Глава 13. Фиалки
Завтрак накрыли в саду.
Несколько огромных столов стояли под сенью удивительных цветущих деревьев, а гости бродили недалеко в ожидании правителя планеты, и начали стягиваться ближе при его появлении, бросая на Ктару потрясённые озадаченные неприязненные и любопытные взгляды.
Отработанная ощутила слабость в ногах и подступившую к горлу панику. Перед глазами всё как-то поплыло, и она поняла, что вот-вот грохнется в обморок.
«Только не это!», — в панике мысленно орала она, но не могла ничего с собою поделать, вцепившись в руку повелителя.
Даже подобная дерзость пугала её не так сильно, как целая куча сверхсильных сверхсуществ, для которых она лишь грязь под ногами.
Правитель мира остановился.
— Нужна помощь? — оказался рядом, непонятно откуда взявшись, властитель ночи.
— Успокой её, — едва слышно шепнул царь двуликих, стараясь, чтобы его не услышали остальные. Лишь вампир.
Ктара не заметила движений неожиданного союзника. Прямо перед ней, скрыв ото всех, вдруг возникла его широкая грудная клетка в белой льняной рубашке. Её окутал аромат ночных фиалок.
— Удивительные цветы, — произнесла она вслух.
— Что? — не понял вампир.
— Фиалки, — уточнила она, пребывая не в себе от ужаса. — Цветы, что цветут ночью. Разве они не удивительны?
— Причём здесь фиалки? — нахмурился властитель вампиров.
— Вы пахнете фиалками.
Рамзес перевёл изумлённый взгляд на Аргайла.
— Мертвяки не пахнут, Ктара, — раздражённо произнёс царь двуликих.
— Пахнут, — упрямо произнесла она, завороженно глядя в чёрные глаза вампира.
Ктара не могла понять, как такое возможно. Цветная радужка была абсолютно чёрной. Под стать смоляным волосам и аккуратной щетине на подбородке. Идеальные, словно высеченные из камня правильные черты лица. Мужественные и безукоризненные. Волевой подбородок, полные губы…
— Фараон, свали с дороги, пока я тебе хребет не переломал, — тихо прошипел Мега, прервав мысли Ктары.
— Ты сам просил её успокоить, — отозвался властитель.
— Властью над разумом, а не своим очарованием, — зло отозвался Джейдан.
— Я и не пытался, Аргайл. Тебе, конечно, сложно в это поверить, но чтобы женщина потеряла дар речи от моей внешности, мне не нужно её зачаровывать.
— А? — растерянно отреагировала Ктара, приходя в себя. Моргая. Опуская взгляд. Чувствуя стыд. И вину. Перед господином. — Простите, — посмотрела она не него. — Он просто очень красив, и всё. Это ничего не значит. Я просто раньше никогда не видела таких красивых мужчин… То есть… — замялась она, видя, как Мега лишь сильнее хмуриться. — Это ничего не значит, клянусь. До вас и кроме вас меня вообще никогда мужчины не привлекали. А красивые мужчины — тем более, — несла она всякую чушь, не в состоянии остановиться.
— А вот это уже обидно, — улыбаясь, произнёс властитель вампиров. — И странно.
— О-о-о, — протянула она. — Поверьте мне, вы понятия не имеете о том, что такое странно.
— С удовольствием бы послушал, — продолжал улыбаться повелитель ночи.
— Я вас не боюсь, — с удивлением отметила Ктара почему-то вслух. Чувствуя себя так, словно она в каком-то бреду и всё это не по-настоящему.
Рамзес второй улыбнулся шире.
— Уж не знаю, оскорбиться мне или порадоваться.
— Я тоже, — так же тупо и одурманено отвечала Ктара. — Я вообще много чего в последнее время не знаю и не понимаю, если честно, а ведь никогда не была дурой.
— Не сомневаюсь, — продолжал улыбаться фараон.
— Я старая и много чего повидала. Отработанная, вы знали? — не могла заткнуться Ктара. — Единицы доживают до моего возраста. Это очень нелегко в моей ситуации. Я о-о-очень старая. Столько, сколько я — не живут.
Вампир рассмеялся.
— Рамзес, свали с дороги, я сказал, — зло рыкнул царь, потянув за собой разболтавшуюся рабыню.
Ему она и пяти слов не сказала за всё время, а тут…
— Мой царь, — запела одна из гостей. — Вы не перестаёте потрясать меня своей силой духа и твёрдостью. Только истинный правитель, не страшащийся бунта, будет демонстрировать пред сильнейшими представителями различных видов ручную обезьянку, являвшуюся его слабостью.
— Сама ты обезьянка, кошка драная, — понесло Ктару.
Позади прыснул хохотом великий фараон.
— Я Истинная правителя мира, не слышала? Или тебе, может быть, повылазило сегодня ночью? Ты всё веселье пропустила?
Двуликая аж побагровела от ярости, сжимая кулаки и готовясь ответить.
— К сожалению, да, — вмешался Джейдан, отвечая за Пару Сайруса и пытаясь свести назревающий конфликт на нет. — Рассчитывая на более кровавую бойню мудрый прайм барсов спрятал своё самое дорогое сокровище.
— Вы, как всегда, преувеличиваете, мой царь, — отозвался Сайрус.
— Относительно первого или второго? — усмехнулся Мега.
Теперь побагровел и прайм.
«Даже в этом они были одинаковы», — подумал Аргайл, переведя взгляд на свою Пару, которая послушно садилась по правую руку от него. В раздражающей близости от фараона, что не понравилось Джею, но он промолчал. Места, кто где сидит, всегда распределяют заранее. Мертвяка пришлось потеснить, чтобы втиснуть Ктару.
Тот был не против, а сейчас и вовсе расцвёл от безудержного веселья и интереса к происходящему.
— Надеюсь, ваши домыслы относительно моего причастия к кровавой бойне, которое устроило Ваше Величество, не помешает вам посетить наш с Луной обряд обретения? — отвлёк Сайрус Аргайла от Ктары с мумией.
— Не помешает, — улыбаясь, ответил он, понимая брошенную колкость.
— А когда будет ваш? — словно выплюнула Луна на радостях, чувствуя вкус мести и расплаты на языке вместо заливного.
— Тринадцатого июля, — вместо Джейдана ответил какого-то хера фараон, заслужив злой взгляд правителя.
— Два месяца, — не в силах скрыть разочарование, протянула Луна.
— Ради такого события мы подождём, — добавил Сайрус.
— Осталось лишь узнать — чего именно, — усмехнувшись, произнесла королева банши, Ани, так же всё прекрасно понимая, как и остальные гости.
Вражда царя с нынешним праймом барсов длилась уже не одно десятилетие.
— Какой обряд обретения? — очнулась очумелая непонятно чем рабыня. — Тот, где самка убегает, а её преследуют самцы, и кто поймает, тому она и будет принадлежать, если не сможет отбиться?
— Ага, он самый, деточка, — ответила, улыбаясь, Ани, глядя на едва держащего себя в руках фараона. Заражаясь его весельем.
— Это шутка? — спросила рабыня, повернувшись к решительно поднявшемуся Меге и прекратив, наконец, периодически обнюхивать властителя вампиров.
— Прошу простить, господа, — произнёс он, практически вытягивая забавную обезьянку из-за стола. — У нас очень срочные дела.
— Ай, — подчинилась та. — Это же шутка, да? — не отставала она от царя, быстро перебирая маленькими ножками, чтобы её рука случайно не осталась в пальцах повелителя планеты, отдельно от тела.
Ани недоумевающее и безнадёжно махнула головой. Эта парочка даже внешне совершенно не смотрелась. Девчонка была слишком мелкой, блеклой, серой, жалкой, в то время как повелитель мира…
«М-м-м-м», — вкусно протянула демоница мысленно.
Она презирала мужчин. Ненавидела. Предпочитала исключительно женщин, но личность Меги будоражила даже её, вынуждала дрожать. И желать. Хотя бы покорить.
«Это могло бы быть, как минимум, крайне интересно», — подумала она и вернула взгляд на «соперницу».
— Я не смогу убежать от двуликого, — забавно причитала та, — хотя, что я мелю, за мной-то и гнаться никто не будет, пфффф, ха-ха-ха, вот это насмешили. Этот Сайрус смешной. И почему я так испугалась его в первый раз…
Больше гости, где у каждого второго был чуткий слух, ничего не услышали.
Ани улыбалась, переведя взгляд на фараона, также внимательно следившего за происходящим, как и каждый из гостей.
Вот только он смотрел исключительно на обезьянку.
Королева нахмурилась.
Он заметил то, что пропустила она?
Но рассмотреть ей уже ничего не удалось.
Великий Аргайл практически бросил Пару-рабыню на пассажирское сиденье спортивной машины и сел за руль, заставив двигатель зарычать.
*
Джейдан любил раритет.
Автомобили на бензине уже несколько столетий были запрещены. Для всех. Кроме него.
Он пристегнул рабыню, выжал сцепление и отпустил педаль газа, рванув прочь с территории родового дворца.
— А-а-а-а-а, — закричала Пара, пытаясь за что-нибудь ухватиться, а Джей мстительно улыбнулся. Она знатно разозлила его сегодня.
А ещё надо будет потолковать с фараоном, чтобы узнать, что за хрень такая.
Аргайл на своих землях мог вести машину с закрытыми глазами, а вот за Парой он наблюдал внимательно, не пропустив тот момент, когда мутный зелёный взгляд постепенно обретал ясность, и в нём привычно расцветал страх.
Рабыня в ужасе закрыла рот ладошкой, опасливо покосившись на его скромную персону.
— Я… — начала она и осеклась, не в силах подобрать слов. — Я… Господи…
— Всё вышло не так уж плохо, как могло быть, — решил облегчить её мучения Джейдан, признав это и для себя. — Кроме того, конечно, что ты не могла отлипнуть от Рамзеса, — строже добавил он.
— Простите, — искренне взмолилась Пара. — Я клянусь, что совершенно не понимаю, почему так произошло, я была не в себе, и этот запах…
— Это я уже понял, — сурово оборвал её Мега и вызвал Нэссу.
«Да, повелитель», — отозвалась альфа-самка.
— Чтоб к завтрашнему утру никого из гостей во дворце не осталось, — произнёс он вслух, никак не реагируя на удивлённый взгляд Пары.
«Вы вернётесь завтра?», — осторожно спросила охотница.
— Да.
«Можно узнать, где Ваше Величество проведёт ночь, и прислать ли львиц для охраны?».
— Не нужна мне охрана, — жёстко ответил царь. — В Плазе остановлюсь.
«Как пожелает мой царь», — почтительно отозвалась самка, и Джей отключился, вызывая следующим мертвяка, вдруг завонявшего фиалками, мать их.
«Да», — сухо отозвался властитель вампиров.
— Что это было? — начал без обиняков правитель мира.
«Понятия не имею, но мне тоже крайне интересно».
— Ты что-то сделал с ней?
«Говорю же — нет, не успел».
Мега нахмурился, размышляя.
— Чтоб к завтрашнему утру тебя не было во дворце.
Джей даже через наноботов почувствовал ярость древней мумии, хлынувшую на него, словно цунами. Настолько сильную, что Аргайл на секунду потерял контроль над автомобилем, мотнув руль вправо. Его словно чуть не снесло.
«Твоя ревность может лишить нас возможности узнать, что же такое твоя птичка», — овладев собой, заговорил древний фараон.
— Вот именно — моя, — отозвался Джей, тоже пытаясь вести себя сдержаннее. — Разберусь без тебя.
«Ты ослеплён и рассуждаешь как ревнивый самец вместо мудрого правителя».
— Чтоб к утру тебя не было, — жёстко отрезал Аргайл и отключил мертвяка.
Глаза властителя вампиров полностью почернели. Будь Мега сейчас перед ним, неизвестно, чем бы всё закончилось.
Обычно он относился к правителю планеты снисходительно и терпеливо, как к горячему амбициозному юнцу, который ему нравился и забавлял, но сейчас Раму крайне сильно хотелось переломить тому шею.
И за тон, и за упрямство и за…
— Великий А-нахту, — раболепно запел подошедший прайм барсов, — Избранник Ра, истинный правитель Верхнего и Нижнего Египта…
— Ближе к делу, прайм, — оборвал его Рамзес. — Я не в настроении.
— Ранее у меня не было возможности пригласить вас на наш с Луной обряд обретения, но сейчас я не могу не попытать счастья воспользоваться подвернувшейся случайностью.
Взгляд властителя вампиров постепенно возвращался к нормальному состоянию. Тьма постепенно уходила, вытесняемая заинтересованностью. На полных совершенных губах заиграла лукавая довольная улыбка.
— Вижу, моё предложение пришлось вам по душе? — обрадовался Сайрус.
— Аргайл ничего не должен об этом узнать, — произнёс вместо ответа фараон.
— О, можете на меня положиться, — отозвался шакал.
— Не сомневаюсь, — усмехнулся Рам и пошёл прочь.