Глава 41. Мы вас не ждали, а вы нагрянули

Баграт с довольным видом вручил Милане пакет с перевязанными красной лентой ручками.

– Держи, подарок.

– А что там? – тут же спросила она.

– Сюрприз. Иди в спальню, надень это все и выходи, – важно сказал он и поправил на плечах полы темно–синего банного халата.

Милана сверкнула глазами и направилась в спальню, сказала ему через плечо:

– Если Пашка проснется, не бери на руки, просто покачай…

Как будто этот финт когда–то срабатывал с его сынком. Но Баграт согласился:

– Хорошо, сделаю.

Хотя очень надеялся, что сын этим вечером уже не проснется. Ведь у самого были важные–преважные планы на Милану. Впрочем, как и вчера, и за вечер до того, и вообще каждый день.

С тех пор, как они с Миланой признались друг другу в чувствах, прошло всего две недели, но Баграт уже не представлял, как вообще жил без этой сладкой конфеты. Яркая, сексуальная, вместе с тем нежная – вся его.

Не женщина, а фея из сказки.

Чем чаще он занимался с ней любовью, тем больше хотелось. Вечера, проведенные дома, вдруг стали лучшим временем суток, а выходные – вообще раем.

Жизнь Баграта обрела доселе неведанный смысл. Теперь он работал даже усерднее, чем раньше, ведь перед ним стояла цель – обеспечить. Но и о домочадцах не забывал. Едва заканчивался трудовой день, он пулей летел домой, потому что там начиналось все самое интересное.

Он выполнил данное себе обещание. Последние две недели только тем и занимался, что по–всякому одаривал Милану. Вещи из ее квартиры они так и не забрали, но не потому, что она не захотела, просто Баграт купил ей все новое. Также одарил драгоценностями. В комплект к сапфировому браслету его милая девочка получила также серьги, кулон, и вот сегодня он приобрел для нее нечто совершенно особенное.

Ему очень не терпелось увидеть свой новый подарок на любимой, он уселся в кресло и вперил взгляд в дверь спальни. Но дорогая сердцу дева все не шла и не шла.

– Милана, я жду, – позвал он ее.

Из спальни показалась ее голова.

– Я в этом не выйду… – огорошила его она.

– Почему?

– Ты когда это покупал, о чем думал? Это же… Разврат! – вдруг выдала она.

– Разврат, да, – кивнул он с довольным видом.

Тут же отметил, как щеки Миланы окрасились красным. Интересно, когда она прекратит его стесняться?

В этот момент она все же решилась выйти в гостиную. Явила ему себя в черном полупрозрачном халатике, из–под которого выглядывали чулки на поясе. А сквозь ткань поблескивал его последний подарок.

– Покажи, – потребовал он жадно.

Милана шумно вздохнула, дернула за пояс халата, подошла к Баграту.

Он развел в стороны кружевную ткань и впился взглядом в свой последний подарок – бюстгальтер, состоящий сплошь из тонких золотых цепочек, украшенный на бретельках крупными сапфирами. Вещица стоила ему немало, но определенно деньги были потрачены не зря. Его пронзало желанием от одного только взгляда на Милану в таком необычном украшении.

Лифчик почти ничего не прикрывал, но, впрочем, был создан не для того, чтобы скрывать красоту груди, а для того, чтобы ее подчеркнуть.

– Я же говорил, будешь у меня вся в золоте ходить, – протянул он хрипло.

Он сел на самый край кресла, взял Милану за талию, придвинул к себе.

Уже собрался приложиться губами к ложбинке между ее грудей, когда услышал дверной звонок.

– Кто это? – тут же забеспокоилась Милана и запахнула халатик.

– Наверное, ужин привезли, – вздохнул Баграт. – Не теряй настрой, я быстро.

С этими словами он направился в прихожую. Взял бумажник и, не глядя в глазок, открыл дверь.

Каково же было его удивление, когда на пороге показался вовсе не курьер из ресторана.

– Здравствуй, сынок, – протянула мама.

– Привет, сын, – пробасил отец.

А Баграт не знал, как лучше поступить. Не придумал ничего оригинальнее, как выйти на лестничную клетку прямо в халате и домашних тапочках, и захлопнуть за собой дверь.

– Что ты? – картинно всплеснула руками мать. – Будешь держать родителей на пороге? Даже в квартиру не позовешь?

– Что ж ты, сын, – вторил ей отец.

– Я… э–э… – промычал Баграт, силясь сообразить, что бы такого сказать, чтобы избежать надвигающегося цунами.

Что у него в квартире? Потоп? Пожар? Нашествие лютых тараканов? Какой еще повод можно придумать, чтобы не пустить родителей?

Нет, он, конечно, очень их любил и уважал. Но… В самом деле, кому хочется быть перепиленным пилой «Дружба»?

Пауза затянулась.

И вдруг из квартиры раздался надрывный плач Пашки. Этот ребенок не признавал полутонов, если уж начинал орать, то так, что уши закладывало у всех. Естественно, его крик был слышен и на лестничной клетке.

Баграт с опаской посмотрел на родителей.

А те на поверку оказались ничуть не удивлены тому, что в его «холостяцкой» квартире плакал ребенок.

– И когда ты собираешься познакомить нас с сыном? – спросил отец с издевкой. – На его восемнадцатилетие?

Чем дольше Баграт смотрел в глаза отца, тем четче понимал – уже не отвертится. А еще, похоже, его сдали. Раз отец знает, что у него сын, значит точно кто–то донес.

– Кто доложил вам про Пашку, Артур? – спросил он недовольным тоном.

– Совести у тебя нет, сын! Мог бы и сам все рассказать, сколько прячешь от нас ребенка… – проговорила мать и затопала носком туфли. – Слава богу, хоть Левон рассказал, что у нас в Анапе, оказывается, растет внук!

«Ну конечно Левон! Еще бы не Левон! Как злорадствовал, пока был в гостях, как старался. Берегись, братец…» – проскрежетал зубами Баграт.

Но делать нечего, он открыл дверь квартиры и сказал:

– Дорогие родители, проходите, пожалуйста. Я с удовольствием познакомлю вас с сыном.

Мать с отцом важно кивнули и прошли за Багратом в прихожую. Они уже собрались зайти в гостиную, но тут он вспомнил, в каком виде оставил Милану.

Выставил вперед ладонь:

– Подождите секунду.

– А что такое? – поинтересовалась мать.

Баграт не ответил, быстро заглянул в гостиную, с облегчением обнаружил, что она пуста. Должно быть, Милана ушла к Пашке в детскую, раз тот расплакался. И хорошо.

– Проходите, – кивнул он родителям.

Уже собирался идти в детскую, чтобы предупредить любимую о нежданных гостях, как вдруг дверь спальни сына открылась. На пороге показалась его драгоценная дева все в том же полупрозрачном халатике и чулках.

Баграт мысленно хлопнул себя ладонью по лбу. Опоздал с предупреждением!

– Пашка проснулся, – сказала Милана и застыла с ребенком на руках, во все глаза уставилась на родителей Баграта.

– Здравствуйте, – проговорила мать, и резко прикрыла глаза своему мужу. – Вазген не смотри!

За последние недели Баграт видел на лице Миланы множество самых разных выражений. Но еще ни разу ее глаза не расширились до такой степени. В эту секунду она напомнила ему испуганную героиню из мультфильма с очами на пол–лица. Но главное – она продолжала стоять на месте, похоже, совершенно шокированная.

– Милана, оденься! – прорычал он строго.

Секунда и его ненаглядная исчезла в детской.

Баграт повернулся к родителям и попытался загладить ситуацию:

– Мама, папа, вы просто так неожиданно нагрянули, что… В общем, не подумайте ничего такого.

Понимал, что вышло коряво, но мать неожиданно его поддержала:

– Мы ничего не подумали, не волнуйся.

– А я вообще ничего не видел, – заверил его отец с хитрой улыбкой. – Развлекаетесь, молодежь, да?

– Пройдите, пожалуйста на кухню, – попросил Баграт с угрюмым видом. – Мы сейчас по–нормальному оденемся и пригласим вас в гостиную…

Родители кивнули и ушли, а Баграт пошел следом за Миланой.

Застал любимую, судорожно перебирающей содержимое шкафа в детской.

При виде его она резко повернулась и зашипела:

– Ну ты вообще! Ты хоть предупредить мог? Я ж перед ними выскочила…

Баграт выставил вперед ладони, стал объяснять:

– Я сам не знал, они нагрянули без звонка. Я хотел предупредить, не успел…

– Они же теперь обо мне не пойми что подумают! – пропыхтела Милана вконец расстроенным голосом.

– Ничего они не подумают, успокойся, – заверил он ее. – Ну вышла в халатике, что такого, ты вообще–то дома. К тому же их волнуешь не ты, а Пашка, они его повидать приехали. Давай, одевайся и выходи.

– Тут только Пашкина одежда, все мое в твоей спальне…

– В нашей спальне, – поправил он ее с угрюмым видом. – Без проблем, давай принесу.

– Неси, а я пока переодену сына в нарядное, – кивнула Милана, как будто немного успокоившись. – Возьми мое черное платье, висит в шкафу с краю.

Баграт кивнул и пошел к себе, быстро сменил халат на джинсы с футболкой. Схватил первое попавшееся черное платье для Миланы и вернулся в детскую.

Подметил, что за те полминуты, что его не было, милая успела сменить сыну памперс и переодеть в симпатичный комбинезон с синими мишками.

– Вот, – он протянул ей платье.

– Баграт, ну это же не то! – застонала Милана. – Я просила другое!

– Надевай это, какая разница, и давай быстрее, – ответил он сердито.

Впрочем, когда Милана надела платье, Баграт сообразил, почему она просила другое. Это хоть и доходило ей до колен и прикрывало руки, зато открывало верхнюю часть груди.

Он на секунду застыл, вспоминая картину того, как они на днях выбрали для нее этот наряд, как стыдливо Милана вышла из примерочной и сказала, что такое декольте для нее непривычно. Баграт тогда сам настоял на покупке, потому что был слишком неравнодушен к пышным прелестям любимой. По иронии судьбы под руку попалось именно оно.

Но он не хотел заставлять родителей ждать, поэтому махнул рукой:

– Так пойдет, нормально выглядишь.

Через пять минут вся семья уже сидела в гостиной. Родители расположились на диване, а Баграт с Миланой в креслах по бокам.

Все четверо застыли с натянутыми улыбками, не зная, что сказать.

Один Пашка искренне улыбался, сидя на руках у матери. Видно, смекнул, что из–за гостей его не положат спать, и радостно демонстрировал всем свой единственный зуб.

– Как добрались? Вы к нам с ночевкой? – неловко начал беседу Баграт.

– Нет, что ты, Багратик, – всплеснула руками мать, – Мы остановились в президентском люксе в твоем отеле, надеюсь, ты не против? Артур нас поселил.

«И этот предатель в курсе, что родители приехали, – еще больше разозлился про себя Баграт. – Хоть бы позвонил, поганец. Нет же, что один, что другой не позаботились. Не братья, злодеи!»

Он уже собрался возмутиться на тему того, что родители могли сами предупредить его о приезде. Однако в этот момент в прихожей снова раздался звонок.

– Ужин, – вспомнил он о заказе из ресторана. – Секунду.

Ушел и вправду ненадолго, забрал пакеты, расплатился. А когда вернулся, родители уже как ни в чем не бывало болтали с Миланой.

– Как на Каролину похож, или она на него, – ворковала мать, разглядывая Пашку во все глаза. – И как мы раньше не углядели схожести, как не углядели. Правда, Вазген?

– Правда, – кивнул отец.

– Давайте я вам его поближе покажу, – тут же оживился Баграт.

Взял у Миланы сына и коротко приказал ей:

– Накрой на стол.

Любимая тут же подскочила, начала суетиться, принесла в гостиную тарелки и столовые приборы, достала из холодильника сок, воду.

Баграт же сел к родителям на диван и стал гордо демонстрировать сына.

Мать продолжала им восхищаться, что было Баграту крайне приятно.

– Копия ты в детстве, – говорила она довольным донельзя голосом. – Те же глаза, нос… И голос! Так же ласково гулит, как и ты…

– Да, гулит он ласково, – признал Баграт. – Особенно, когда в хорошем настроении. А скажи бабушке с дедушкой, как ты папу любишь, ну, сынок?

Родители сгрудились над ребенком начали перед ним сюсюкать, совать ему в руки привезенные с собой погремушки.

– Дай, внучка подержу? – наконец не утерпела мать. – Сокровище мое, иди к бабушке…

Однако сокровище моментально скуксилось и идти на руки к матери Баграта отказалось наотрез. Пашка в один щелчок трансформировался из веселого парня в профессионального плаксу.

– Ой, а что это он? – всплеснула руками мать.

– У него что–то болит? – тут же спросил отец.

В этот момент Милана как раз зашла в гостиную с большим блюдом, на которое водрузила куски запеченной курицы и картошки.

– Он не любит, когда незнакомые берут его на руки, – сказала она, поставив блюдо на стол.

Как только она это произнесла, родители Баграта разом замолчали, уставились на нее пристальными взглядами. В воздухе заискрило напряжением.

Пашка тем временем раскрыл варежку и заревел в полную силу.

– Дайте я его успокою, – сказала Милана и забрала сына у Баграта.

Устроилась в кресле и прижала ребенка к груди, начала качать.

Баграт попытался разрядить ситуацию:

– Характер у пацана такой, чужим не дается, надо, чтобы привык, ко мне тоже не сразу пошел. Вот познакомитесь с ним получше…

– Как же мы с ним получше познакомимся, если ты к нам его не возишь? – возмутились оба родителя практически одновременно.

– Какие проблемы, привезу, – заверил Баграт. – Можно на лето, правда Милана?

Как только он посмотрел на свою ненаглядную, моментально сообразил, что ляпнул что–то не то.

А мать тут же подхватила:

– Давай на лето, он у нас отъестся, а то совсем худенький… Кормите хорошо?

– Паша еще слишком маленький для таких путешествий, – неожиданно резко сказала Милана. – И весит он нормально, посмотрите какие у него шикарные щеки.

– Щеки могли бы быть и побольше, – поджала губы мать.

– Сын нормально весит, – заступился за малыша Баграт. – Я консультировался с врачом, мы с Миланой вместе ходили, все с ним супер.

В этот момент он вдруг услышал резкое «О–о» от Миланы.

Все трое резко повернулись к ней.

– Что случилось? – спросил Баграт.

А любимая в очередной раз за этот вечер покраснела, тут же заверила:

– Ничего!

И тут сын выдал, глядя на мать:

– Дай!

– Что он сказал? – Баграт мгновенно разулыбался от уха до уха. – Новое слово!

– Дай, дай, дай… – тут же затребовал Пашка.

При этом постучал ладошкой Милане по груди.

– Что он просит? – не понял отец Баграта.

– Может, он голодный? – включилась в разговор мать.

– Он недавно ел, – заверила Милана.

– Дай, – пропищал Пашка.

И вдруг на глазах у всех сунул руку матери в вырез платья.

– Сынок не надо… – взвизгнула Милана. – Сыночек отпусти…

– Что он делает? – удивился Баграт.

А красная от смущения Милана ответила:

– Ухватился за цепочку и не отпускает…

– Это где ж он у тебя там цепочку нашел в лифчике? – удивилась мать. – Вон у тебя цепочка на шее.

А Милана еще ярче покраснела, попыталась убрать руку сына от груди, но тот крепко уцепился за что–то… И тут до Баграта дошло, что могло привлечь сына в декольте матери. Пашка – сорока, обожал все блестящее, а особенно золотое. Наверняка, нащупал или как–то углядел, что у мамы на груди золотой лифчик, пока она прижимала его к себе, и стало пацану интересно.

– Это все ты виноват, – вдруг пропищала Милана и посмотрела на Баграта обиженно.

Вскочила вместе с Пашкой и убежала из гостиной прямиком в спальню.

– В чем она тебя обвиняет? – удивилась мать. – Что произошло, я не понимаю…

– Да там свое, – махнул рукой Баграт.

В самом деле, не вводить же родителей в курс дела, какой необычный презент преподнес Милане. Ох, лучше бы он выбрал для этого другой вечер.

Через пять минут Милана вернулась в комнату, одетая в водолазку и длинную, безразмерную юбку. Все еще красная, как самый вареный на свете рак, она уселась за стол, тихо сказала:

– Извините, пожалуйста, неудобно вышло.

– Ну что ты, девочка, все в порядке, – заверил ее отец Баграта.

С той минуты все и вправду пошло нормально. Больше неловких пауз за столом не возникало. Родители поужинали с ними, потом еще примерно час восхищались Пашкой и, наконец, засобирались восвояси.

– Ждем вас с ответным визитом в Москве, – сказал отец на прощание.

Когда за родителями закрылась дверь, Баграт с облегчением выдохнул.

Милана же наоборот вдруг уперлась головой ему в грудь и сказала:

– Мне кажется, я им не понравилась…

– Раньше ты им нравилась, они общались с тобой нормально. С чего бы им теперь тебя недолюбливать? – удивился Баграт. – Глупости, все прошло нормально…

– Ты правда так думаешь? – спросила Милана с надеждой.

– Конечно, – кивнул он с самым серьезным видом.

Впрочем, не у одной Миланы закрались подозрения, что что–то в этом вечере было не так. Слишком спокойно прошла встреча с родителями. Да, были неловкие моменты, но в целом получились дружные посиделки.

Баграт другого ждал. Минимум скандала с громкими криками, какие нередко случались у них дома, что не удивительно, когда под одной крышей собирается куча темпераментных людей.

Однако родители ни разу не повысили голоса, не стали возмущаться на тему того, что он столько времени скрывал сына. Почему? Что же случилось? Пила «Дружба» затупилась на Левоне? Или же они сдержались из–за Миланы?

Впрочем, это мог быть только первый раунд.