Глава 35 Кровь целителя

Когда Рагнар рассказал мне правду о том, что случилось в тот злополучный день, я в очередной раз уверилась в собственной уникальности. Лучше меня неприятности в этом мире на пятую точку не притягивал, пожалуй, никто.

— Он нашёл их на самом дне ледяного ущелья, — выложив Герарду то, что было до падения в тёмное ничто, продолжала я. — Женщина, что подарила мне жизнь была мертва, а Эмилия, — ком подступил к горлу. Рассказ и без того давался мне непросто, а тут ещё и такие подробности. — так и не выпустила меня из рук, хотя сама теперь сломанной куклой лежала у ног супруга.

Было настолько тяжело рассказывать мужу о гибели его матери, что я снова отвернулась к окну и обхватила себя за плечи. Дракон не подошёл, но и перебивать не стал. Я думала, что он не поверит моим словам, усомнится, но Герард слушал молча, и я могла лишь догадываться о том, что происходило у него на душе.

— Твой отец почти ни на что не реагировал, только смотрел на тело жены стеклянным взглядом и повторял одно и то же: “Она просто хотела спасти ребенка.” Брат, — произнеся это слово, я запнулась, так как уж очень непривычно мне было называть так желтоглазого, — пытался вразумить лишившегося самого дорогого в жизни Ист-Вардца, но он только отмахнулся и, присев на колени, погладил ту по волосам. А потом взял из её рук свёрток с затихшим ребенком и развернул его.

По словам Рагнара, несмотря на то, что княгиня пожертвовала собой ради моего спасения, я получила серьёзную травму и отправилась бы на тот свет следом за матерью и супругой Дарта, если бы у князя имелся любой другой дар. Сломанная рука и синюшный цвет кожи говорили о том, что жить мне оставалось недолго. Но Отец Герарда был не только зельеваром, но и самым известным целителем в своей стране.

Именно слушая рассказ брата, я вспомнила происшествие у реки и то, как Айвар вылечил раненных солдат. Земляной дракон сделал для меня то же самое. Резко полоснул по ладони когтем и влил в рот умирающему младенцу несколько капель своей крови, а затем положил руку мне на животик и начал читать одному ему известное заклинание.

Дарийский демон только молча наблюдал за действиями теперь уже вдовца и никак не мог решить, как быть дальше. Ведь он не желал Эмилии смерти, а лишь хотел вернуть меня и мою тронувшуюся умом мать домой. Принять в семью и окружить заботой. Теперь же, можно сказать, по его вине, та, что Боги предрекли в истинные ему, но выбравшая другого, погибла, а его соперник отдал последние силы на спасение оставшейся сиротой малышки.

Закончив с исцелением моих ран, Дарт повязал мне на руку шёлковый платочек, на котором было вышито имя и первая буква фамилии его супруги и бережно завернул обратно в одеяло. А то, что творилось после…

— Что? — хриплым несвоим голосом спросил Герард, вынуждая меня обернуться, хотя я и так знала, что дракон снова подошёл ко мне чуть ли не вплотную.

— Рагнар сказал, что твой отец потерял смысл жизни, — виновато поднимая взгляд прошептала я. — Что без истинной он просто не смог восстановить силы и неизвестно зачем атаковал брата, а тот, защищаясь, поставил простой блок, который ударил по противнику слишком сильно. Твой отец отлетел к противоположному краю ущелья, спровоцировав лавину, которая грозила похоронить под собой не только тех, кто ушёл в другой мир, но и оставшихся в живых. Меня Рагнар спас, но так как был ранен, пытаясь выкарабкаться из ледяной ловушки, потерял, так и не доставив в Дарию. Клял себя на чём свет стоит, искал, да так и не нашёл. Хотя и знал, что я жива, так как среди подвластных ему умертвий меня не было. Я понимаю, что тебе сложно всё это слушать, и мне жаль, что так вышло. Даже не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь понять всё это и…

— Простить никогда! — оборвал меня муж на полуслове. — Я много лет думал, что в смерти родителей виновен дарийский демон. А наши с ним стычки в ходе противостояний двух стран только подливали масла в огонь моей ненависти к нему.

— Но…

— Но…понять могу, — вдруг добавил Герард. — И его и своего отца. Это не объяснить словами, Эмилия. Но я попробую, — дракон склонился к моей шее и шумно втянул воздух носом. — Мы — сильные мира сего, но на деле — игрушки в руках Драконьего Бога. Он наделил нас огромной силой в виде магии и второй ипостати, и в то же время посадил под замок, указывая рамки дозволенного. К сверхсиле прилагается и сверхслабость. Истинная. Та, в ожидании которой ни один дракон не может покинуть вверенной ему территории. Та, что должна продолжить его род и стать смыслом его жизни. Мама была единственной для отца, — Герард так и застыл в паре сантиметров от моего плеча, слегка наклонив голову. — Он не представлял будущего без неё. Так же как я не вижу своего без тебя, — последнее муж прошептал мне на ухо едва слышно и я непроизвольно задрожала.

— Ты хотел знать, откуда во мне кровь Дартов. Я рассказала, — пытаясь перебороть внезапную сухость в горле заключила я. — Что ты намерен делать дальше?

— Покинуть это место! — дверь с грохотом распахнулась и в комнату, где мы беседовали с мужем вошёл Рагнар. — Ваше время вышло, Дарт! — громко выдал он, указывая на небольшие песочные часы на цепочке, которые держал в руках.

Отчего-то стало досадно и обидно. Хотелось побыть наедине ещё хоть немного. Ведь я так и не поняла, винит ли меня Герард в случившемся или нет. Хотя он открыто дал понять, что так же как и его отец зависит от своей истинной.

“Значит огненный считает меня своей слабостью,” — подумала и закусила губу.

— Конечно, полностью с тобой согласен, — ответил ему Герард, даже не удостоив взглядом. — У меня осталось только два вопроса. И я покину твой гостеприимный дом, дариец.

— Задавай и проваливай, — некромант демонстративно отвернулся, показывая, что ему всё равно, что нежеланный гость не соблюдает этикет.

— Первый, адресую тебе, — муж наконец оглянулся и бросил на неприятеля взгляд полный сомнения. — Тебе сообщили о том, что Оракул Ист-Вардии огласил имя моей истинной, а ты надоумил Фалькона провернуть тот трюк с нашим артефактом. Я не спрашиваю, кто передал весть. Скажи мне только одно. Это был тот же, кто рассказал моей матери о том, что ты устроил беспредел на границе, и угомонить тебя способна только она одна?

Я не понимала ровным счётом ничего. О том как Эмилия Дарт с супругом оказались в тех горах, мне никто не рассказывал. Помнила, что князь отправился туда по делам, но разве могла я предположить, что о поездке его попросила именно жена?

Рагнар нахмурил брови, глядя на Герарда и, сделав глубокий вдох, кивнул.

— А теперь второй вопрос, — теперь муж смотрел мне прямо в глаза, а я заметила, что зрачок его стал вертикальным. — Госпожа Атрейд, — он намеренно обратился ко мне по фамилии брата. — Летали ли Вы когда-нибудь верхом на драконе?

О, Боги! Как же он смотрел на меня в тот момент. Будто от моего ответа зависело не только его будущее, но и судьба всего мира. А я думала только о том, что фамилия Дарт мне нравится куда больше.

— Братик, — словно в тумане позвала Рагнара. — А ведь он прав. Сестра и супруга дракона, а верхом-то на ящере я ни разу не летала, — мысли превратились в некое подобие пчелиного роя. Сердце застучало как бешеное, потому что я поняла, что именно задумал огненный.

И прежде чем дариец успел мне что-то возразить, я поднесла к губам палец, показывая, что ещё не договорила.

— Если погонишься за ним, я за себя не отвечаю, — решила надавить на единственное известное мне слабое место некроманта. Нехорошо, конечно, но бешеный неадекватный братик на хвосте нам явно был ни к чему. Ведь мне ещё нужно было выведать у Герарда, что же именно он понял, выслушав мой рассказ.

Меня подхватили сильные крепкие руки, и я услышала звон бьющегося стекла, а через мгновение уже пыталась нащупать хоть какую-то опору, так как рисковала просто свалиться с хребта огромного чёрно-алого ящера, поднимающегося к небесам и уносящего меня прочь из Дарии обратно на Родину.