Глава 8

Мы вышли из кабинета ректора. Я устало ссутулила плечи, чувствуя себя не самым лучшим образом.

— Все хорошо? — спросил Эйден.

Он выглядел очень невозмутимым для человека, который только что едва ли не прошел допрос.

И не только допрос. Если бы мне сказали быть чрезвычайно аккуратной в соблюдении правил, потому что они могут разительно отличаться от тех, что я знала, то я бы напряглась. А Эйден лишь улыбнулся и сказал:

— Я постараюсь. Знаю, что в мое время были более жестокие нравы, поэтому постараюсь сдерживаться.

Впрочем, если он именно из тех Виннерстоунов, которые были своего рода легендой магического мира, то ничего удивительного.

Виннерстоуны были не просто сильными магами. Сильных хватало и без них, просто сильным не посвящали целые книги. Виннерстоуны были исключительными боевиками, которые специализировались на сражениях с опасными тварями. Причем умудрялись в одиночку сражаться с такими монстрами, на которых обычно отправляли полноценные отряды из десятка магов. Их стиль боя изучали вдоль и поперек по крохам оставшихся записей, а особенности силы пытались исследовать, впрочем, тщетно.

Но магия — не все, в чем они были хороши. Каждого члена семьи Виннерстоунов обучали всесторонне: управление поместьем, знание экономики и других важных наук входили в обязательное обучение. А после устраивали между всеми обученными настоящие соревнования за место главы и все важные должности, что из года в год заставляло одаренных и амбиционных юных магов соревноваться друг с другом и достигать все новых высот.

А потом все Виннерстоуны исчезли. Кто — то умер, кто — то просто пропал. Поместье — огромная территория с несколькими домами и угодьями — оказалась запечатана. И никто из современных магов так и не решился попытаться снять магическую защиту.

— Да, просто немного устала. Давай я покажу тебе академию и столовую, а после мы разойдемся и отдохнем? — предложила я, чувствуя небольшую вину: в отличие от меня Эйден казался бодрым и абсолютно отдохнувшим, так что навряд ли хотел сидеть в общежитии.

К тому же заместитель ректора приказал поселить его не со всеми адептами, а предоставить отдельную комнату в общежитии учителей, мотивируя это уважением. На все мы прекрасно понимали, что это обычная мера предосторожности, пока учителя не выяснят, действительно ли безопасен Эйден. Но даже сейчас я точно могла сказать — ему доверяли куда больше, чем незнакомцу.

— Хорошо, — легко согласился Эйден. — Покажешь мне столовую? Я бы не отказался перекусить. А потом — общежитие и отдых?

— Конечно, — я улыбнулась, в душе радуясь, что мне не придется устраивать экскурсию прямо сейчас.

В столовой было довольно шумно. Звенела посуда, за столами громко переговаривались, а между длинными столами сновали студенты.

— Что? — спросила я, глядя на слегка удивленного Эйдена.

— Шумно. Мельтешат.

— Адепты же, — я пожала плечами. — Тут ведь из разных факультетов.

— Верно. Но здесь много боевиков. Странно, что они такие несобранные. Нам нужен свободный столик, — сказал Эйден. — И еда. Но кулинария за все это время изменилась. Сможешь помочь мне выбрать что — то? Я люблю мясо, но не ем рыбу.

Пока я консультировала Эйдена по поводу еды и накладывала всего — всего в тарелки, тот ходил за мной следом, держа тяжелый поднос. А это… удобно.

— А… — растерянно сказала я, когда собиралась поставить на поднос пару стаканов со сладковатым напитком.

— Я отнесу, — предложил Эйден. — И вернусь обратно. Самый левый столик у окна в том конце зала подойдет?

— Подойдет, — кивнула я.

— Отлично. — Эйден уверенно двинулся вперед.

Вот что значит рост и комплекция: никого не пришлось обходить, наоборот, все отступали в сторону, когда он двигался.

Я же повернулась обратно к столику с раздачей и подумала, что неплохо было бы взять еще несколько булочек со сладкой начинкой. Вроде бы Эйден очень хорошо отреагировал на сладости.

— Какие люди, — сзади раздался смутно знакомый голос.

Брегос? Я проигнорировала и хотела было уйти, как мне положили руки на плечо и сжали.

— И куда ты, а? Не хочешь послушать, что случилось после того, как ты меня подставила?

— Послушай… я ничего тебе не делала. Это ты оставил меня в руинах, умчавшись непонятно куда.

— Ха! Будешь клеветать на меня? Может, у тебя такой способ познакомиться с мужчиной?

— Скорее уж расстаться, — внезапно фыркнула девушка, стоявшая позади Брегоса с подносом — боевичка. С такой легкостью держала! — Или мой парень тебе отказал?

— Отказал в защите как боевой маг? Можно и так сказать. А то, про что ты говоришь… Я ни за что бы не стала встречаться с кем — то вроде такого человека. Даже не проси. Если хочешь отказать ему, пожалуйста, попроси какую — нибудь другую девушку.

— Ты! — девица вспыхнула моментально.

Э, она поднос в меня швырнула? Я ж не успею выставить щит…

Раздался грохот улетевшей на пол подноса и разбитой посуды.

— Эм… — я растерянно посмотрела на девушку, на чьей голове оказались макароны, суп и даже часть напитков.

В столовой воцарилась тишина. И никто не попытался влезть. Видимо, никого из преподавателей не было поблизости.

— Ты?! Да как ты посмел?! На девушку? — заорал Брегос, глядя за мое плечо.

Я повернулась. Эйден.

— А что такого? — спросил он… у меня. — Почему я не имею права ответить ей тем же? Она девушка, но боевой маг. Если тебя боевой маг попытается убить, то ты ей уступишь?

— Нет, но никто тут никого не пытался убить!

— Так и я никого не пытался. Пока, — улыбнулся Эйден. — Но раз ты так возмущен, не хочешь случайно поучаствовать в дуэли? Кстати, Грейс, у вас тут разрешены дуэли?

— Да.

— А со смертельным исходом? У вас же нынче магов много, востребованность упала, ничего, если я кого — то… того? — Эйден улыбнулся.

Но лучше бы не улыбался. Потому что я сразу поняла — ничего он не шутит! Вполне себе всерьез говорит!

— Эм, запрещено. Дуэли разрешены, убивать — нельзя.

— Совсем? А если тихонько? Никому не рассказывая? — продолжал допытываться Эйден, глядя на меня… жалобно?

Вот можете представить магического пса, который вкусняшку выпрашивает? Вот Эйден вел себя абсолютно так же.

— Н-нельзя, — растерянно ответила я.

— Совсем? Ну хоть сломать ему что — то я могу? — тяжело вздохнул Эйден.

— Нет!

Почему меня совсем не пугало то, что он говорит? В отличие от ребят, присутствующих в столовой.

— Запрещено правилами или тобой? Потому что если ты мне разрешишь, то на правила можно и закрыть глаза. Ведь при нашем договоре твои желания выше правил. А выше магии нет никаких законов.

— Не… не нужно, — сглотнула я. — Давай… поедим? Ты же голодный.

— Очень, — кивнул Эйден. — Что — то еще взяла нам? Давай я понесу!

— Оно легкое, — смущенно заметила я.

— Не перышко же. Давай сюда, — потребовал Эйден.

— Вы… вы совсем с ума сошли?! — рявкнул Брегос.

О, неужели отмер после происходящего? И больше не пугало желание Эйдена сломать ему что — то?

— А похоже? — спросил Эйден, забирая у меня тарелку с десертами и осторожно подталкивая в спину в сторону столика.

Ну… хочет разобраться — пусть разбирается.

Эйден вернулся обратно и с огромным аппетитом принялся за еду.

— Так вкусно? — не выдержала я, когда увидела улыбку. — Ты постоянно радуешься.

— Вкусно. Но радуюсь я дуэлям. Десять вызовов! Всего за каких-то пять минут — это прекрасно.

— Правда?

— Чистая, — улыбнулся он.

А на завтра я узнала, что Эйден в пух и прах разнес всех своих противников. И радовался он потому, что в Аренсийской академии все адепты знали его навыки и никогда не принимали вызовы на дуэли.***Я поправила очки на переносице и постаралась не обращать внимания на студентов, которые провожали нас взглядами и шептались. Точнее, не нас. Эйдена. В академии хватало высоких студентов, но даже среди них Эйден выделялся. И не только ростом. Чуть раньше он привлекал немного меньше внимания. Ну, подумаешь, новый высокий боевик — красавчик? Таких хватало. И десять вызовов, в которых три были от Брегоса и его друзей, а остальные — от заинтересованных в сражениях студентов, скрыли учителя, что не позволило студентам обратить больше внимания на Эйдена. Среди боевиков было мало тех, кто умудрялся правильно среагировать на взрыв. Мы всего — то проходили мимо кабинета артефакторики, когда внезапным взрывом вынесло половину стены. И если бы не сильный ветер, ставший стеной между ударной волной и студентами, которые имели глупость и неосторожность бродить на опасном участке без защиты, то были бы пострадавшие.

Это все Тея Талвин — лучшая ученица третьего курса артефакторики и проклятие всех преподавателей. У нее часто что — то взрывалось и оживало. Настолько часто, что она ставила предупреждающие таблички рядом с кабинетом. К сожалению, не все обращали на них внимания. Серьезно не пострадали бы, однако наглотаться пыли и получить несколько неприятных царапин после такого «бабаха» вполне можно было.

И вот именно это предотвратил Эйден, чем вызвал восхищение адептов. И с тех пор очень много адептов, в частности адепток, смотрели на него совершенно иными глазами. Аристократическое происхождение и большое наследство оставались тайной, но личной харизмы и сильной магии хватило, чтобы привлечь довольно много внимания.

Как только мы вошли в библиотеку, где сейчас почти никого не было, Эйден спросил:

— Почему они все так смотрят?

— А ты как думаешь? — спросила я, становясь на цыпочки, чтобы достать нужную книгу.

Увы, придется идти за лестницей. Или нет. Эйден легко вытащил нужный томик:

— Этот?

— Да, спасибо, — сказала я.

— А смотрят… Потому что ты красивая? — сказал Эйден.

— Пф — ф — ф! Там же девушки.

— Завидуют?

— Или смотрят на тебя, — фыркнула я.

— Раньше не смотрели. Когда я один ходил.

— А раньше ты свою силу не демонстрировал. Среди боевых магов не так уж много тех, кто способен колдовать так быстро и точно, не вызывая дополнительных разрушений. Даже на пятом курсе, — тут же добавила я, заметив скептический взгляд Эйдена.

— Это же базовый навык любого боевика — сражаться так, чтобы не задеть товарища. А для этого нужен исключительный контроль.

— Сейчас все стало иначе.

— Я вижу. Раньше у нас лаборатории так легко не взрывались. Что вообще можно делать, что стены не выдерживают?

— М, экспериментировать? Выращивать гигантскую мухоловку…

— Что? Кому это в голову пришло?

— Коралине Васкес. Учится на природном факультете. Разводила мухоловку для курсовой, в итоге растение резко вымахало и, выбив дверь, удрало в коридоры академии.

— У нас было весело, но менее травматично. Хотя… слушай, скажи-ка, а не твоя знакомая случайно призвала призрака, который теперь носится по академии и всех ругает?

— Ты про Синти Вест? Она. Правда, мы с ней не так уж много общались. У магов поддержки и классических сильных призывиков не так много точек соприкосновения.

— Почему? Ты ведь тоже призываешь?

— Потому что разная специфика. То есть, я призываю, как и все в академии «Талисман», но буду работать как маг поддержки, потому что призвать кого-то довольно сильного для меня сложно.

— Сложнее, чем я думал. У нас все строилось иначе. Сложнее и проще одновременно. Были боевые маги, были маги поддержки. Сражались вместе, ругались, мирились.

— Ругались? — удивилась я.

— А что? Думаешь, что это невозможно, Грейс? — рассмеялся Эйден.

— Не представляю, как с кем-то вроде тебя можно поругаться, — честно ответила я.

Да, Эйден местами был упрям и вел себя слегка странно, но в то же время он настолько хорошо относился к тем, кто слабее его, что мне не верилось, что какой-то маг поддержки мог с ним даже поспорить.

В конце концов, какой боевик добровольно поможет первокурснику-очкарику, который с трудом несет огромные коробки с растениями? Это ведь даже не симпатичная девушка, а какая-то мелюзга по мнению многих. А Эйден помог.

— Если говорить честно, то я тоже не представляю, как могу с тобой поссориться.

— Так все маги поддержки такие — спокойные и никогда не ругаются.

— М, возможно, что сейчас так. Но раньше ведь было по-другому.

— Как именно?