29

Дни тянулись один за другим, медленно и грустно. Я уже отвыкла от того, что так бывает. Раньше, когда события неслись вскачь, жить было куда интереснее. А теперь вместо американских горок – ровная линия. Ровная линия из бесконечных рабочих дней, наполненных поручениями, расписаниями, документами и Вячеславом Павловичем с его вечным покерфейсом и распоряжениями, отданными безликим голосом. Нет, он по-прежнему был вежлив, дежурно спрашивал, как дела, и получив такое же дежурное «хорошо», утыкался в свои бумаги. В общем, Зевс-громовержец куда-то пропал, а вместо него в кабинете засел какой-то отмороженный робот. Иногда просто руки чесались опрокинуть ему на колени принесенную чашку с горячим кофе, чтобы проверить, точно ли это мой босс, или мне кого-то подсунули? Кого-то, кто держался так отстраненно, словно я его разочаровала. И это было обиднее всего.

Теперь уже я старалась поскорее уйти с работы – а что там делать? Лучше уж встретиться с подружкой или провести вечер в компании с хорошей книгой. Наш инвестор за это время звонил мне дважды – один раз звал в кино, другой – сообщал, что у него в офисе полно свободных должностей.

В один из таких тоскливых дней позвонила мама.

– Вероника, ты ведь не забыла, что в субботу у отца день рождения?

Как бы я могла забыть? Еще вчера выбирала подарок.

– Конечно, не забыла! Если нужно – приду пораньше. Прямо с утра, чтобы помочь приготовить. Мы же в тесном семейном кругу? Или…

– Или! – кажется, мама была не очень довольна. – Он устраивает большой праздник, к тому же за городом, на даче. Приглашает друзей и знакомых, в том числе и старинных знакомых.

Мое сердце замерло, а потом подпрыгнуло и затрепыхалось.

– А каких именно старинных знакомых? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более безразлично.

У меня было такое впечатление, что тембр и интонации сейчас тщательно сканируются и анализируются. Уж не знаю, к каким выводам мама пришла в результате, но вслух она сказала:

– Ну, например, твоего босса.

– Вячеслава Павловича? – зачем-то уточнила я.

Спросила так спросила, будто у меня этих боссов восемь штук: по одному на каждый день недели и еще запасной, на всякий случай.

– Именно, – ответила мама.

И по ее тону было понятно – мне не удалось ее провести. Но комментировать свои выводы она не стала.

– Отец завезет нас туда уже с утра, а гости подъедут к вечеру.

– Отлично, – сказала я, стараясь не выдать ту бурю, что бушевала сейчас внутри. – Позвони заранее, чтобы я была готова.

Положив трубку, я окончательно предалась панике. Вячеслав Павлович у нас, на даче? Очень надеюсь, что отец не поручит мне его приглашать. А что, он может. Раз уж мы с боссом и так постоянно видимся, мне-то это сделать куда проще!

А еще я боялась, что босс откажется от приглашения.

И боялась, что, наоборот, не откажется.

Всякие мелочи вроде салата, который я могу пересолить, уже даже не стоило брать в расчет.

Перед глазами вставали куда более жуткие картины. Вот отец, довольно похохатывая, рассказывает о моих детских подвигах, которые ему, как любому гордому родителю, кажутся ужасно крутыми, демонстрирующими ум и недюжинную смекалку дитятки. Или, еще хуже, начинает показывать фотографии страшного пузатого младенца в памперсах: то ревущего и красного, то перепачканного, то беззубого… Ой, нет-нет-нет… От ужаса я моментально вспотела и решила: приеду в загородный дом – и первым делом хорошенечко спрячу альбомы. Зря мы вообще вывезли их туда.

На следующий день я шла на работу в растрепанных чувствах. Теперь уже я боялась не увольнения, не выговора, а… даже сама не знаю чего. Просто было тревожно и беспокойно. В середине рабочего дня босс вызвал меня к себе.

Что он мне сейчас скажет? Передайте отцу мои извинения, но я не приеду? На подгибающихся ногах я зашла в кабинет и остановилась так резко, словно в полной темноте налетела на фонарный столб. Босс задумчиво глядел на меня, и в его глазах… сквозь стальной блеск Северного Ледовитого океана пробивалась яркая небесная синь. И еще что-то такое… странно знакомое, отчего казалось, что передо мной сидит прежний Вячеслав Павлович, а не тот замороженный робот, который узурпировал его кабинет последние дни…

– Вероника… – сказал Вячеслав Павлович тем самым дорозыгрышным голосом, и мое глупое сердце кувыркнулось и упало в живот. – Ваш отец пригласил меня за город на день рождения…

Он говорил, а я зачарованно смотрела, как шевелятся его губы, не в силах оторваться и сосредоточиться на словах. Нет, каждое слово по отдельности было понятно, но все вместе они никак не укладывались в голове.

– … Мне нужен ваш совет. Что ему подарить?

Э-э-э… Что? Я невольно облизала губы, босс тут же отвел глаза. Наваждение сразу схлынуло, все услышанные слова шустро выстроились по порядку и обрели вполне внятный смысл. Вячеслав Павлович спрашивает, что подарить отцу, а это значит… А это значит, что он приедет на вечеринку! Нет, правда, ведь человек, который не собирается являться на праздник, вряд станет подбирать подарок. Логично же! И, стало быть, выходные мы с Вячеславом Павловичем проведем если не вместе, то уж точно рядом. Все эти мысли за долю секунды промелькнули у меня в голове и полопались, словно пузырьки от шампанского. Почему-то сразу стало легко и весело.

Что же касается, собственно, подарка… Я сама только вчера покупала электронную книгу, потому что обычные отцу читать уже сложнее – зрение подводит. А в электронной можно шрифт любой установить. Но до этого я месяц голову ломала, пока не сообразила! А тут – та же задача, и времени нет.

– Я подумаю, – воодушевленно сказала я. – Подумаю и позвоню вам!

– Хорошо, – кивнул Вячеслав Павлович.

Из кабинета меня вынесло как на крыльях.

Значит, вот что. Спросить у мамы, какой подарок лучше. И, главное, не забыть спрятать все альбомы!