Глава 2

Каменные скамьи Колизея поднимались к небу пятнадцатью ярусами, давящими, как гробовая плита.

Пятьдесят тысяч глоток ревели единым воплем, жаждущим крови, магии и позора. В сегодняшнем меню были: дуэли боевых магов, гладиаторы… и мы.

Выпускной ритуал Распределения был подан к столу как особое экзотическое блюдо. Не вкусное, приторное, но обязательное.

Мы стояли не в тесных коридорах для гладиаторов, а прямо на песчаной арене, часть которой была разделена на четыре сектора, расцвеченных магическим гравием. Синий — для магов, красный — для воинов, зеленый — для нас, друидов, золотой — для жрецов. Как выставочный скот под прицелом тысяч глаз. Я чувствовала каждый насмешливый взгляд, каждый шепот, долетавший с трибун.

Странно, но мои мысли сейчас занимала совсем не эта вопящая толпа и даже не Церемония, которую я ждала с ужасом последние полгода.

Тот раб… Я сжала кулаки и ногти впились в ладони. Его уже должны были доставить в особняк Валериев.

Что с ним? Что скажет отец, когда мы вернемся?.. Холодный ком тревоги застрял под ребрами.

Нервничала не только я.

Фамилиары учеников-друидов жались к своим хозяевам, поджимая хвосты и испуганно топорща перья или шерсть. Мои же руки были пусты.

Без фамилиара.

Позор, выжженный на репутации ярче любой татуировки. Зато Флора поглаживала свою волчицу Аксу, бросая на меня ядовитые взгляды.

Восемь лет нашего соперничества… И вот финал: моя капитуляция.

Мой взгляд бездумно скользнул к золотому сектору жрецов. И там, среди сверкающих шелков и тяжелых украшений, я увидела ее.

Та самая белокурая жрица из лавки работорговца. Она стояла чуть в стороне от всех, ее лицо под вычурной прической было бледным, а огромные синие глаза смотрели куда-то сквозь толпу, тем же отсутствующим, стеклянным взглядом. Ее руки, шею, уши украшали драгоценности с павлинами: знаками богини Венеры.

Яркая вспышка гнева ударила в виски. Вот ты и попалась, пифия-неудачница! Я сделала невольный шаг в ее сторону, но тут же наткнулась на незримый барьер магической разметки, отделяющей наш зеленый сектор от золотого.

Тартар! Физически пройти в чужой сектор сейчас было невозможно. Церемониальные правила связывали нас по рукам и ногам, пока не прозвучит твое имя. Я могла только сжимать кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, и посылать ей мысленные проклятия.

Она, казалось, почувствовала мой взгляд.

Глаза блондинки на мгновение сфокусировались, мелькнуло что-то похожее на испуг или осознание, и она быстро отвернулась, затерявшись за спинами других жрецов.

— Рокс, слышала? — Мелифа дернула меня за рукав церемониального балахона, отвлекая от Сильвии. Ее пальцы дрожали. — Говорят, маг из Академии провалил экзамен! А жрица из храма Юноны… беременна!

— Думаешь, групп будет меньше? — вклинился Уилл, наш вечный спорщик. Его взгляд метался по толпе конкурентов в других секторах. Впрочем те не отставали и тоже увлеченно разглядывали «галльских дикарей». — Сколько нас всех? Сотня точно.

— Все равно не меньше двадцати групп, — фыркнула Флора, не упуская случая блеснуть «осведомленностью». Ее волчица Акса заурчала, чувствуя напряжение хозяйки. — Особенно если учесть, что некоторых терпят только из вежливости.

Ее взгляд скользнул по мне. Я стиснула зубы.

— Зато она лучше всех работает с растениями! — вспыльчиво воскликнула подруга, как обычно защищая меня. — И ты так ни разу и не победила ее в спарринге!

— Мелифа, не трогай ее. Она того не стоит.

— Ну-ну, — хмыкнула Флора. — Увидим.

Ее взгляд, как шип, впился в меня, но я упрямо стиснула зубы.

Держись, Роксана. Скоро все закончится. Даже этот позор.

Распределение… Ритуал, решающий судьбу. От самой церемонии и выполнения первых заданий зависело все: знакомства и связи, лучшие места работы и контракты. Поэтому многие старались произвести впечатление на будущих нанимателей.

Забавно, но именно мы, галльские чародеи, совмещали умения всех трех факультетов Имперской Академии Рима. Мы могли говорить с богами, обладали магией, а боевая подготовка входила в обязательную программу обучения.

Группы формировали по успеваемости: от «звезд» до «отбросов».

Первые получают опасные, престижные задания — ключ к славе и богатству. Последним достается унизительная ерунда вроде сбора лягушачьих лапок. И вечный позор. Особенно для дочери Валериев.

Мой желудок сжался.

Трибуны взревели с новой силой. В императорской ложе, наконец, началось движение.

Появился председатель совета, магистр Луций Домиций, архимаг Академии. Его лицо было бледное, осунувшееся. За ним шел Великий Понтифик, важные военные чины в сияющих доспехах и Лициния, Верховная весталка. Замыкал шествие наш наставник, мастер Фергус.

Его появление было как глоток воздуха. Хоть кто-то, на кого можно опереться. Спина непроизвольно выпрямилась.

— Заметьте, единственная женщина в выпускном совете, — назидательно поднял палец Уилл, вечный поборник «мужского» пути друидов.

— Да-да, — закатила глаза Мелифа. — За восемь лет все уже заметили тебя, зануда Уилл.

Фанфары взвыли: явился император Марк Корнелий с семьей.

«Виват Цезарь!» — рев толпы сотряс камни Колизея.

Архимаг Домиций взмахнул руками и над ареной распахнул крылья золотой орел Рима… слегка неуклюжий, похожий на нахохлившегося петуха, который пристроился на мерцающем колесе богини Арианрод (символе друидов, который римляне упорно не понимали).

Слева и справа раздались смешки сокурсников. Куда без политики? Особенно когда на нашем солнечном колесе сидит «петух».

— Начинаем Церемонию Распределения! — голос Домиция, усиленный магией, перекрыл гул толпы. — Первая группа! Флавий Домиций, Академия Магии!

Коренастый светловолосый парень гордо поднялся на помост под смешанные овации и свист зрителей.

— Понятно, почему папаша сам вручает задание сыночку, — пробурчал сзади Уилл.

— Угу, как не отправить сына…

— В последний путь? — хихикнула Мелифа.

— Во взрослую жизнь! — возмутилась Флора. — А, спорим, сейчас я?

— Флора дочь Фингола, Обитель друидов! — прозвучало тут же.

Флора вспыхнула от гордости.

— Как «неожиданно», — кисло заметила Мелифа. — Но первой тебя все равно не вызвали.

— Плевать. Зато я в Первой группе, а не худшая из худших.

Флора взмахнула копной каштановых волос и направилась к помосту. Проходя мимо, она бросила на меня взгляд, полный презрения.

— Теперь что скажешь, друид без фамилиара? — прошипела она так, чтобы слышали только я и Мелифа.

Боль, острая и жгучая, пронзила грудь. Да, стерва. Знает, куда бить.

— Мелифа дочь Кьенирран, Обитель друидов!

Подруга остолбенела.

— Я с Флорой⁈ О, нет… — Она метнула на меня испуганный взгляд.

— Иди, подруга! — Я кивнула, стараясь выглядеть ободряюще. — Ты заслужила.

Зато Уилл недовольно нахмурился. Как же! Его обошли девчонки.

Первая группа быстро собралась в центре помоста: маг-сынок Домиция, Флора, Мелифа и очаровательная жрица Юноны. Элита.

Кстати, ни одного воина.

И это было странно.

Обычно первой группе доставались такие задания, что бывало даже по два легионера, а сверху еще парочка боевых магов. Но вместо этого им досталось два друида…

— По традиции, — голос Домиция, усиленный магией, прокатился по арене, заглушая на мгновение гул толпы, — каждый из вас получит индивидуальное задание. А группа — одно общее! Оно станет вашим выпускным испытанием!

Он повернулся к своей вечно краснеющей помощнице. Та чуть не уронила стопку свитков, но архимаг ловко выхватил верхний — небесно-голубой, мерцающий, как кусочек летнего неба.

— Подходите по именам! — скомандовал он. — Флавий Домиций!

Сын архимага шагнул вперед из группы «звезд». Его рука уверенно сжала свиток. В тот же миг пергамент вспыхнул ослепительно-белым светом, на мгновение обжигая пальцы.

Воздух затрещал от сгустков магии: заклятие печатей сработало и задание теперь было привязано к нему.

Поменять нельзя. Отказаться тем более.

— Флора, дочь Фингола! Мелифа, дочь Кьенирран! — последовало следом.

Обе девушки подошли к архимагу. Флора с привычной надменностью, Мелифа, краснеющая от смущения.

Магистр протянул им один, массивный зелено-коричневый свиток, испещренный древесными узорами. Их руки коснулись его одновременно.

Свиток вспыхнул не белым, а глубоким изумрудным светом, окутав девушек на мгновение живым сиянием леса.

Одно задание на двоих? И для друидов? В груди кольнула странная смесь гордости за подруг и горечи. Значит, что-то серьезное. Важное…

Магистр взял последний свиток. Он был не похож на другие. Не просто переливался, а пульсировал всеми цветами радуги, как живой опал. Казалось, внутри него бьется маленькое солнце.

— Общее задание для Первой Группы! — объявил Домиций, и четверо одновременно протянули руки.

В момент прикосновения свиток взорвался слепящим калейдоскопом света, залив помост и первые ряды трибун ослепительным сиянием.

Вот оно. Начало их легенды. Яркое, как этот свет.

Холодок предчувствия скользнул по спине. А моя история… начнется в грязи и неизвестности.

Первая группа ушла «за кулисы»: в один из тех забранных решеткой коридоров, в которых обычно томились гладиаторы. А на помост тут же стали вызывать следующую группу.

Дальше все имена и лица слились в один поток.

После объявления каждой третьей группы, чтобы зрители не заскучали от списков, на арену выходили дуэлянты-стихийники из преторианской когорты магов. Пара минут криков, вспышек дешевых фейерверков (настоящая боевая магия была слишком ценна для таких клоунад) — и вот уже толпа снова готова терпеть имена.

«Пустая трата маны ради благосклонности плебса», — подумала я, наблюдая, как очередной маг эффектно, но неопасно швырнул соперника в сеть из иллюзорных молний.

Тем временем число учеников уменьшалось с катастрофической скоростью. К моему удивлению загадочная жрица Венеры не попала в первые группы. Не попала она и в средние…

Интересно, куда ее записали?..

Наконец, остались последние восемь человек. Кроме меня и загадочной жрицы на арене стояли двое магов — высокий брюнет и худющий рыжий задохлик, два легионера, и еще один жрец, судя по «змеиной» подвеске, из храма Гиппократа.

Друидов, кроме меня, больше не было.

Собралась и предпоследняя восемнадцатая группа.

Нас осталось… трое!

Трое!!!

Разве бывают такие маленькие группы?

— Группа девятнадцать! — объявил Домиций последнюю группу «отбросов». — Марк Октавий, Академия магии!

Рыжий маг с болезненным лицом и странно отрешенным взглядом прошел мимо.

— Вот такая фиговая группа… — бросил он мне с горькой усмешкой, будто прочитав мои мысли. А в его взгляде, брошенном в сторону Домиция, мелькнула бездонная ненависть и что-то еще… глубоко личное.

— Роксана Валерия, Обитель друидов, — следом прозвучало внезапное.

Тишина в ушах.

Я? Не последняя?..

Шагнула на арену под ослепительный свет и тысячи глаз.

И направилась к помосту, чувствуя, как горят щеки. Где они? Родители? Брат? Я нарочно не искала их взглядов на трибунах, но чувствовала их жжение на своей спине.

Позор во всей красе.

— Сильвия Отон, Семинария жрецов!

Вот оно — последнее имя.

Жрица Венеры «выплывает» из своего золотого сектора. Все та же отстраненная кукла в шелках и драгоценностях. Величественная и не от мира сего.

Как она вообще дошла до выпуска?

Вручение свитков я почти не запомнила: все та же огненная волна магии, обжигающая кожу при «активации».

Общее задание для группы забирает Марк. Он сминает свиток в кулаке так, будто хочет его уничтожить. Я слышу хруст пергамента, но молчу.

Наконец звучат фанфары. Церемония окончена и мы последними уходим с помоста под тень подземных коридоров Колизея.

Шум трибун нарастает: начинаются гладиаторские бои.

То, чего так долго ждали.

Даже не вериться, что я это все пережила.

— Роксана, — донеслось сзади. — Ты отлично держалась.

— Наставник, — я склонила голову в знак уважения.

Мастер Фергус ободряюще похлопал меня по плечу, улыбнулся и ушел своей привычной стремительной походкой, придерживая полы разлетающихся одежд.

А я повернулась к своим новым «сопартийцам».

Рыжий маг уже разворачивал свой индивидуальный свиток. Его бледное лицо исказилось гримасой так, что веснушки проступили еще ярче.

Он выругался грязно и смачно, заставив Сильвию покраснеть до корней волос, и резко пошел к выходу.

— Стой! Эй, как там тебя? — я рванула за ним. — Марк Октавий? Слышишь?

— «Эй, как там меня» слышу, — развернулся парень. — Чего тебе?

Я даже растерялась.

— Договориться о встрече… Маршрут, припасы…

— Меня это не касается, — отрезал он, даже не дослушав.

— Но задание… группа…

— И что? — он оглянулся, и в его взгляде было что-то ледяное и безнадежное. — Ищи других дураков. Меня в этой игре больше нет.

Он растворился в толпе. Я стояла, ошеломленная. Что? Как? Он что, реально отказывается?

— Ну-ка, стоять! — мой взгляд нашел Сильвию, которая тоже пыталась улизнуть. Я блокировала ей путь. — Ты ведь не думала сбежать опять?

Жрица вздрогнула, вжав голову в плечи.

— Нет… Прости. Сегодня утром… все вышло не так. Не так, как должно. У меня… бывает. — Она нервно сглотнула. — Роксана, да? Давай завтра в полдень. Форум у храма Поллукса. Я все объясню. Прошу.

— Ладно. Договорились, — кивнула я, отпуская ее.

Действительно не стоит обсуждать такие моменты на виду у толпы.

— Рокс! Эй! — Уилл и Мелифа налетели на меня, сияя. Даже Флора снизошла до подобия улыбки.

— Мы сделали это! Как насчет жареной кабаньей ляжки? Огромной! — ухмыльнулся Уил.

Мелифа просто молча обняла меня.

Их радость была искренней. Они не знали о покупке раба. Не видели презрения в глазах отца. Не слышали отказа Марка.

Фиговая группа…

Я улыбнулась друзьям в ответ. Но мы еще посмотрим, что из этой фиги прорастет.

Сильвия, жрица Венеры

Марк, маг