23

Пока я паниковала и в ужасе думала, что же делать, мой босс, не теряя ни минуты, выскочил из автомобиля и крикнул собиравшемуся уже уходить артисту в жутком гриме.

– Постойте, пожалуйста! А вы-то сюда на чем приехали?

– Приехали? – непонимающе спросил тот.

Достал откуда-то сигарету и, вставив ее в жуткий рот, стал нервно чиркать зажигалкой. Судя по подрагивающим рукам, столь креативный грим для него самого даром не прошел. Еще бы. Каждый день такое в собственном зеркале видеть. Тут любая психика треснет.

– Приехали! – терпеливо повторил Вячеслав Павлович, отобрал у бедолаги зажигалку и мигом добыл из нее огонь. – Не пешком же вы пришли!

– Мы… на машине, – жадно затянувшись, ответил тот.

– И где она? – Вячеслав Павлович огляделся по сторонам в поисках еще одного транспортного средства.

Я тоже. Но, увы, ничего не обнаружилось.

– Как где? – дернул плечом артист. – В деревне. Сами же требовали конспирации. Не на дороге же ее бросать.

– И далеко до деревни? – спокойно спросил босс. И я удивилась его выдержке. Тут человек умирает, а из этого клещами все тянуть надо.

– Ну… если быстрым шагом, то минут за тридцать можно дойти.

– Вот и дойдите быстрым шагом, – приказал ему Вячеслав Павлович, – только умойтесь сначала, а то вас местные жители на костре сожгут.

Артист, вспомнив, что он и правда все еще в жутком гриме, достал откуда-то салфетки и начала стирать его с лица. Вячеслав Павлович вернулся к машине.

– А мы что же, будем ждать, пока он найдет машину?.. – спросила я, с отчаянием глядя на бледного Сашку, чья голова беспомощно покоилась у меня коленях. На артиста особой надежды не было.

– Конечно, не будем. Сидите здесь, – бросил мне босс.

Что он еще придумал? Куда пошел? Я тревожно смотрела ему вслед. Вот он перешел через дорогу, вот развернулся лицом к потоку машин… Впрочем, какой тут поток. Поток был днем, а сейчас дорога пуста и одинока. Вернее, Вячеслав Павлович на ней одинок, а навстречу ничего не едет. Ой, вот машина. Хоть бы остановилась… Хоть бы остановилась…. Но нет, автомобиль пролетел мимо, словно и не видел голосующего человека.

Я внутренне сжалась. Так босс до утра может простоять, и никто не поможет. Стоп… Это же в доме мобильная связь глушится, а здесь, снаружи-то, не должна! Я достала свой телефон и набрала заветные цифры. Увы, вызов не прошел. Черт! Знал бы инвестор, что сам против себя глушители ставит, может, послабее бы взял?!

Я бросила взгляд на Вячеслава Павловича. Он-то отошел от домика подальше, и уж точно у него ситуация со связью должна быть лучше. Похоже, ему в голову пришла та же мысль. Я издали видела, как он копался в телефоне. Впрочем, копался недолго, почти сразу же положил его в карман и вытянул руку.

Вдали, в самом конце дороги, появился еще один автомобиль. Ну пожалуйста, пожалуйста! Только бы этот остановился!

Я смотрела на дорогу с мольбой. И, видимо, кто-то услышал мои молитвы. Машина стала сбавлять ход. Все равно проскочила мимо, сдала назад. Вячеслав Павлович оббежал ее и наклонился к окошку у водительского места. Минутный разговор, и вот уже он возвращается.

– Ну вот, видишь, теперь все будет хорошо, – обнадеживающе шепнула я Сашке, который явно меня не слышал, и для верности погладила его по волосам.

– Прекращайте свои телячьи нежности и помогите мне, – как-то уж слишком резко сказал босс.