Глава 32

Александр Чувствую себя бараном, а не хищным повелителем драконов. Правда, бараном, за которым следует стадо. Но стадо точно таких же жертвенных травоядных, зашоренных, твердолобых и ужасно упрямых. Таким ничего не докажешь, они знают одну истину, поскольку ее им вложили в голову с детства из одной единственной книги, хранящейся в загоне веками, и все. Остальное им не интересно. Так и я втемяшил себе, что Агнесс не моя истинная, и точка. Ведь не может быть такого! Да–да, как будто магия и высшие силы когда–либо следовали людской логике. Для них нет ничего невозможного. Да и объяснение нашей совместимости элементарное, все та же древняя кровь, текущая в жилах девушки. Нет мне прощения! Я хотел сделать Агнесс любовницей. Я действительно полностью слился со стадом баранов, наводняющим королевство. Конечно, не все люди плохие, но я взял от них худшее, ассимилировался в обществе. «А если Агнесс настолько удивительна, что могла бы стать истинной не только мне, но и, к примеру, Сесилу? Что если ее кровь зовет не только меня, но и других драконов? Раньше ее держали взаперти в поместье, может быть, не случайно?» – приходит в мою голову паническая мысль. Доказательств этому предположению у меня нет и озвучивать вслух я его не буду. Но внезапно мой быстрый укус леди Мортимер обретает новый смысл. «Нет уж, – посильнее прижимаю к себе Агнесс, – все сложилось как нельзя лучше, она права. И никому я ее не отдам, пусть ищут себе таких удивительных девушек сами. Леди Мортимер мне импонирует не только, как пара, к которой тянет, и, что более важно, я ей тоже небезразличен сам по себе. Но если моя шальная мысль про универсальность правдива, нужно не затягивать с еще одним действием». – Да, теперь и мне придется это признать, – медленно произношу, – а еще молить прощения у твоих богов, провидения, магии… Но я справлюсь, – добавляю я после небольшой паузы. – Летим? Доверишься мне снова? Есть одно дело, которое я бы не хотел откладывать. Пещера, куда мои далекие предки приводили своих истинных, сделает нашу связь с Агнесс нерушимой. И никакой Сесил не сможет нас разлучить. Пусть сакральный смысл возникновения и принципа работы пещеры давно утерян, она до сих пор помогает нам, драконам. И внутри светящегося великолепия я понимаю почему. Это именно то место, где начинаешь верить в высший разум, задвигая назад все прошлые знания и убеждения. Иначе почему я позволил Агнесс водить по стенам рукой и так банально порезаться? – А здесь я сам сотру, – произношу я, зализав ее ранку и свободной рукой пытаясь стереть красное пятнышко со стены, но что–то идет не так. – Ох, – мне приходится резко убрать свою руку, – как глупо, я тоже порезался. После оказания Агнесс первой помощи моему порезу. В высшей степени восхитительной помощи, должен отметить! У меня на душе появляется светлое чувство, которого не было, наверное, никогда. «Все наконец–то правильно, все так, как и должно быть, – говорит мое подсознание, – ты не просто так послушал отца и стал людским королем. Ты шел к ней, к своей Агнесс». Теперь все будет отлично. Мы справимся со всем, ведь мы идеально подходим друг другу. А жнецу придется отступить. Я не нарушил ни одного закона королевства, я все сделал по–честному. К сожалению, мозг, затопленный эйфорией от заключения нерушимого союза с парой, не сразу подает правильные сигналы, игнорируя драконье чутье. Лишь когда оно уже буквально истерично вопит об опасности, я испуганно восклицаю: – Агнесс, нет! Делаю рывок к Мортимер, но поздно. На месте, где она стояла, лишь ровная брусчатка с начертанным на ней ярко–красным хорошо знакомым мне знаком.