Глава 32

– Снова мы оторваны от дома! – с улыбкой подхватила мелодию герцогиня. В принципе, мне можно был дальше не продолжать. Я четко поняла, где находится этот крайне секретный Эндхольд. Только Марица пела с таким выражением счастья на лице, что я не смела ее останавливать. И лишь на строчке: Взлетные огни аэродромов… Я споткнулась, как мы будем объяснять Бартону, что такое аэродром? Я округлила глаза и потрясла головой, давая понять, что не все здесь гладко. Однако он сидел в кресле, прикрыв глаза. На его губах играла легкая полуулыбка. И когда я перестала играть, он резко распахнул глаза и уточнила: – Софи, что-то случилось? – Нет, я просто слова забыла. Давно песню не пела. – Жаль, я особо ни черта не понимаю. Но мне так нравится ваш эндхольдский язык! Такой напевный и жесткий одновременно, когда это требуется. Я не сразу поняла его фразу и не осмыслила. А герцогиня вдруг захохотала и сказала: – Не волнуйся, милая! По-русски никто здесь кроме нас с тобой не понимают. Я Барти этому языку не учила. Считала бесполезным! Мы пели на русском? Я этого сразу и не осознала. Поэтому сразу извинилась: – Простите, я и не поняла, как перешла на родной язык! – извинилась я, глядя то на жениха, то на будущую свекровь. – Я думаю, что Барти простит нам эту маленькую слабость! – мило улыбнулась она. – Я так давно не слышала родную речь. – Ничего страшного! – мило улыбнулся он. И вдруг со значительным акцентом произнес: – Но я почти все понялА! – Понял, – тут же поправила его матушка. А затем охнула, зажимая рот руками. Следом мы дружно уточнили: – Откуда? – мы с Марицей одновременно развернулись в его сторону. А я в этот миг отчетливо поняла разницу между языком Лейвисбома и родным. Просто попаданство сгладило эти различия. А сейчас дало возможность их оценить. Он же не стал отпираться, а все сразу объяснил: – Мне отец всегда говорил, что очень полезно знать эндхольдский язык. Мама, ты и не замечала, как часто на нем ругалась, думая, что тебя никто не слышит. А когда женщина чем-то недовольна, то очень полезно знать ее мысли. И я старался. Вслушивался в твою ругань, в твои песни, которые ты любила петь мне на ночь. Иногда я спрашивал тебя о значении некоторых слов. А ты, не придавая значения этому, отвечала. Только я не понял, почем я нигде не смог найти словарь? Перерыл все библиотеки. Однажды даже видел что-то подобное, только слова там были совершенно другие. Не те, что говорила мама. Впечатление такое, что у вас в Эндхольде очень много языков. И вы даже и не понимаете, что говорит человек из другой семьи. Я мысленно посочувствовала Бартону. Ладно, если ему попался словарь английского языка. Все же строение его было чем-то похоже на местный язык. А если китайский? – Да, у нас порядка 7000 диалектов. Поэтому не все люди друг друга понимают. И драконов у нас нет. Поэтому с магией проблемы, – свекровь развела руками. – Кошмар, как вы там вообще живете! – вздохнул ректор. – Зато никто с такой бижутерией вынуждено не ходит! – она показала глазами на цепи, которыми он был увешан. – А я ношу их по привычке. Даже сроднился. А рядом с Софи, они мне больше ник чему! – горячо заверил мать Бартон. А мать любимого ловко ушла от расспросов про нашу родину. От чего я сделал вывод, что она о своем попаданстве родным не рассказала. Я тоже пока еще не успела. Но категорически себе в этом не отказала. Тем более любимый сын попаданки. Время покажет. – Очень похож на то, что она оказалась моей истинной парой. И я счастлив, что мироздание позволило нам встретится! Да, любимый, ты даже не представляешь, как мирозданию пришлось постараться. Сейчас мне хотелось лишь одного: поговорить наедине с герцогиней. И я с радостью поняла, что она тоже этого хочет, когда герцогиня предложила: – Милая, пойдем носик припудрим! Скоро приедет мой муж и папа Бартона. Думаю, что ты захочешь встретить его при параде. Любимый понятливо усмехнулся, легко поклонился и со словами: – Я вас буду ждать в парадной гостиной, – удалился. И вот тут я уже не сдержалась и с улыбкой от уха до уха развернулась к будущей свекрови. А она приветливо распахнула мне свои объятия: – Добро пожаловать в семью, милая моя землячка! Я ответила на ее объятия, вдохнув сладковатый запах, исходящий от женщины. – И откуда ты родом? – уточнила она. – Из Эндхольда, – хихикнула я. – Что из России, я уже поняла, – кивнула она в ответ. – А поточнее? – Йошкар-Ола, Республика Марий Эл. Это недалеко от Казани, – я посчитала нужным дать пояснить. Наш, пусть и столичный город, был небольшим. И терялся на просторах огромной страны. – А я из Казани! – счастливо рассмеялась она. – А как ты сюда попала? И я рассказала свою удивительную историю и историю бедняжки Софи Хромер. – Прости, а сколько тебе было лет там? – Сорок шесть! – не стала скрывать я. – Тогда понятно, почему Бартон влюбился в тебя без оглядки. Юное тело какое любят большинство мужчин и разум взрослой женщины. Он всегда ворчал, что дебютантки и студентки ему совершенно не интересны из-за своей непроходимой глупости. А ты взрослая умная женщина. Дальше мы беседовали о том, кем мы были в прошлом мире. Я честно рассказала, что по факту практически была старой девой и учительницей физики. Марина оказалась литератором. Коллега, одним словом. А про старую деву она хитро заметила: – Я уже поняла! – и взяв мою руку, повертела в разные стороны, разглядывая перстень с зеленым камушком. – Что поняли? – я притворилась дурочкой, поняв, что сейчас появился шанс узнать, что скрывает этот перстенек. – Камень зеленеет, если надет на руку девственницы! Тогда понятно, о каком подарке говорил Бартон. Хотя я по факту такой невинной не была. Хотя и шибко просвещенной себя назвать не могу. В моих воспоминаниях осталось лишь то, что было больно и противно. А я долгие годы звала себя дурочкой. А теперь точно знаю, что это тело невинно. И хотя не хотелось бы переживать боль второй раз, я была рада, что смогу подарить любимому свою девственность. – Марин, я только не поняла, как вы оказались родственницей королевы? – решила удовлетворить свое любопытство я. – Это тело в родне числится. Кровь в нем бежит королевская. Никто не знает, что душа давно в нем другая. А ты откуда об этом узнала? – Бартон королеве рассказал. Королева ему проверку устроила и выяснила, что у него королевской крови намного больше, чем у других претендентов на престол, – пришлось рассказать упрощенную версию про девочку из склепа. Да и подробностей я и не знала. А вот герцогиня всполошилась, а я поняла свою ошибку: – А кто там еще в претендентах числится? У Терезии же бедняжка-муж умер, насколько я слышала. И что тут сказать? Внебрачный сын вашего мужа? Даже если она родилась и выросла в прогрессивной России? Все равно такое знание будет ей неприятно. Поэтому я лишь пожала плечиками и легкомысленно произнесла: – Там такое сложное имя! Я его просто не запомнила, – Вит-Торган точно простотой не отличался. – Вам лучше об этом сына расспросить. По в миг помрачневшему взгляду Марицы, я поняла, что подобные новости ей совсем не по нраву. Будем считать, что я ее подготовила. А там уж пусть мужчины сами разбираются. Все равно про Слобока придется рассказать. Все же родня королеве, хотя и буквально с неба свалилась. – Пойдем в зал! – герцогиня поморщилась, выдохнула и вновь приобрела благожелательный вид. А я ей откровенно позавидовала. Это надо же как хорошо она владела своими эмоциями! Хотя новости впереди ждут не очень приятные. – Папа подъехал! – сообщил нам Бартон, как только мы вошли. Он же стоял у окна и смотрел во двор. – Думаю, его лучше встретить в холле! – предложила герцогиня, по-аристократически приподняв одну бровь. – Иначе он прошмыгнет мимо и опять запрется у себя в кабинете. И выкуривай его потом оттуда! Я негромко хихикнула. Какой бы не был мир, мужчины везде похоже. Даже если они герцоги и маги. И вроде как с драконьей ипостасью. Понятно, что Марина точно не дракон. Но цепи у Бартона говорили, что он-то этим чудом не обделен. Хотя я даже подумать боялась, как это может быть. Мы нашей небольшой компанией спустились вниз. И тут же раздались громкие и уверенные шаги хозяина дома. А через пару мгновений на пороге появился Бартон. Хотя нет, он был чуть шире в плечах, а черные волосы уже тронула седина. И лишь глаза были такими же пронзительно синими. Одет герцог был в такой же как у сына черный камзол. Только без цепей. Первым делом он подошел к жене и чмокнул ее в щеку со словами: – Здравствуй, дорогая! Я соскучился. Получил в ответ улыбку и подошел к сыну. Обнял его и похлопал по спине со словами: – Давно, сынок, ты у нас не был! Затем перевел глаза на меня. И к моему облегчению, колючий взгляд потеплел, а он уточнил: – А кто у нас эта молодая гера? Меня с ней познакомят? Бартон тут же подошел, встал рядом, приобняв меня за талию, и торжественно произнес: – Отец, позволь тебе представить мою невесту геру Софи Хромер! – Уже не Пауля ли Хромера ты дочка? – он удивленно вскинул брови. А я застыла, не зная, что сказать. Да, я успела сообщить, что моего отца зовут именно так. Только имела в виду Павла Николаевича Хомякова, а не гипотетического Хромера, о котором не имела ни малейшего представления. – Да, моего папу зовут именно так. Только не факт, что мы с вами имеем в виду одного и того же герна. В Эндхольде много людей с подобными именами и фамилиями, – покачала я головой, не забывая при этом улыбаться. С будущим свекром нужно поддерживать хорошие отношения. – Того, того! – улыбнулся герн Эдгар. Любимый мне успел сообщить, как его зовут. – Ты же просто его копия. Такая же беленькая и улыбчивая! Он даже не удивился, что я тоже из этой загадочной страны. – Возможно, – я лишь пожала плечами. Не спорить же? И у Софи действительно были родители. Но я точно не планировала с ними встречаться. Однако старший герцог уже сменил тему: – А хотя бы чаем меня здесь напоят? – уточнил он. – И ужином накормят, дорогой! Только все же с дороги стоит переодеться! – герцогиня подошла к мужу и взяла его под руку. – Пойдем я тебе помогу. И хозяева дома чинно удалились в свои покои. – Ты матушке про Слобока сказала? – уточнил ректор. – Сказала, – кивнула в ответ. – Но ничего не уточняла. Просто сообщила, что появился новый наследник престола. – Хорошо, – в ответ кивнул он. Я бегло оценила выражение лица Бартона. Он был спокоен как удав. Или, вернее сказать, как дракон? – Попробуем из отца вытянуть эту информацию. У него явно хорошее настроение. И виной этому ты! Они давно мечтают о том, чтобы я снова женился. Но я не торопился, говоря, что мне Терез до конца жизни хватит. И матушке, ты, кажется, понравилась. Я лишь спрятала улыбку. Марица точно была довольна выбором сына и моим существованием в принципе.