Глава 8

Просыпаюсь оттого, что жарко и тяжело. По ощущениям температуры нет. У меня всегда так, даже в детстве, когда болела. Температурю один-два дня, ну максимум три, а потом словно и не было ничего. Учителя вечно не верили, что я болела. Было очень похоже, что устраивала себе выходные, и потому смотрели косо. А сейчас мне было жарко не из-за температуры, а потому, что на меня навалились и придавили к матрасу всем весом. Олег, уснув, переполз на мою половину постели и подгреб меня под себя, словно я плюшевый мишка. Одеяло сползло и я голая в руках мужчины. Попыталась освободиться, но мужчина лишь сильнее прижал меня к себе, устроив руку на голой груди, а сосок моментально напрягся и собрался в горошинку. Но Олег не проснулся. И что мне делать? Я уставилась на спящего мужчину. Лицо расслабленно и так и хочется потрогать четкие брови, которым позавидовала бы любая красотка, скулы, на которых появилась суточная щетина, красивый прямой нос и немного пухлые губы. И поддаюсь соблазну, несмотря на то что не мешало бы поискать где-то стыд и прикрыться. Осторожно провожу подушечками пальцев, едва прикасаясь к лицу Олега. На его губах появляется едва заметная улыбка, и он открывает глаза, а я смущенно пытаюсь отдернуть руку, но мужчина ловко перехватывает мое запястье и прижимает открытую ладонь к своему лицу. Он слегка водит моей ладошкой по колючей щеке, а потом прижимает к губам и целует. Движения такие медленные, чувственные и томные, и так это все эротично, что я понимаю, что совершила оплошность, когда полезла к парню со своим исследовательским интересом. Он, не прерывая зрительного контакта, начинает медленно целовать руку, поднимаясь к локтю и вырисовывая узоры на коже, от который табуны мурашек стройным шагом бегут по спине, а внизу живота как-то странно напряглись все мышцы, что захотелось сильнее свести ноги. Но Олег по-прежнему лежит на мне, закинув ногу и устроив ее между моих бедер так, что я лишь острее почувствовала, что в меня упирается утренняя эрекция парня, которую домашние спортивные штаны ни капельки не скрывают. – Олег, я…, – но закончить фразу мне не дает поцелуй, который тягуче обволакивает и заставляет забыть, о чем таком умном я хотела ему сказать. Постепенно из нежного поцелуй становится страстным, и я сама не поняла, когда начала прижимать мужчину к себе, вцепившись в его плечи. На пол летит одежда. И это я раздеваю мужчину, помогая и торопя его, чтобы ощутить кожей его кожу, прикоснуться и прижаться. Желание нарастает и заставляет совершать опрометчивые поступки, а именно отключить голову и поддаться инстинктам и чувствам. Последняя мысль, которую проворчал мой мозг, была : “Пора!!!”, и он благополучно отключился. Все, что происходило дальше, было похоже на танец двух тел. Одеяло, которое, оказывается, было зажато между нами, отлетело в сторону, а Олег начал покрывать поцелуями шею, грудь, живот, бедра. Новизна ощущений кружила голову, а тело выгнулось навстречу мужским губам. Сама не ожидала от себя такой порочности. Олег развел мне ноги и поцеловал сперва бедра, подбираясь выше. Я и хотела ощутить это, и боялась. Но когда он провел языком по клитору, вся задрожала от волны удовольствия. Мужчина усилил ласки, а я не могу найти себе места. Возбуждение нарастает с геометрической прогрессией. – Олег, я…, – я понимаю, что надо предупредить о том, что я девственница. Мне кажется, о таких вещах надо говорить заранее. Но мужчина приподнимается на локтях, и я понимаю, что во влажные половые губы упирается головка члена и мягко проталкивается, раздвигая меня. Новое чувство наполненности заставляет меня замолчать. – Я знаю, – прошептал мужчина и мягко толкнулся в меня, накрывая рот поцелуем. Боль прострелила все тело, но Олег замер, и спустя мгновение она отступила. Мягкие плавные движения сперва вызывали дискомфорт, но спустя время я сама хотела большего, пытаясь подмахивать бедрами и задать более интенсивный темп. Поняв намек, Олег ускорился, и я не смогла сдержать стоны, шире разводя ноги для более глубокого проникновения. По телу начали проходить мелкие судороги, а я ощущаю, что все внутри меня сжимается, разнося дополнительные волны удовольствия. Я не ожидала от секса чего-то сверхестественного, справедливо полагая, что плотские утехи неоправданно превозносят. Но сейчас я поняла, что была не права. Очень сильно не права, так как тело вознеслось к звездам и вернулось обратно, а я лежала без сил. Я не поняла, когда кончил Олег, находясь в таком странном состоянии, словно в нирвану попала. Он откатился в сторону и прижал меня к себе, а мозг постепенно начал функционировать. – Ты знал? – я повернулась к мужчине в кольце его рук. – Что знал? – по реакции вижу, что Олег прекрасно понял, о чем я спрашиваю, но тянет с ответом. Скорее всего, дает себе время придумать ложь, а может, просто сомневается. – О том, что я хотела тебе сказать, – я смотрю, ловя его выражение лица. – Да, знал, – мужчина нахмурился и посмотрел на меня в упор. – И если не хочешь портить себе настроение, то не спрашивай откуда, – опередил мой вопрос Олег. Естественно, меня накрыло чувство неловкости. Я пыталась бочком встать, чтобы Олег не увидел обнаженные части тела. Хотя после секса это глупо, но я вот такая иррациональная дама. Кое-как я пробралась в ванную, не поднимая глаз, чтоб ненароком не наткнуться на взгляд мужчины. Корить и ругать себя не стала. В конце-то концов, это должно было когда-то случиться. Я по нынешним временам в девственницах засиделась. Сейчас в старших классах уже познают все радости секса. Я, наверно, одна на миллион осталась, которая от слова “член” краснею. При этой мысли щеки залил румянец, потому что я вспомнила и про член, и про то, что было. Перед глазами встала картинка обнаженного Олега, а в животе сладко заныло. Это новые ощущения будоражили. Словно сегодняшнее происшествие, назовем это так, разбудило чувственность. Словно я была в скорлупе, но сейчас она лопнула, и я все чувствую и воспринимаю иначе. Встала под струи воды и смыла с себя запах Олега, запах секса и, надеюсь, болезнь. Вспомнила вчерашнюю переписку с Димой и скривилась от досады. Он, наверно, подумал, что я “отмазывалась” от встречи. Надо с ним поговорить наедине и сказать, чтобы ни на что не рассчитывал. Примирения не будет. И это не из-за Олега, а вот просто потому, что я не хочу быть с Димой. Не люблю. Переболело все и прошло. Странно так. Тогда, несколько лет назад, когда мы расстались, я думала: умру. Казалось, что воздуха без него не хватает, будто дни стали серее, а солнце не таким ярким. Как я тогда пережила это состояние, не знаю. Корила и себя, и соседку свою, которая была мне ежедневным напоминанием. Я сидела за учебниками, зубрила, зубрила, зубрила, лишь бы не давать мозгу думать, а сердцу болеть. Наверно, если б не учеба, я б не выплыла. Но я смогла. У меня получилось. И сейчас Дима был для меня обычным парнем. Я не ненавидела его, но и не любила. Ровно никаких эмоций. Я все время прислушивалась к себе, что бы понять, что же я чувствую. И вот сейчас четко осознала – ничего. А Олег? Что я чувствую к нему? Он залез ко мне в голову и не уходит. Не скажу, что я думаю о нем круглосуточно, но периодически вспоминаю или представляю: а что бы сказал Олег или какое у него было бы на это мнение? Я ловила себя на этом, когда работала над документами в офисе фирмы. Его прикосновения будоражили и возбуждали, и мне хотелось, чтобы он прикасался ко мне, улыбался и был рядом. Неужели я влюбилась? Нет!!! Где бабочки в животе или как там описывают эти чувства в книгах и фильмах? Какая-то я слишком спокойная. Может, это просто симпатия. Все же не могла я переспать, да еще и в первый раз, с парнем, на которого мне совершенно плевать. Нет. Симпатия однозначно есть. И я не равнодушна. И он меня бесит. Но не всегда. Порой. И что это значит? Какой из этого можно сделать вывод? Да никакого. Лишь то, что я ни черта не понимаю. Интересно, а как он отнесется к тому, что между нами только что было? Сделает вид, что ничего не произошло? И кто ему сказал про девственность? Такой информации в личном деле не пишут. Да и не знает об этом никто. Странно. Может, я веду себя как зажатая десвтенница, и он сам догадался? Все же надо будет у него это узнать. И плевать: испортится у меня настроение или нет. Интересно, а Олег уйдет к моменту моего выхода из душа? Ответом мне послужил стук в дверь. – Ты в порядке? – видимо, из-за моего обморока во время прошлого посещения ванной комнаты Олег беспокоится. – Да, все нормально, – прокаркала в ответ. Голос почему-то сел и не слушается. – Ты там уже больше сорока минут, – снова раздалось из-за двери. – Если ждешь, чтобы я ушел, то зря. Я остаюсь. Я заказал доставку из ресторана и как минимум ее дождусь. – Я выхожу уже, – передвигаюсь словно после тренировки на все группы мышц. Тело болит, а некоторые места болезненно ноют. Хотела взять халат, который обычно держу в ванной на крючке, но он, видимо, остался где-то на постели. А из-за того, что я торопилась поскорее скрыться с глаз Олега, не подумала его захватить с собой. Да я вообще забыла о том, что вчера пыталась прикрыться им. Пошарила глазами и поняла, что кроме полотенца мне прикрыться и нечем. Ну что поделаешь, быстро пробегу до шкафа, возьму вещи и вернусь. Такой был план, и я его практически выполнила. Но была поймана у этого самого шкафа, когда уже взяла домашний спортивный костюм. Олег оказался у меня за спиной, и я замерла, пойманная с поличным. Смотрю на него в отражении зеркала, а он на меня. Он обнимает меня сзади, а я словно сжатая пружина. Так сильно напряжена, что, кажется, вот-вот выпрямляюсь. И боюсь, единственный, кого шарахну, – это будет Олег. Мужчина нежно и медленно целует меня в голое плечо, плавно переходя на шею, а я почему-то даже голову откидываю в противоположную от поцелуя сторону, чтобы дать ему больше места для маневра. Вот этого я сама от себя не ожидала, если честно. Вот оно как работает, оказывается! Стоит один раз попробовать секс, и потом уже невозможно будет остановиться. У меня поджались пальцы, а в животе запорхали эти самые “бабочки”. Господи, сделай так, чтобы это были именно бабочки, а не тараканы с вещами эвакуировались. В чувство нас обоих привел мой слишком громкий стон, и я открыла глаза. Оказывается, я уже опиралась спиной на грудь мужчины, его правая рука сжимала грудь, а левая сдвинула край полотенца и покоилась на животе, а мне в попу упирался тот самый член, о котором я совсем недавно думала в ванной. Наши взгляды снова встретились. Мой лихорадочно возбужденный и темный, тяжелый мужской. – Одевайся, жду тебя на кухне. Надо поговорить, – Олег снова быстро поцеловал в плечо и отстранился, а я покачнулась, теряя точку опоры. На его груди было так уютно и хорошо, что казалось, что так и надо. На душе закрались нехорошие предчувствия от вкрадчивого тона мужчины. Как бы этот разговор не разрушил все то волшебство, что возникло сейчас. Олег вовсю хозяйничал на кухне, словно на своей собственной. Это было видно по тому, что он сразу открыл шкафчик, где стояли кружки, достал и поставил две на стол. Открыл другой и нашел заварочный чайник. Быстро взял чай и, дождавшись, когда вскипит и засвистит чайник, залил сухие листики в стеклянном заварнике. Он делал все на автомате, механически, совершенно не задумываясь над действиями. Он был погружен в свои мысли, и, видимо, эти мысли были поважнее, чем чай. Я стояла и смотрела на мужчину, уверенная, что вот сейчас он скажет мне: “Ты большая девочка, Настя, и потому понимаешь, что секс – это еще далеко не отношения. И потому, если хочешь, мы можем периодически потрахиваться. Чисто так, для здоровья. Но отношения – это не про меня. В смысле не про него, Олега. И он не хочет связывать себя обязательствами”. Так, кажется, мужики отшивают надоедливых девок, которых трахнули и теперь не знают, как выставить из своей квартиры. Я не позволю так с собой поступить. Ну и что, что я была девственницей? И это не потому, что никто не хотел со мной переспать, а потому, что это был мой осознанный выбор. И жалеть меня не нужно! Приняв такое решение, прохожу на кухню и сажусь на стул. С грохотом его отодвигаю, тем самым привлекая внимание Олега. – Я чай заварил, ты как? – и столько сочувствия в его взгляде, что мне еще тошнее становится от этой сцены. – Нормально, – ответ получился резче, чем я хотела бы. – Что ты хотел сказать? Говори, а то мне пора на работу собираться, – поднимаю взгляд и смотрю на мужчину в упор. Глаза в глаза. – Я хотел поговорить о том, что между нами произошло, – начал Олег издалека и сел на соседний стул. – Я поняла. Ближе к делу, – приготовилась услышать, что ему было, конечно, приятно со мной, но без меня будет еще приятнее. И в связи с тем, что мы еще какое-то время будем работать вместе, было бы неплохо, если бы я сделала вид, что ничего не было. – Сейчас, – Олег встал и начал суетиться около чайника. Надо же, ему тоже надо время, чтобы послать меня на хрен. Надо же. А в студенческие годы он девок на весь коридор позорил, что минет, сделанный ему в туалете, еще не повод для знакомства. Мужчина поставил передо мной кружку и сел на свое место. Я взяла кружку в руки, грея руки. Оказалось, что у меня ужасно они замерзли, и горячий чай был в тему. – Сегодня на работу ты не едешь, – вдруг ни с того ни с сего выдает Олег. – Почему? – я уставилась на него удивленно. Он настолько резко перескочил с темы на тему, что я сама растерялась и растеряла свой боевой настрой. – Нечего мне подчиненных заражать, – выдал Олег, включая важного босса. – Ты об этом хотел поговорить? – я не стала спорить. Наверно, он в чем-то прав. Я потенциально заразная, даже если чувствую себя нормально. Да и почему-то так захотелось отдохнуть и побыть одной, что я согласилась без споров. – Нет. О том, что произошло между нами, – и снова эта МХАТовская пауза, от которой уже тошнит. – Ну так говори, – я не выдержала и поторопила мужчину. Что ж ты нерешительный такой! – Ты и я, мы…, – и в этот момент раздается звонок домофона с первого этажа от охраны. Мужчина словно обрадовался, что звонок не дал ему закончить фразу, и подорвался к домофону. Он говорил с охраной и потом, видимо, ждал курьера у двери, не возвращаясь на кухню. Я уже дошла до такой степени, что уже сама была готова сказать ему: все было хорошо, приятно и спасибо, что лишил меня девственности, давно было пора от нее избавиться, но давай останемся друзьями. Хотя нет! Какие друзья? И что значит “останемся”? Мы ими никогда и не были, так что просто сделаем вид, что ничего не произошло. Я сама набралась уже смелости, когда Олег вернулся на кухню с пакетами с логотипом ресторана. – Давай сперва поедим, а потом поговорим, – и улыбка такая странная. Да он издевается, что ли? Хочет, чтобы я сама сказала? Хорошо. – Нет, поговорим, – я сжала губы в тонкую ниточку. И снова сверлю этого тюфяка взглядом. Ты когда таким рохлей стал-то? – Хорошо, согласен. Нечего тянуть, – мужчина словно камень с плеч сбросил. – То, что было между нами, это было … – Согласна. Это было ошибкой, – я не выдержала и закончила за него фразу. Он просто вынудил меня своей медлительностью и паузами. – В смысле “ошибкой”? Ты что такое говоришь? – мужчина уставился на меня, как лидер пролетариата на буржуазию, и чуть ли не задымился от возмущения. – А что не так? Ты не это хотел сказать? – чувствую, как ложанулась, и стало неловко оттого, что не дала досказать спокойно мужчине все то, что он хотел мне донести. – Нет, не это! Но твою точку зрения было тоже интересно услышать, – Олег зол как сто чертей. – Что хотела Димочке свою невинность принести на блюдечке с голубой каемочкой? – Что? – я тоже вскочила и уставилась на Олега. – Ты че несешь? – А ты думаешь, я не знаю, что ты к нему на свидание собиралась? Но из-за температуры не пошла! – мужчина прокричал мне это в лицо. – С чего ты взял? – я растерялась от таких откровенных нападок. – С того. Ну, возрази! Скажи, что это неправда и ты не во Фламинго с ним собиралась? Молчишь? Правильно, потому что твой Димочка и без тебя нашел с кем отдохнуть и душой, и телом, пока ты здесь. А ты вообще в курсе, что он на коксе? – слова лились из Олега, а я молча стояла и открыла рот, как рыбка, выброшенная на берег. – Слушай. Заткнись, а? – я не выдержала и заорала на мужчину, и он реально замолчал. – Да какое ты право имеешь на меня голос повышать? Ты мне кто такой, чтобы орать на меня? Сват? Брат? Муж? Ну, переспали, и что? Да, я была дественницей, но у тебя ж таких, как я, сто и одна. Одной больше, одной меньше. Я что должна была подумать, когда ты тут полчаса собираешься говорить, словно замуж меня звать собрался. Естественно, я и подумала, что ты не знаешь, как меня отшить. Ну так вот. Не парся, я сама тебя отшиваю, – и с чувством, что я лишь усугубила конфликт и завтра буду жалеть о своих словах, подняла гордо подбородок и сложила руки на груди. – Ну ты и дура! – Олег развернулся и вышел из кухни, а затем и из квартиры, громко хлопнув дверью. – Истеричка! – огрызнулась на хлопок. И все лишь потому, чтобы его слово не было последним. ***** Рано я радовалась быстрому выздоровлению. Днем я еще была бодрячком, а вот вечер дался мне тяжело. Снова поднялась температура. Я с надеждой поглядывала на дверь и телефон, но была тишина. Я крутила и вертела наш разговор в голове. И поняла, что лоханулась. Что Олег меня отшивать не планировал, я поняла еще в конце разговора. Но там уже я была такая заведенная, что просто не прислушалась к голосу разума. Ощущала себя полной дурой. Наверно, я такой и выглядела в глазах мужчины. Истеричная бабенка. Переоделась ко сну и свернулась на диване перед телевизором. Кровать я намеренно избегала. Стоило посмотреть на нее, так я сразу видела наши переплетенные тела. Постельное сняла и сунула в стиральную машинку. Чистое даже не застелила. Это вроде бы причина, по которой я не легла на кровать. Понимаю, что обманываю саму себя, но решаю, что хватит и того, что я весь день переживала и думала об этом. Только перед сном отметила, что Дима-то так и не написал и не позвонил. Ну и бог с ним. Это, наверно, даже хорошо. Правильно говорят, что все, что не твое, от тебя отвалится. Когда сознание уже проваливалось в сон, услышала тихий щелчок дверного замка. Я не испугалась, а так и лежала с прикрытыми глазами, следя за Олегом сквозь ресницы. Торшер давал мягкий свет, потому мне было хорошо все видно. Он подошел ко мне и замер. Покачал головой. Видимо, его что-то не устроило. Осторожно прикоснулся ко лбу ладонью и подержал пару секунд, проверяя наличие температуры. Посмотрел на столик перед диваном, на котором были лекарства, которые он купил, и проверил: пила ли я их. Потом отошел от меня и пошел на кухню. Я слышала, как он чем-то шелестит, и затем мягко хлопнула дверца холодильника. Он мне что, поесть принес? На губах расплылась улыбка сама собой. Мужчина еще повозился на кухне и так же тихо вышел, полагая, что остался незамеченным. А я так и уснула с улыбкой на губах.