Глава 24

Уснуть сегодня было, конечно, делом не из легких. Пусть после разговора с Грэгори мне и стало легче, но все внутренние тараканы все равно дрожали от волнения, создавая редкие мурашки по всему телу. В общем, как бы мы ни пытались лечь пораньше – уснуть сразу удалось лишь Николасу. Хорошо, кот хоть не храпел, а лишь слегка посапывал рядом. Спустя час ворочаний из стороны в сторону под это его сопение я всё-таки отправилась видеть чудесные сны. Вот только сегодняшний мой ночной показ «Странных сновидений Алисы» варварски собирались прервать…

Я уже давно спала, ощущая лишь изредка, как пушистый хвост Николаса опускается мне на лицо и начинает непроизвольно щекотаться, когда в какой-то момент почувствовала прикосновение к плечу и тихий голос, зовущий меня. Сначала попыталась отмахнуться, потом перевернуться на бок и лишь на третий раз широко раскрыла глаза, боясь оборачиваться. Неужели злосчастные ведьмы, подкидывавшие всё это время мне дохлую живность, решили действовать более решительно?!

— Алиса?..

Нет. Стоп. Голос был знакомым. Можно было выдохнуть, расслабиться и отпустить одеяло. Хотя вряд ли бы оно меня спасло, будь рядом всё-таки какая-нибудь злобная тварь.

Я аккуратно приподнялась, стараясь не разбудить Николаса, который лишь растянулся на своей подушке кверху пузом. Вглядываясь во тьму рядом, постепенно я рассмотрела силуэт Грэгори и поняла, что слух все же меня не обманывает.

— Для твари из моего состояния сонного паралича ты слишком хорош, – улыбаясь, шепнула я.

— Вставай и одевайся, – я не видела точно его черт лица, однако голос прозвучал мягко.

— Но ведь за окном ещё совсем темно. Сколько вообще времени?

Несмотря на свой бубнеж, я послушалась и поднялась с кровати, демонстрируя ту самую пижамку оленя, в которой когда-то забегала к ректору на горячительный чай.

— Едва перевалило за полночь.

— Чего? – возмущенно протянула я, потирая кулачком глаз. – Мы специально в десять легли, чтобы выспаться по-человечески. Я так последний раз делала лет в десять. Еле уснула. А ты пришел и разбудил меня?

— Ох, хватит болтать.

Неожиданно меня абсолютно без спроса, как какую-то куклу, просто подхватили на руки, заставляя окончательно проснуться, дабы обхватить руками шею моего «похитителя» и удержаться рядом с ним. Я даже не успела что-то возразить, как Грэгори накинул на меня одним движением снятый со своих плеч плащ и понес к выходу.

— Но… куда? – растерянно промямлила я, распахнув широко глаза.

— Доверься мне.

Как раз в этот момент мы проходили мимо письменного стола, на который ректор положил записку, заставляя меня держаться ещё крепче, чтобы не упасть в этот момент.

— А это зачем?! – я говорила всё ещё шепотом, но была крайне возмущена.

— Чтобы Николас знал, куда ему завтра идти.

— Так, погоди-ка, это всё как-то подозрительно.

Я сощурилась и приблизилась к лицу Грэгори, заглядывая тому точно в глаза. Это был он, сомнений быть не могло. И всё же…

— Если это правда ты, ответь, сколько я выпила у тебя в кабинете в ту ночь, когда пришла в этой же пижаме? – заговорщически зашептала я.

— Издеваешься? – дракон не останавливался, и мы были уже у двери. – Я даже не помнил, что ты тогда вообще пила. Я что, наливал алкоголь своей студентке?

— Отличная отговорка для похитителя, который решил бы принять облик моего ректора, чтобы украсть меня из академии перед вторым испытанием…

Грэгори остановился прямо у двери, вздохнул на очередную мою подозрительную фразу, которая была не особо серьезной, но всё же требовала ответа, и в итоге неожиданно приблизился к моим губам, целуя. Однако этот поцелуй был будто попыткой высказать своё недовольство, ведь я ощутила, как дракон едва прикусил мою нижнюю губу, а сразу после нетерпеливо отстранился.

— Довольна?

— Ничего личного, но, кем бы ты ни был, целуешься ты хуже, чем Грэгори Рэндолский.

Я широко заулыбалась, еле сдерживая смех, и тут мы услышали, как Николас начал что-то бормотать во сне, активно двигая при этом передними лапами.

— Но во имя спокойствия сна моего фамильяра я согласна быть похищенной.

— Будто я стал бы тебя дальше спрашивать…

Что ж, сегодня мне предстояла роль похищенной ведьмы. «Похищенная ведьма» – звучит опасно, не так ли? Не пойму, как драконище на такое решился, а главное – зачем? Нам в полдень нужно уже быть в королевском дворце, откуда все участницы будут перемещены к пещерам джалард, и в такую ночь он решился на похищение…

Впрочем, несмотря на странность такого поступка, я не могла избавиться от глупой широкой улыбки. Не каждый день красивый мужчина похищает тебя из кровати. Варианта сопротивляться – просто не было. А сон? Сон для слабаков!

Мы прошли незамеченными по ночным коридорам академии. По крайней мере, я очень надеялась, что нас никто не видел. Не хватало мне только слухов о том, что я участвую в турнире, потому что шашкаюсь с ректором, и всё такое. В подвале с порталами даже стражник и тот отсутствовал, хотя обычно помещение строго охранялось.

— Я смотрю, ты хорошо спланировал моё похищение, – усмешливо заметила я, когда мы направились к одной из магических дверей.

— Да. Если вдруг я решил навсегда запереть тебя в темнице или и вовсе убить – никто никогда об этом не узнает, а на меня не подумают, – Грэгори изображал абсолютно серьезный тон.

— Это что, мне пора начинать кричать?

— Боюсь, тогда мне снова придется заткнуть тебя поцелуем.

Я сделала паузу, изображая хитрую задумчивость.

— Ну, тогда я кричу…

— Поздно.

Грэгори лишь усмехнулся, и ровно в этот момент мы пересекли портал. Он отличался от прочих. Если остальные выглядели как арка, внутри которой переливалась различного цвета магическая энергия, то на этот словно было натянуто абсолютно черное полотно. Будто шагаешь в непроглядную тьму и даже картинку за разводами магии не можешь разглядеть.

— Драконья сердцевина, – послышался тихий шепот Грэгори, когда мы пересекли черту.

И вдруг отовсюду задул ветер, послышался звук ударяющихся о скалы волн, а над головой засияли звезды. Мы оказались на улице, прямо возле замка ректора, в котором когда-то мне уже посчастливилось побывать.

— Ты сказал, что сюда можно добраться лишь вплавь или по воздуху! – тут же возмутилась я.

— Не совсем. Я сказал, что ОТСЮДА нет иного пути. А гибких порталов для перемещения в нужное место – никто не отменял. Просто они есть лишь в академии, но никак не здесь.

— Гибкие порталы?

Грэгори зашагал ко входу в замок, продолжая нести меня на руках.

— Они не привязаны к месту и переносят тебя в точку, которую ты называешь. Но лишь в рамках того мира, в котором ты находишься.

— Ага, – я проследила, как ворота перед нами медленно раскрываются. – Значит, ты похитил меня, чтобы запереть в своём замке, который находится на безлюдном острове, окруженном водой?

— Здесь тебя точно никто не услышит.

— Неплохой план. А как же слуги?

— Сегодня здесь мы только вдвоем.

— Тогда теперь я полноценно похищенная драконом принцесса. Осталось дождаться принца, который меня спасет.

— Брось, – Грэгори усмехнулся под звук закрывающихся за нами ворот. – Принцы – это пережиток прошлого. В наше время принцессы наконец поняли, что нет места надежнее, чем оставаться под крылом у дракона.

— Между прочим, ты и принц тоже.

Ректор как-то печально вздохнул, впрочем, не теряя улыбки.

— К сожалению, это так.

— К сожалению?

Мы завернули в столовую, и мой взгляд привлекла царящая здесь обстановка. Это уже не напоминало обычный серый ужин – весь стол был заставлен различными яствами, везде горели свечи, и стоял приятнейший аромат. Пол был усеян лепестками роз самых различных оттенков: красные, белые, розовые, желтые. А в центре стола стоял большой букет необычайно прекрасных синих роз. Таких я даже никогда не видела, не то что получала на… свидании? Это ведь было оно?

Грэгори не ответил на мой последний вопрос. Вместо этого он аккуратно поставил меня босыми ногами прямо на ковер из лепестков. Это было такое приятное и одновременно необычное ощущение – ступать по ним. Я даже боялась представить, сколько цветов ушло, чтобы покрыть столь огромное помещение. И хоть я была из тех девушек, которые говорят: «Ой, брось, цветы завянут, лучше подарить что-то практичное», — но всё же… чёрт, как это было приятно!

— Надеюсь, ты голодна, – произнес негромко Грэгори, ведь весь замок молчал и в этом молчании был предоставлен лишь нам двоим.

— А? Да. Но… наверное, мне нужно переодеться?

— Зачем? – кажется, он правда удивился.

Я же, не растерявшись, обернулась к нему и указала на свою оленью пижаму, всем видом прося прозреть и увидеть.

— Потому что иначе ты будешь ужинать с Рудольфом.

Дракон в ответ вдруг глухо рассмеялся.

— Подобный внешний вид отлично демонстрирует твой особенный внутренний мир. Мне нравится, а тебе ведь так удобнее, чем снова затягивать на себе корсет. Поэтому, пожалуйста, оставайся в ней.

От такого откровения я даже немного смутилась, хотя ничего особенного ректор и не сказал. Но всё-таки слышать, что ты нравишься мужчине такая вот растрепанная, ненакрашенная и в своей глупой пижаме – это даже приятнее, чем любое повседневное «ты прекрасно выглядишь!». Ведь конечно «прекрасно», блин, я на это потратила час перед выходом из дома, а ещё чуть не призвала Сатану, пока рисовала себе стрелки, потому что скорее выходила пентаграмма, чем ровная линия! А здесь ты даже не причесалась и теперь лишь неловко поправляла волосенки руками, а тебе говорят такие слова.

Ух, надо собраться и не таять тут под гнетом нашептываемых нежностей.

— А чего это ты… – голова совсем опустела, видимо, тараканы ушли в романтическую кому: передоз, понимаете ли, – … решил именно сегодня ночью меня похитить?

— Ты всю неделю беспросветно тренировалась. Неудивительно, что внутри тебя скопилось столько волнения и напряжения, что даже твоя уверенность в себе пошатнулась. – Грэгори прошел к одному из стульев и отодвинул его, приглашая меня присесть. – Поэтому я решил, что физический отдых через сон будет тебе куда менее полезен, чем моральная разрядка в приятной атмосфере и с приятным собеседником.

— Ладно, – я шепнула это, неловко улыбаясь, как глупая довольная девочка.

Села за стол, вдохнула аромат стоящих рядом блюд и совсем растаяла. Правда, на зов еды тараканы, видимо, проснулись, потому что я не удержалась от глупой шутки:

— А когда придет приятный собеседник?

Грэгори в этот момент также садился за стол рядом. Но, услышав мою фразу, резко замер, вздохнул, будто ему за меня никогда не было так стыдно, как сейчас, и уже опустился на стул с абсолютно серьёзным лицом.

— Ещё раз так пошутишь – выпорю, – строго ответил он, не поднимая взгляда..

Я тут же расплылась в хитрой улыбке и, долго не думая, повторила:

— Так когда он придет?

Дракон поднял на меня несколько удивленный взгляд, словно подобного ответа совсем не ожидал, а после ехидно усмехнулся, покачивая головой и шепча лишь:

— Бесовка.

— Но-но! Гордая ведьма!

За ужином мы говорили о чем угодно, но только не о турнире. И это было именно то, что мне нужно. За последние дни атмосфера вокруг второго испытания так накалилась, что я просто не могла думать ни о чем другом. Напряжение давило, и из-за этого внутри начал накручиваться клубок тревожности. С каждым новым опасным фактом, который я узнавала о джалардах, и с каждой неудачей на тренировках – новая толстая ниточка наматывалась на этот комок. А теперь, когда я смеялась с Грэгори над очередной шуткой из моей земной жизни, противный клубок постепенно распутывался. Я почти физически ощущала, как мне становилось легче.

— Я так наелась, что даже встать не смогу, – на выдохе произнесла я в какой-то момент, кладя небольшую ложечку, которой поедала просто великолепный сладкий десерт. – Если твой план состоял в том, чтобы откормить меня до состояния, когда я просто не смогу встать со стула и не отправлюсь из-за этого на турнир, – поздравляю, у тебя получилось.

Грэгори, улыбаясь, смотрел на меня. В отличие от чревоугодного монстра, который жил во мне и трепетал от одной мысли о ночном дожоре, дракон поужинал весьма скромно и больше рассказывал мне о Первом мире и своей жизни. Так я узнала, что его мама умерла от болезни, когда они с братом были ещё совсем детьми. Женскую заботу им заменили различные няньки и гувернантки. Во многом благодаря одной из них, о которой Грэгори отзывался с особой лаской в голосе, он вырос более чутким, чем его брат. И, если честно, меня это радовало. Дракон как-то очень умело соединял в себе мужскую строгость и жесткость, от которой у любой уважающей себя женщины хоть немного, но подрагивали коленки, и при этом оставался очень внимательным и заботливым. Наверное, именно таким себе представляют идеального мужчину? Никогда о таком образе особо не задумывалась, будучи ярой реалисткой, и теперь так вышло, что я его не искала, но нашла. И правда, ведьма. Ещё ведь и не потолстею, сожрав столько всего в ночи…

Дракон вдруг поднялся со стула, ничего не говоря, прошел к большой черной шкатулке, что стояла на камине, и открыл её. Деревянная коробка оказалась чем-то в духе музыкального устройства, потому что буквально через несколько непонятных мне, возможно, магических махинаций из шкатулки донеслись прекрасные звуки скрипки.

Грэгори снял ботинки, дабы не пачкать больше наш чудесный ковер из лепестков роз, а затем подошел и подал руку, как бы приглашая на танец. Стало немного неловко от того, что я объевшимся оленем сидела тут, откинувшись на стуле, пока дракон продолжал творить нечто романтичное. Поэтому, пересилив своё желание спокойно переварить все вкусности, я тут же поднялась и подала ему свою ладошку.

— Я совершенно не умею танцевать, – шепотом призналась я, чувствуя, как дракон проворно притягивает меня к себе, кладя вторую руку на мою талию.

— О, я нисколько не сомневался, – он уложил мою руку себе на плечо. – Но это и не важно, мы же здесь только вдвоем. Просто доверься мне и музыке и постарайся сделать так, чтобы твоя душа отдыхала в этот момент.

— Ничего более высокопарного я не слышала…

Ректор лишь усмехнулся и тут же закружил меня в танце. Осознание того, что я вальсирую с красивым статным мужчиной в россыпи лепестков роз, вызывало на моем лице улыбку всё того же девичьего восторга. Это было нечто столь нежное, столь романтичное, что даже моя ведьминская стойкость в очередной раз пошатнулась от прилива тепла внутри. Чёрт. Наверное, это называется бабочками в животе? Будто тараканов в голове мне не хватало. Развела внутри себя террариум, понимаешь ли!

Если бы у нашего танца были судьи, то они бы оценили его средне, потому что Грэгори двигался как истинный бог вальса, а я как мешок картошки. Зато очень счастливый мешок! Прямо готовый взорваться эмоциями бесконечного женского умиления. Это было так же захватывающе, как кружиться под проливным дождем, крича вместе с громом. Хотя вру, наверное, даже приятнее. Эта небольшая ассоциация с непогодой вдруг заставила меня кое-что вспомнить...

— Скажи, – я подняла на Грэгори заинтересованный взгляд, – когда мы пришли, ты намекнул, что сожалеешь о том, что ты принц. Неужели это правда так?

— И чего тебе молча не танцуется? – беззлобно спросил он, скорее пытаясь отшутиться.

— Ты так стараешься помочь мне унять тревогу перед завтрашним днём, я бы тоже хотела знать, что тебя волнует. Скажи, это потому на Тристана обращали больше внимания? Такая проблема случается в королевских семьях довольно часто, насколько я знаю.

— А ты так много знаешь о королевских семьях?

— Нууу… – я уклончиво протянула своё «у», – …я смотрела много сериалов и фильмов об этом.

Улыбка Грэгори стала шире, но он уже ничему не удивлялся.

— Нет, это не мой случай. Я никогда не стремился быть столь же важной фигурой, как Тристан. Мне не нужно было постоянное внимание отца, достаточно было знать, что он любит меня. Мне ни к чему был интерес тысячи женщин, достаточно было одной, но особенной. Я никогда не хотел править королевством, мне хватало просто осознания, что я могу заниматься любимым делом. И это дело – образование, но никак не политика.

— И не будет никакого «но»?

— Куда же без «но», – чуть тише ответил он с ноткой тоски, проявившейся во взгляде.

Диалог не мешал нам кружиться в танце. Грэгори увлекал меня за собой будто по наитию, даже не обращая внимания на то, как мы двигаемся.

— Дело в том, что когда ты сын самого короля, от тебя требуется быть лучшим. Даже в таком деле, как преподавание, – продолжал дракон. – Ты не можешь просто наслаждаться тем, что просвещаешь людей. Обязательно нужно занять место главы одной из лучших академий, и никак не меньше. Потому, хоть я и понимал желание Александры поставить на роль ректора академии ведьм именно женщину с таким же магическим даром, приходилось соперничать с ней за это место. И если я сам от поражения никак не пострадал бы, ведь безмерно уважал твою бабушку и считал её достойным соперником, то для моей семьи это было чем-то абсолютно недопустимым. О нашем с ней конфликте даже говорили с какой-то небывалой легкостью, будто я обязательно займу это место, и никак иначе быть не может. Эти немые требования давят, – Грэгори сделал паузу, смотря сейчас будто бы сквозь меня. – Давят и заставляют делать то, на что ты сам никогда бы не решился.

Видя, в какую бездну печальных дум вот-вот собирался рухнуть дракон, я очень живо улыбнулась и неожиданно переняла инициативу в танце. Совершенно неумело, кажется, наступая ректору на ноги, но с привычным для меня задором. Грэгори, чувствуя, как я тяну его куда-то в стороны абсолютно не в такт музыке, встряхнулся и посмотрел на меня с немым вопросом в глазах.

— Я уверена, моя бабуленька считала тебя очень достойным человеком, поэтому не стоит из-за этого так переживать. Что же до твоей семьи, я научу тебя особой, но очень простой мудрости. Её суть состоит в том, чтобы жить на полную катушку, делая всё, что захочется, но действовать так, чтобы слухи не дошли до твоих родителей. Ведь, хочешь верь, хочешь нет, а моя мама до сих пор считает, что я самая прилежная дочь на свете.

— Алиса, – в глазах Грэгори снова появился этот отблеск умиления, – всё-таки ты у меня ещё такой ребенок…

Мы оба резко остановились, сделав это почти синхронно. Сказанное «у меня» прозвучало невероятно нежно и чертовски неожиданно для нас обоих. И пусть дракон нисколько не смутился, а скорее с интересом наблюдал за моей реакцией, я же и впрямь ощутила, как щеки начинают слегка гореть.

— Спасибо, – неожиданно шепнула я, поднимая на Грэгори искренне благодарный взгляд.

— За что?

Я даже не знала, как и ответить. Просто нервно осмотрев всё вокруг глазами, будто в поисках зацепки, в итоге честно и тихо призналась, снова поднимая взгляд на дракона:

— Рядом с тобой мне правда становится легче, и всё напряжение улетучивается, будто его и не было.

Его обольстительная улыбка стала шире. Он опустился чуть ниже, так, чтобы коснуться кончиком своего носа моего, наверняка покрасневшего.

— Такая ты милая, когда перестаешь прятаться за своим образом громкой сильной ведьмы, – совсем тихо шепнул Грэгори так, что я ощутила дыхание на своем лице.

— Если ты кому-то об этом расскажешь, мне придется тебя убить.

Он было собирался рассмеяться, но вместо этого вдруг прижал меня сильнее к себе и накрыл губы нежным волнительным поцелуем. В голове что-то щелкнуло. Будто слишком много эмоций, скопившихся во мне, в одно мгновение полились через край. Я тут же крепко обвила его шею руками, прося не отпускать, ведь я всё равно не уйду. Но на этот мой жест Грэгори вдруг поднял меня на руки, всё так же бережно прижимая к себе. Он куда-то зашагал спешным шагом, но я не смотрела, продолжая лишь целовать его губы, боясь, что этот момент может закончиться.

Я ощутила, как он, не глядя, отворяет дверь, занося меня в более темное помещение. И уже через минуту поняла, что дракон опускает меня на кровать. Внутри разлилось чувство волнения. Это было неожиданно, и в то же время я ощутила, как, сама того не понимая, искренне радуюсь этой притягательной мягкости под своим телом. Я представила, как наш нежный поцелуй вот-вот перерастет в проявление пламенной страсти, как сильные ладони Грэгори скользнут от мой талии ниже. И всё это вызывало не опасение, а одно лишь желание. Я точно была к этому готова, как вдруг…

Дракон отстранился, окончательно опустив меня на кровать. Я чувствовала, насколько нехотя он отрывается от моих губ, ощущала его разгоряченное нетерпеливое дыхание на своей коже. Видела, какая сладострастная мука отразилась на лице его в этот момент. И всё же он сделал это. Лишь коснулся горячими губами моего лба и провел рукой по волосам.

— Думаю, мне нужно дать тебе поспать, – донесся до моих ушей его взволнованный шепот.

Я же не знала даже, что сказать. Лишь вцепилась тонкими пальчиками в край его рубашки и никак не хотела от себя отпускать. Было желание просто резко дернуть её, буквально заставляя дракона завалиться сверху. Но горячее желание и непонимание противоречиво боролись в моей душе, мешая действовать решительно.

— Но… почему? – негромко, почти расстроенно возразила я.

Он понял вопрос. Взглянул на меня с какой-то нерасторопной улыбкой, будто даже не зная, можно ли сейчас смотреть на моё раскрасневшееся лицо.

— Думаю, ты для меня сейчас та особенная из тысячи, что ищут себе принца. И я не хочу, чтобы этот момент омрачался близостью, для которой, возможно, ещё слишком рано. Я думал сегодня, что смогу сделать это, чтобы попробовать передать свою силу, но…

— Но?..

— Но я не хочу, чтобы это выглядело так, будто я лишь воспользовался ситуацией опасности, из-за которой ты будешь вынуждена пойти на такой важный шаг.

С этими словами Грэгори всё ещё нехотя, даже с какой-то тяжестью поднялся и развернулся к двери. Думаю, он собирался уйти, боясь попросту передумать. И в этот момент в моей голове произошел снова тот же самый щелчок. Я вновь цепко ухватилась за его рукав, удерживая дракона и заставляя его остановиться.

— Это очень благородно, вот только… – я сделала паузу, удивляясь, что и правда готова сказать нечто подобное, – … кажется, ты должен мне одно желание…

— Алиса?

Грэгори обернулся, смотря на меня с удивлением. И в то же время мне казалось, что он и сам не хочет уходить. Королевское благородство мешало дракону воспользоваться ситуацией, вот только… к чёрту турнир! К чёрту опасность и возможность получить силы. Я совершенно не думала ни о чем подобном. Я даже не знала наверняка, люблю ли Грэгори. Внутри меня разгоралось целое пламя, когда он просто находился рядом. Я начинала таять, когда его руки касались меня. Наверное, я впервые ощущала нечто подобное, но всё же… любовь ли это? Не знаю. Я не была наивной дурочкой, которая надеялась, что взрослый самодостаточный мужчина истинно полюбил меня всего за пару недель. Но я точно понимала, что между нами происходит нечто особенное. И этого было достаточно, чтобы попросить его не уходить. Не потому что я надеюсь получить его силы, а потому что просто не хочу сейчас оставаться одна, вне его теплых объятий…

— Я хочу, чтобы ты остался, – совсем тихо шепнула я, чуть сильнее сжимая ткань его рукава.

Ректор полноценно развернулся ко мне. В глазах его отобразились строгость и смятение. Благородство и желание продолжали вести в нём всё ту же борьбу, и я могла читать это по его лицу. Он аккуратно накрыл мою руку теплыми ладонями, едва поглаживая. Словно хотел касаться меня хотя бы так.

— Ты уверена в этом?

Я чувствовала, что он не хочет этого спрашивать, возможно, боясь, что я передумаю. И всё же не может не спросить. Именно поэтому я знала, что могу доверять ему. Ведь передо мной стоял самый благородный мужчина, которого я только знала. А главное, я правда искренне верила, что я для него куда важнее любой женщины. Даже той, которую он когда-то так сильно любил. Значит ли это, что его чувства ко мне столь же глубоки?..

— Да, – ещё тише, но куда увереннее ответила я.

Я хотела, чтобы сейчас и навсегда Грэгори был только моим.

И я готова была отдать ему всю себя взамен.

Это тихое согласие стало для дракона щелчком переключения. Только услышав его, он смог отбросить свой образ благородного принца, чтобы по-настоящему запретно дотронуться до меня. Я ощутила, как его руки тут же тянут меня к себе, заставляя подняться с кровати. В какой-то момент мои ноги не касались никакой поверхности. Грэгори просто загреб моё тело к себе в объятия, подобно жадному дракону, что прячет ближе к себе сокровище. Его сильные руки обхватили мою талию, поднимая меня всё выше. Ровно до того момента, пока мои губы не оказались достаточно близко, чтобы впиться в них горячим поцелуем.

Это была уже не та нежность, которая так ласкала душу, но ещё не опьяняла разум. Грэгори нетерпеливо перешел черту сладкого прикосновения к моим губам. Теперь наш поцелуй загорелся настоящей страстью, к которой ранее мы не прикасались, боясь обжечься. Я ощутила, как его язык настойчиво касается моих губ, желая властвовать в моем ротике. В одну секунду из нежного принца из доброй сказки Грэгори превратился в настойчивого властного мужчину, рядом с которым невозможно не утонуть в сладострастном желании. И мне это нравилось. Хотелось сейчас окончательно забыть о том, насколько я сильная и непоколебимая, и стать его маленькой девочкой, которой мой дракон определенно доставит удовольствие и сам позаботиться обо всем.

Мы резко опустились на кровать, к которой меня придавило разгоряченное сильное мужское тело. Мои тонкие пальцы скользнули в его мягкие волосы, беспорядочно разгуливая там, в то время как Грэгори продолжал горячо и страстно целовать меня. Казалось, уже через этот поцелуй он настойчиво показывает, что теперь я только его. И от одной этой мысли всё моё тело и сознание будоражила волна сладкого желания. Никогда я ещё не возбуждалась столь сильно от понимания, что могу принадлежать какому-то мужчине.

Дракон не собирался останавливаться. Его горячие ладони начали ласкать моё тело, скользнув под ткань глупой пижамы. Наконец-то я смогу избавиться от неё. Это заставило улыбнуться прямо сквозь поцелуй. Грэгори прочувствовал, как мои губы растягиваются в улыбке, потому отпрянул от них совсем едва и так же тепло улыбнулся. Он замер, смотря сейчас мне точно в глаза. В этом его взгляде не было лишь одного похотливого желания, о нет. Я понимала, что на меня сейчас смотрит любящий заботливый мужчина, который пылает от страсти, но лишь потому, что я ему небезразлична.

— Ты прекрасна, – шепнул он, нежно касаясь губами кончика моего носика.

Я улыбнулась ещё шире, теряясь от столь искреннего, разгоряченного и одновременно чуткого жеста. От такого вкрапления теплой нежности в бурю, которая постепенно уносила нас обоих, я покраснела даже больше, чем от самого страстного поцелуя.

— Но ведь я так глупо сейчас выгляжу после сна, без макияжа и в пижаме, – только и пролепетала я с улыбкой, будто пытаясь уличить Грэгори в лести.

— Это неважно, – он поднялся чуть выше, касаясь теперь губами моего лба, а после снова возвращаясь к носику. – Ты чудесно выглядишь и без всего этого. Впрочем…

Его руки скользнули дальше, начиная расстегивать пуговицы, скрытые под коричневым мехом на груди. Медленно, но верно. Он принялся делать это снизу-вверх, будто растягивая удовольствие, ведь знал, что кроме этой легкой кофточки на мне больше ничего нет.

— Без пижамы, уверен, ты будешь ещё прекраснее…

Он сделал это. Я осталась без последнего слоя физической защиты. Впрочем, это была всего лишь одежда. Я не стеснялась и не робела, хоть и была не из тех девиц, что к моим годам набрались уже немалого опыта. Однако я знала, что всё будет хорошо. Потому что физическая нагота – это не главное. Куда важнее было то, что мы обнажили друг перед другом свои души и сделали это гораздо раньше. Возможно, в тот самый момент, когда он впервые по-настоящему поцеловал меня в своём кабинете. Или даже в секунду, когда Грэгори позволил мне увидеть рассвет, сидя на его драконьей спине. Мы были близки духовно. Пусть всего пару недель назад каждый из нас обоюдно хотел прибить второго на месте, но теперь, возможно, мы постепенно становились самыми важными друг для друга людьми. И физическая близость была лишь сладким дополнением, но никак не темной страницей в нашей истории.

Мои руки нетерпеливо стягивали одежды дракона в ответ, не желая оставить меня проигравшей в этой своеобразной борьбе. И вот я ощутила, как соприкосновение наших тел становится ещё горячее. Надо мной истинно возвышался огненный дракон, ведь подле него я могла согреться даже после самых жестоких холодов.

Очередной поцелуй нетерпеливо накрыл мои губы. По телу пробежала дрожь пылающей страсти, которая будоражила тело, заставляя его окончательно отдаваться в плен похоти. Но пока губы Грэгори властно насаждали мне распутный, полный вожделения поцелуй, его сильные ладони с нежностью ласкали моё тело, словно боясь оставить трещинки на фарфоровой коже. От этого противоречия меня кидало в жар. Это было что-то невероятное. Я чувствовала, как умело Грэгори переплетает в себе две крайности, и не могла оставаться равнодушной. Всевластный сластолюбивый зверь и всё тот же заботливый чуткий мужчина. Мой дракон. Мой принц. Моя слабость и моя сила.

После долгих ласк, показавшимися мне секундами, от которых хотелось требовать длиться вечность, Грэгори разорвал поцелуй. Его большой палец скользнул по моим губам, собирая влагу. Дракон разгорячился и уже едва прерывисто дышал после долгого поцелуя, и всё же продолжал улыбаться мне всё той же теплой улыбкой. Он осмотрел меня, будто оценивая, насколько я готова двигаться дальше. С ноткой удовольствия заметив, как нетерпеливо скрещены мои коленки, иногда так прерывисто трущиеся друг о друга, он совсем глухо и хрипло зашептал мне на ухо:

— Прежде чем я дам твоей внутренней похотливой ведьмочке то, чего она хочет, нам нужно сделать кое-что для ритуала передачи сил.

— Грэгори… – я спешно выдохнула и постаралась воззвать к своему затуманенному разуму, – я согласилась на это не для ритуала, правда.

— Я знаю, – он едва прикоснулся губами к моему ушку, а после отпрянул, дабы с нежностью заглянуть в глаза. – Пусть ты у меня та ещё озорная чертовка, но в душе слишком невинная малышка, чтобы пойти на такой шаг просто ради силы. Но я хочу попробовать. Не знаю, получится ли у нас, однако если да – я смогу таким образом защитить тебя завтра даже тогда, когда меня не будет рядом.

Я задумалась на мгновение, но этот заботливый взгляд, каким смотрел на меня дракон, и его теплые нежные прикосновения не могли дать даже маленькой возможности отказаться.

— Что нужно сделать?

— Немного потерпеть, – дракон потянулся к моему пальцу, аккуратно стягивая с него кольцо регенерации. – Но доверься мне.

После Грэгори пришлось потянуться вниз, чтобы подобрать с пола свой скинутый туда ремень с небольшими ножнами. Уже через секунду я увидела, как в его руках едва блеснуло лезвие.

— Мне стоит бояться?

— Совсем нет.

Дракон в очередной раз улыбнулся, смотря на меня успокаивающим взглядом. И ровно в этот же момент, не отрывая от моего лица глаз, он сделал глубокий надрез на своей ладони, едва поморщившись. Капелька крови упала на мой плоский животик, пугая и завораживая одновременно.

— Боль будет лишь поначалу, но в процессе ритуала полностью исчезнет, несмотря на рану.

Я не успела понять, почему Грэгори говорит это мне, когда лишь его рука рассечена, ведь сразу после этих слов он увлек меня нетерпеливым поцелуем. Только когда я снова чуть расслабилась, потеряв в очередной раз голову, ощутила, как лезвие кинжала прошлось и по моей ладони, что лежала сейчас у меня над головой. Боль волной отдалась по телу, заставляя болезненно промычать в поцелуй. Но дракон не спешил отдаляться, будто пытаясь отвлечь меня этими горячими ласками.

Его порезанная ладонь легла поверх моей, а пальцы сцепились твердой волнительной хваткой. Было больно, и эта боль не спешила утихать. Именно в этот момент, сжимая мою пораненную руку своей изрезанной ладонью, Грэгори отстранился, лишь для того чтобы шепнуть:

— Тише, сейчас вся боль уйдет, – его горячие губы коснулись моей шеи. – Ты готова?

Я ощутила, как его тело сильнее и нетерпеливее прижимается ко мне. Дракон был готов окончательно присвоить меня себе теперь уже и физически. Терпя боль, поджимая губы, я не ответила, а лишь быстро закивала, смотря на него почти молящим взглядом.

Неважно, уйдёт боль или нет.

Неважно, удастся ли нам совершить ритуал.

Я просто хотела быть только его.

И чтобы он был только моим.

Он поцеловал меня. Снова. Но в этот раз с какой-то невероятной заботой, будто извиняясь за то, что причиняет мне боль, пусть она и была во благо. Именно в этот момент, когда наши губы соприкоснулись, всё и случилось. Ладонь перестала изнывать при первом же аккуратном движении, которые постепенно становились всё настойчивее и чувственнее.

Я не знаю, сколько времени прошло после. Лишь понимаю, что моё тело содрогалось от волны удовольствия совсем не единожды. И всё это время он не отпускал моей руки, будто боясь, что я решу сбежать из его сладострастного плена.

Я слышала, как дракон истинно хищно хрипло рычит, наслаждаясь моим телом, и одновременно как сладкий нежный стон срывается с его губ. Он продолжал дарить мне ласку и огонь похоти. Так долго, что когда наши ладони наконец разомкнулись, я еле могла дышать и совершенно не находила в себе сил просто пошевелиться. Но мне было и не нужно. Ведь когда разгоряченное тело Грэгори пало рядом со мной, он тут же из последних сил сгреб меня в объятия.

— Я тебя больше не отпущу, – устало прошептал он, утыкаясь носом в мои волосы и вдыхая их аромат.

— Даже утром на испытание? – я говорила из последних сил, чувствуя, что вот-вот провалюсь в сон.

Грэгори недовольно выдохнул, прижимая меня к себе ещё крепче.

— Разве что ты пообещаешь, что после сразу вернешься ко мне.

— Обещаю, – с улыбкой шепнула я, прячась в объятиях моего дракона.

Но вдруг мысль о том, что всё закончилось, а ладонь больше не болит, заставила меня отпрянуть от тянущейся ко мне руки Морфея. Я едва раскрыла глаза, чтобы взглянуть на рану, но её почему-то уже не было, хотя кольцо регенерации всё так же лежало в стороне.

— Грэгори, если порез исчез, значит, всё получилось?

— Возможно, – его пальцы аккуратно коснулись моей щеки. – Но мы поговорим об этом завтра. Сейчас тебе нужно поспать.

Он был прав.

Оставив вопросы, я скрылась в теплых объятиях дракона и дала сну одолеть себя.