Глава 44 Зелье лечебно-приворотное

— Никому! — рявкнул дракон, чуть ли не швыряя меня на постель в моей комнате. Небольно, но неожиданно, учитывая то, что оказались мы в ней за считанные секунды. Я даже ложку уронить не успела. — Никому тебя не отдам! Ни водному, ни твоему новоявленному брату, ни самому Драконьему Богу, слышишь? — супруг навис надо мной, распластанной на свежезастеленном ложе, а мне вдруг стало смешно.

— Хочешь? — втиснула ложку между нами так, что она оказалась на уровне его жёлтых драконьих глаз.

Огненный принюхался и недовольно фыркнул.

— Попробуй. Если зелье и впрямь лечебно-приворотное, то понять это можно уже сейчас, — поднесла ложку ко рту и демонстративно слизала остатки густого варева со своей стороны.

Герард потряс головой, проморгался, возвращаясь в своё прежнее уравновешенное состояние, и нервно сглотнул.

— Ты в своём уме, Лия? Что за провокации? Да ты с огнём играешь, — супруг хотел было оттолкнуться от постели и встать, но я не дала. Дёрнула за ворот рубашки так, что уже во второй раз оставила его без пары пуговиц.

— Оно что же, мгновенного действия? — не укрылось от него моё самовольство.

— Помнишь, ты говорил мне, что готов на всё, чтобы заслужить прощение? — состроила обиженную гримасу, понимая, что дракон не опасен и бояться мне его не стоит.

Мне вообще можно было его не бояться. Потому что я на уровне подсознания понимала — он никогда больше не сделает мне больно. И тогда бы не сделал, если бы не обман, подстроенный Фальконом вместе с кем-то очень хитрым и умным.

“Айвар, это был он. Кого ещё во всей Ист-Вардии не замочил бы дождь, что лил как из ведра?”

— Это не приворотное зелье. Страница не та, — я это точно знала, но засомневалась, так как меня начало потряхивать от критической близости Герарда. — В таком виде оно только обезболивает, но ты всё равно попробуй, а потом мы поговорим.

Видимо то, как я нахмурила брови (не всё же ему дуться), убедило мужа в том, что лучше не спорить. Он медленно перевёл взгляд на остатки жижи на ложке, закрыл глаза и наклонился, чтобы попробовать варево.

Именно это мне и было нужно. Отшвырнула ложку в сторону и впилась в его губы так, будто если бы этого не сделала, умерла бы прямо здесь и сейчас. Обрадовалась, что не пришлось-таки намекать ему, что дом пуст, и я не просто так отослала Марту восвояси. Слегка запаниковала, понимая, что он снова задумается, а не зельем ли вызван мой внезапный порыв, но Герард ответил настолько страстно и напористо, что все мысли и сомнения мгновенно вылетели из головы.

Мой язык нашёл его, и по телу прошла волна жара, переходящего в мурашки и обратно. Так откровенно я ещё никогда не стонала, даже в наш первый вечер после церемонии. Меня просто рвало на части от желания и эмоций, которые вызывали во мне любые действия этого вспыльчивого грубияна.

Крепкие руки дракона скользнули по моим бёдрам, задирая подол платья и открывая вынужденный обман, ведь белья под наряд я не надела. Не у служанок же его было просить.

Теперь уже в порыве чувств снова рванула его за воротник, отправляя ещё пару пуговиц на пол и добираясь до желанного сильного горячего тела. Ища всё больше точек соприкосновения, ладонью провела по перекатывающимся мышцам груди, слегка царапая кожу. В ответ получила несдержанное глухое рычание и поняла, что Герарду такая ласка по вкусу. Оторвалась от его губ, чтобы восстановить дыхание и приподнялась, помогая мужу избавить меня от платья.

Своей наготы я не стыдилась. Вообще об этом не думала. Мне хотелось как можно скорее снять всё со своего истинного, чтобы наконец стать единым целым. Да, именно моего истинного.

Прав был Айвар, это работает в обе стороны. Никаких лишних слов. Дарт хотел меня не меньше, чем я его. Не нужно было что-то спрашивать, уточнять. Истинность сильнее тебя. Она не оставляет выбора, потому что он просто не нужен.

Герард не был предельно нежен, и я благодарна ему за это. Не было нужды оттягивать момент. Он точно знал, чего мне хочется, и покрывал поцелуями моё тело именно в тех местах, где я этого хотела. Его руки дарили ласку и заставляли гореть в нетерпении. Пальцы надавливали на самые чувствительные точки, будто он заранее знал, где мне будет приятнее всего. Я даже вспомнила наше головокружительное падение и снова зарычала, прикусывая его губы.

Сама подалась ему навстречу, давая понять, что готова. Что нет больше сил терпеть наше “неединство”. Что хочу быть его и только его. И в момент, когда он наконец толкнулся внутрь, запрокинула голову, кусая губы в кровь и содрогаясь от удовольствия. Спасибо недоваренному обезболивающему зелью.

— Ещё, Гер! Ещё! — выкрикнула, так как дракон замешкался, думая, что причинил мне боль. — Хочу быть твоей! Навсегда!

Эти слова сорвали с петель последнюю преграду на пути самоконтроля моего мужа. То наращивая темп и напор, то замедляясь, Герард довёл меня до исступления. Кажется, я кричала, умоляя его не прекращать, а затем сразу же хныкала, понимая, что если не доберусь наконец до самого пика выкручивающего низ живота удовольствия, то больше не выдержу.

— Ах! — вскрикнула в последний раз, когда тело сотрясло неожиданной волной разрядки и эйфории, за которой последовало ещё несколько мощных толчков и новое глухое рычание дракона.

— Моя, — пытаясь восстановить дыхание, прошептал мне на ухо любимый. — Наконец-то ты только моя, Лия.

А потом я просто отключилась, полностью выжатая событиями дня, отдав всю себя во власть сильных крепких рук того, кто никогда больше не обидит.

Проснулась ещё засветло в горячих объятьях Герарда. Он лежал рядом и разглядывал меня, будто я была чем-то невиданным и таким драгоценным, что он даже дышать в моём присутствии не смел.

— Прости, — просипела я, извиняясь. — Я солгала тебе про бельё.

— Знаю. За время полёта я сотни раз успел пожалеть, что домик так далеко от дворца, и придумал множество способов наказать тебя за обман. Ты так откровенно прижималась ко мне и ёрзала, что одному лишь драконьему Богу известно, как я это вынес, — ответил мой истинный, медленно перебирая локоны моих волос и пропуская их сквозь пальцы.

— Значит, извинения не принимаются? — лениво улыбнулась я, понимая, что с удовольствием проспала бы ещё пару дней в его объятьях.

— Почему же? Принимаются. Но не за это.

— За что тогда?

— За то, что я чуть не умер, когда ты по собственной воле прямо у меня на глазах поцеловала другого. Даже когда Рагнар переломал мне половину рёбер, было не так больно, — взгляд дракона помрачнел, а сам он тяжело вздохнул. — Удавил бы этого скользкого червяка, если бы не пообещал простить его, когда он об этом попросит. Хотя сам тогда не знал за что.

— С тебя он тоже стребовал обещание? — удивилась я, а Герард кивнул. — Прости, любимый. Мне очень жаль, что тебе пришлось это пережить, но я была связана магической клятвой. Да и поцелуем-то это сложно назвать.Так, чмокнула слегка. Будем считать, что мы квиты?

— Не назвать? А что тогда можно назвать поцелуем? — дракон смотрел серьёзно, но глаза его улыбались.

— Вот это? — подалась к нему и прошлась по его сомкнутым губам языком, вынуждая приоткрыть рот и ответить, что он и сделал, давая мне полную свободу действий.

— Согласен. Это можно, — с лёгкой хрипотцой в голосе ответил мне супруг, когда мы уже начали задыхаться и смогли оторваться друг от друга, а цвет его глаз из карего стал практический чёрным. — И мне бы очень не хотелось прерывать твоё извинение, но ты говорила, что когда зелье прокипит, нужно будет в него что-то добавить. Так вот, огонь под котлом почти погас. Я это отсюда чувствую. Может, пора закинуть туда яда, чтобы угостить Вайреса щедрой порцией?

— Прекрати, — ткнула его в грудь и чуть не сломала палец, — Ай, совсем забыла, какой ты твёрдый.

— Напомнить? — по тому, как он поднял левую бровь, я поняла, что никакое зелье его не остановит. Напомнит, догонит и снова напомнит.

— Нет, пошли-ка в подвал, пока Марта не вернулась. Нельзя терять время.

В небольшой ванной комнате вдвоём было не поместиться (хвала драконьему Богу), иначе мы бы ещё долго не добрались до котла. Наспех приведя себя в порядок, я вернулась в спальню, где меня уже дожидался полностью готовый к бою дракон. Мокрые волосы говорили о том, что предприимчивый генерал нашёл способ сэкономить время и искупался где-то ещё.

— Не смотри так, я просто нырнул в ближайший пруд как был, в драконьем обличье. Он неглубокий, зверь не утонул бы, — муж пожал плечами и кивнул куда-то в угол комнаты.

Там на небольшом комоде лежало то самое покрывало, завернувшись в которое я и приехала в этот дом.

— Почему не избавилась от него? Оставила как напоминание о моём проступке? — спросил, вдруг посерьёзнев.

— Нет, — подошла к дракону, села к нему на колени и уткнулась в стык плеча и шеи. — Потому что оно пахнет тобой. Заворачивалась в него вечерами, ревела, проклинала тебя на чём свет стоит и злилась.

— Ты была в своём праве. Я бы на твоём месте себя за такое не простил.

— Не на тебя злилась, Гер, — посмотрела ему прямо в глаза. — На себя. За то, что всё равно любила и наслаждалась тем, что со мной был хотя бы твой запах.

— Так уж и любила? Даже после того, что я сделал? — отстранился он.

— Истинность она такая. Обоюдная, знаешь ли, — подмигнула ему и заторопилась в подвал, пока у него не возникло дополнительных вопросов относительно того, кто мне об этом рассказал.