Глава 47 Катя

Сегодня я опять поехала в интернат. Меня не отпускает этот мальчик. Сережа. У него глаза такие. Не понимаю сама, как объяснить. Даже самой себе. Я смотрю в них и словно вижу кого-то знакомого. Но кого? Я ведь только познакомилась с Сережей.

Он очень закрытый мальчик. Мне пришлось провести с ним почти весь день, чтобы он хоть как-то начал откликаться эмоционально.

Мне кажется, его обижают там, но он упорно не рассказывает мне ничего. Я уже сама с воспитателями переговорила, чтобы обратили внимание.

А еще мне не дает покоя шрам на груди. Почти такой же как был у Матвея. Но это вполне объяснимо – ведь операции похожи. Если бы Матвей был жив, у него сейчас тоже был бы такой же шрам.

Когда сегодня я вошла в комнату, где спит Сережа, он как раз переодевался. И мой взгляд сразу же упал на шрам. Сердце замерло. Бедный малыш. Его даже поддержать некому – мамы и папы нет.

Заметив мой взгляд, Сережа насупился и быстро надел на себя майку.

Наверное, он стесняется шрама.

Потом мы долго гуляем по парку возле интерната. Директор разрешил нам выйти за территорию. Проходя мимо киоска с мороженым, я замечаю, как загораются глаза Сережи.

– Хочешь мороженое? – спрашиваю я с улыбкой.

– Нет, – Сережа отворачивается и сжимает губы.

Но, несмотря на такой ответ, я все равно покупаю два стаканчика. Откусываю от одного и вздыхаю:

– Эх, не осилю два. Зря взяла. И выкинуть жалко.

Мальчишка тут же переводит на меня взгляд. Потом на мороженое.

– Поможешь? – предлагаю с улыбкой я.

Он все еще мнется. Вижу, что и хочет мороженое, но то ли боится, то ли еще что-то.

Тогда я сама протягиваю ему стаканчик и он берет его. Проводит розовым язычком по белой массе и улыбается.

После этого наш разговор идет уже лучше. Мне так не хочется расставаться с ним, но пора. Я глажу его по голове на прощание и он впервые сам спрашивает:

– А ты еще приедешь?

Мне расплакаться хочется от этих слов и от этого взгляда. Не могу сдержаться и обнимаю его. И обещаю приехать.

Всю дорогу до дома чуть не реву, глядя в окно и прикусив большой палец.

Мальчик запал мне в душу. Приходит бредовая мысль – забрать его. Но теперь я не могу одна принимать такие решения. А Амир… Сомневаюсь, что он захочет.

Становится грустно. Но в то же время желание забрать мальчика Сережу только усиливается.

Когда мы подъезжаем к дому, я благодарю водителя и иду к дверям.

Едва успеваю зайти внутрь, как меня кто-то сзади обнимает. С силой сжимает.

Так может обнимать только Амир.

Оборачиваюсь и вижу знакомые черные глаза.

– Катя, – он прижимает меня к себе и шепчет в волосы. – Почему так долго?

– Амир, ты вернулся, – обнимаю его за спину. – Все в порядке?

Вместо ответа Амир берет меня за подбородок и сразу же целует. Закрывает глаза и с силой впивается в мой рот.

– Ты нужна мне, Катя, – хрипит в губы, немного отпуская. – Сейчас нужна.

Подхватывает меня на руки и несет наверх.

По глазам я вижу, что его что-то беспокоит. Он не улыбается. Проводит рукой по моему телу и взглядом скользит по нему.

– Катя… мне тяжело, – шепчет он.

Но только я хочу спросить, почему, он кладет палец мне на губы. Тяжело выдыхает и быстро стягивает с меня одежду.

– Амир, – шепчу я.

Он просовывает мне в рот два пальца и я замолкаю. Второй рукой он мнет мое тело. Жадно, неистово. Словно мы не виделись целую вечность. Я выгибаюсь под его ласками. Закрываю глаза. И тут же чувствую тяжесть. Амир ложится на меня.

Я полностью отдаюсь этому мужчине. Чувствую каким-то шестым чувством, что ему это сейчас надо. Он берет меня быстро и властно, не давая опомниться и прийти в себя от его поцелуев и ласк.

Сосредоточенно двигается, уткнувшись лбом мне в плечо. Сжимает плечи, впивается пальцами. До боли. Но я терплю. Потому что эту боль перекрывает нечто другое.

Закрываю глаза и полностью отдаюсь его власти.

– Амир, – говорю я, привставая, когда мы лежим на кровати.

Глаза Амира закрыты, но лицо напряжено. Брови сведены. И грудь часто вздымается.

– Что-то случилось, Амир? – спрашиваю я. – Я уже боюсь всего.

Он открывает глаза и смотрит на меня. Слабо улыбается.

– Все идет как надо, Катя. Не переживай.

Встает с кровати и идет в душ.

Но на душе не спокойно. Что-то точно случилось. Я это чувствую.

Тут звонит его телефон на тумбочке и я невольно опускаю взгляд на экран. Звонят из клиники.

Слышу, что Амир еще в душе, и отвечаю сама.

– Амир Каримович? – голос доктора.

– Он занят. Это Екатерина, – отвечаю я. – Что-то случилось?

– Нет-нет, ничего страшного. Не переживайте. Мальчик почти здоров. В принципе, он может домой ехать. Амир Каримович просил позвонить…

В груди все ликует. Я чуть ли не подпрыгиваю на кровати. Тамерлан вернется! Мальчик мой!

– Я передам ему, – отвечаю, не скрывая своей радости.

Амир как раз выходит из душа. Вытирает волосы полотенцем.

– Амир! – я вскакиваю с кровати и бегу к нему. – Тамерлан может домой ехать! Только что звонил доктор! Амир! Я так рада!

Бросаюсь ему на грудь. Он обнимает меня одной рукой. Но молчит.