Глава 44. Лика

– Домой тебя отвезет Аркадий, – говорит Ян, уткнувшись в телефон.

– А ты? – смотрю то на Борзова, то на телефон в его руках.

Продолжаю ожидать чего-то страшного от Яна, вроде того, как показывают в фильмах: меня волокут за волосы по полу в подвал, после того как отдала документы. Ничего похожего и в помине нет. Прошло два дня с той ночи, когда я сдалась.

– Дела, – и поднимает свой взгляд, наполненный ртутью.

Я слишком многого себе нафантазировала, пока лежала в его объятиях у себя в комнате. Слишком многого жду и хочу. Тем временем Ян по-прежнему холоден, закрыт и представляет опасность.

Что тебе еще нужно, Лика, чтобы ты поняла – твоя роль закончена? Никакой любви, никакого тепла. Ян Борзов не в состоянии этого дать и не в состоянии измениться. Он другой. В вечных песках пустыни никогда не зацветет райский сад.

Выхожу из машины бандита и хлопаю дверью. Ян уже привык к моим «хлопкам» и, не дожидаясь, пока я зайду в торговый центр, уезжает.

Каролина встречает меня без вопросов, хотя я отсутствовала много дней. Фамилия Борзовых, которой теперь напитана моя жизнь, дает некую индульгенцию на многие косяки. Хотя я рада, что удалось уладить вопросы с моими прогулами. Работа мне сейчас необходима.

В обед мне пишет Анж. Мы не общались пару недель. Она продолжает думать, что я новая королева преступного мира, и считает это престижно. Борзов говорил про зависть. Теперь склонна ему верить.

И все же соглашаюсь на встречу завтра днем.

Аркадий появляется у магазина ровно за час до конца моего рабочего дня. Не здоровается, почти не смотрит в мою сторону. От его присутствия у меня под кожей поселяется холод, и хочется согреться.

– Домой, – говорю моему охраннику, садясь на заднее сиденье.

– Ян Леонидович приказал именно это, – сухо и лениво отвечает.

Холода становится больше. В салон его довольно обычной, по сравнению с бандитом, машины опускается зима.

Мы кружим по городу и останавливаемся на каждом перекрестке. Красный, красный, красный. Как специально.

Нервничаю. Доверия к Аркадию у меня нет, а к моим словам Борзов не прислушался. Если я окажусь права и сидящий за рулем мужчина совсем не тот, за кого себя выдает, мне даже нечем будет защищаться. И свой козырь, из-за которого я стала объектом сразу двух бандитских группировок, я наивно передала Яну.

– Что-то случилось? – спрашивает чуть громче, чем всегда. А за все время, что он меня «охраняет», это едва ли не второй вопрос, который он соизволил задать.

– Где-то ремонтные работы? Вы везете меня не тем путем, каким обычно, – звучу жалко.

Сложно не показывать свой страх, когда он здесь, на кончиках моих пальцев, на коже моих губ, завязывается петлей вокруг тонкой шеи.

Сеть ловит с переменным успехом.

– Дождь размыл асфальт. Объезжаем.

«Дождь размыл асфальт…» Это правда? Не могу представить. Наш край всегда был дождливым, но максимум разливало соседнюю реку и затапливало песчаные тропы.

Тяжело вздыхаю.

– Не переживайте, Лика. Довезу вас в целостности и сохранности. Иначе Ян Леонидович не оставит меня в живых. А мне, знаете ли, пока жизнь дорога.

– Тогда зачем Вы работаете на Борзовых?

– Они хорошо платят. А мне очень нужны деньги.

Именно денежные проблемы толкают многих на преступления. Например, на предательства, слив данных… Убийства. Одно из двух: или я насмотрелась в свое время триллеров и детективов, или наобщалась с Яном.

– Надеюсь, Ян Леонидович платит Вам много и исправно, – чиркаю взглядом по салону, который раньше знал лучшие времена. Запах пороха кислит в носу. А я знаю, как пахнет порох и пистолет!

– Неужели Вы за меня переживаете, Лика… Не знаю Ваше отчество.

– Андреевна.

– Лика Андреевна. Не нужно. И хотите совет?

– От Вас?

Наш разговор странный и неожиданный. Аркадий не был разговорчивым все это время. В какие-то дни и вовсе был закрытым и мрачным, что ни слова не допросишься. Вновь мысли накручиваются без моего на то разрешения на шипованный клубок, причиняя еще больший дискомфорт.

– В этом мире каждый сам за себя. Думайте в первую очередь о себе, – нас подрезают, и Аркадий резко жмет на клаксон. Громкий сигнал проходится по нервам грубой наждачкой. Мурашки по всему телу.

Стоило Аркадию свернуть на прилегающую к заводу дорогу, я несколько расслабилась. Эти места мне знакомы. Но это не мой дом. Ян никак не хочет это принять и не слышит моих просьб. Ведь они противоречат его желаниям. Эгоистичным и корыстным.

– Всего хорошего, – говорит, смотря в боковое зеркало.

Машина остановилась перед поворотом к шиномонтажке.

Не стану спрашивать причину, почему бы не довезти до ворот, ведь осталось максимум метров тридцать. Выхожу из холодного салона, и первый раз за всю свою жизнь окунаюсь в теплый летний вечер, когда температура воздуха вряд ли превышает отметку в двадцать пять градусов. Сильный ветер приносит новую порцию дождевых облаков.

Обхожу машину со стороны капота, когда слышу голос Аркадия. Мужчина немного опустил стекло.

– Помните, что я Вам сказал. Думайте только о себе. В этом мире это важно, – зачем-то кивает на дом Борзова.

Ноги сами несут меня на холм. Не посчитала нужным что-то ответить охраннику. Скрывшись, слышу звуки удаляющейся машины и выдыхаю. Поездочка вышла… Как бы стряхнуть с себя тяжелые ощущения, упавшие на мои плечи старым вонючим пледом?

За ржавыми воротами в глаза бросается стоящие несколько черных автомобилей с тонированными стеклами. Марок таких не знаю, но уверена – стоят авто немыслимых денег.

Весь клан Борзовых собрался здесь.

Только сумасшедший войдет к ним в логово, а я пока не такая. Скрываясь, пока меня никто не успел засечь, быстрым шагом огибаю шиномонтажку и дохожу до забора, через который ловко перелезаю.

Завод пока выглядит заброшенным и разрушенным, но мне искренне верится, что Ян сдержит слово и через несколько месяцев, даже год, здесь вновь будут звуки работающих станков, крики рабочих и запах ванильных булочек из столовки.

Прохожусь немного по территории и, дойдя до того места, с которого и начался пожар по словам деда, опускаюсь на старые бетонные плиты. Под ногами высокая трава. Усмехаюсь. Именно ее и поджег Борзов, только в том году она была сухой, а в этом зеленая, жирная, напитанная влагой от непрекращающихся дождей.

Возвращаюсь, но машины на своих местах. У них что, нет никакого подпольного заведения, где можно обсудить все свои бандитские дела?

Обхожу шиномонтажку по задней части здания, желая незаметно проникнуть внутрь. Тучи нависают низко, и вот-вот разразится гроза.

– Ян, постой. Разговор есть, – голос Борзова-старшего парализует все тело.

Навостряю слух. Буду корить себя потом, что подслушиваю разговор, что не предназначается мне, но проигнорировать уже не получится.