Глава 24 · Подруги

Сергей Викторович схватил своё пальто и стал спешно вытряхивать содержимое карманов.

— Да где же она? — суетился он, нервно перебирая вещи. Пальцы дрожали, а дыхание участилось от нетерпения. Он перевернул пальто вверх дном и слегка встряхнул.

Наконец, в самом углу внутреннего кармана что‑то хрустнуло под пальцами. Орлов замер, затем осторожно вытащил маленький розовый прямоугольник, с облегчением выдохнул и сжал его в кулаке.

На визитке изящным курсивом было написано: «Свиридова Юлия Владимировна. Юрист». Сергей провёл пальцем по буквам, словно пытаясь запомнить их на ощупь, и на секунду задумался: «Она ведь подруга Саши… Наверняка знает, что происходит, может подсказать, как лучше поступить».

Он выпрямился, быстро собрал разбросанные вещи обратно в пальто и положил визитку во внутренний карман рубашки.

— Так, — тихо произнёс Орлов, застёгивая пальто, — сначала позвоню ей. Нужно узнать, как Саша, и понять, чем я могу помочь, не нарушая её границ…

— Алло, — растягивая каждую букву, ответила Юлька Свиридова, — здравствуйте. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, Юлия Владимировна. Вас беспокоит Сергей Викторович Орлов, — начал мужчина. Но Юля его тут же перебила:

— А‑а, Сашкин босс? Я так рада, что вы позвонили! Вам понадобился юрист? — с надеждой спросила девушка, и в её голосе прозвучала едва заметная нотка профессионального азарта.

— Совершенно верно, госпожа Свиридова, — Орлов решил, что не будет бросаться с места в карьер, и не стал пугать её многочисленными вопросами, которые вертелись на языке. Он сделал короткую паузу, подбирая слова. — Хотя вопрос, который меня волнует, не совсем юридического характера…

— О? — в голосе Юли прозвучало искреннее любопытство. — И что же тогда?

— Дело касается Александры, — осторожно произнёс Сергей Викторович. — Она не вышла сегодня на работу, сказала, что заболела. Я… беспокоюсь за неё. И подумал, что вы, как её близкая подруга, возможно, знаете, насколько серьёзно её состояние.

На том конце провода повисла короткая пауза.

— Ах, вот оно что, — уже мягче ответила Юлия. — Да, Саша действительно не в лучшей форме. Но она упрямая — ни за что не согласится, чтобы кто‑то к ней приезжал или что‑то приносил.

— Понимаю, — вздохнул Орлов. — Но всё же… Может, есть что‑то, что я мог бы сделать? Лекарства, продукты? Я готов помочь, просто не знаю, как это предложить, чтобы не вызвать её сопротивления.

— Знаете, Сергей Викторович, — голос Юли потеплел, — вы, кажется, действительно переживаете. И это… неожиданно. Думаю, нам действительно нужно встретиться.

— Полностью с вами согласен, — оживился Орлов. — Дело у меня очень срочное, и если вы не против, я бы хотел встретиться прямо сейчас.

— Я не против. Тем более что время у меня есть, — быстро согласилась Свиридова. — Давайте так: через полчаса в кафе рядом с моим офисом? Там спокойно пообщаемся, без лишних ушей.

— Отлично, буду ровно через тридцать минут, — твёрдо сказал Сергей Викторович. — Спасибо, Юлия Владимировна.

— До встречи, Сергей Викторович, — улыбнулась в трубку Юля. — И… постарайтесь не слишком пугать Сашу своим вниманием. Она просто не привыкла к заботе.

Орлов на мгновение замер, обдумывая её слова, а затем тихо ответил:

— Постараюсь. До встречи.

Сергей приехал чуть раньше назначенного времени — он не мог усидеть на месте и предпочёл прохаживаться у входа в кафе, вдыхая холодный ноябрьский воздух и пытаясь унять нервозность. Но Юля не опоздала: появилась ровно в срок, хоть и не одна.

Орлов удивился, когда увидел, как в кафе входят девушки, с которыми он на днях познакомился, — те самые, что были с Александрой в тот злополучный вечер, когда он подвозил её после званого ужина. За Юлей следовала Катя — высокая, подтянутая, с серьёзным взглядом и в строгом пальто, которое подчёркивало её деловитость.

— Ещё раз здравствуйте, Юлия, — сказал Орлов и выжидательно посмотрел на вторую женщину, слегка склонив голову в знак приветствия.

— Простите, пожалуйста, Сергей Викторович, — виновато протараторила Свиридова. — Вы сказали, что речь будет про Сашу, поэтому я попросила Катьку тоже прийти. У неё в клинике как раз перерыв, и она сможет дать какой‑то медицинский совет, если нужно.

Орлов на мгновение замер, обдумывая ситуацию, затем улыбнулся — чуть шире, чем планировал, и кивнул.

— Может, так даже и лучше, — произнёс он, жестом приглашая девушек присесть за столик у окна. — Что будете? Кофе? Чай? Здесь неплохой горячий шоколад, я уже проверял.

Катя, до этого молча изучавшая Орлова внимательным взглядом, слегка расслабилась и улыбнулась уголком рта.

— Кофе, пожалуйста, чёрный, без сахара, — сказала она.

— А мне капучино, двойной, и, может быть, круассан, — добавила Юля, снимая шарф и устраиваясь поудобнее. — И, Сергей Викторович, давайте без формальностей, хорошо? Мы здесь не ради протоколов, а ради Саши.

Орлов сел напротив них, сложил руки на столе и, чуть понизив голос, произнёс:

— Вы правы. Я беспокоюсь за Александру. Она не вышла сегодня на работу, сказала, что заболела. Но я… чувствую, что дело не только в простуде. Вы знаете её лучше меня. Скажите, с ней всё в порядке? Что‑то происходит?

Юля и Катя переглянулись. В этом коротком взгляде промелькнуло что‑то — не просто беспокойство, а понимание, за которым стояла какая‑то общая тайна. Катя первой нарушила паузу:

— Сергей Викторович, Саша не из тех, кто жалуется. Но в последнее время она действительно выглядит уставшей. И… есть вещи, о которых она вам, скорее всего, не рассказывала.

Орлов почувствовал, как внутри всё сжалось. Он кивнул, давая понять, что готов слушать — внимательно и без осуждения.

Ещё по дороге в кафе подруги договорились, что не будут рассказывать ничего из того, что им поведала Саша вчера вечером, — чтобы не выдать её перед грозным боссом. Ему совершенно не обязательно знать, что происходит на самом деле. Они решили ограничиться общими фразами и не углубляться в подробности.

— Для начала скажите, как себя сейчас чувствует Александра Максимовна, — Орлов попытался придать своему голосу больше официоза, но получилось не очень убедительно, и собеседницы сразу это уловили. В его голосе проскользнула неподдельная тревога, которую он тщетно пытался скрыть за деловым тоном.

— С Сашей всё хорошо, — твёрдо сказала Катерина, привычно переходя в режим врача. — Мы только что её навещали. Да, она заболела — простыла или вирус какой подхватила, точно не знаем. Температура, горло, насморк и всё остальное, — она перечисляла симптомы чётко и лаконично, будто заполняла медицинскую карту. — Но ничего критичного: постельный режим, обильное питьё — всё это у неё есть.

Орлов выдохнул и явно немного успокоился. На его лице промелькнуло облегчение, плечи чуть опустились, а пальцы, до этого нервно постукивавшие по столу, замерли.

— А лекарства, продукты… У неё всё есть? — уточнил он, стараясь не выдать, насколько этот вопрос для него важен.

— Конечно, вы не переживайте, — заверила его Юля и, поддавшись внезапному порыву, наивно добавила: — Вы такой замечательный босс! Так заботитесь о своих подчинённых. Я Сашке прямо завидую. Вот мой начальник на такое не способен — орёт целыми днями и ругается почём зря! — выпалила Свиридова, не успев вовремя прикусить язык.

Тут же последовал ощутимый пинок тяжёлым Катькиным ботинком под столом. Юля вздрогнула, бросила на подругу возмущённый, но тут же умоляющий взгляд и расширила глаза, словно беззвучно просила: «Ну скажи что‑нибудь, выручи меня!»

Катерина вздохнула, поправила рукав пальто и спокойно пояснила:

— Юля имеет в виду, что ваша забота о сотрудниках — редкое качество в современном мире. И мы искренне ценим, что вы беспокоитесь о Саше. Но уверяю вас, ей сейчас нужен только отдых. Мы с Юлей будем навещать её каждый день, следить за состоянием.

Орлов кивнул, но по его взгляду было видно — он не до конца поверил в эту идиллическую картину. Он внимательно посмотрел на обеих женщин, будто пытаясь прочесть между строк, и тихо произнёс:

— Спасибо вам. Если что‑то понадобится — сразу дайте мне знать. Я готов помочь. По‑настоящему помочь, а не просто формально поинтересоваться.

В кафе на мгновение повисла тишина. Юля и Катя переглянулись — в их глазах читалось что‑то вроде: «Он и правда переживает».

Девушки уже засобирались восвояси, как Сергей их остановил:

— Простите меня, пожалуйста, что я, может быть, лезу не в свои дела, но у меня ещё есть один вопрос. Может быть, останетесь и сможете мне на него ответить? — подбирая слова, проговорил Орлов, слегка подавшись вперёд. Его пальцы непроизвольно теребили край салфетки на столе — выдавая внутреннее напряжение.

Девушки как‑то странно переглянулись: Юля чуть приподняла брови, а Катя едва заметно покачала головой, словно взвешивая, стоит ли продолжать этот разговор. Наконец Катя сказала:

— Хорошо, Сергей Викторович. Давайте свой вопрос, — и, посмотрев на часы, добавила: — Но у меня очень мало времени — обеденный перерыв скоро закончится.

— Спасибо, — облегчённо выдохнул Орлов. — Я быстро.

Девушки сели поудобнее: Юля скрестила ноги и сложила руки на столе, а Катя выпрямилась, приготовившись слушать. Орлов, заметно нервничая, поправил пиджак, провёл рукой по волосам и наконец произнёс: — Я бы очень хотел понять, что происходит с Александрой Максимовной. Она мне кажется очень отстранённой, иногда даже холодной. Может, в её жизни произошли какие‑то тяжёлые события, которые так на неё повлияли?

Сергей очень переживал, что девушки догадаются о характере их с Алекс отношений — ведь Саша говорила, что не хочет, чтобы друзья об этом знали. Поэтому он очень аккуратно подбирал слова, стараясь не выдать лишнего и не вызвать ненужных подозрений. Его взгляд метался между Юлей и Катей, словно пытаясь прочесть их реакцию.

Юля вздохнула и переглянулась с Катей. Та слегка кивнула, давая молчаливое разрешение говорить. Тогда Юля мягко сказала: — Сергей Викторович, вы правы — у Саши действительно были непростые времена. Но она не любит об этом распространяться. Скажем так: в прошлом она столкнулась с предательством и болью, которые научили её держать дистанцию. Она боится снова довериться кому‑то, открыть душу…

— А её трудности как‑то могут быть связаны с неким Владом Беловым? — осторожно спросил Орлов. — Просто на одном деловом ужине мы столкнулись с ним, и Александра была очень сильно потрясена.

— Она встретилась с Беловым? — потрясённо спросила Юля. — О… Это многое объясняет.

— Он ей что‑то сказал? Вы не слышали? — уточнила Катя, подавшись вперёд и забыв про время.

— Нет, не слышал. Но мне не понравилось, как он себя с ней повёл. И мне пришлось преподать ему небольшой урок, — сказал Сергей, чем вызвал одобрительный смешок у сидевших напротив девушек. — Только очень вас прошу, не нужно ей об этом говорить. Хорошо?

— Поймите, — твёрдо сказала Катя, — Саша очень сильная, она справилась сама. И сейчас ей важно чувствовать, что её принимают такой, какая она есть, без лишних вопросов и попыток «исправить». Ваша забота — это хорошо, но дайте ей время. И пространство.

В кафе повисла короткая пауза. Орлов медленно провёл ладонью по лицу, будто стряхивая наваждение, и глубоко вздохнул.

— Понимаю, — произнёс он тихо. — Спасибо, что сказали хотя бы это. Я… постараюсь быть внимательнее. И осторожнее.

Юля улыбнулась ему — на этот раз искренне: — Вот и хорошо. А теперь нам правда пора. Но если что — мы на связи. И да, передайте Саше, что мы завтра зайдём её проведать.

— Обязательно передам, — пообещал Орлов, вставая из‑за стола. — Ещё раз спасибо вам.

Девушки попрощались и направились к выходу. Юля на пороге обернулась и подмигнула Сергею, а Катя ободряюще кивнула. Орлов остался сидеть, погружённый в мысли. Теперь он знал немного больше — но вопросы остались. В голове крутилось имя: «Влад Белов». Он твёрдо решил: нужно разузнать о нём побольше. И защитить Сашу, если потребуется.

* * *

Девушки вышли из кафе и молча двинулись к Катькиной машине. Обе были полностью обескуражены разговором с Орловым — в голове крутились обрывки фраз, взгляды, интонации.

Первой опомнилась Катя. Она остановилась у машины, повернулась к Юле и, хмуря брови, спросила:

— Юль, ты что‑нибудь поняла? Что тут вообще происходит?

— Ой, Катюша, конечно, я всё поняла, — всплеснула руками Юля. — Ты что, думаешь, Сергей Викторович так просто нас на беседу пригласил, от нечего делать? Да?

— Нет, я так не думаю, — покачала головой Катя. — Но теперь у меня такое ощущение, что мир сошёл с ума.

— Это точно, — подхватила Юля. — Весь мир сошёл с ума — и эти двое тоже. Никогда бы не подумала, что такой мужчина может так себя вести…

— А как так, Юля? Всё же просто до невероятности: Орлов любит нашу подругу. Вот и всё. Этим всё сказано, — твёрдо произнесла Катя, открывая дверь машины.

— Но ведь она же его тоже любит, — вздохнула Юля. — И что же нам с этим делать? Вот ведь глупые…

Катя облокотилась на машину, задумчиво посмотрела вдаль и тихо сказала:

— Знаешь, Свиридова, что я тут подумала? Мне кажется, этот человек сможет сделать Сашку по‑настоящему счастливой. Не то что тот противный хлыщ Белов. Но как это ей доказать — ума не приложу.

— А может, просто скажем ей? — оживилась Юля. — Мол, Саня, Сергей Орлов тебя любит, беги к нему, хватай! А?

— Ты что, сдурела? — строго перебила её Катя. — Сашку не знаешь? Она уже начала думать, чтобы бросить работу из‑за всего этого. А что будет, когда она узнает?

— Ну да, ты права, — поникла Юля. — Сразу же уволится и на дно заляжет. Тогда что станем делать?

— Подождём немного, а там видно будет, — решила Катя. — Только Саше говорить о том, что встречались с Орловым и что он нас про неё расспрашивал, не будем. А то и мы без подруги останемся. Договорились?

— Договорились, — сокрушённо добавила Свиридова, засовывая руки в карманы пальто. — Просто… так хочется, чтобы Сашка наконец стала счастливой.

Катя кивнула, села в машину и опустила стекло:

— И мы поможем. Потихоньку, незаметно. Будем рядом, поддержим, если понадобится. Но без резких движений.

Юля улыбнулась и махнула рукой:

— Ладно. Действуем по плану «тихой поддержки».

Девушки обменялись понимающими взглядами, и Юля направилась к себе в офис, а Катя завела двигатель. В салоне машины повисла задумчивая тишина — Катя всё ещё прокручивала в голове разговор с Орловым, пытаясь понять, насколько глубоки его чувства и как лучше помочь двум упрямым людям.