Глава 15. Настоящие Чудовища

Амалия Бывший кузнец был красив. Объективно. Светлая шевелюра, широкие плечи. Сильный, высокий, узкобедрый – настоящий образчик мужской сексуальности. Но при его приближении у меня не возникло и капли желания. Он был настолько отвратителен, насколько это вообще возможно. Вонь заполняла мой нос, и его противные, совсем невкусные эмоции, все равно отзывались где-то в груди странной, болезненной сытостью. Такие чувства испытывал Валдор, когда глотал мой страх? Или же даже он был для него вкусным? Даже тот красноволосый демон не вызывал во мне такого отвращения. Я заставляла себя улыбаться в лицо злу, просчитывая ходы. Очень хотелось ударить подонка. Оставить ему столько же шрамов, сколько он оставил Злате и Розочке. Но я понимала – это не закончится ничем хорошим. Я сидела одна в окружении шестерых сильных мужчин с поврежденной ногой и должна была объективно мыслить. Был ли выход в этой сложной ситуации? Лукас встал рядом. Его пояс оказался на уровне моих глаз, внутри брюк отчетливо угадывалась крупная эрекция. «Возбуждается на мое унижение? Козел!» До зуда в пальцах захотелось его кастрировать на месте. - Хочешь стать моей вместо Златы? Докажи. Расстегивай. Дрожащими руками я потянулась к его поясу, подавляя собственные агрессивные порывы. Белоснежный ремень из нежной кожи стоил слишком дорого для сына кузнеца. Откуда у него столько денег? Ни один костюм он раньше не мог себе позволить. Дар Розочки заключался в облегчении животинам родов. Простенький, с таким могла уродиться любая деревенская знахарка, и та передала бы его своему мужу. Магия помогала благополучно понести и корове, и кобыле, только на кой такая нужна кузнецу?.. Пальцы обхватили ремень и рванули в стороны. Мужики, наблюдавшие за представлением, одобрительно загоготали. От них исходили волны мерзкого воодушевления. - Лукас! – знакомый истерический крик разорвал утреннюю тишину вокруг нас. – Побойся Лиорет, зачем тебе грязный рот Амки?! Она ублажала демона! Мало ли, чем заболела? Это Чудовище похищает невест и сорвало мне самую выгодную сделку! Хриплый голос Марты отозвался раскаленной яростью в моем позвоночнике. Не страхом, а невероятным желанием убить. Кулаки сжались, зубы скрипнули. Я уже боялась, что они рассыпятся в крошку. Одобрительный гогот вокруг стих. Красные вытянулись по струнке перед бесцеремонной женщиной. Наверное, я могла бы сказать ей спасибо за этот эпизод, но, пожалуй, не буду. Лукас отвернулся и быстро застегнул ремень. - Ты мне все веселье испортила! – обвинительным тоном заявил кузнец. – Мне все равно, кого она сосала до меня. - Понимаю, ты у нас теперь важная птица после того, как исцелил кобылу самого короля, дав ей благополучно разродиться, но поверь, Амалия того не стоит. При малейшей возможности она всадит в тебя нож, а может и вовсе хрен откусит, да, милочка? Стоило признать, приемная мать, оказывается, знала меня лучше, чем я думала. Я вперила в нее упрямый мятежный взгляд. - Обожаю, как ты смотришь. Так и хочется взяться за скалку и заставить эти воинственные глазки погаснуть под ударами. Именно этим я и займусь, когда выдам твою сестру замуж. Неужели ты каким-то образом надеялась мне помешать?! Под моими коленями все еще лежал нож, и я могла бы легко метнуть оружие в ее мягкое тело, но тогда, боюсь, мне никак не выжить. Осторожно опустив руку вниз, пока эти двое переговаривались о предстоящей свадьбе, я вытащила оружие и спрятала его под подолом, прицепив к подвязке чулок. Плохое крепление – но какое есть. - Пойдешь с нами. Посмотришь, как твоя сестра станет невестой Лукаса, - сказала она, кивнув Обходникам. Те шагнули ко мне с двух сторон, и подняли за подмышки, заставив подволакивать больную ногу. - Где остальные девочки? – спросила я сиплым, пересохшим горлом. Я знала, что Марта наверняка и их потащила с собой. Они часто помогали, рассыпая лепестки роз, или имитируя божественный свет искусственным фонарем. - О, это забавная история, - всплеснула руками эта… мразь. – Они в клетках. Сидят у нас дома, запертые. Да. Мелкие совсем отбились от рук, когда тебя не стало, поэтому я не стала брать их на свадьбу. Злата не умеет поддерживать дисциплину в должной степени. Конечно, она пыталась заменить тебя, и вызывалась на наказания тоже, но ее нежная кожа совсем не предназначена для таких издевательств, не то, что твоя слоновья шкура. В клетках? Она посадила девочек… в клетки? Как зверей или кур? Что она за человек-то такой?! - Знаешь что, Марта? – крикнула я, остановив, собирающуюся уходить женщину. – Коллекционер совсем не Чудовище. Настоящие монстры - это вы! Все те, кто может сажать детей в клетки и заставлять девушек насильно выходить замуж за нелюбимых! Те, кто закрывает глаза на злодеяния, когда они происходят прямо у них под носом, те, кто пользуется беспомощностью остальных, чтоб поиметь свою выгоду! Она скрестила руки на груди, внимательно меня слушая. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Лукас тоже слушал, его взгляд был не настолько уверенным, но, тем не менее, он ничего не сделал, чтоб оправдать себя. Сильные руки Красных, поддерживающие меня, вцепились в предплечья только сильнее. Но мне было плевать на эту боль, ведь изнутри раздирали жуткие когти злобы, обиды и жажды справедливости. Я была готова голыми руками порвать ей горло! - Громкие слова ничего не решат, милочка. Все сказала, демонова подстилка? Твой Коллекционер – красавчик, только и всего. Какие в нем еще достоинства? - Полно. У него их предостаточно! Он бы ни за что не посадил детей в клетки, и не заставлял меня силой делать то, чего я не желаю! - Ох, наивная Амалия, если он настолько достоин, то почему не пришел вместе с тобой? – хищно улыбнулась Марта, показав белые ровные зубы. – Почему не спасает тебя прямо сейчас? Мне было нечего ответить на это. - Вот именно. А значит ты – снова моя. Конечно, пользованную девку сложнее пристроить, надо будет сначала проверить, не беременна ли ты, но даже на такую найдется желающий из-за редкого цвета волос. Так что не заглядывайтесь, слышали? – шуганула она Красных. - Амка – моя! И всегда была моей. От мужчин давно шли тошнотворные волны вожделения, с того мига, как Лукас пообещал меня им. Эти эмоции проваливались куда-то внутрь меня, замирая в животе противным комком. Но я чувствовала, что мне нужно поглотить их все до последней капли, чтобы стать сильнее. Мы шли к храму, и хромота моя постепенно отступала, по мере того как я ела их чувства. Хрусткое воодушевление Лукаса, жирное довольство Марты, тухлое желание Красных, приправленное подливой из смутного негодования. Возле белых колонн я заметила Злату. Моя сестра безразлично смотрела вдаль, стоя на самом краю обрыва. Кажется, она намеревалась сделать шаг в пропасть, хотя обещала мне, что не будет. Завидев ее, Марта заметно занервничала, а я нахмурилась. - Злата, нет! – вскрикнула, чтобы остановить ее, но чуть не сделала хуже. Светловолосая и прекрасная девушка улыбнулась, начав заваливаться вперед. - Нет!!! – заорала приемная мать, семеня к обрыву. Туда же кинулся Лукас. – Где этот чертов жрец, он должен был смотреть за ней! – вопила она. Я же смотрела вперед как завороженная. Неужели, так все и закончится? За спиной сестры, одетой в очень закрытое свадебное платье, призванное скрывать все следы истязаний, мелькнул белый вытянутый силуэт. Появился – и исчез, чтобы возникнуть прямо над обрывом. Маленькая женская рука толкнула девушку в грудь, а потом растаяла в воздухе быстрее порыва ветра. Злата пошатнулась, отступив назад и осела на землю, пачкая платье. Марта кинулась к ней. А Лукас… он заметно побледнел и посмотрел на меня испуганным взглядом. В ответ я хищно улыбнулась. Он все еще думает, что сможет жениться на ком-то, кроме Розочки? Она слишком любила этого нерадивого парня, и теперь, кажется, намеревалась забрать его к себе. - Ты что, совсем глупая? Будешь жить счастливо с видным мужем, что ты задумала? – причитала Марта. - Я совсем не собиралась, - начала Злата, но получила хлесткую пощечину от матери. - Еще раз подобное удумаешь… - угроза застыла на ее злом языке, - Амка будет наказана за твой проступок. - Амалия? – сквозь слезы переспросила Злата, переводя стеклянный взгляд с матушки на Лукаса, потом на Красных и, наконец, вычленяя из толпы меня. – Ты вернулась…