Глава 23

В последние дни удача отвернулась от герцога дер Эллайна. Несколько раз его войска пытались атаковать крепость Фонвираж, охранявшую вход в долину, где начинался огромный тракт, ведущий к самому сердцу Келларии. Но каждый раз они возвращались ни с чем, оставляя у стен цитадели раненых и убитых. Казалось, защитников крепости кто-то предупредил. Да и демоны, которых обещал Хаурус, так и не появились. После нескольких бесполезных атак Ксарт приказал армии расположиться лагерем у стен Фонвиража и готовиться к долгой осаде.

Никто не хотел верить в то, что владыка Разлома предал союзника, нарушил им же самим подписанный договор. Но факты говорили сами за себя, и Ксарт не мог от них отмахнуться. Но и спешить с выводами не хотел. Решил, что как только рассветет, свяжется с владыкой через атум – кристалл связи. Но когда наступило утро, оказалось, что атум молчит. Ни единая искра не нарушила его молочной белизны, сколько бы Ксарт не пытался его разбудить. Владыка упорно отказывался подавать признаки жизни.

За утром пришел день, потом вечер. Так промелькнули три дня, в течение которых армия Ксарта пыталась взять Фонвираж. Но защитники крепости отчаянно сопротивлялись, и усиленный гарнизон оказался не по зубам нирумцам, уже привыкшим к легким победам.

За всем этим чувствовалось чье-то вмешательство. Ксарт хотел знать – чье. Кто тот невидимый противник, рискнувший вмешаться в его игру, и что он предложил Хаурусу в обмен на предательство?

Проведя несколько суток без сна, Ксарт метался в замкнутом пространстве походной палатки, точно зверь в клетке. Сердце ныло, все инстинкты вопили о приближающейся опасности. Тревога, причины которой он не мог ни понять, и объяснить, все росла и росла, грозя похоронить под собой здравый смысл.

Но хуже всего было то, что его дракон словно с цепи сорвался. Такого с ним не было еще никогда, даже в те времена, когда он неосторожно позволил себе пристраститься к сумре. Теперь все было намного серьезнее. Дракон чувствовал опасность, нависшую над шиами.

К середине ночи воздух в палатке стал казаться густым и горячим. Волосы Ксарта намокли и слиплись, по лицу катились крупные капли пота.

– С ней ничего не может случиться! – рыча от гнева, он рванул ворот камзола. – Она в надежных руках!

И тут же понял, как смешно выглядит со стороны. Сам себя пытается убедить в том, во что ни грамма не верит.

Знал же, не нужно ее там оставлять. Чувствовал. Но все равно поступил так, как подсказало не сердце, а гордость. Или гордыня? Самоуверенность, которой у него было хоть отбавляй.

С улицы донеслись взволнованные голоса. В лагере что-то происходило.

– Ваша Светлость, – в палатку ворвался Арон Пьюк – один из преданных адъютантов, – вы должны это видеть!

Ксарт хмуро взглянул на вошедшего. Откинул занавесь, прикрывавшую бронзовое псише, взглянул на себя. Бледный, растрепанный, одежда вся в беспорядке. Крупные, как горох, капли пота застыли стеклянными бусинами на висках. Мокрые завитки черных волос прилипли ко лбу. Да, в таком виде явно не стоит появляться перед своей армией.

– Вы опять не ложились… – адъютант с укором отметил на несмятую постель, – уже третьи сутки не спите.

Лицо Ксарта исказила кривая усмешка:

– Кажется, это не твое дело, адъютант. Что ты мне хотел показать?

– Простите, Ваша Светлость.

Арон посторонился, открывая выход из палатки и удерживая приподнятый полог. Теперь Ксарт видел ночное небо, и на фоне этого неба безмолвно неслись крылатые тени.

– Драконы? – произнес он, не веря своим глазам.

Сердце рухнуло вниз. Моментально, стоило только увидеть драконий клин. Дракон внутри забился с неистовой силой. Ксарт титаническим усилием сдержал оборот, чувствуя, как вдоль спины выступают чешуйки и поднимаются дыбом. От плохого предчувствия перехватило дыхание.

Выскочив наружу, он приставил ладонь ко лбу, защищая глаза от света костров, горевших между палаток, и глянул вверх. Да, несомненно, это были драконы. Ксарт насчитал их около двух десятков. Но какого Хрейга они делали здесь, так далеко от столицы? И почему они двигались с запада, оттуда, где на скалах Нирумии возвышался замок Аммирах?

– Они летят со стороны Аммираха, – подтвердил кто-то из подошедших бойцов его подозрения.

Весь лагерь, замерев, смотрел вверх.

– Не нравится мне все это, – сказал другой.

Ксарт окинул взглядом ночное небо, прикидывая, сколько времени понадобится драконам, чтобы достичь территории, подконтрольной империи. Какого Хрейга они делали в его замке? Что вынюхивали?

Тревога, мучавшая его последние дни, запустила в сердце ледяные когти.

– Заряжайте мортиры, – он кивнул своим лейтенантам, – они не должны уйти.

Слаженный грохот нескольких пушек взорвал тишину. Клин драконов нарушился, задние заметались, видимо, их задела шрапнель. Но трое, летевшие в голове клина, не замедлили полета. Ведущий и его крыльевые. Их огромные кожистые крылья продолжали взмахивать с прежним усердием.

– Они что, обожрались сумры? – не веря своим глазам, прошептал один из лейтенантов, стоявших рядом с Ксартом.

– Клянусь бородой Эйраха, – прошептал второй, – это драконы императорского крыла!

Одна из теней, сбитая очередным залпом, кувыркаясь, полетела вниз.

Свет луны отразился в сверкающей чешуе цвета белого золота. Да, кем бы ни были эти драконы, их принадлежность к императорскому клану не вызывала сомнений. Бросив раненого собрата, даже не пытаясь ему помочь, они поднялись еще выше, почти исчезая в лиловых облаках. И сердце Ксарта рвануло за ними. Все инстинкты словно взбесились. Внутренний зверь, оставшийся от предков-анкров, кричал: выпусти меня, дай мне свободу, иначе все потеряешь!

Ксарт заставил его замолчать привычным усилием воли.

– Найдите его! – процедил, провожая глазами падающее тело.

Его приказ прозвучал как проклятье.

***

Когда Варя пришла в себя, вокруг царила глубокая ночь. Только где-то высоко, в серебристом тумане, горели яркие звезды. Открыв глаза, девушка несколько минут смотрела на них, пытаясь сообразить, что же произошло. Ни единый звук не нарушал звенящую тишину, заполнившую пространство, ни дуновения ветерка, ни шелеста листьев. Только запах. Знакомый, едва уловимый мускусный аромат. И память тут же подсказала: запах дракона. Варе уже доводилось встречаться с ним.

– Проснулась? – знакомый голос раздался так близко, что Варя оцепенела. Рука – холодная, сухая ладонь – прошлась по ее лицу небрежным ласкающим движением. – Отлично.

– Ч-что п-происходит?

От страха, накатившего леденящей волной, зубы девушки начали выбивать чечетку.

Невидимый в темноте мужчина наклонился еще ниже. Теперь Варя ощущала его дыхание и взгляд – твердый, пронизывающий, пытающийся забраться в самую душу.

– Думала, от меня так просто уйти? – легкий смешок. – Нет, моя сладкая нун, от дракона не убежать.

Оритейл! Это был он. Она не ошиблась, узнав его еще там, в башне, когда Халида, перед тем, как убить себя, назвала его принцем.

Варя выдохнула, судорожно, толчками выталкивая из себя воздух, похожий на застывший кисель. Перед глазами возникло видение: шимун с безумным блеском в застывших глазах, с рукой, сжимающей рукоятку кинжала. А потом – это детское выражение растерянности на лице, когда она всадила кинжал себе в грудь.

– Зачем?.. – еле выдавила она, не рассчитывая на ответ.

– Что «зачем»? Зачем я забрал тебя?

– Нет. Зачем убили мою шимун? Ведь это вы сделали?

Она должна это знать.

– Ты переживаешь за никчемную человечку? – Варе показалось, что принц нахмурился, хотя в темноте она не видела его лица. Вопрос девушки озадачил Оритейла. – Лучше бы подумала о себе, что будет с тобой. А жизнь той несчастной не стоит того, чтобы ты о ней переживала, поверь.

Варя почувствовала, как он отодвинулся. И вместе с ним немного отступило то напряжение, что сжимало ей горло.

– Где мы? – осмелилась задать следующий вопрос.

– В императорском дворце в Эрхатоне. Этот зал одно из моих любимых мест во дворце.

– Зал? – Варя покрутила головой, но ничего не увидела дальше своей руки. Только услышала легкий звон и поняла, что что-то стесняет ее движения.

– Ах, да, ты же не видишь в темноте.

Легкое дуновение ветра – и то, что Варя принимала за далекие звезды, вспыхнуло ярким светом, разгоняя ночную тьму. Теперь она поняла, что это кристаллы-светильники, такие же, как были в доме Оритейла в Филлонии, такие же, как и в Западной башне.

Но помещение, в котором она теперь оказалась, было ей незнакомо. Приподнявшись на локте, Варя с изумлением разглядывала мраморные колонны, уносящиеся вверх к куполообразному потолку. Вокруг колонн плелись лианы с широкими глянцевыми листьями и крупными цветками, зеленые плети змеились по полу, выложенному яркой мозаикой, по стенам, украшенным гобеленами, гроздья цветов, как виноград, свисали с высокого потолка. И нигде ни окна, ни двери. Только замкнутое пространство, в центре которого находилась огромная кровать, на которой сейчас сидела Варя. И тонкие золотистые цепи, которые тянулись от шеи пленницы к ближайшим колоннам.

Еще не веря, она подняла руку и потрогала шею. Да, ошейник был там. И он был гораздо шире чем тот, что снял Ксарт.

– Это особое украшение, – голос принца заставил ее оторваться от невеселых мыслей. – Оно защищено от любого магического вмешательства, так что снять его у тебя не получится, только силы потратишь.

Варя подняла голову и столкнулась со взглядом принца.

Оритейл стоял в двух шагах, разглядывая девушку со странным выражением на красивом лице. Он почти забыл, как желанна она для него. Как ее тело влекло прикоснуться к нему. Как хотелось прижаться губами к ее губам, взахлеб поглощая сладкое дыхание… Точнее, совсем не дыхание, а драгоценную сумру, текущую в ее жилах.

Тогда он не мог позволить себе потерять контроль. Это грозило бы смертью для нун и для любого, кто попробует взять ее силой. Но теперь, здесь, в Эрхатоне, он найдет способ избавить ее от клейма. И тогда доступ к сумре будет открыт. И доступ к наслаждению тоже.

Оритейл со свистом втянул воздух сквозь плотно сомкнутые зубы. Быть так близко, вдыхать ее аромат… Скоро, очень скоро она станет его во всех смыслах…

Возможно, Ксарт уже знает, что источник увели у него из-под носа. Или вот-вот узнает. Хотел бы Оритейл видеть лицо сводного брата в тот момент, когда ему сообщат, что его предал союзник, которому он доверял больше всего. Даже люди знают, что демонам нельзя доверять. Особенно тем, которые ходят у тебя в должниках.

Варя поежилась под пристальным взглядом принца. Теперь, обнаружив, что сидит на мягкой перине, в окружении шелковых подушек, но при этом прикованная к колоннам, она поняла, что на этот раз не стоит ждать особого гостеприимства.

– Тебе нравится это место? – неожиданно спросил Оритейл.

– А должно?

Он равнодушно пожал плечами:

– Советую привыкнуть к нему, так будет лучше.

– Лучше для кого?

– Для тебя, моя сладкая нун, для тебя. Когда мой братец узнает, что тебя нет, он бросит все и рванет на твои поиски. И тогда я буду ждать его здесь. Но не один. На этот раз ему не удастся уйти.

Варе показалось, что в глазах принца блеснула легкая сумасшедшинка.

– С чего вы решили, что он придет за мной? Не думаю, что настолько ему нужна…

– О, ты даже не представляешь насколько!

Она заметила, как он резко переменился в лице, как побелели желваки на его щеках, а вдоль висков выступила чешуя.

Сжав кулаки, Оритейл глубоко вдохнул, а потом медленно выпустил воздух через рот, надеясь вернуть себе хладнокровие.

– Ксарт всегда был слишком самоуверен. И скоро самоуверенность погубит его. Кстати… – он окинул девушку голодным взглядом, – Ты кажешься еще желаннее, чем в прошлый раз. И дело не в сумре, ее у меня достаточно. Дело в тебе. Даже не представляешь, как я соскучился по твоему нежному телу. По твоему запаху… И не советую сопротивляться. Эта штучка, – он указал на ошейник, – всю душу вытрясет из тебя.

– У нун нет души, – пробормотала Варя из чувства противоречия, хотя все внутри сжалось в один комок. Слишком уж недвусмысленным был намек принца.

– Да неужели? – Оритейл зло усмехнулся и вдруг в один момент оказался так близко, что его дыхание опалило щеку девушки. Его руки схватили ее за плечи, тряхнули, заставив зазвенеть тонкие цепи, и хриплый голос произнес, четко выговаривая каждое слово: – Но ведь ты не обычная нун, не так ли? У тебя есть кое-что очень ценное, кое-что такое, за что мой братец готов рискнуть головой.

Он отпустил ее так же внезапно, как и схватил, и Варя упала навзничь, хватая ртом воздух. Оритейл не шутил насчет ошейника. Кажется, внутри этой штуки были короткие шипы, которые весьма неприятно царапали кожу при резких движениях.

– Что, думала, я буду таким же сдержанным, как в прошлый раз? – его голос пригвоздил ее к месту. – Нет, моя дорогая. На этот раз я не собираюсь тебя беречь. Я собираюсь воспользоваться своим правом. Только эта метка удерживает меня, но скоро ее не будет, и вот тогда…

Сузив глаза, он взглянул на ее клеймо.

Варя не нашла в себе силы чтобы ответить. Сжавшись в комок, отползла подальше от разъяренного мужчины, насколько позволяли цепи, забилась в угол кровати. То, что он был разъярен, не вызывало сомнений. Хорошо знакомая Варе дрожь исказила его лицо, и черты поплыли, меняясь и выпуская на волю то существо, что жило у него внутри. Дракона.

– Что Ксарту нужно от тебя? – произнес дарг, нависая над пленницей. – Почему он рисковал ради тебя? Ты что-то знаешь, не так ли? Ты мне рас-с-скажешь?..

– Я ничего не знаю!

В голосе девушки звучали скрытые слезы. На мгновение ее тейтры слабо вспыхнули и погасли, превратились в бесполезные узоры на коже.

– Думала, я не позаботилс-с-ся о своей безопас-с-сности? – Оритейл расхохотался, глядя на ее лицо, на котором смешались страх и изумление. – Эти милые украшения нейтрализуют вс-с-се твои с-с-силы. Ты бес-с-сильна, моя дорогая.

Варя зажмурилась, когда его рука снова потянулась к ней. Погладить? Ударить? Она не знала, чего ждать от этого существа. Для него она была всего лишь игрушкой.

И почему-то именно в этот момент вспомнился Ксарт. Его взгляд, брошенный на нее в последний момент – теплый, глубокий, полный еще неосознанных, непринятых чувств. Взгляд, в котором смешались откровенная страсть и благоговение, взгляд мужчины, который смотрит на желанную женщину.

Сама не понимая, что делает, Варя мысленно потянулась к нему, к его образу, оставшемуся в ее памяти. Что-то внутри нее требовало сделать это, и эта потребность была настолько сильна, что она не могла удержаться. Потянулась всем своим существом, каждой клеточкой, каждым нервом, и позвала, не рассчитывая на ответ.

– Да-а, моя сладкая, вот так, призывай его…

Вкрадчивый шепот Оритейла прозвучал у самого уха. Варя покачнулась, чувствуя, что теряет равновесие, и открыла глаза. Дарг смотрел на нее, не отрываясь, и в его глазах вспыхивали странные огоньки. Наконец, его губы растянула усмешка, полная тайного предвкушения.

– Я знал! – выдохнул он, глядя на нее, как на чудо. – Знал, что он не просто так вернулся тогда за тобой! Ты нужна ему! И он придет снова. О да, моя драгоценность, ты даже не представляешь, как ты ценна!

Он тихонько рассмеялся, и его пальцы коснулись ее щеки.

– Ваше Высочество!

Мужской голос, эхом разнесшийся по залу, вынудил Оритейла рассерженно зашипеть. Но уже через мгновение принц взял себя в руки. Варя увидела, как он снова меняется, на этот раз возвращая себе человеческий облик.

Из-за колонн выступил незнакомый мужчина в черном камзоле, расшитом серебристыми галунами, точно форма гусара. Видимо где-то с той стороны была тайная дверь. Его голову прикрывал головной убор, подозрительно напоминающий кивер с высоким плюмажем, а на плечах красовались самые настоящие эполеты. Варя восприняла его появление как дар Небес.

– Реймис? – Оритейл обернулся к мужчине. – Что тебе нужно?

В его тоне читались раздражение и недовольство.

– Его императорское Величество желают вас видеть, – мужчина слегка поклонился, и Варя поняла, что он тоже дарг.

Несмотря на то, что в человеческой личине они были очень похожи на людей, все же имелись существенные отличия. Особая хищная грация, по-змеиному плавные и стремительные движения, словно перетекающие одно в другое, неестественно правильные черты. Обычные люди этого не замечали, но Варю личина уже не могла обмануть.

– Передай императору, что я скоро буду, – сухо обронил принц и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Но тот, кого он назвал Реймисом, не ушел.

– Его Величество приказали доставить вас немедля, чем бы вы ни занимались. Простите, мой лейс.

– Хрейговы яйца!

Принц выругался с таким остервенением, что даже дарг, явившийся за ним, побледнел. О Варе и говорить было нечего. Сжав кулачки и зажмурив глаза, она молилась, сама не зная кому, чтобы этот кошмар побыстрее закончился. Сейчас она вновь почувствовала себя маленькой бесполезной песчинкой, однажды очнувшейся и обнаружившей себя в адских песках Эльдаруна. И снова вокруг нее не было никого, кто бы помог, ни кого, кому можно было довериться.

«Шиами…»

Она вздрогнула, когда знакомый шепот раздался в ее голове. Открыла глаза и растерянно огляделась. Но нет, колонный зал никуда не исчез, как и Оритейл, разглядывавший ее с высоты своего роста.

Оритейл принял ее движение на свой счет. Протянув руку, потрепал девушку по бледной щеке.

– Мой венценосный предок желает пообщаться со мной, – легкая усмешка скользнула по тонким губам. – Императору не отказывают, так что я вынужден оставить тебя, моя прелесть. Но когда я вернусь, мы продолжим нашу беседу… Не скучай.

Она не успела ни увернуться, ни оттолкнуть его. Холодные пальцы дарга сжали ее подбородок, заставили запрокинуть голову вверх, и тонкие губы обожгли рот сухим поцелуем.

В этом прикосновении было все: небрежная ласка, сдерживаемый голод, высокомерие, чувство власти и безнаказанности. Он давал ей понять, что в его руках она ничто – вещь. И обращаться он с ней будет как с вещью.

Когда он ушел, Варя еще долго терла губы тыльной стороной ладони. Но ощущение его поцелуя не проходило.