30. Зачем нужны деньги

Зачем ещё в этом мире нужны деньги, если не затем, чтобы помогать любимым людям?

Новость о том, что Паше Харитонову осталось жить считаные месяцы, оглушила Настю. Она смотрела на своего румяного наглёныша и мысленно обливалась слезами, представляя, что Дениска неизлечимо болен. Страшно было подумать, что переживал Игнат. Какой леденящий смертный ужас поселился в его душе. Потерять единственного сына после потери жены, остаться одному в целом мире — как это ужасно!

Конечно, у него была недорогая квартира в старом фонде, дачка советского образца и неплохой джип, но это капля в море по сравнению с тремя миллионами долларов. Даже если он всё продаст, это не покроет и пяти процентов от требуемой суммы. И кредит без обеспечения никто ему не даст. И благотворительные фонды от Пашки отказались…

Она брела по лесу, спотыкаясь о замёрзшие корни сосен. Решение она приняла мгновенно, не раздумывая ни секунды. Фонды от Пашки отказались — а она не откажется! Это приблизительно треть или четверть от тех денег, что подарил ей Лёша. Огромная, нереальная, фантастическая сумма, но для Насти — всего лишь малая часть её несметных сокровищ. Она и не заметит, что денег стало меньше. Зато Паша останется жить. Паша — более ценное сокровище, чем пачки зелёных купюр.

Она и раньше слышала о дорогих уколах какого-то уникального лекарства. О больных детях рассказывали по телевидению и радио, всем миром собирали пожертвования, следили за судьбой малышей. Настя была счастлива, что может спасти одного из обречённых детей. Может быть, судьба затем и подарила ей богатство, чтобы она правильно им распорядилась? Вылечить ребёнка любимого мужчины — это правильно! Это вообще самый правильный поступок в её жизни (после отказа от аборта).

Она хотела сразу поговорить с Игнатом, но он увлечённо общался с мальчиками. Рассказывал интересные факты о войне, учил срезать веточки, поил горячим чаем. Дениска влюбился в нового друга мамы мгновенно: не отходил ни на шаг, засыпал вопросами и заглядывал в глаза, как преданный щенок. Впервые в его жизни появился взрослый мужчина, которому Денис доверился. Настю трогало это до слёз. Только сейчас она поняла, каким равнодушным и никчёмным отцом был Крошка Юра. Будь у Дениса такой отчим, как Игнат, из мальчишки бы вышел толк.

А Паша, наоборот, льнул к Насте. Бедное дитя! Знал ли он, что скоро умрёт, или отец скрывал диагноз и мужественно делал вид, что всё в порядке? Судя по всему, Пашка не подозревал о серьёзности своей болезни и жил последние месяцы в счастливом неведении. Наверное, так лучше для всех. Настя погладила его по плечу, и Пашка подался к ней, охотно подставляясь под гладящую ладонь. Маленький ласковый котик, живший так долго без материнской нежности. Настя отвернулась и высморкалась. Нельзя рыдать при детях и Игнате! Нельзя устраивать сопливую драму, надо быть сильной, позитивной и сдержанной. К счастью, у неё были деньги, чтобы вылечить этого ребёнка. Пашка не погибнет. Всё будет хорошо!

* * *

Она поплакала, пока мылась в душе, — позволила слезам пролиться впервые за этот длинный и сложный день. Думала про Игната. Теперь все странности, которые она за ним замечала, получили объяснение. То, что он купил десять пар детской обуви, — водил детей в походы. То, что скрывал своё вдовство, — не хотел жалости. То, что жил в Комарово, а не в центре города, — больному сыну требовался свежий морской воздух. То, что встречался с эскортницами, а не обычными женщинами — не хотел навешивать на девушек свои чудовищные проблемы. И самое главное — то, что он заинтересовался продавщицей из обувного магазина. Раньше ей казалось удивительным, что такой классный мужчина запал на серую мышь, но теперь и это можно было объяснить. Она плакала, когда он впервые её увидел. Такой человек, как Игнат, просто не смог пройти мимо. А дальше закрутилось, понеслось. Настя скинула шкурку серой мышки: благодаря деньгам в ней появились уверенность и раскрепощённость. И они с Игнатом привязались друг к другу.

Единственное, что осталось невыясненным, — откуда она помнила глаза цвета рускеальского мрамора, и почему она снилась Игнату. Это оставалось тайной, непостижимой для них обоих.

Отдёрнулась занавеска, и Настя забыла, о чём думала. Как всегда, когда Игнат к ней прикасался. Его руки, губы, язык, его большое сильное тело, его твёрдый член — всё вышибало из неё способность трезво мыслить. Она плавилась под жадными и жгучими поцелуями, изнывала от желания, дрожала от малейшего прикосновения. И отдавалась, отдавалась… В этот раз — без защиты. Она не просто хотела ощутить его сперму внутри себя, она хотела ребёнка. От такого мужчины — да ещё горячо любимого, да ещё когда полно денег для воспитания кучи детишек! — грех не родить.

А на кухне Игнат сделал ей предложение. Налил по рюмочке коньяка, объяснился в любви и позвал замуж. Что она могла ему ответить? Конечно, да! Да, да и ещё раз да!

Она согласилась стать его женой и рассказала, что в гараже Лёшиного деда спрятано колоссальное количество денег. Можно вылечить Пашку! Игнат не удивился новости о деньгах (или хорошо скрыл своё изумление), спросил только:

— Алексей — отец Дениса?

— Да, — созналась Настя. — Прости, что обманывала тебя. У меня были близкие отношения с Лёшей, мы любили друг друга, пока его не посадили в тюрьму. Я вышла замуж беременной.

— Я так и думал.

— Почему?

— Я видел Веснина в бизнес-центре. Мельком, издалека, но такую эффектную внешность не забудешь. Твой сын — копия отца.

— Да, так и есть. Я надеюсь, что Лёшин ум Дениска тоже унаследовал.

— А ещё какие-нибудь тайны у тебя остались? — спросил Игнат вполне серьёзно. — Не хочется внезапных сюрпризов после свадьбы.

Настя рассмеялась:

— Больше нет! Я всё тебе рассказала.

— А о чём вы говорили с Весниным в тот день, когда мы столкнулись на парковке? Он прощался с тобой? Ты знала, что он собирается прыгнуть?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, что ты! Я бы удержала его, — ответила Настя. — Он передал мне ключи от гаража, сказал, что это подарок, о котором не стоит болтать. Сказал ещё, что все эти годы жил... — она прервалась. Наверное, не стоило вываливать на Игната всю правду, но ведь теперь они одно целое, практически муж и жена. Какие могут быть секреты? Она продолжила: — Он жил с мужчиной. С бандитом по кличке Батагай, они познакомились на зоне. Из-за этого Лёша считал себя грязным... зашкваренным, как он выразился. Даже отказался меня обнять. Просил не говорить сыну, что его отец... петух. Вот и вся история. Если бы я в тебя не врезалась, то уехала бы и не увидела, как он упал.

По спине пробежал холодок. Лучше бы она не видела этого смертельного полёта! Но тогда бы не познакомилась с Игнатом…

— А ты не пыталась выяснить, кто такой Батагай?

— Нет. А как это выяснить? Я прочитала в интернете, что Батагай — это посёлок в Якутии, и на этом всё закончилось. Про криминал ничего не было. — Обсуждать Лёшу и его насильника было неприятно, и Настя сменила тему: — А у тебя остались от меня секреты? Самое время признаться в своих грехах!

— Нет, милая. Ты знаешь обо мне всё, у меня тайн нет.

Он налил им ещё коньяка. Ей — на донышко круглого бокала, а себе — много, грамм сто или больше. Выпил залпом без тоста. Поиграл желваками на челюсти. Снова налил. Казалось, его что-то беспокоило.

— Всё хорошо, Игнат?

— Всё просто замечательно, — ответил он и поцеловал её в губы.

Так трепетно и нежно, словно это был последний их поцелуй. Ей даже показалось, что в серых глазах блеснули слёзы.

* * *

Утром пришла Людмила Петровна, гувернантка Пашки. Принесла блины с творогом на завтрак. Настя быстро нашла общий язык с доброй и приветливой женщиной. Потом они начали собираться в город — Настя, Дениска и Игнат. Предстояло много хлопот: забрать из подвала три миллиона долларов, договориться с врачами, перевести авансовый платёж американской клинике, заказать визы и билеты. Настя не разбиралась в этих вопросах, но Игнат явно разбирался. Он действовал решительно и уверенно.

На прощание Настя обняла Пашку. Тот доверчиво прижался к её груди и спросил:

— Ты ещё приедешь к нам в гости?

— Конечно, малыш! Я тебя не брошу, теперь мы часто будем видеться.

— Это хорошо, — сказал он. — Ты мне понравилась. И Дениска тоже. У меня ещё много всяких оптических иллюзий, я должен обо всех рассказать.

— Обязательно расскажешь!

Пашка взял её за руку и намотал на запястье выцветшую тряпочку, с которой не расставался. Завязал концы на бантик. То ли шёлковая ленточка, то ли старый шейный платочек.

— Это мне? — удивилась Настя.

— Это чтобы ты вернулась, — серьёзно сказал он.

— Людмила Петровна, — повысил голос Игнат. — Уведите, пожалуйста, Пашу. Отвлеките его, пока мы уедем, а то он никогда нас не отпустит.

Всё-таки его что-то беспокоило. С другой стороны, разве можно оставаться спокойным, когда появилась надежда вылечить сына? Настя понимала нервозность Игната. Он почти не спал этой ночью — бродил по кухне, варил кофе, выходил на улицу и разговаривал с кем-то по телефону (судя по всему, с другом). Сквозь сон Настя слышала тяжёлые шаги за дверью комнаты, где их с Дениской устроили на ночлег. От этих шагов становилось спокойнее. Это её будущий муж, человек, которого она любила до полного самозабвения.

Они загрузились в кабриолет — Игнат сел за руль — и помчались в город.

— Где находится гараж?

Настя назвала адрес.