Глава 47. Эмилия

Кажется, час растягивается как минимум в долгих три, потому что, когда мы оказываемся в квартире Рената, я чувствую нетерпение и крайнее возбуждение.

Скинув туфли, хватаю его за руку и веду по темному коридору в спальню. Не знаю, что это – дикая усталость или желание сдать карты и подчиниться, но Аскеров не перехватывает инициативу, как делает обычно. Он ждет… Ждет моих действий, которые выходят из меня слишком необдуманно, ведомые инстинктом.

– Ты голоден? Хочешь, я что-нибудь приготовлю? – спрашиваю больше для приличия, стягивая с его плеч влажный после дождя пиджак.

– Голоден, но есть не хочу, – отвечает он, раздувая ноздри тяжелым дыханием.

Его напряженная грудь медленно опускается и поднимается. Кажется, одно неловкое прикосновение – и нас снесет взрывной волной, поэтому расстегиваю мужскую рубашку, едва дотрагиваясь, и аккуратно тяну пряжку ремня, чтобы расстегнуть.

– А что ты хочешь? – улыбаюсь и тут же прикусываю нижнюю губу от собственной смелости.

Ренат делает шаг и тянет подол моего платья, оставляя на тонкой коже горячие следы. Послушно поднимаю руки.

– Пиздец, – он качает головой, рассматривая новый комплект нижнего белья – самое настоящее воплощение женственности и нежности. Сейчас, спустя несколько месяцев с начала наших отношений, я четко понимаю, что его заводит. – Нет слов, Эмилия.

Широкая ладонь очерчивает корсетный лиф и узкие стринги с завышенной талией, выполненные из полупрозрачного тончайшего кружева, которое создает эротичный силуэт.

– Вообще-то, расчет был на то, что ты заметишь все это утром!.. – вибрирует в голосе обида.

– Прости. Был невнимателен, – он склоняется и обдает жаром мое плечо, которое целует, а затем поглаживает возбужденный сосок и смотрит мне в глаза.

Наблюдать, как сильный, уверенный в себе мужчина, особое значение придающий самоконтролю, плавится при виде моего полуобнаженного тела, – мое любимое времяпрепровождение. Я это обожаю…

– Выбрала темно-коричневый, – всхлипываю от круговых движений большого пальца и сжимаю плечи Рената. – Были и другие, но этот мне показался самым красивым.

– Купи все, что есть, – хрипит он, переходя к едва прикрытым кружевом ягодицам и обнимая.

– Если ты хочешь, – довольно улыбаюсь.

– Хочу…

Ренат не выглядит как человек, который раскидывается деньгами направо и налево, но я послушно киваю. Ему нравится меня наряжать, мне – видеть его реакцию. Все просто.

– А сейчас хочу перед тобой извиниться. – Опускаюсь на колени.

Его сексуальное обещание «выебать» все еще пульсирует где-то в слуховых рецепторах и отдается звоном в теле. От макушки до пят я как натянутая струна, хоть ощущения и смешанные: страх, помноженный на сексуальное влечение, и похоть, удерживаемая лишь здравым смыслом.

Распустив ремень, дергаю пуговицу и расстегиваю ширинку.

Подняв на Рената лицо, освобождаю горячий, напряженный ствол и склоняюсь. Мой затылок накрывает уверенная рука, помогает.

Чувствую неповторимый вкус на языке и прикрываю глаза. Дышу через нос и, если честно, через раз. Просто удивительно, какое это прекрасное чувство – любовь. Только любя возможно доставлять наслаждение другому человеку и ловить такой кайф, будто центр твоего удовольствия тоже задействован.

По натуре Аскеров грубый и нетерпеливый. Вспомнить хотя бы наш первый секс, когда он считал меня опытной. Но со мной часто медлит и дает понежиться, как сейчас, когда не торопит и не вдалбливается в мой рот, выбивая слезы из глаз. Так он тоже любит. Не сегодня.

– Иди ко мне, Эмилия, – не выдерживает и тянет на себя.

Я привстаю на носочки и обвиваю сильную шею руками, а Ренат меня целует. Безжалостно сминает мои губы. Тоже так, как ему нравится. Со стонами и причмокиванием, будто ему хочется меня проглотить.

Если я напиток, то только самый изысканный, дорогой и вкусный. Выпитый до самого донышка.

– Буду трахать тебя в этом, – сообщает Ренат, опуская меня на кровать и, пока избавляется от брюк, не сводит глаз с моего извивающегося тела в кружевном белье.

– Только не порви, – прошу, вскрикивая от прикосновения горячих пальцев к влажным стенкам.

Начинается.

Я шумно дышу и хватаюсь за простыни.

– Постараюсь, – отвечает Ренат, подтягивая меня к себе.

А потом делает то, что обещал. С напором, грубовато, обхватив мою талию ладонями. И я даю ему это – сегодня и всегда – позволяю быть собой, как он мне только что. И тоже испытываю от этого удовольствие.

С каждым новым толчком и шлепком горячих твердых бедер о мои, ощущаю, как внизу живота зарождается что-то сладко-тягучее и прекрасное. То, что потом взрывается миллионом осколков, разлетающихся по всему телу, но я обессиленно приподнимаюсь на локтях, чтобы рассмотреть оргазм Рената и залитые спермой стринги.

– Иди ко мне, – он опускается на кровать и привычным движением обнимает.

Я, еще разморенная сумасшедшим сексом, чувствую себя такой уязвимой и счастливой, что из глаз выкатываются слезы, которые я привычно прячу.

Дать мне необходимые объятия – это тоже его забота обо мне. Как дорогая брендовая одежда и постоянное ощущение, что я в безопасности.

– Прости меня… за утро, – жмусь к нему и, уперев подбородок в твердую грудь, заглядываю в глаза. – Я, кажется, немного перенервничала…

– Кажется, – Ренат хмурится и ласкает пальцами мои разметавшиеся по спине волосы. – Ты просто маленькая истеричка…

Не обижаюсь.

– И как ты добралась до университета? – хмуро спрашивает Ренат.

– На такси, – вру, не отводя влюбленных глаз.

К чему ложь? Не знаю.

Ничего такого в моем общении со Стасом нет, но говорить об этом с Аскеровым совершенно не хочется.

– Больше не психуй, Эмилия, – просит он спокойным тоном. – И не еби мне мозги, – добавляет уже агрессивнее и по-хозяйски мускулистой ногой обнимает мои бедра.

Я закатываю глаза от такой грубости и, облизывая распухшие от поцелуев губы, приближаюсь к небритому лицу. Обхватив его ладонями, нежно сжимаю и по-кошачьи прикусываю за подбородок.

– Я тебя приревновала к твоей майорше, – признаюсь, нависая.

– Мне на нее похуй, – в темных глазах вспыхивает пепел.

– А на меня? – с надеждой спрашиваю, потому что это кажется таким важным сейчас.

Приятно, конечно, что коллегу Аскеров не воспринимает, но что, если это его перманентное отношение к женщинам?.. И ко мне тоже?..

– На тебя – нет. А ты сама не видишь?

– Вижу. Просто мне иногда хочется и слышать тоже.

– Много хочется…

И я смеюсь. Заливисто, может быть, даже по-детски.

– А мне хочется не ловить тебя по городу, когда ты в очередной раз что-то втемяшила себе в голову!..

– Ладно, больше не буду, – вздыхаю. – И кстати, Алена Владимировна? Вы что, знакомы? – удивленно приподнимаю брови.

– Кто?.. – он хмурится.

– Ну, моя преподавательница по культуре речи. Мы встретились возле машины на улице, она назвала тебя другим именем. Вы… знакомы?

– Нет, мы не знакомы, Эмилия, – отвечает Ренат, продолжая поглаживать мои волосы.

– Я так и подумала, – выдыхаю. – Она просто обозналась.

Умиротворенно вздыхаю и ложусь к нему на плечо. Трусь носом о теплую шею.

– Мне так нравится все, что сейчас со мной происходит. Новый коллектив, новое место. Так хочу, чтобы я всем им понравилась. Папа как-то рассказывал методы, которыми вы пользуетесь, чтобы расположить собеседника. Открыто смотреть, улыбаться, поменьше говорить о себе и побольше хвалить. Я все запомнила и применяю.

– Маленькая дурочка. Это неправильно, – мягко произносит Ренат и качает головой.

– Почему?

– Потому что у желания всем понравиться, есть обратная сторона.

– И какая же? Что в этом такого?

– Сначала ты нравишься всем, привыкаешь, а потом становишься жертвой того, кому ты неинтересна, что-то постоянно доказывая и пытаясь ему понравиться.

– Я об этом не думала.

– Будь осторожнее, Эмилия. Ты слишком доверчивая… И совершенно не разбираешься в людях.