала о том, что лучше сделать так, как он велит. С него станется, выгонит ещё за дверь на ночь глядя. Она не знала, что было страшнее, ещë раз встретиться с лесными волками в темноте или вновь увидеть «подарок» Лучезара.

Настя посмотрела на лесного хозяина. Он подложил под голову одну руку и с закрытыми глазами лежал на спине. Даже в такой расслабленной позе Лучезар казался ей опасным, невероятно красивым хищником, который контролировал ситуацию вокруг себя. Девушка сняла полушубок и обувь. Аккуратно улеглась на лежанку, на самый край лавки. В голове Анастасии навязчиво заиграл отрывок детской песенки из её мира:

'А баю-баю-баю,

Не ложися на краю —

Придёт серенький волчок,

Тебя схватит за бочок,

Тебя схватит за бочок

И утащит во лесок.'

Настя нахмурилась, вглядываясь в темноту полуземлянки.

«Да уж… Колыбельная заиграла новыми красками, кто бы подумал…» — мысленно усмехнулась девушка.

Она повернулась на бок, к мужчине спиной, и затихла, вслушиваясь в его размеренное дыхание и потрескивание поленьев в печи. Настя старалась не спать, но веки тяжелели и закрывались сами собой. Последнее, что она почувствовала, была шкура, накинутая на её плечи, и девушка провалилась в крепкий сон.

Когда Анастасия проснулась, Лучезара в жилище уже не было, а сама девушка, раскинувшись звёздочкой, лежала на середине лежанки. Из маленького окошка уверенно пробивался луч солнца, гуляя по сухим еловым веточкам на глиняном полу. Настя встала, привела себя в порядок и спокойно осмотрелась в жилище оборотня. Её верхняя одежда оставалась на месте. Недалеко от печи лежало огниво, а нож так и оставался лежать на столе. И как бы руки у девушки ни чесались схватить всё нужное и убежать, она решила проявить осторожность. Выходить из полуземлянки после вчерашнего было страшновато. И неизвестно, там ли Лучезар и как отреагирует на её выход. Побродив по жилищу с такими мыслями, она увидела клубок серых ниток и костяную иглу. Взяла их, прихватила со стола нож и с ногами по-турецки уселась обратно на лежанку, облокотившись спиной о бревенчатую стену. Настя, мурлыкая про себя песни, занялась починкой своей нижней рубахи.

Спустя какое-то время увлечëнная процессом девушка не услышала шаги оборотня. Когда Лучезар почти бесшумно зашёл в жилище, он застал Настю с ножом в руке, сидящую на том же месте, где он спал, и напевающую вслух странные слова:

— Врагу-у-у не сдаë-о-отся наш го-о-ордый «Варя-а-аг!» Ой… — девушка заметила лесного хозяина и тут же затихла, заканчивая починку одëжи.