Глава 19

Ночью я спала плохо. Почему-то во сне летала на черном драконе. А он заворачивал такие крутые виражи, что я визжала от страха. В итоге проснулась с пульсом под двести и чувством ужаса, который еще долго не проходил несмотря на то, что я осознала, что это сон. А когда проснулась окончательно, меня охватил другой ужас. Ведь я совсем забыла, что у меня сегодня снова урок по метафизике. И если обычную физику я могу вести в любом состоянии, даже если меня ночью разбудить и в одной ночнушке перед классом поставить, то с метафизикой без подготовки было не обойтись. А я занималась чем угодно, кроме продумывания плана урока. Что будем делать сегодня? Боюсь, что номер с одеванием нарисованных персонажей больше не прокатит. Внезапно мне пришла практически гениальная идея. Насколько я успела познакомиться с местными постулатами магии и порылась в памяти Софочки Хромер, настолько я поняла одно: местные маги черпают силу из внутреннего источника. Ученые мужи объясняют, что расположен он где-то в районе солнечного сплетения. Именно там хранится магическая искра. Только у меня этой искры отродясь не бывало! И в районе сплетения я не чувствовала ни тепла, ни покалывания, никаких других ощущений. И тем не менее, магией я владела. Если в любимой матушке-России вы хоть кого-то попросите превратить обычную доску в классе в интерактивную, вряд ли у кого это получится. А я здесь делала это с легкостью! Вопрос: почему? Ответ я нашла лишь один. Все это возможно потому, что в Лейвисбоме есть магия. Она практически разлита в окружающем пространстве. Поэтому, если ты не знаешь, что это невозможно, то спокойно начинаешь ею пользоваться. А у нас в воздухе кроме смога ничего не плавает. Так что, се ля ви. И я каким-то непонятным образом черпаю эту магию извне и пользуюсь. И мои пятикурсники тоже смогут это сделать! Я даже вспомнила, что читала в каком-то фэнтезийном романе, что людей, черпающих магию из окружающей среды, зовут ведьмаками или ведьмами. А вот здесь я подобного определения не слышала ни разу. С этими мыслями я и стала собираться на занятия, на ходу продумывая, как проведу урок. Класс меня встретил напряженным молчанием. Я даже подумала, что я умудрилась сделать не так? Других причин не видела. Поздоровалась, разрешила группе садиться по местам. Они все так же молча разместились. А я уже не знала, на что и подумать. И тут умница Мхитар поднял руку. Как я выяснила позже, именно он был старостой группы. Поэтому часто брал ответственность за содеянное на себя. – Гера Софи, а можно вам задать вопрос? – уточнил он. Мои мысли успели сбегать очень далеко: от погрешностей во внешнем виде до поцелуев моих рук ректором. Но слава Богу, я ошиблась во всех своих предположениях. – Да, слушаю вас! – Скажите, а это правда, что мы теперь можем не заучивать наизусть текст параграфа? Я обвела класс взглядом. Они тут же притихли. Некоторые даже как-то съежились, словно за это я им буду ставить двойки. Бедные дети! Как их тут загнобили и запугали. – Скажите, только честно, – попросила я их. – А вам помогает в жизни вот такое заучивание темы? – Интересно, чем? – Гарник ответил вопросом на вопрос. – Мы половины в них не понимаем, так как не владеем магией. Поэтому текст для нас остается только текстом. Мы же не можем активировать ни одного заклинания. – Хорошо. Я вчера лично разрешила Рине не зубрить. Именно бездумно заучивать текст. Это не дает абсолютно ничего. Но это не означает, что вы не должны готовиться к урокам. Вы должны понимать, о чем вы рассказываете. А если что-то не понятно, то можете переспросить в то время, когда я вам буду объяснять новую тему. Казалось бы, элементарные правила современной школы. Мы давно ушли от зубрежки. Учителя точных наук, что в школе, что в институте, гораздо больше ценят умение решать задачи, а не простую теорию. Только эти адепты слушали меня с гораздо большим неверием в глазах, чем на прошлом занятии, когда я им рассказывала, что они тоже могут быть магами. А потом я стала им рассказывать про ведьмаков. Ребята с неверием слушали, но в их глазах появились проблески надежды. – А есть примеры того, что это возможно? – спросила Рина. – Вы же все помните меня, я училась с вами в параллельной группе в прошлом году. И осталась на второй год потому, что боялась провалить экзамен по магии, так как у меня ее не было. И ее у меня и сейчас нет! – я решила начать с себя. – Да не может этого быть! – подал голос кто-то из парней с последнего ряда. – Вы же на прошлом занятии магичили. Да еще как! В его голосе послышались нотки восхищения, а я улыбнулась одними уголками губ. Приятно! – Есть у кого-нибудь из вас артефакт, проверяющий наличие магической искры? – про такие штуковины я уже слышала. – Есть, у Валия, – класс ответил буквально хором. – Он каждый день проверяет, не появилась ли у него искра. – Вот и отлично! – все пока складывалось хорошо. – Валий, проверь меня, пожалуйста, на наличие магии. Пухлый толстячок с последних рядов смущенно поднялся и вперевалочку подошел ко мне. – Гера Софи, но мне придется вас коснуться! – предупредил он. – Я должен приложить артефакт к вашему солнечному сплетению. – Касайся! – разрешила я. Парень очень аккуратно приложил к моему платью какую-то коробочку с экраном из кристалла. Кристалл моргнул и выдал большой красный ноль. – У геры действительно нет магии! – торжественно объявил парень. – А может, твоему артефакту одежда мешает? – решил уточнить кто–то очень ушлый. Но я наградила хулигана таким взглядом, что он тут же замолчал. Это умение полностью перешло ко мне от Софьи Павловны. – Остальные тоже сомневаются? – спросила я. Для дела я даже была готова раздеться, правда перед женской половиной. Парням пришлось бы принять все на слово. Но неожиданно за меня вступилась Рина: – Да мы вместе с Софи столько раз проверку проходили, что в одежде, что без. Но результат всегда был один! И ребятам пришлось поверить, что я действительно не обладаю искрой. – А сейчас мы с вами попробуем магичить. К сожалению, учебников и методичек по моей методике никто еще не написал. Передать вам свои ощущения и мысли я, к сожалению, не могу. Поэтому вам нужно самим почувствовать и сделать то, что вы всегда считали невозможным. И начнем с простого. Вы на прошлом уроке видели, как я рисовала на доске с помощью магии фигурки людей. И ваша задача сделать тоже самое. Кто самый смелый? Ожидаемо к доске вышел Мхитор: – Я готов, гера Софи. – Очень хорошо! – я вблизи видела, что парень все же нервничал, поэтому решила поддержать. – Давай начнем с самого простого. Забудь про то, что у тебя нет магии. А просто отвлекись, расслабься и с помощью рук нарисуй мне на доске, скажем, треугольник. – Но в моих пальцах нет чернил! – тут же возразил он. – Вот, ты сам ставишь себе палки в колеса. Давай сделаем так, ты закрываешь глаза и представляешь, что из твоего указательного пальца правой руки вытекают чернила. Представил? Гарник с беспомощным видом стоял передо мной. Я взяла его руку, прижала палец к доске и велела: – Рисуй! Он повел рукой линию, но ничего не получалось. И вдруг Рина выдала гениальную фразу: – Ой, смотрите, у него и правда чернила из пальца бегут! Гарник нервно дернулся. А я откровенно испугалась, как бы он не потерял веру в себя окончательно. Поэтому строгим голосом приказала: – Мхитор, глаза не открываем! Обычно мои приказы ученики исполняли беспрекословно. И он тоже подчинился непроизвольно. И, о, чудо! За пальцем действительно вдруг потянулась кривая красная линия. Я даже испугалась, а не поранился ли он? А когда он открыл глаза, на доске красовался очень кривобокий треугольник. – А чего такой кривой–то? – спросили с заднего ряда. Нужно буде узнать фамилию этого разговорчивого товарища. – Я же левша, – смущенно сообщил парень. – А гера меня правой рукой рисовать заставила. После Мхитора рисовать на доске попробовали еще четверо адептов. У троих получилось, у четвертого нет. Однако юноша по имени Апполо совсем не расстроился, а лучезарно мне улыбнулся, пожал плечами и со вздохом сообщил: – Не расстраивайтесь на мой счет, гера Софи! Просто сегодня не мой день. Но я видел, что могут другие и точно знаю, что это возможно. Буду заниматься еще усерднее! – эх, умница какой! Мне бы его оптимизм. Хотя у меня получилось! И часть ребят действительно стали черпать магию из окружающей среды. Получается, что их предки относились к ведьмакам? Вообще, об этом нужно где-то почитать. Я запоздало сообразила, что есть вероятность преднамеренного уничтожения силы ведьм и предания ее забвению. Ведь у нас их не любят. А чем Лейвисбом хуже? Вдруг я выпущу на волю то, с чем так долго боролись или планомерно уничтожали? Ладно, об этом подумаю позже. И вообще, будем решать проблемы по мере их поступления. Это было и остается основным моим жизненным принципом. Звонок с пары уже прозвенел. Ребята убежали на следующую пару. А я порадовалась, что у меня сегодня единственная пара. Почасовую нагрузку мне дали небольшую. Скорее всего с учетом того, что я была начинающим учителем по местным меркам. Или с учетом того, что герн Визальд много пил, поэтому ему много часов не давали. Кто же теперь узнает? Стала собирать свои тетради, взяла в руки журнал и направилась к выходу из аудитории. Как неожиданно наткнулась на Мхитора, одиноко стоящего у дверей. – Гарник, вы что-то хотели? – уточнила я, мысленно предполагая, чего же он хочет. Мои мысли бегали от «еще порисовать» до сути ведьмачества. И не понятно, смогу ли я что–то вразумительно объяснить? А он стоял, по-мужски широко расставив ноги. Уже не мальчик, но еще не мужчина. Слишком нежной была кожа на щеках, да и черты лица казались чрезмерно миловидными. Мои земными ученики такими становились к десятому-одиннадцатому классу. А вот в институтах и техникумах резко мужали, ворвавшись в столь желанную взрослую жизнь. Черные глаза в опушении длинных ресниц смотрели на меня пристально. Шелковистая челка дерзко падала на один глаз. Он был высоким парнем и имел не по-детски солидный разворот плеч. Полный набор для того, чтобы влюбить в себя всех адепток академии. – Гера Софи, – произнес он чуть охрипшим голосом. Затем недовольно поморщился, трахнул кудрями и, как мне показалось, поправился: – Софи! Ха, вот это сюрприз! Я с любопытством посмотрела на Мхитара. – Софи, помните, – снова румянец залил его щеки. – Помнишь, ты писала мне письмо? Я, честно говоря, не помнила такого факта. Софочка Хромер по неизвестной причине таких воспоминаний мне не оставила. И что делать? Прикидываться больной с амнезией, как я дела уже несколько раз? Но мне отчего-то стало его жаль. Парень явно волновался. И я решила не нервировать его сильнее. И по этой же причине я не стала обращать внимание на его обращение ко мне в фамильярном тоне. В конце концов, еще пару недель назад моя предшественница была такой же адепткой, как и он. И я кивнула. Он вдохнул с явным облегчением и что-то сунул мне в руку со словами: – Софи, это мой ответ! – и быстро сбежал, избегая моих вопросов. А я разжала ладонь и с удивлением уставилась на листок бумаги, сложенный в несколько раз. Гарник отдал мне записку.