Глава 57. Лика

– Почему не спишь? – спрашиваю, высунувшись на кухню.

Ян сидит на диване. Напротив него начатая бутылка виски и стакан, где на дне плещутся остатки.

– Не спится, – равнодушно отвечает, не удостоив и взгляда.

Надо бы вернуться в спальню. Разговаривать нам с Борзовым не о чем. Но я прохожу и сажусь рядом. После дня на заводе мое сердце чуть смягчилось. Немножко перестала трястись, стоило моему взгляду зацепиться за Яна.

– Выпить не предлагаю, – говорит, посмеиваясь.

Он допивает остатки в своем бокале, потом хватается за горлышко бутылки и наполняет свежей порцией.

– Тебе тоже не стоит.

Ян вскидывает на меня хмурый взгляд. Человек не в настроении и хочет заглушить чувства в алкоголе. Не самая правильная тактика, и разум кричит возвращаться в кровать. Желательно, закрыться на все замки. Будто они остановят монстра, если тот решит оказаться надо мной.

– Не указывай, – тихо отвечает. – Я же просил.

– Ты просил не приказывать. Это разные оттенки.

Переглядываемся. Поправляю футболку и прочищаю горло. На кухне вдруг стало очень тесно и душно.

– Я могу вернуться домой? – тяжело ворочая языком, спрашиваю.

– Нет, – без промедления говорит. – Мы это обговаривали. Ты будешь всегда со мной.

– Мы это… – теряю терпение и поворачиваюсь к Борзову полубоком. – Мы это не обговаривали!

Как можно быть настолько твердолобым и упертым? К тому же кем он себя возомнил в отношении меня? Но сил на то, чтобы дать отпор, не осталось.

Так ко мне приходит стадия смирения.

Осматриваю кухню, нахожу ее довольно привлекательной. То есть она чистая, современная, здесь много техники. В спальне меня ждет широкая кровать с качественным матрасом, а в ванной всегда есть горячая вода.

Смущает только нахождение бандита рядом и само местоположение квартирки. Я вроде принцессы в высокой башне. Только я не принцесса, и моей башней служит переделанная шиномонтажка со старыми испорченными покрышками во дворе.

– Мне бы еще записаться к врачу, – апатично добавляю.

Сомневаюсь, что Борзов заставит меня здесь же, в шиномонтажке, и рожать.

– У тебя что-то болит? – металл в его глазах тускнеет.

– Нет. Просто иногда нужно показываться. Анализы сдавать, на УЗИ ходить.

Ян многозначительно кивает и отпивает виски. Наблюдаю за ним исподтишка.

– Хорошо. Я найду лучшего врача.

– Мне не нужен лучший. Достаточно будет нормального, – устало прикрываю веки.

Недовольство моим ответом отражается на положении тела бандита: мышцы бугрятся, позвоночник выравнивается, слышится хруст суставов, когда Борзов сжимает пальцы.

– Ты уже знаешь, кто будет? – Ян отворачивается. Его голос приглушен.

Взгляд мечется по столику. Обхватываю себя руками, словно мерзну, и чувствую, как подгорает пульс.

Встаю с дивана и направляюсь в спальню под длинный, расстроенный выдох Борзова. У меня только подозрения и внутренние ощущения, но и ими не стремлюсь делиться.

– Последний вопрос, – останавливаюсь в шаге от выхода, – есть какая-то возможность вернуться на учебу? Я бы очень хотела.

– Попробую решить, – сухо отвечает.

– Правда? – не верю своим ушам.

Это первое, на что согласился Борзов. Вот бы кинуться на Яна и обнять. Но я не знаю, что в таком случае делать потом и как смотреть бандиту в глаза. Хотя, признаться, мне вновь хочется укутаться в его сильных руках. Если забыть о первоначальных планах Борзова, то безопасней места не существует. Наверное, для монстрика тоже.

– Иди спать, – приказывает.

Взбрыкнула бы, но не хочу портить настроение. Вполне вероятно, я вернусь в институт.

Подумав с минуту, ухожу в спальню и крепко закрываю дверь. Моя голова ровно в том месте, где через стенку сидит Борзов. О чем думает? Что решает? Какие черти жрут его душу?

Засыпаю одна, а открыв ранним утром глаза, замечаю след на подушке и откинутый край одеяла. Сердце гулко тарабанит от волнения, и я зыркаю по сторонам, словно Борзов сейчас выскочит из-за шторы, нещадно пугая.

Не знаю, что так меня растревожило. Бандит, который смотрел на меня спящую и спал рядом? Даже звучит жутко.

На плите стоит каша, а на столе коробка, перевязанная красным бантом. Открываю слегка трясущимися руками и вижу новый телефон. Дорогой, модный. Не успеваю достать, как на экране загорается надпись «Монстр».

Где-то в потолке вшиты камеры? Мгновенно становится неуютно.

– Поешь, – звучит первое, когда решаюсь смахнуть для ответа.

Интересно, в спальне тоже камеры? Это уже совсем будет невежественно и неправильно. Борзову знакомо понятие личное пространство? Он и так запер меня здесь без возможности выбраться без его слова.

– И завтра я отвезу тебя в институт. На этот раз обойдемся без фокусов?

Поджимаю губы и невыносимо хочется от радости подпрыгнуть. Но я вспоминаю про камеры и вполне возможно, что Борзов сейчас наблюдает за мной. Сухо произношу:

– Благодарю.

– О благодарности договоримся.

Не хватает воздуха, чтобы возразить, и Ян сбрасывает вызов. Следом прилетает сообщение. Короткое и такое же скупое на эмоции.

«Корм для Черри в холодильнике. Накорми, чтобы не подох».

* * *

Порог института переступаю, обеспокоенно смотря по сторонам. Весь город был наполнен слухами про меня и Борзова. И вот, в конце семестра я появляюсь с животом. Взятая у Яна новая толстовка довольно плотно облегает. Только слепой не заметит мою беременность.

То и дело кажется, что все шепчутся за моей спиной. Не нравится мне это все, не люблю.

– Привет, подруга! – Анж усаживается со мной за парту и начинает доставать тетради и разноцветные ручки одну за другой.

Анжелика в модных джинсах и короткой кофте, что ее пупок может увидеть каждый. Съеживаюсь в комочек.

В последнюю нашу встречу я выкрала ее паспорт, и, больше чем уверена, Анж в курсе, что это провернула я.

Блин. Не думала же, что мы когда-либо еще встретимся.

Она дышит громко, и каждый ее вдох играет на моих нервах. Анж рассержена моим поступком, и надо бы извиниться. Но, как любопытная девчонка, она будет пробовать выведать у меня все, что произошло со мной за эти месяцы, а делиться я не хочу ни в какую.

Поэтому молчу. Не пойман – не вор, так говорят? Плохая Лика снова показывает свою суть.

– Поздравляю, кстати, – опускает глаза на мой живот, и я в ту же секунду накрываю его ладонью. Защищаю. – Последствия отношений с бандитом?

Улыбается, как настоящая стерва.

Спешу чуть отсесть. Духи еще у нее чересчур сладкие. Меня начинает подташнивать.

– Но знаешь, что хочу сказать, ты молодец. Не растерялась. Берешь лучшее, что дают.

От ее слов на душе мерзко. Чувствую себя будто бы продажной и хитрой, когда не была такой ни дня. Наоборот, я всеми силами боролась против клана Борзовых.

– Буду благодарна, если познакомишь меня с его братом, например.

Круг благодарностей какой-то открывается.

– Ты же теперь вроде как Борзова, не?

– Нет. Я Дементьева.

– Не тупи, подруга, окольцовывай своего черного рыцаря. Если сыном беременна, так прости сразу хорошую квартиру и машину. Уверена, Борзов не оставит мать своего пока единственного наследника без всего.

– А если девочкой? – мрачный взгляд врезается в накрашенные глаза Анжелики.

– Ну, не знаю, – посмеивается, – да то же самое проси. Пусть еще бизнес какой-то под тебя откроет. Салон красоты, Спа… Что-то такое.

Весь этот разговор наводит на мысль, что если и просить чего-то от Борзова, так это свободы и пощады. И чуточку нежности.

Монстрик свяжет нас на века, а справляться с грубым и закрытым бандитом каждый раз походит на испытание.

Несмотря на образовавшуюся пропасть между нами (и мое воровство), Анж следует за мной по пятам на все пары. Что-то рассказывает, в том числе и сплетни, объясняет, скидывает информацию по разным семинарам. Я молча принимаю такую помощь, четко теперь представляя, что ничего просто так эта девушка делать не будет.

С последней пары мы тоже выходим вместе. Мне нужно еще зайти в деканат и без проблем отвязаться от Анжелики. Ян должен меня встретить, и мне бы не хотелось, чтобы кто-то видел меня, садящуюся в большой черный тонированный джип.

– Неожиданная встреча, не находишь, мышонок? – мой остекленевший взгляд застревает на рыжих, как ржавчина, волосах и блекло-зеленых глазах. По лицу парня раскиданы веснушки.

Поворачиваюсь к Анж, но ее уже нет. От нее только сладкий след духов витает в воздухе.

В коридоре мы с рыжим одни, а учебный день подошел к концу.

– Ты не тронешь меня. Ты – человек Яна.

Намеренно произношу имя своего… Кто мы друг другу, интересно?

– Яна? – ухмыляясь, шагает на меня. Я гордо расправляю плечи.

– Моего парня.

У всех парни как парни. Косячат, но терпимо. То день важный забудут, то на звонок не ответят, то на чью-то грудь заглядятся. Мой же хотел меня убить.

– Я не человек Борзова, я тот, кто выполнял его задачи за деньги. Это разные вещи, мышонок, – подмигивает, опуская свой замыленный взгляд на мою грудь и живот.

Посвистывая, он уходит в противоположную сторону и скрывается за поворотом. Только потом выдыхаю и поднимаю ладони к глазам, которые дрожат от испуга.