Глава 24

– Очень просто, – начала свои объяснения я. – Когда бывают случаи, что свидетель не может утверждать, что очень хорошо запомнил преступника и может ошибиться, или свидетель вот такой несовершеннолетний, то на опознание приглашают еще человек пять подставных лиц. Их выстраивают в ряд. А преступник встает между ними. Свидетель должен выбрать его безошибочно с первого раза. Тогда и вопросов к следствию не будет. Мужчины переглянулись. Полицейский покачал головой и воскликнул: – Но это же гениально! Почему мы сами до такого не додумались? Мне очень хотелось сказать, что просто еще их время не пришло. Они обязательно бы дошли до этого сами. Только я предпочла промолчать. – Гера Хромер всегда полна сюрпризов и гениальных идей! – похвалил меня ректор. Полицейский неожиданно подошел ко мне, поклонился и еще более неожиданно поцеловал мне руку. А я боковым зрением заметила потемневшее лицо Бартона. Ага, так тебе и надо! Но герн Свенсон, так мне представили начальника полиции, не стал дальше раскланиваться, а по-деловому начал раздавать приказы починенным. И через пять минут в соседнем зале собрали семь человек, которых выловили на улице. А затем вернулся к нам и предложил: – Не желаете пройти в подслушивающую? Я удивленно хлопнула глазами, не сразу соображая, куда нас зовут. Зато Бартон сразу же улыбнулся и ответил, поднимаясь: – Конечно, конечно! – и потянул меня за собой. И мы вошли в достаточно просторное помещение, где стояли кресла и стол с фруктами. Также там лежали записывающие кристаллы и блокноты с карандашами. Это если нам захочется что-то зафиксировать. Но самое интересное: абсолютно прозрачная стена между нами и залом, где собрали поставных лиц. – Но они же нас увидят! – воскликнула я, глядя туда. – Нет, она зачарована магией, – успокоил меня Бартон. – Мы их видим и слышим, а они нас нет. На данном этапе я успокоилась. Ответы на мои вопросы получены. Ждем преступника и беседу с ним. Я даже успела сгрызть одну сливу, поинтересовавшись предварительно у ректора, можно ли это есть. – Софи, поверьте, нас на кристалл не записывают. Поэтому это не украшения, а реальные фрукты. Кушайте на здоровье, – мягко рассмеялся он. Только эта обманчивая мягкость длилась ровно до той минуты, пока подставные лице не расселись по стульям, а на стул в самом центре на усадили мужчину, которого ввели в зал полицейские. Герн «проверяющий» выглядел как высокий, худощавый мужчина с темными волосами и почти черными глазами. Острый длинный нос и тонкие бескровные губы завершали образ. У нас на Земле бы его описали словосочетанием «демоническая внешность». И я заметила одну особенность, если смотреть на него прямо, то черты лица как-то ускользают и не запоминаются. Словно лицо постоянно меняется. И лишь слегка прищурившись, я могла остановить этот неприятный процесс. Уточнила у Бартона, что происходит. – Софи, вы не перестаете удивлять! – покачал он головой. – То выдаете просто гениальные вещи, а то не знаете элементарных вещей. Вы переключаетесь на магическое зрение. – Но почему другие этого не делают? Например, тот же аптекарь. А Мирра запомнила? – Во-первых, для этого нужен определенный уровень магии. И есть он далеко не у всех. А, во-вторых, герна аптекаря мироздание наградило ребенком с большим потенциалом. И она использует это зрение с младенчества, даже не задумываясь. *** Вот так Миррочка! Похоже, у нее была уникальная мама. И, возможно, именно из-за этого умерла так рано. Я постаралась не думать о грустном и сосредоточилась на картине, которая предстала перед нами. – Уважаемые герны, мы собрались здесь, чтобы провести процедуру опознания преступника, – начал свои объяснения полицейский. – Сейчас вы выстроитесь в ряд. А девочка должна определить, кто был во время пожара в их доме. – А если она выберет меня? – тут же заерзал невысокий мужчина невыразительной наружности. – Меня, что, накажут? – Нет, уважаемый герн, – с усмешкой покачал головой полицейский. И я даже не на секунду не сомневалась, что за ним установят наблюдение. Не по этому преступлению. А так, вообще. Подозрения он вызывал во всем. – Вы здесь лишь в качестве подставного лица. В это время настоящий преступник лишь усмехнулся и оценивающе посмотрел на мужичка. По его хитрой улыбке можно было предположить, что он надеялся на то, что Миррочка выберет именно этого товарища. А когда ему предложили встать в середину, возмутился: – А если вы девочке заранее сказали, где я буду стоять? – Нет, нет, – полицейский поднял руки вверх. – Я пока действую лишь в ваших интересах. Вы можете встать на любое место, которое вам понравится. Он тут же согласно кивнул и начал примеривать разные позиции. Встал сначала вторым справа. Затем третьим слева. Но успокоился, лишь заняв крайнюю позицию у стола полицейского. – Уважаемые герны, прошу вас во время следственного эксперимента не разговаривать и рожи не строить. Всем понятно? Герны закивали. И тогда он попросил пригласить девочку. – Добрый день, Мирра! – поздоровался начальник. – Добрый день, – она ловко присела в книксене. А я очень ей позавидовала. У меня достойно они так и не получались. – Ты сможешь из этих дяденек выбрать того, кто приходил к вам с проверкой перед пожаром? – уточнил он, с любопытством разглядывая девчушку. – Она с таким взглядом кого хочешь разглядит, – проворчал один из подставных лиц. Однако начальник так на него глянул, что он мгновенно замолчал. А «проверяющий» довольно улыбнулся. Такое поведение, как он считал, играло ему на руку. Однако Мирра на них даже не посмотрела. А уверенно подошла к преступнику и ткнула в него пальчиком: – Вот этот дяденька мне куколку подарил, которую папа покупать не хотел! – и она еще раз присела в книксен перед ним и сказала: – Уважаемый герн, я в прошлый раз не смогла вас поблагодарить. Спасибо! Только та кукла сгорела на пожаре. Вы мне еще одну купите? – Тебе ее герн полицейский подарит! – заржал первый мужичок. Мы не успели среагировать, как девочка с подобным вопросом обратилась к полицейскому. Аптекарь покраснел. Зато проверяющий пробормотал: – Она ее честно заслужила! Полицейский усмехнулся и погладил Мирру по головке: – Я к вам обязательно приду, и мы сходим с тобой и с твоим папой в магазин. – И геру Софи с собой возьмем. Она проследит, чтобы вы не выбрали что-то другое! – безапелляционно заявила девочка. А мужчинам пришлось лишь согласится. Затем она подбежала к отцу, и они удалились, что-то активно обсуждая. Папа ее, скорее всего, воспитывал. А она в очередной раз вила из него веревки. – Спасибо всем! – поблагодарил поставных лиц полицейский. – Все свободны. А вы, герн Слобок, должны остаться. Тот скривился, потер запястья. На них, видимо, были до этого надеты наручники. И молча сел на стул перед начальником. – Мы и допрос будем слушать? – шепотом уточнила я у ректора. – А ты не хочешь? – удивился он. – Я просто не думала, что такое возможно, – уселась поудобнее и прилипла взглядом к стене. – Итак, уважаемый герн, соизволите ли вы объяснить, что делали в день пожара в аптеке у господина Миклоша? – полицейский откинулся на кресле и выжидательно посмотрел на «проверяющего». – Зачем в аптеку ходят? За лекарством, естественно, – он недовольно пожал плечами. – А зачем девочке представились проверяющим? – Надеялся, что мне предоставят хорошую скидку. Это, конечно, нехорошо, но не преступление же? – усмехнулся Слобок. Следователь лишь кивнул. Пока возразить ему было нечего. Обман на уголовную статью точно не тянул. Мне стало даже скучно. Я допросы видела лишь в кино. А там показывают только интересные ходы, которые в итоге приводят к раскрытию преступления. А не эту вот рутинную работу. – А зачем вы девочке подарили куклу? – все же не отступал он. – Все с этой же целью! Мое лекарство слишком дорогое. А я собирался стать постоянным покупателем. Да вот вы помешали, – нахмурился преступник. – Что-то еще? Я и так у вас слишком много времени провел. Могу быть свободен? – А где вы эту куклу купили? – не отставала полицейский. – Купил? Нет, я ее не покупал. Мне ее… – в этом месте он споткнулся. И, видимо, что-то придумал на ходу. – Я ее у племянницы позаимствовал. У девочки столько игрушек, что она и не заметила пропажи одной из них. Я же нетерпеливо заерзала на стуле. – Что случилось, Софи? – уточнил ректор. – Как он ведет допрос? Он же никогда его не расколет! – в сердцах почти выкрикнула я. Благо стена была для той стороны звуконепроницаемой. – У нас пытки запрещены законом! – Бартон нахмурил взгляд, разглядывая меня. – А кто про пытки говорит? Он совсем не умеет формулировать вопросы. Могу я с преступником побеседовать? Брови ректора взмыли веер в немом вопросе. А я поспешила пояснить: – Это же целая наука – вытащить из ученика правильный ответ. И я им владею в совершенстве! Спасибо, что он не стал спрашивать, когда я это совершенство сумела наработать за месяц преподавания в АМиБе. А просто достал переговорный кристалл и что-то негромко в него сказал. Полицейский кивнул головой и велел преступнику: – Придется, герн Слобок, вам посидеть и хорошо подумать над своими ответами! Я через пару минут вернусь! – и с этими словами встал и направился к нам в комнату. – Ривал, прости, но моя помощница утверждает, что может задать вопросы так, что он поневоле откроет свой обман! – Бартон внимательно посмотрел на полицейского, как я поняла, отслеживая его реакцию. – Я могу их вам быстро написать! – предложила я, чтобы как можно меньше ранить гордыню мужчины. Он же усмехнулся, окинул меня взглядом, а я лишь успела удивиться, откуда ректор знает всех по именам. Как страж порядка уточнил: – Бартон, она того стоит? – Стоит, друг, – кивнул он. – Именно она определила, что кукла спровоцировала пожар. Да и ты сам в этом мог убедиться, когда она предложила процедуру опознания. – О, это да! – рассмеялся Ривал. – Думаю, она войдет в учебники по криминалистике! Что ж, гера Софи, пойдемте. А вы, герн ректор, последите за всем отсюда. Я с некоторой опаской вошла в допросную. Слобок сильно удивился, увидев меня. Все время забываю, что стала очень хорошенькой блондинкой. Мое мышление все равно осталось на уровне сорокадвухлетней брюнетки. И свою внешность я воспринимаю такой же, как выглядела Софья Павловна. А полицейский меня представил: – Это гера Хромер, наш новый и необычный специалист. Последующий допрос проведет именно она. А я останусь здесь, чтобы гера не нарушила ваши права, герн подозреваемый. – Но я ничего не совершал криминального! – тут же взвился он. – Вот сейчас и проверим вашу невиновность, – усмехнулась я, усаживаясь напротив него. – Отвечайте, пожалуйста, быстро, не задумываясь. Я начинаю предложение, а вы его заканчиваете. Все понятно? – Глупости какие! – возмутился он, но со вздохом добавил: – Хорошо, давайте. Я здесь уже сидеть устал. Да и дома дела ждут. А я представила, что передо мной любимый Сидоров и начала допрос.