Глава 10

Женщина стояла перед зданием полиции, сжав в руке распечатку, которую ей отдала Нора. Офицер на входе равнодушно посмотрел на бумагу, потом на неё.

— Нет вас в базе.

— Но… Мне прислали…

— Значит, ошибка. Идите в окошко, пишите заявление.

Она стиснула зубы. Костя сказал, что всё будет готово. Значит… А что это значит? Думай, Катя, думай, ты же следователь.

Он… Солгал?

Или Нора что-то сделала?

Или это была проверка?

Медленно разорвала талон и бросила в урну.

Ошибка.

Как и её уверенность, что они просто добрые самаритяне.

Впрочем, катастрофы нет. Во-первых, Катя сама была юристом, а во-вторых, не у неё первой в жизни украли кошелек и документы.

— Вы где-то потеряли паспорт и деньги? — устало спросила женщина в окошке, даже не поднимая глаз.

— Потеряла. Или украли.

— Где?

— В районе вокзала. Точно не могу сказать… Может, в поезде, может, на перроне. Или уже на парковке…

— Когда это случилось?

— Вчера.

— Вчера? — наконец она подняла на Катю свой заинтересованный взгляд.

— Да.

— И вы только сегодня обратились?

— Да.

— А почему не сразу?

— А что, это запрещено законом, обращаться на следующий день?

Дежурная хмыкнула.

— А адрес регистрации?

— В другом городе.

— Ну конечно, — она протянула бланк. — Заполняйте.

Она писала, исправляла, снова писала. Каждая строчка казалась бессмысленной. Как будто это что-то изменит. Всё равно не найдут. Но бумажка должна быть.

— Вам позвонят, — механически бросила дежурная, забирая листок.

— Спасибо, — попыталась улыбнуться в ответ, но вышло криво.

Часы в участке текли мучительно медленно. Катя сидела на жестком стуле, слушала, как кто-то громко ругается в коридоре, как звонит телефон, как скрипит дверь.

Когда она получила заветное временное удостоверение личности и наконец вышла на улицу, уже смеркалось. Голова гудела от усталости, в животе сосало от голода. Что теперь?

Возвращаться к Норе… Нет, не хотелось. Но у неё есть те деньги, что она дала.

Достала телефон, начала искать недорогие гостиницы. Хотя бы переночевать. А дальше…

Толчок, взвизг, снова толчок, да такой сильный, что она едва удержала равновесие.

Вокруг поднялась суета, кто-то ахал, кто-то извинялся, а у её ног смачно шмякнулось что-то мягкое, и красиво и щедро разбрызгалось на её одежду.

Кое-как выровнявшись, опустила глаза себе под ноги.

Кроссовки — в чем-то белом и липком.

Принюхалась — крем. Сладкий, ванильный.

Взгляд заскользил вниз: джинсы тоже в этом месиве. Безнадёжно.

Мысленно застонав, подняла голову в поисках ненормального, который не смотрит, куда несётся.

Нора.

Перед ней стояла Нора. Испуганная, растерянная, удивлённая и изумлённая. Она хлопала ртом, в попытке что-то сказать и отчаянно хлопала глазами.

— Катя?? — её глаза округлились. — А ты почему здесь? Ты же рано утром уехала, уже должна была всё сделать же.

— Пришлось задержаться, — ответила сухо.

Нора кивнула головой и уставилась на женщину выжидающе, приготовившись выслушать занимательную историю. Но Катя молча пожала плечами, давая понять, что не настроена на рассказ.

— Ой, Катя, — воскликнула, не дождавшись пояснений, — прости, я не заметила! Это же торт был… Ну, точнее, был, — она начала судорожно рыться в сумке, и достала пачку салфеток. — Давай я…

Катя слегка отступила:

— Не надо. Всё равно не отмоется.

Нора закусила губу и осмотрела Катю с головы до ног.

— Нора, скажи честно, ты меня преследуешь? — раздражённо вырвалось у неё.

— Что?! — она искренне изумилась в ответ и аж поперхнулась воздухом. — Нет! Я… — она ткнула пальцем куда-то в сторону. — Там же лучшая кондитерская в городе! Я ездила за тортиком! Кать, ну какой «преследуешь», я тебя и не знала до вчерашнего дня, — развела руками. — Это просто злой рок какой-то. Хотя… — она виновато улыбнулась, — если посмотреть на это с другой стороны, может, я твоя крёстная фея?

Катя устало выдохнула. Ну правда, что-то она погорячилась с таким вопросом. Иногда так бывает, что неприятности следуют одна за другой, но и параноить тут не стоит.

— Извини. Устала, — выдавила из себя вымученную улыбку.

Осмотрев её ещё раз, Нора виновато вздохнула:

— Катя… Поехали ко мне. Ладно? Я… Виновата. А раз ты только из полиции, значит, нигде не устроилась? Хотя, странно, конечно… Костя же позвонил… Ну ладно, Бог с ним, с Костей, поехали, а? — она сложила ладошки в умоляющем жесте.

Катя молчала, раздумывая.

— Пожалуйста, — Нора потрясла руками, как будто молилась. — Дай мне это исправить.

Она снова взглянула на свои испачканные джинсы, потом на виноватые глаза напротив.

Опять её благотворительность?

Голова гудела сильнее, а в животе по-прежнему сосало. Взгляд скользнул по экрану телефона — цены на гостиницы здесь были заоблачными. Даже за ночь в каком-нибудь душном номере с протекающим душем пришлось бы отдать значительную часть тех денег, что дала Нора.

А она сейчас точно не в том положении, чтобы шиковать.

А потом что?

Закрыла глаза, чувствуя, как липкий крем на джинсах начинает застывать.

— Ладно, — пробормотала, не глядя на Нору. — Поехали.

Нора вспыхнула, словно ей только что подарили целое состояние.

— Правда?! Катя, я…

— Только если я, наконец, отдохну. Побуду одна, если ты не возражаешь, — резко перебила она её, чувствуя, как раздражение снова подкатывает к горлу.

Да, по-хамски, но она так устала от слишком насыщенных на неприятные события суток!

Нора тут же прикусила язык, но глаза её всё равно светились какой-то дурацкой надеждой.

Да и… Её любовника, Константина, вряд ли сейчас застанет. Не каждый же день он к ней приезжает. Так что…

Нора уже суетилась, подхватывая остатки торта, точнее, то, что от него осталось, кивала в сторону парковки:

— Я на машине. Пойдём?

Катя вздохнула.

Опять.