25

Мы вышли из больницы. Босс и инвестор молчали. У меня было впечатление, что, не будь меня рядом, они бы много чего друг другу сказали. Много чего такого, что при женщинах говорить не принято. Но поскольку главные слова, рвущиеся изнутри, не могли быть произнесены, мы шли в таком гробовом молчании, словно кто-то и вправду умер.

Я живо представила себе, как мы все трое чешем по автостраде, сколько там, двадцать, сорок километров, чтобы забрать Сашкину машину и поехать… Интересно, куда поехать? Назад в город? Или все-таки в филиал? Впрочем, какой там филиал. Мы туда и раньше-то не собирались.

Нет, я, конечно, ценю глубокие чувства и все такое. Но сорок километров я пешком идти не согласна, даже ради того, чтобы эти две надутые физиономии сполна выразили друг другу презрение. Да у меня вон до сих пор руки-ноги трясутся, и спина ноет от таскания нашего лжепокойника с места на место!

– И как мы будем добираться? – сердито спросила я.

– Так машина же ждет, – с улыбкой сказал Сашка. – Вон.

Я посмотрела в указанном направлении и обнаружила автомобиль, на котором мы сюда и приехали. Добрый водитель, который благородно помог страждущим, улыбался нам из окна и махал рукой. Ну, конечно, он-то точно не мог оказаться случайным человеком. Сашка должен был быть уверен, что нас доставят в нужную больницу.

Когда наша процессия приблизилась, и улыбка водителя стала еще радостнее. Похоже, он тут единственный, кому все это кажется забавным.

Мы разместились в машине. Ну как – разместились. Мы с боссом демонстративно расселись на заднем сидении. Так, чтобы некоторым стало ясно, что их общества тут никто не желает. Сашка пожал плечами и сел впереди.

– И куда мы поедем? – судя по дружелюбной атмосфере, придавившей нашу компанию, вопросы задавать придется мне.

– В отель.

В отель? Век бы его больше не видеть. Хотя вещи забрать, конечно, нужно. Разговаривать с Сашкой совсем не хотелось, а с Вячеславом Павловичем пока, пожалуй, не стоило. Он был опять в образе. Не босс, а грозовая туча. Долбанет молнией под горячую руку – костей не соберешь. Да и вести беседы в присутствии этого лжепокойника? Нет уж. И я задала вопрос водителю:

– А если бы мы поймали другую машину?

– Среди ночи, шутите? К тому же я там давно уже круги нарезал, вас поджидаючи. Никакая другая машина вам не светила, поверьте.

– Ну почему же, – захотелось поспорить мне. – Перед вами еще одна проскочила.

– Эту тоже я нанял, – со своего места подал голос Сашка. – Так что в любом случае вы бы оказались здесь. Я ничего не упускаю.

Всю дальнейшую дорогу мы ехали молча, и когда остановились у отеля, я зябко передернула плечами. Такое ощущение, что вернулись на место преступления или еще чего-то столь же неприятного. Заходить туда совершенно не тянуло, но оставаться ночевать в салоне Сашкиной машины – тоже так себе вариант. Сидела бы и вспоминала, как иступленно гладила этого тролля по голове и уговаривала не умирать хотя бы еще немножко. Вот ведь гад, он же все слышал. То-то поугорал!

– Предлагаю закончить вечеринку, пойти спать, а утром выехать… – Сашка обернулся к Вячеславу Павловичу, – мы все еще хотим рассматривать филиал?

– Перебьешься, – буркнул тот, и я даже удивилась.

Все-таки заговорил. Я думала, они до конца жизни теперь разговаривать не будут.

Интересно, Сашка все еще инвестор или уже главный враг? Хотя, откровенно говоря, не так уж и интересно. Куда интереснее, есть ли все еще горячая вода. Впрочем, черт с ней с водой, лишь бы кровать была на месте.

Отель я открыла своим ключом. Звучит, черт возьми. Ключ от отеля, где привидения бродят. Романтика.

Мы вошли внутрь и, не сговариваясь, разошлись по комнатам, даже не пожелав друг другу спокойной ночи. Я бухнулась в кровать, понимая, что усну, едва голова коснется подушки. И уже начала проваливаться в дрему, когда дверь зловеще заскрипела.

Это еще что, черт возьми?!