Глава 27

Ничего страшного не произошло, и наутро мы с Зеленой расстались. Они с Шоко всё же приняли решение оставаться в лесу, пока испытание не закончится. Николас же, поиграв в ночного стража, теперь спал у меня на руках. Так мы и выдвинулись к пещерам, где наша новая знакомая видела вчера патруль джалард. Я смутно представляла, что нужно сказать, чтобы подобные существа хотя бы стали меня слушать, но очень надеялась, что имя бабушки для них не стало пустым звуком.

Обходя места, где слышалось самое различное рычание и завывание, очень скоро нам пришлось подниматься на внушительную горную возвышенность. Ну как «нам»? Я всё ещё несла на своем горбу дрыхнущего кота. Этого хватило, чтобы в процессе понять, что не нужно было пропускать физкультуру в универе, ибо уже после двух часов пешей прогулки ввысь я выдохлась так, что хотелось лечь и дать палящему солнцу поджарить мою вспотевшую тушку, ибо больше она ни на что не годилась.

— Всё. Не могу. Устала, – с этим стоном я доползла до большого валуна, в тени которого можно было спрятаться, и уселась там, тяжело дыша.

— Ну, мы почти на месте, – живенько ответил Николас, который только сейчас изволил спрыгнуть с моих плеч.

Он извлек из своего ошейника с подпространством карту и начал внимательно осматривать, пока его двуногий транспорт был в тени на подзарядке.

— Что будем делать? – кот поднял на меня взгляд. – До патруля джалард рукой подать, но когда мы с ними встретимся… какие планы?

— Честно всё расскажем? – выпив залпом полбутылки воды, заключила я на измученном выдохе.

— Будут ли нас слушать. Раз кто-то предупредил их об испытании, скорее всего, каждая ведьма, попавшая в поле зрения, тут же должна быть атакована. Нужен план «Б».

— Ну… если всё пойдет плохо, ты нас телепортируешь?

— Сссомневаюсссь.

Шипящий голос, раздавшийся рядом, заставил нас обоих вздрогнуть и замереть. Он доносился позади меня, за валуном, к которому я прислонялась спиной. Не успела я и дернуться, как поняла, что Николас, который уставил шокированный взгляд за моё плечо, неподвижно замер. Гримаса ужаса, отразившаяся на его морде, совершенно не менялась. Я тут же поняла, что оборачиваться и встречаться с джалардой взглядом будет очень плохой идеей.

Чёрт.

Как мы могли не заметить, что к нам подкрались из-за спины?

Ещё и так быстро.

Неужели нас уже давно вот так преследовали и просто ждали, когда мы выдохнемся?

В панике, молясь всем богам магии и не только, я просто начала медленно поднимать дрожащие руки, не оборачиваясь. Почему-то за пройденные мгновения никто не устремился ко мне, чтобы атаковать.

— Мы вам не враги. Пожалуйста. Выслушайте нас.

— Сссандра, – послышалось то же мужское шипение, в котором отчетливо читалось пренебрежение к моим словам. – Это явно одна из ведьм. Что будем делать? Мне убить её?

Меня током прошибло от этих слов. Всё же одно дело — представлять опасную ситуацию, и совсем другое — вот так вляпаться в неё. Я не могла не то что повернуться, а даже пошевелиться. Попросту боялась, что если сделаю что-то лишнее, нас тут же прикончат.

— Ссстой, – за спиной послышался ещё один голос, больше схожий с женским. – Мы должны допрашивать, прежде чем убивать. А тех, кто подходит под описссание, нужно отвесссти к главному.

Раздался приглушенный шелест. Женщина приближалась ко мне, и длинный хвост её создавал этот глухой шум нарастающей опасности. Сердце замерло, однако её слова заставили задуматься. Они ищут кого-то? Неужели?..

— Девчонка, как твоё имя? – громко и дерзко спросила Сандра, приблизившись, но всё ещё стоя за моей спиной.

— Алиса, – тут же выпалила я нервно.

— Полное имя.

— Алиса Григорьевна Зыбина.

После того как я произнесла это, джаларды затихли. Наверное, они как-то переглядывались между собой, но не более. Ничего другого я не слышала.

— Можешь развернутьссся, – скомандовала Сандра.

Я выдохнула, медленно встала с колен и так же неспешно повернулась, всё ещё держа руки над головой. Передо мной предстали двое высоких джалард. Мужчина держал в руке копье, был крупнее и выглядел почти как на рисунках в энциклопедии. Сама Сандра же отличалась выраженной тонкой фигурой и женскими формами. Она была ниже своего боевого товарища на голову, но главное – её чешуя была белого, а не желтого цвета.

— Как ты можешь доказать сссвою личносссть? – спросила она, внимательно осматривая меня.

Тут в голове родилась глупое осознание, что даже в Первом мире стоит носить с собой паспорт. Впрочем, было кое-что получше. Тараканы в голове паниковали, но одновременно очень быстро перебирали возможные варианты. Работают ведь, когда нужно!

— Мой фамильяр — чёрный кот из рода Мальт. Его дед служил моей бабушке, Александре Зыбиной. А главное, – я одним лишь пальцем дотронулась до перстня, – у меня есть артефакт, что принадлежал ей и перешел мне по наследству. Это кольцо регенерации, принадлежавшее также роду Мальт. Подобного больше нет ни у кого в Первом мире.

Внимательный взгляд чёрных глаз Сандры уставился сначала на парализованного Николаса, а затем медленно перешел на моё кольцо. Она словно оценивала сейчас вес доказательств, которые я привела. И, чёрт возьми, никогда от нескольких предложений ещё не зависела моя жизнь…

— Пойдешь ссс нами.

Рядом с этими тремя словами ваше «я тебя люблю» и рядом даже не плясало. Мне показалось, что я успела умереть и заново родиться. По крайней мере, те секунды молчания, которые выдержала Сандра, убивали получше яда. Хотя проверять эту теорию не очень хочется, так что надо быть осторожнее.

— Думаешь, это она? – смотря на меня с подозрительным прищуром, спросил мужчина.

— Это будет решать вождь. Пойдешь сссзади и будешь молчать. Поняла?

— Да, мэм, – выпалила я. – Только…

Я указала в сторону парализованного Николаса. Сандра внимательно посмотрела сначала на него, потом на своего спутника и прошипела с толикой осуждения:

— Есссли бы она тоже сссидела к тебе лицом, нам бы пришлосссь ждать полдня. Как же ты недальновиден, Сссоломон.

Мужчина не ответил ей, лишь пренебрежительно пожал плечом и отвернулся, начиная уползать.

— Он придет в сссебя, – обратилась ко мне Сандра. – А пока тебе придетссся его несссти.

Я выдохнула. В общем-то, ничего не поменялось. Соображает кот или нет, всё равно неси эту пушистую тушку. Впрочем, ладно. Это не главная моя проблема. Хорошо хоть, что Николас вообще придет в себя.

Я взяла кота на руки, и мы выдвинулись. Хвосты джалард двигались быстро, но весьма изящно. И всё время в голове стояло легкое переплетение шипения, смешанного с глухим шуршанием. Других звуков, собственно, они не производили. Вообще. Эти двое никак не переговаривались между собой, а я хоть и была той ещё болтливой дурёхой, но в этой ситуации решила послушно молчать, как мне и было приказано. Хотя, чёрт, сколько же вопросов роилось в голове! Неужели они правда искали именно меня? Не знаю, хорошо это или плохо, но мы живые, это радует.

Впрочем, через четыре часа беспрерывного пути с тушей кота на руках я уже жалела, что меня не прибили на той же горе, где мы встретились. Эти существа, не уставая, двигались всё дальше, а я была уже на пределе. У меня не только прошла фаза открытия второго дыхания в экстренной ситуации, но уже и третье было на исходе. В конце концов, сколько бы я ни подгоняла себя в спину легкой магией ветра, а всё равно в какой-то момент рухнула на колени и начала почти задыхаться.

— Больше… не могу, – прерывисто выкашляла я.

Джаларды развернулись, и Соломон презрительно фыркнул, смотря на мою изнеможенную потную тушку сверху вниз.

— Выпей это.

Сандра протянула мне бутылёк со странной голубоватой жидкостью, который извлекла из поясной сумки. Я сместилась на пятую точку, взяла в руки стеклянную тару и прохрипела из чувства самосохранения:

— Что это?

— Пей. Есссли бы мы хотели тебя убить или навредить, мы бы уже сссделали это.

Тут не поспоришь. Откупорив бутылек и слегка принюхавшись, я поняла, что не принять предложение может быть чревато, так что опрокинула залпом. На вкус – дрянь полнейшая. Однако как только я закончила морщиться и пытаться избавиться от противного привкуса во рту, поняла, что ноги перестали ныть и чувствую я себя очень даже неплохо. Будто не было этой долгой прогулки по горам под палящим солнцем. Я спокойно поднялась, всё так же держа Николаса на руках.

— Ого, – переступая с ноги на ногу, бодро произнесла я. – Не знаю, что это, но оно сработало.

Сандра лишь кивнула мне и тут же снова поползла вперед.

— Мы уже почти пришли.

Змейка-альбиноска не соврала. Буквально через полчаса мы начали спускаться вглубь довольно тёмной пещеры. Вход в неё был скрыт, а внутри нас тут же встретила пара стражников, которые успокоились, как только Сандра жестом указала, что всё в порядке.

— Сссоломон, останьссся здесссь, – протянула она и, не дожидаясь ответа, выдвинулась вперед.

Посмотрев сначала на желточешуйчатого, а потом на уходящую альбиноску, я решила спешно засеменить за ней. Кажется, эта дамочка занимала в здешней иерархии место повыше. А учитывая её специфичную внешность, может, и вовсе была голубых кровей.

Пока мы шли по тёмным развилкам коридоров, где нам периодически встречались боевые джаларды, прожигающие меня самым гневным взглядом, Николас начал постепенно приходить в себя.

— Алиса?.. – едва открыв глаза, зашептал он. – Алиса, где мы?

— Тссс, – только и могла ответить я, дабы не привлекать к себе ещё больше внимания.

Благо фамильяр быстро смекнул, что к чему, и умолк, вжавшись в меня покрепче лапами. Через ещё пять минут пути мы вышли к большому свободному пространству. Если все прочие коридоры были весьма узкими и невысокими, то здесь потолок возвышался метров на тридцать точно. При этом в каменистых стенах то тут, то там были вставлены двери, к которым вели пологие лестницы. Видимо, за дверьми скрывались жилища разных представителей здешнего поселения. И, учитывая, сколько развилок мы прошли, это был не единственный «райончик».

В центре этого своеобразного зала располагалось большое количество всяких лавочек. Будто это была своеобразная улица с рынком, только прямо в пещере. Разнообразие еды, от дичи до зелени, оружие, украшения и несколько стендов с такими же бутыльками, одним из которых поделилась со мной Сандра. Не знаю, зелья это были или алхимические штуки. Впрочем, моих познаний особо не хватало, чтобы понять, чем эти две категории отличаются. Наверное, второе взрывается…

За прилавками, конечно же, стояли торговцы. В основном, женщины. Все они почти синхронно посмотрели на меня с удивлением, как только мы вошли, а затем в этих глазах постепенно проявилось отчетливое презрение. Будто джаларды ненавидели меня просто за то, что у меня есть две ноги, а не змеиный хвост. Впрочем, детишки, которые змейками вились вокруг матерей, смотрели на нас с Николасом скорее с наивным изумлением. А кто-то даже следил за котом с явным восторгом.

— Идем, – позвала Сандра, заметив, что я замешкалась на входе.

На противоположной стене виднелась лишь одна огромная белая дверь, которая сильно выделялась на фоне других. Именно к ней мы и пошли по дороге между двумя рядами лавок. Вокруг было тихо. Все разговоры прекратились ровно в тот момент, когда мы вошли. И все эти змеиные взгляды медленно, но верно следили за каждым моим шагом. Было… неловко. Но ничем острым никто не кидался, и на том спасибо.

По размерам это «помещение» было с настоящую небольшую улочку. Но уже скоро мы с Сандрой подошли к трёхметровой белой двери, рядом с которой стояли двое стражников. Они, конечно же, тоже одарили меня волной презрения.

— Сссобщите вожаку, что мы нашли предполагаемую ведьму.

Вот же сссчассстья привалило. Видимо, и правда искали именно меня…

Огромные двери перед нами открылись, и Сандра уверенно шагнула внутрь, предполагая, что я проследую за ней. Я же секунду помедлила, но заметив неодобрительные взгляды стражников, с которыми было чревато остаться, сразу же стала расторопнее. Как только я вошла, двери за нами тут же бескомпромиссно заперли. Ну, вот и забежала мышка в мышеловку…

Помещение, в котором мы теперь находились, было просторным, но все же представляло собой просто большую комнату в пещере. Да, здесь была мебель, сделанная довольно мастерски, хоть и безо всяких изысков. Но сами стены и потолок – всё это было сплошным неотесанным камнем. По центру комнаты находился большой стол. Ранее он явно был обычным булыжником, из которого вытесали ровную поверхность. И вот как раз у этого стола, опершись на него ладонями, стоял правитель этого места.

Он выглядел крупнее всех особей, которых я видела, хотя ранее стражники у дверей уже казались огромными монстрами. У него была такая же белоснежная чешуя, как и у Сандры, сопровождающей меня. Несмотря на скудность убранства его «кабинета», браслеты на его руках, пояс и прочие украшения были из золота и переливались тёмными драгоценными камнями. А главное отличие вожака было в том, что он единственный носил хоть какую-то одежду, а именно – красный плащ на плечах.

— Отец, мы нашли её.

Всё быстро встало на свои места. Видимо, белоснежный покров и правда является у этих существ неким признаком аристократизма. При изучении с профессором мы так много акцентировали внимания на боевых способностях джалард, что такие бытовые моменты попросту прошли мимо меня.

Вожак поднял голову, и в меня впились два пронзительных тёмно-красных глаза. На секунду я подумала, что меня парализовало из-за их силы, но нет. Просто одним взглядом это существо заставляло затаить дыхание и тихо ждать, когда тебе разрешат не то что говорить и шевелиться, а даже просто вздохнуть.

— Представься, дитя, – прозвучал его глубокий голос.

В отличие от прочих джалард, которые заметно «шипели» при разговоре, протягивая «с», а иногда и прочие глухие звуки, вождь говорил абсолютно чисто. Я сжала покрепче Николаса, дала себе ментальную пощечину за то, что так растерялась, и выпалила словно солдат при построении:

— Меня зовут Алиса Зыбина. Я прихожусь внучкой Александре Зыбиной, и я прибыла сюда…

— Тише, не торопись так, – назидательно осек меня вождь. – Во-первых, присядь…

Он указал когтистой рукой на скамью из камня, что располагалась также близ стола и была укрыта некой алой тканью. Я выдохнула, кивнула и сделала как меня просили. Как говорится, смелость граничит с безрассудством, нужно не быть мямлей, но и не тянуть лямку на себя слишком сильно. А то мы натурально в змеином логове…

— Во-вторых, – вождь перевел взгляд на кота, – я бы хотел услышать имя твоего фамильяра.

— Я Николас, – ожил тот, спрыгивая с моих рук и гордо садясь рядом, – Николас Мальт. Мой дед, Фоук, был фамильяром Александры Зыбиной.

Джаралд медленно кивнул, как бы обдумывая услышанное. После чего заговорил сам:

— Меня зовут Саргас. В нашем обществе мы не носим фамилий. Вы же можете называть меня просто вождем, – он перевел взгляд к двери. – Ну а с моей дочерью Сандрой вы уже знакомы.

— Помимо фамильяра, у неё также есссть кольцо Алексссандры, – строго отчиталась альбиноска, указывая взглядом на мою руку.

Я лишь кивнула и продемонстрировала Саргасу перстень.

— Я верю тебе, – показалось, что взгляд и черты лица его стали мягче. – Вы с бабушкой похожи. У тебя её ведьминские глаза.

Я не удержалась и улыбнулась.

— Да, – отвечать было как-то неловко. – Мне часто говорили это и раньше.

Несмотря на то, что мы находились в логове джалард, откуда вряд ли сможем сбежать, если всё пойдет очень плохо, мягкий мудрый тон вождя заставил меня почувствовать себя спокойнее. Я очень надеялась, что это не поддельное радушие. Хотя даже «радушием» подобное было назвать сложно. Я просто понимала, что говорю с очень размеренным вдумчивым существом, которое не воспринимает нас как врагов. Но уже этого было достаточно.

— В нашем обществе не принято давать чужакам нашу еду и воду, поэтому я не могу распорядиться принести вам… – он сделал задумчивую паузу, – кажется, это называется у вас чаем?

— Ничего, ничего, – спешно произнесла я, наивно думая, что в моих комментариях нуждаются.

— Тогда давайте без любезностей перейдем сразу к делу. Во-первых, чтобы ты понимала, Алиса, нам сообщили об испытании, и о том, что внучка Александры принимает в нём участие и захочет найти встречи с нами. Именно встречи, а не побоища. Только поэтому мы столь нейтрально принимает у себя человека.

— Я знаю, что это, возможно, не моё дело, но скажите, кто именно донес до вас эту информацию?

— Это и правда не то, что я хотел бы рассказывать. И всё же, даже если бы ты убедила меня, я не смог бы точно ответить. Мы нашли послание, – Саргас придвинул мне желтоватый потрепанный лист бумаги, что лежал на столе, – в нём и было сказано о твоём приходе. Но оно остаётся без подписи.

Я взяла письмо и быстро пробежалась по нему глазами. Если честно, мне совершенно не хотелось зацикливаться на этом, ведь сердце всё быстрее стучало от осознания, что я наконец смогу узнать ответ на куда более важный вопрос. Поэтому я лишь сделала вид, что глубоко заинтересована, в то время как уже через пару мгновений с придыханием протараторила:

— Простите, я…

— …такая же нетерпеливая, как твоя бабушка в молодости, – беззлобно прервал меня вождь. – Да, это и было «во-вторых». Я понимаю, что ты пришла для того, чтобы узнать подробности смерти Александры.

Я лишь отчетливо кивнула, поджимая губы.

— Расскажите мне, пожалуйста.

— Что ты сама думаешь о произошедшем, Алиса? – сделав непродолжительную паузу, вдумчиво спросил вождь.

— Весь мир обвиняет в этом вас, но…

— Но ты не согласна с ними?

— Нет. Мне кажется, моя бабушка не могла так сильно ошибаться в ком-то. Она была очень мудрой женщиной.

— Это верно, – Саргас размеренно кивнул. – А ты, Николас?

Фамильяр выдержал паузу, явно не ожидая, что кого-то будет интересовать и его мнение.

— Мой дед не был прямым свидетелем укуса, однако в организме Александры нашли яд джалард. Я не буду врать: факты указывают на причастие ваших сородичей. Но я надеюсь, что вы сможете переубедить нас или расскажете о других нюансах этого дела.

Я заметила краем глаза, как на словах Николаса напряглась стоящая у дверей Сандра. Она нервно выпрямилась вверх, будто желая громко высказаться, однако встретилась глазами с отцом и тут же выдохнула, стараясь успокоиться.

— Спасибо за честность. Вам обоим, – спокойно ответил Саргас, сделал паузу и наконец начал свой рассказ: – Когда я познакомился с Александрой, место вождя ещё занимал мой отец, а я был лишь его наследником. Она была человеком, которого ещё не изменили стереотипы и правила Первого мира. Ведьма, которая слушала всё, что ей говорят, но никогда не принимала это за абсолютно чистую монету. Тогда она была молода, полна энтузиазма и хотела сама удостовериться, что всё в новом для неё мире устроено так, а не иначе. Знакомство с нашим народом не стало исключением. В то время как прочие участницы того турнира пытались проявлять агрессию, Александра во всеуслышание кричала, что хочет лишь диалога. Ей повезло, что именно я наткнулся на больно самоуверенную ведьму в наших землях. Люди в то время причинили нам уже столько боли, что убийство ради защиты до выяснения обстоятельств стало для нас печальной нормой. Меня же поразил тот огонь глазах, с которым она начала доказывать мне, первому встречному мальчишке, как может измениться будущее для нашего народа. Возможно, это был лишь юношеский максимализм, но я тогда правда поверил, что эта девушка хочет изменить наш мир к лучшему. Потому я и отвел её к отцу. Для него было смешно, что всего лишь студентка говорит об изменении целой трагичной истории. Однако она смогла убедить даже его. Тогда мы помогли ей выиграть без кровопролития. Многие джаларды осуждали моего отца за это, утверждая, что после победы ведьма никогда не вернется, но они были не правы…

Показалось, что змеиная пасть Саргаса вытянулась в некой умиротворенной улыбке. Он сделал недолгую паузу, рассказывая всё это нам размеренно и спокойно, словно сказку.

— Она вернулась, даже когда её имя стало так много значить. Тогда и началась дружба нашего народа с человеком. Мы дали шанс друг другу и надеялись, что не ошиблись. Медленно, но верно мы всё больше и больше доверялись ей. Годы шли. Мой отец умер, а я стал вождем. В то время Александра уже овладела магическими силами достаточно, чтобы помогать нам в защите наших земель, даже когда она была не рядом. Нападения на нас стали реже. Конечно, добытчики, что стремились продать нашу кожу и клыки на рынке, и не думали прислушиваться к мнению, что наши жизни стоить чтить не меньше, чем людские. Но всё чаще в человеческом обществе появлялись те, кто давал нам шанс. Даже король Редманд посетил это место. Он обещал, что охота на наших сородичей навсегда будет запрещена законом. Так, возможно, и произошло бы, если…

Вождь умолк, опуская тяжелый взгляд.

— Если бы не день, когда всё случилось?

Я спросила это, сама не понимая, зачем встреваю. Просто на душе вдруг стало невероятно тоскливо, и я ощущала, что Саргас чувствует то же самое.

— Да. Ты должна понимать, что пусть наш народ и относится к людям с опаской и гневом, ведь многие потеряли своих родных из-за охоты, в которой мы являемся жертвами, но всё же Александра была исключением. За десятки лет она успела стать для всех нас лучиком света. В конце концов, мы с ней были столь близкими друзьями, что я решил назвать в её честь свою первую и единственную дочь. Поэтому никто из нас никогда бы не пошел на такое ужасное преступление.

— Значит, убийцей не был кто-то из джалард? Что же тогда произошло?

— Нет. Всё случилось на моих глазах. Никто из моего народа не был причастен к смерти Александры, для нас всех это стало большим горем. В этот день у Сандры был праздник. Конечно же, твоя бабушка была приглашена. Когда торжество уже подошло к концу, я лично сопроводил её к выходу из пещер. Некоторые детишки, любившие Александру за её доброту и магические фокусы, увязались за нами, а с ними и их родители. Ничто не предвещало беды, ведь вокруг царила приятная атмосфера праздника. И в момент, когда мы уже прощались, всё и случилось. Мы до сих пор теряемся и до конца не понимаем, что именно произошло. В какой-то момент она просто вскрикнула и упала, потеряв сознание. Мы моментально бросились на помощь, но её фамильяр, который ждал снаружи, среагировал быстрее. Он телепортировал её до того, как мы успели что-то сделать или объяснить. Да и объяснять было нечего, ведь я сам не видел ничего особенного. Однако после, когда мы попытались разобраться, в чём же было дело, несколько свидетелей утверждали, что видели маленького паука, спрыгнувшего сверху на её плечо. В наших землях не водится пауков, чей яд убивал бы столь быстро. Когда же мы узнали о том, что в её крови был найден наш яд… – вождь впервые выглядел растерянно, – …мы просто не знали, что сказать и как оправдаться. Да никто и не стал бы нас слушать. Историю о пауке сочли бы не более чем чушью. Никто не задумывался, что со смертью Александры все наши надежды на спокойное существование рухнули. Миру куда легче было признать, что неконтролируемые хищники остаются такими до конца. Многие джаларды же теперь верят, что Александру убили сами люди, дабы запрет на охоту никогда не был подписан. Это породило в нашем народе ещё больше ненависти, и после смерти твоей бабушки я просто не знаю, как это можно изменить.

Саргас закончил и отвел в сторону потухший взгляд. Его когтистые руки были сжаты в кулаки, а всё тело напряжено. У меня же в голове при одном упоминании о пауке пробежал импульс, что ощутимой молнией прошелся по позвоночнику, заставляя всё тело выпрямиться, а пальцы со злобой сжать ткань костюма.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? – тихо произнес Николас, видя, как я начинаю закипать.

— Да, – процедила я сквозь плотно сжатые зубы. – Ориан Криффорд…

— Ориан Криффорд? – повторил за мной вождь. – Кто это?

— Ректор одной из магических академий, а вместе с этим владелец тотема паука. Да и просто тёмная отвратительная личность. Я уверена почти на сто процентов, что он как-то замешан в этом.

— Вот только какой у него мотив? – задумчиво протянул Николас.

— По нашим догадкам, сссмерти Алексссандры хотели те, кому был невыгоден запрет на охоту на наших сссородичей, – встряла Сандра, голос которой был суров, но всё же иногда подрагивал. – А также те, кто хотел власссти в Ночной академии.

Саргас кивнул, подтверждая слова дочери.

И вот здесь меня словно ударило током. Глаза расширились, руки опустились, а внутри всё перевернулось. Я вспомнила, что Грэгори позволил Ориану выбирать участницу турнира от нашей академии из-за какой-то страшной тайны. Тогда он сказал, что если правда всплывет наружу, то это станет клеймом на нём и на всей королевской семье.

Неужели он замешан в убийстве моей бабушки?

Неужели её убили ради того, чтобы он занял место ректора?

Нет.

Это какой-то бред.

Грэгори никогда бы не пошел на нечто столь страшное.

И в то же время вместе с этими мыслями всплыли в воспоминаниях его слова о том, что от принца всегда требуют быть во всем первым. «Эти требования давят. Давят и заставляют делать то, на что ты бы сам никогда не решился», – кажется, так он говорил в ту ночь, когда мы танцевали?

— Алиса? – я услышала голос взволнованного Николаса, лишь когда он дотронулся до меня лапой. – Алиса, ты побледнела. Всё хорошо?

Я вздрогнула и подняла растерянный взгляд. Посмотрела сначала на фамильяра, затем на вождя. Они выглядели так, будто я и правда за секунду побелела до смерти. Но что мне сказать? Я ведь не уверена в том, что Грэгори как-то замешан. Наоборот, я почти уверена, что он не мог. Не мог! А если я скажу о своих подозрениях вслух, я словно бы сделаю их настоящими. Чёрт! Почему всё так? Мне нужно срочно поговорить с ним. Я так хотела прямо сейчас кинуться с криком выяснять всё прямо у дракона. Однако нужно было обязательно закончить с джалардами, не раскидываясь пока лишними обвинениями.

— Да, – еле выдавила из себя я. – Просто всё это слишком неожиданно. Простите.

— Не извиняйся, дитя, – подхватил Саргас. – Я надеюсь, что с твоей помощью мы сможем восстановить справедливость, и у нашего народа вновь появится шанс.

Я слушала, но не слышала. Голос вождя доходил до меня, но так, словно я тону в чёрном океане, а он пытается докричаться откуда-то с берега. Нужно собраться. Нельзя делать поспешных выводов.

— Конечно, – так же потерянно ответила я и постаралась улыбнуться.

Николаса мои слова явно не убедили. Он смотрел на меня очень внимательно, и я понимала, что фамильяр о чем-то догадывается. Однако он не стал расспрашивать обо всем сейчас.

— Одного не понимаю, – отвлекся кот, в конце концов, – как в теле Александры после укуса паука мог оказаться ваш яд? Он мог быть в праздничных блюдах или где-то ещё?

— Нет, даже если наш яд попадает в тело человека не через укус, он всё равно действует практически мгновенно.

— Значит, яд был в хелицерах паука. Но я всё равно не понимаю, как он смог это сделать.

— В этом и нужно разобраться. И, к сожалению, мы тут вам не поможем.

Этот диалог Николаса и вождя всё ещё звучал так же приглушенно. Я сидела будто убитая. Не могла заставить себя думать о чем-то другом, кроме как о причастности Грэгори. Я снова и снова переигрывала в голове наши встречи и разговоры и пыталась выкроить оттуда что-то, что оправдает его. С одной стороны, он мог отправить меня на бытовой факультет, чтобы я никогда не докопалась до правды. Но с другой, он сам настаивал на моем участии во втором туре и всячески поддерживал, говорил Тристану, что если кто-то другой и виноват в смерти моей бабушки, он должен быть наказан.

Точно!

Тристан.

А что, если это он заказал Ориану убить мою бабушку, а Грэгори лишь пытается защитить брата и семью?

Но зачем это Тристану? Какой у него может быть мотив?

Как же сложно и больно!

— Алиса! – снова настойчиво позвал Николас. – Я знаю, что тебе тяжело, но нам нужно разобраться во всех уликах, что есть, прямо здесь и сейчас.

— Да. Да, – сдавленно повторяла я, потирая лицо ладонями.

Соберись, тряпка!

— Есть ещё кое-что, что я должен вам рассказать, – продолжал вождь. – Когда Александра умерла, на нашей территории начали появляться ящики с различными полезными вещами. В основном, это были книги, зелья и разные компоненты, которые мы бы никогда не смогли достать сами и которых было достаточно, чтобы мы сильно продвинулись в деле зельеварения и алхимии. Мы пытались отследить, как они появляются, но всё тщетно. Наши территории огромны, а эти странные посылки мы находили всегда в разных местах. В одном из таких ящиков, оставленных в опасной близости к нашим пещерам, мы как раз и нашли это письмо, в котором сообщалось о турнире и твоём участии, Алиса. Возможно, это лишь люди, которые до сих пор верят в нас, а может…

— А может, кто-то пытается загладить свою вину? – не дыша, спросила я.

— Это вряд ли. Но маленький шанс есть.

Я потянулась к письму, стараясь сделать так, чтобы руки не дрожали. Взглянула ещё раз и поняла, что не помню почерка Грэгори, чтобы сравнить и понять что-то. И почему-то мне от этого стало даже легче.

— Я могу взять письмо? Чтобы в будущем, возможно, сравнить почерк.

— Да, конечно.

Я вновь уставилась цепким взглядом на выведенные буквы.

Грэгори, это ведь не можешь быть ты?

Как бы ни было волнительно, нужно взять себя в руки, откинуть все сомнения до момента, когда я смогу поговорить с Грэгори, и закончить с турниром.

— На этом всё. Алиса, мы готовы оказать тебе любую помощь, чтобы ты смогла победить в этом этапе турнира. Однако в письме не было указано, что именно является его целью.

Да уж. Если бы вождь и прочие джаларды знали, что именно нам нужно, не факт, что даже меня бы приняли столь радушно. Но скрывать правду уже не было смысла, поэтому, убрав письмо в браслет с подпространством, я честно ответила:

— Наша задача – достать яйцо джалард.

— Что?! – тут же послышалось возмущенное шипение Сандры позади.

Я старалась не подавать виду, но на душе резко стало неспокойно. Николас тоже едва приосанился, услышав и осознав весь тот гнев, что выразился в таком простом вопросе. В отличие от своей дочери, Саргас был менее эмоционален. Он заметно нахмурился, продолжил смотреть на меня цепким взглядом, но молчал. Будто испытывал нас на прочность.

— Это возмутительно! – продолжала настаивать альбиноска.

— Подожди, Сандра, – строго скомандовал вождь, в конце концов. – Вы должны понимать, что мы никак не можем выполнить эти условия. Более того, если вы решите настаивать, я буду вынужден…

—Нет, нет, – я подняла руки и растерянно замотала головой. – Мы и не думали, что вы вот так просто отдадите нам невылупившегося ребенка из вашего народа. И мы ни на чем не настаиваем.

— Что же тогда вы собираетесь делать? Без победы в турнире ты так и останешься обычной студенткой, Алиса. Вряд ли кто-то будет слушать тебя. Скорее всего, на наши слова о смерти Александры просто закроют глаза, если ты не будешь иметь никакого авторитета.

— Это правда. Но просить вас жертвовать ребенком ради надежды на светлое будущее – это слишком. Мы не знаем, как всё повернется и получится ли что-то доказать. Мы даже не уверены, что ждёт маленького джаларда в будущем, когда он будет отдан королевской семье. Но у меня есть, возможно, глупая, но единственная идея. Николас, в регламенте сказано что-то про содержимое яйца?

Кот с удивлением посмотрел на меня.

— Нет, просто указано, что мы должны принести яйцо. Но под этим и подразумевается, что оно должно быть целым.

— Так оно и будет целым. Просто пустым, – я вновь подняла взгляд на вождя. – В детстве бабушка постоянно привозила мне шоколадные яйца. У нас в мире они продаются повсеместно с игрушкой внутри. Но перед тем как отдать его мне, она всегда заменяла эту самую игрушку на что-то куда более классное. Настоящие колечки, красивые заколки, которые я давно хотела, и всё такое. Теперь я понимаю, что то, как она аккуратно запечатывала всё обратно – это и правда могла быть магия. Но, думаю, если вы дадите нам самую простую скорлупу, то мы сможем что-то сделать и подручными средствами. Вы ведь сильно продвинулись в алхимии, уверена, у вас найдется что-то для такой бытовой ситуации, как нужда склеить кусочки в целое.

— Это звучит очень сомнительно, – помедлив, вынес вердикт Николас.

— Ты и про приворотное зелье для тролля так же говорил.

— Не напоминай мне, пожалуйста, – фамильяр вздохнул. – Видимо, мы ни один этап не пройдем без какого-то скользкого нарушения, о котором потом опять придется спорить в кабинете короля.

— Это лучше, чем не принести ничего.

— По крайней мере, – вмешался Саргас, который был не в восторге, но раздумывал над предложением, – если прочие ведьмы не справятся с заданием вообще, то у вас будут все шансы на принятие такого результата. А учитывая, что все матери с невылупившимися детенышами всегда находятся в самых глубинах пещер, где живут сотни и тысячи джалард, я не представляю, как кто-то ещё сможет сделать даже хоть что-то подобное.

— Кстати, об этом, – мой голос стал серьезнее. – Могу я попросить вас отдать приказ не убивать участниц турнира? Я понимаю, что они охотятся за вашим потомством, однако если почти все они погибнут, это будет лишним доказательством вашей дикости. Пусть их парализуют или возьмут в плен, а потом отпустят, когда закончится турнир. Они ведь все способные, талантливые молодые девушки, которые идут на такие риски лишь для того, чтобы выиграть лучшую жизнь в Первом мире. Не думаю, что многие из них даже желают вам зла. Ну… есть, конечно, исключения…

Я вспомнила про Мойру, вздохнула, но не стала подробно описывать её и говорить: «Вот если встретите такую дамочку – кидайте копья, не раздумывая».

— Но всё же, если вы проявите милосердие, это сыграет в будущем на руку нашей цели обелить вас.

— Я понимаю, о чем ты, – вождь кивнул. – Мы постараемся сделать так, чтобы ведьмы не умирали зазря. Впрочем, я не могу контролировать все поселения, но мы с Сандрой что-нибудь придумаем.

— Отлично. Осталось сыграть в мою любимую игру «мама, эта ваза и была так криво склеена с самого начала», и можно считать второе испытание для нас завершенным.

Я поднялась со скамьи, готовая отправиться на сборку скорлупы.

— Думаю, нам в этом пригодится помощь, – пробурчал Николас, который до сих пор не верил в успех моего плана. – А то у кое-кого руки не из того места растут, а у меня лапки…

— Тебе лишь бы поворчать…

— И в руки таких вот недотеп мы отдаём сссвою сссудьбу? – скептично и прямо спросила вдруг Сандра, следя за нами.

— Мы куда способнее, чем кажемся, – я уверенно уткнула руку в бок. – Просто раз уж у нас нет великих сил, пытаемся выходить из ситуации с помощью хоть какой-то хитрости. А уж магическая мощь придет со временем.