Глава 52. От тебя — ничего
Я слышу неприятный громкий звук. От него лопаются барабанные перепонки и раскалывается голова. Тело болит. Я с трудом открываю глаза и оглядываюсь. Я все еще в машине под задним сиденьем. Охранники не шевелятся. То ли мертвые, то ли без сознания, не могу определить. Нервирующий звук продолжается. Я вспоминаю его. Такой звук был, когда мой папа резал что-то на даче болгаркой.
Меня прошибает ледяным потом.
Поворачиваю голову назад к своему окну и вижу поток искр, а также человека в пластиковой маске на глазах.
ОНИ РЕЖУТ ДВЕРЬ МАШИНЫ БОЛГАРКОЙ.
Прежде, чем я успеваю что-то предпринять, дверь автомобиля в прямом смысле отваливается.
— Вот она, — говорит мужчина с огромной болгаркой в руках. У моего папы она в разы меньше.
Появляется второй в маске. Я в ужасе пытаюсь отпрянуть назад, но его длинная сильная рука с тряпкой в ладони накрывает мое лицо. Я вырываюсь, но ничего не получается, он тянет меня за волосы. Я делаю несколько судорожных вдохов и снова теряю сознание.
***
Все тело ломит. Холодно. В висках пульсирует боль.
Я открываю глаза и ничего не вижу. Не знаю, сколько проходит секунд прежде, чем до меня доходит: я нахожусь в кромешной темноте на холодном бетонном полу. Не в силах сдержать стон, пытаюсь сесть. И тут я понимаю, что одна моя рука к чему-то прикована. Ощупываю ее второго свободной рукой. Глаза уже привыкли к темноте, присматриваюсь.
Меня приковали наручниками к батарее.
Кое-как сажусь на полу и приваливаюсь спиной к стене. Слева от меня батарея, к которой прикована левая рука. Запястье саднит, потираю его правой. В горле сухо, как в пустыне, желудок больно сжимается от голода, а мочевой пузырь вот-вот лопнет от переполнения. Я до смерти хочу пить, есть и в туалет. Но в то же время я до смерти боюсь подать голос и кого-то позвать.
Меня похитили. Я не сомневаюсь, что это связано с выборами и Севастьяном. Только непонятно, какие у них планы на меня. И самый главный вопрос — на что готов Севастьян ради моего спасения?
Поворачивается ключ и открывается дверь. Меня заливает светом, я морщусь. Передо мной стоит огромный мужчина в маске. На плече у него висит автомат.
— Очухалась?
Голос мне не знаком.
— Что вы от меня хотите?
— От тебя — ничего.
Понятно. Зато что-то хотят от Севастьяна.
— Тогда зачем вы меня похитили?
— Я сейчас отстегну тебя от батареи и поведу на разговор к нашему главному. Попытаешься убежать — расстреляю тебя из автомата. Усекла?
Киваю. Лучше не спорить.
Мужчина подходит ко мне с ключом в руках и отстегивает наручники. Я сразу тру ноющее запястье. Похититель грубым рывком поднимает меня на ноги и толкает в спину дулом автомата.
— Вперед пшла, — отдает команду так, будто я лошадь или корова.
Я послушно семеню по коридору и изо всех сил стараюсь сохранять внешнее спокойствие, несмотря на то, что внутри у меня поджилки трясутся. Я не знаю, сколько времени провела в отключке и где нахожусь. Какое-то незнакомое помещение, какой-то незнакомый коридор. Головой по сторонам не верчу, но глазами цепляюсь за каждую деталь. Стены просто белые, на полу потертый линолеум, окон и дверей нет. Коридор уходит направо, я поворачиваю и теперь вижу впереди одну открытую дверь. Подталкиваемая вперед дулом автомата, иду в комнату.
Здесь находятся несколько вооруженных мужчин. Все в масках, кроме одного.
— Садись, — указывает мне на свободный стул тот, что без маски.
Я не знаю его, первый раз вижу. На вид старше тридцати лет, в джинсах и футболке. Обычный мужик, на которого я бы никогда не обратила внимания, если бы встретила его на улице или в общественном транспорте.
Послушно опускаюсь на стул.
На меня направлены автоматы.
По спине ручьем течет пот.
Перед глазами все кружится.
— Что вы от меня хотите? — сиплю испуганно.
— От тебя — ничего, — повторяет слова того мордоворота, что отстегнул меня от батареи. — Хотя мои ребята не прочь с тобой поразвлечься, — добавляет с хищным оскалом.
В горле комком застревает истошный вопль. Я таращусь во все глаза. Он же не серьезно?
— Как думаешь, насколько сильно твой муж тебя любит?
Я на грани обморока.
Мой муж вообще меня не любит.