Глава 59. Лика

Дом, в котором Борзов решил купить квартиру, самый высокий в новом жилом комплексе. Здесь двадцать пять этажей, есть пост охраны, а территория огорожена. Сами дома в центре города, район рядом с парком и главной площадью. Каждый житель хотел бы заиметь здесь пусть и однокомнатную, но квартирку. Почти каждый. Мне милее мое «аварийное» жилье в старом доме, со старыми деревянными рамами и низкими потолками.

Оглядываюсь и вздрагиваю от каждого шороха. Мне все кажется здесь пугающе-богатым, чужим. После того рокового момента в машине я согласилась на условия Борзова на автомате. Понимала, другого выхода избежать боя между мной и Яном, кроме как принять его предложение, нет.

Но я не хочу здесь жить до выкрученных без наркоза жил.

– Проход для жителей с другого торца. Там металлическая калитка, она открывается специальным ключом. Он у тебя есть.

Борзов проезжает через шлагбаум и без труда находит нужный номер дома. Паркуется у самого подъезда и выходит. Ян бывал здесь не раз и прекрасно ориентируется. Как хозяин.

– Спросить могу? – громко хлопаю дверью и плетусь следом.

Даже шиномонтажка сейчас в моих глазах имеет больше плюсов, чем эта бездушная башня.

– Твоя любовница живет здесь же?

– Она не должна тебя волновать, – вымученно отвечает, прикладывая второй ключ к магнитной пластине. Раздается короткая мелодия, и мы оказываемся внутри подъезда.

– Как удобно, Борзов. Не находишь? – снова невыразимо хочется толкнуть бандита.

От внезапной ревности горят стопы, и устремляюсь вперед.

– Не нахожу, – со смешком отвечает.

Охранники коротко кивают Яну, меня же рассматривают, прищурившись. Он не представил меня мужчинам в форме, и я себе забиваю голову тем, что в следующий раз, проходя мимо стойки, буду опускать взгляд и бояться. Ну вдруг выгонят?

Лифт большой, широкий, и здесь пахнет чистящим средством. Кнопки светятся голубым, а нажатая кнопка «5» – красным. Мы поднимаемся совсем бесшумно.

– Пятый этаж? – спрашиваю.

– Последний этаж не самый лучший вариант, – говорит тоном, не требующим дополнительных вопросов. И я молчу, вновь борясь с желанием подраться.

– Если тебе что-то потребуется, ребята на посту смогут помочь. В остальных случаях у тебя записан номер Аркадия. Он обязан отвечать на твои просьбы мгновенно.

– А если я захочу в три часа ночи суфле из ягнятины?

Лифт останавливается. Створки открываются одновременно с заигравшей музыкой.

– Значит, ему придется непросто.

– А тебе я могу звонить? – взволнованно спрашиваю, задевая взглядом его ладони, сплошь покрытые наколками.

Ян достает связку ключей и открывает металлическую дверь, закрытую на два замка.

– Глупый вопрос, Лика, – короткий ответ не удовлетворяет моего любопытства.

Расстроенно выдыхаю. А если снова ударить?

Борзов переступает порог моего нового жилища первым и включает везде свет. Я с опаской медлю, на Яна поглядываю.

Коридор огромный. Он ведет на кухню, где вместо двери арка, и еще в две комнаты, которые пока закрыты от моих глаз.

Светло, как днем.

Ян бросает на пол принесенную из машины сумку с моими вещами и проходит внутрь квартиры, раскрывает одну дверь за другой. В очередной раз показывая, кто здесь хозяин, а кто… Беременная пленница.

– Спальня, гостиная, ванная комната, – говорит сухо. – Есть балкон, выход со стороны кухни. Ты так и будешь там стоять?

Я прислонилась к входной двери спиной и продолжаю изучать детали коридора. Как-то стыдно становится перед родителями и дедушкой за то, в какой роскоши я согласилась жить. Меня учили скромности, а богатство – это что-то от лукавого. Но здесь довольно мило. По- девчачьему, без приторности и перегибов вроде розовых пуфиков.

Разуваюсь и маленькими шажками пробираюсь в первую очередь к кухне. Мне понравилось, что есть балкон. В нашем с дедушкой доме имелся старый, незастекленный, и я всегда мечтала сделать его таким, как показывают на картинках «для вдохновения».

Прохожу мимо Яна, задержав дыхание. Проход довольно узкий.

– В холодильнике уже есть еда. Аркадий будет привозить тебе все необходимое раз в неделю. Если будешь писать список, это облегчит его долю.

Его долю… Выходит, не одна я воспринимаю происходящее как наказание.

– Суфле из ягнятины в три часа ночи, я поняла, – говорю приглушенно.

Открываю балкон и вижу плетеное кресло и диванчик, застеленные пледом. В углу большая пальма в горшке. Ни тебе старых лыж, банок и прилетевших бычков от соседа сверху. Все застеклено, и висит тонкий белый тюль.

– Что насчет тебя, Ян? – оборачиваюсь и скрещиваю руки.

Борзов стоит около арки, оперевшись плечом о стену. Его черное пальто и темно-серый костюм придают его образу какой-то недоброй мистики. Я жду, что он щелкнет пальцами, и исчезнет в сизом облаке.

– Не рассчитывай, что уйду из вашей жизни. Я лишь объяснил тебе правила и условия, в которых ты теперь живешь.

– Благодарю, – гневно шиплю.

Какое-то время смотрим друг другу в глаза.

Ян – непрошибаемый монстр с наброшенной маской равнодушия и холода. С ним так сложно. Невыносимо. Моя гордость встречается с его упрямством. В физике должно быть объяснение явлению, при котором взрыва нет, но есть нарастающий гул в воздухе, предвещающий грохот.

Сердце больно отбивается, ведь Борзов нападает на него невидимыми плетями и душит.

Открываю рот, чтоб спросить, есть ли еще что-то, что я должна знать, но Борзов отталкивается от стены и поворачивается ко мне.

– И еще… – идет молча в спальню, открывает шкаф и достает коробку, от которой ладони леденеют. – Твой пистолет.

– Зачем?

– Мне показалось, тебе понравилось стрелять. Теперь у тебя есть свой.

Открываю коробку, врезаюсь любопытным взглядом в небольшой, миниатюрный пистолет с резной ручкой. Дыхание спирает. Никогда не думала, что буду принимать в подарок оружие.

Противоречивые чувства охватывают до глубины души. Дед бы заохал, мама пожурила, папа… Не знаю. Наверное, расстроился. Он был правильным человеком, живущим по жесткому разделению, которому его учил дедушка: что «хорошо», а что «плохо».

И я поступаю плохо, беря в руки пистолет. Чувствую, как от ладони по венам потекла горячая сахаристая жидкость.

– Симпатичный, – кручу в руках. Мне нравится.

Ян неуверенно кладет свою ладонь мне за спину. Уходит молча. Я понимаю, это было вместо человеческого «пока» и «до встречи».

Только в ночи, бродя по квартире, расставляя косметику и развешивая вещи в шкаф, я решаю во второй раз посмотреть на подарок от Борзова. Что еще он может подарить девушке, как память о себе? Конечно же, оружие.

Сбоку красуются две буквы. Инициалы странные: «Б» и «Л». Сопротивляюсь навязчивой идее, которая посетила меня тут же после обнаружения букв на рукоятке. Лицо охватило жаром, и дышать стало трудно.

Лика не может быть Борзовой, потому что она Дементьева. Есть и будет.