Глава 16
Владар
Я знал, эта женщина здесь, чтобы действовать. Знал, что она в самом скором времени проявит себя. Естественно, проявит! Когда мы виделись последний раз, сразу после ритуала, после которого я стал Владыкой, она пыталась воздействовать на меня мун, и, конечно, собственным телом. Но когда ей впервые не удалось добиться своего, она вышла из себя, угрожала, кричала, что не остановится ни перед чем!
И у неё было достаточно времени для нового дьявольского плана.
Словом, я затаился и выжидал. В лучших традициях хищника на охоте. Чтобы тогда, когда она решит показать своё истинное лицо, быть готовым. Вновь ответить безразличием на любые её уловки.
А они, несомненно, ожидаются…
Начиная с того портрета, который доставили прямо в мою спальню (подкупленные слуги, конечно, сразу получили расчёт) и попытки «достать» меня с помощью зеркальной магии…
Чего я ждал?
Откровенных нарядов, выставляющих напоказ её совершенное тело, которое создано для того, чтобы им обладали. Обжигающих взглядов зелёных ведьмовских глаз. «Случайных» встреч в коридорах дворца, который она знает, как свои пять пальцев. Ожидал, что, как это уже было однажды, застану её обнажённой в своей постели и потому провёл ночь в бассейне, в ипостаси дракона. Было сложно, долгое нахождение в истинной форме требовало магии мун, но рядом не было никого, кто мог бы мне её дать. Что совсем смешно, учитывая целых двадцать пять носительниц этой клятой магии под крышей моего дворца.
Нет, были среди невест и такие, кто практически предлагал в открытую во время церемонии Представления. В основном простолюдинки, но и благородные тоже.
Но воспользоваться этим значило бы дать девушкам надежду. А то и натолкнуть их на мысль, что они могут манипулировать драконом с помощью своего тела и столь необходимой ему мун…
И всё же находясь с ними под одной крышей я чувствовал себя отощавшим, оголодавшим волком среди стаи овец.
…Я был удивлён, когда утром обнаружилось, что никто не пытался пробраться в мою спальню ночью.
Пригласив одну из девушек на прогулку (даже лица не разглядел, просто ткнул пальцем в одно из изображений, что демонстрировал Тибольд, выбрав из самых «достойных», конечно, на своё усмотрение), очень надеялся, что совместная прогулка в беседке на лесах поможет хоть немного отвлечься от мыслей о Селене.
А потом увидел её внизу, рядом с мантикором — единственным зверем, на которого невозможно воздействовать магией.
И потерял голову!
Не раздумывая, сорвался вниз, сложив за спиной крылья!
В висках пульсировала единственная мысль: не успею.
Конечно, у этой женщины заготовлен какой-то хитрый план на случай, если я не «поведусь», не пойду за ней, как детёныш завра на верёвочке.
Скорее всего, у неё с собой оружие. Она убьёт зверя, если я не отреагирую…
В общем не знаю, кого летел спасать — то ли Селену то ли Марса
Мантикор наступал. Она отступала. Шаг за шагом.
Я успел в последний момент. Следующий её шаг должен был быть в воздух.
Оттянув её от края, я рыкнул, мол, что ты творишь?!
Она посмотрела широко распахнутыми глазами. Вид у неё был такой, словно видит меня впервые. Губы приоткрыты, подбородок дрожит, в глазах застыл неподдельный ужас.
Я не помню, когда видел её напуганной.
И на меня она так никогда не смотрела.
Я не знаю, что со мной произошло в тот момент. Я слишком привык ненавидеть эту женщину. Это просто стало непременной составляющей моего существования. А мысль, что её может не стать… Должно быть, рассудок помутился…
Дрожащие послушные губы. Податливое тело. Я никогда не ненавидел себя, как в этот момент! Казалось, я вкладываю в поцелуй всю свою ненависть к себе самому. За собственное безволие. Собственную мягкотелость…
И тут магия мун хлынула таким щедрым потоком, что я с трудом устоял на ногах!
Умопомрачительная, сводящая с ума, хмельная, неистовая… Она бурлила, переливалась, наполняла и щекотала изнутри миллионами крохотных пузырьков. Вкус мун… Целительный, знойный. Наполняющий волнением и эйфорией, заставляющий чувствовать себя всесильным. В тот момент я выстоял бы в поединке за эту женщину против всех чудовищ этого мира! Да что там — этого! Всех миров!
Для дракона мун — больше, чем кровь, ближе, чем дыхание…
Даже в минуты близости, даже на пике самого ослепительного удовольствия Селена никогда не бывала так щедра…
Берегла козырь на потом?!
Прижал её к стене, руки гуляют по телу, мелькнула мысль, что у неё с собой оружие, что надо её обыскать…
Я знаю, она любит носить отравленный стилет на бедре, под платьем…
Саррак меня дёрнул проверить!
Оружия под платьем не оказалось, а вот концентрация мун способна была, кажется, напитать стаю изголодавшихся драконов!
И она целовала меня в ответ…
Не позволяла любить себя, как обычно.
Не преподносила своё тело, как драгоценность, как товар, как разменную монету в любви… Она всхлипывала, стонала, прижималась ко мне всем телом, словно отпустила бразды контроля, что она так любит, словно потеряла голову, словно хотела меня едва ли не сильнее, чем я её.
Селена ди Грасс никогда не теряет контроля.
Селена ди Грасс никогда не теряет голову.
Её тело — лишь средство на пути достижения цели.
Её уму свойственна дьявольская хитрость. Он не дремлет ни одной секунды. Он всегда во всеоружии.
А тут вдруг я почувствовал себя… нужным?!
Эта мысль была такой неожиданной, что даже отрезвила.
Ну конечно же, это всё уловки. Это какой-то план.
И этот поток мун…
Когда она пыталась «достать» меня через зеркала, говорила, что к её мун нашли доступ, что наняли Укротителя из секты Чёрных Вивисекторов, что её лишают магии, что напитывают ей отвратительных тварей, которых создают опальные маги… Говорила, что почти бессильна, умоляла спасти её…
Ложь. Всё, от первого до последнего слова, ложь.
Эта женщина не знает чести. Не знает достоинства. Она в жизни не сказала ни слова правды.
И эта мун, которой она сейчас делилась, лучшее тому доказательство.
У меня хватило сил отстраниться. Кажется, даже сказать что-то грубое… И она даже ничего не ответила. Не уколола в ответ. Просто смотрела как ребёнок, которого обидели, обманули. Взгляд, от которого почувствовал себя подлецом.
Вот оно! Манипуляция!
Решила изображать из себя жертву? Очень странно.
И глупо, к троглодитам мне на стол!
Зная, что я предпочитаю сильных женщин. Помня, что сразила меня наповал при первой встрече, когда увидел, как она держится в седле необъезженной виверны…
Не говоря ни слова, я поднялся над башней и понёсся прочь. К слову, даже забыл, что у меня было вроде как свидание с кем-то из невест.
Через несколько часов я был в Белой роще.
У Алтаря.
Чтобы говорить со мной, Хранительница отвела глаза невестам на время. Не хотелось встречаться ни с одной из них. И особенно — с одной. О которой никак не мог перестать думать.
Я спросил Хранительницу о Селене ди Грасс.
И она…. Рассмеялась! И смеялась долго…
— О, она преподнесёт тебе сюрпризы! — наконец сказала она. — Можешь не сомневаться.
Я и не сомневался…
— Её чувства ко мне… искренни? — спросил я, чувствуя себя донельзя глупо.
Хранительница посмотрела на меня насмешливо.
— Смотря какие, — уклончиво ответила, наконец. — Но, если чувства девушки не искренни, не видать ей моего лепестка, несмотря даже на драку, что они затеяли — во-он там, — она показала призрачным пальцем. — Давно не было такого весёлого Отбора!
Понимая, что больше ничего не добьюсь от Хранительницы, я пошёл к озеру.
Не знаю, почему не улетел сразу. Должно быть, полученная утром мун ударила в голову. Захотелось побыть у воды.
Но когда вышел на берег, меня ждал сюрприз.
Та, что не покидала моих мыслей, стояла в воде у берега, отжимала волосы.
Совершенно обнажённая. В сверкающих каплях воды.
Мне захотелось выставить вперёд руку, чтобы защититься от света, которым исходило её совершенное тело. На какое-то время показалось, что я ослеп. Бросило в жар, в штанах отозвалось распиранием. Мне нужно было уйти. Уйти, пока чары этой женщины не затянули окончательно. Я понимал это. Понимал и был не в силах оторвать от неё глаз.
И тут она повернула голову и наши взгляды встретились.
Никогда ещё она не казалась мне такой красивой.
Судя по тому, как она беспомощно открывала и закрывала рот, как неловко пыталась прикрыться руками и мокрыми, потяжелевшими от воды волосами, а потом и вовсе скрылась под водой по шею, я и в самом деле застал её врасплох.
Саррак! Что за наваждение! С Селеной ди Грасс не бывает случайностей!
Ну, конечно, она всё это подстроила!
После контакта с мун дракон какое-то время чувствует источник, что его насыщает, неосознанно стремится к нему… Вот почему мне дозарезу понадобилось к Алтарю, а теперь вот к озеру… И Селена, которая, конечно, знала, что так и будет, была во всеоружии!
Значит, поняла, что «жертва» со мной не прокатит и решила действовать по привычной схеме…
И вдруг она закричала, завизжала испуганно!
Выскочила из воды и принялась бить по её поверхности, поднимая фонтаны брызг.
Я всё ещё старался привести в норму дыхание после того, что только что увидел…
И вдруг осознал её новый план.
На этот раз она решила совместить «жертву» и «соблазнительницу»…
Но в следующий миг Селена неловко взмахнула руками и скрылась под водой!
Такое не под силу сыграть даже ей.
Конечно же, под воду её утянула русалка! Они не очень-то любят, когда кто-то «мутит воду».
Я по-прежнему оставался стоять на берегу и ждал, что будет дальше.
Я собирался продемонстрировать ей полное безразличие.
Сарраки! Только одним богам ведомо, чего мне это стоило. Вот сейчас она появится снова, злая, как тысяча лизардов, оттого что её план не удался (а Селена бы в жизни не полезла в русалочье озеро, будучи в здравом уме) … И не застанет меня на берегу.
И тогда поймёт (что особенно важно после утреннего инцидента!) что мне всё равно. Что все её уловки, ухищрения видны, как на ладони и не трогают меня.
Не знаю, почему я не улетал. Словно что-то удерживало на месте.
И Селена… Она всё не появлялась.
И если сразу всё это выглядело бы даже забавным (если бы не проклятое влечение к этой женщине!), то теперь я не знал, что и думать.
Обладательниц магии мун не зря издревле считали ведьмами. Сила их, даже в сравнении с другими магинями, велика. По сути, мун — это магия жизни. А значит, обладательницам мун подвластны стихии, к ним тянутся растения и звери. Кроме того, они лучше остальных умеют контролировать свой дар, умеют открывать его кому-то, а также перекрывать к нему доступ.
Чтобы Селена не справилась с русалкой?
Да с нее станется приготовить ту в пряном посоле и отправить вождю троглодитов на ужин!
Вот сейчас… сейчас она проявит себя во всей красе. Воспользуется магией, судя по утреннему представлению, недостатка в ней нет…
Решено. После того, что увидел, я заслужил пару целительных глотков. И именно поэтому не ушёл сразу. Дело в мун. Не в Селене. Я дождусь, дождусь, когда она прибегнет к магии…
Сарраки! Она и не думает прибегать к мун! Ещё немного и ведь захлебнётся, дурочка! Русалки утянут на самое дно…
Не размышляя больше, прыгнул вслед за ней.
Под водой ожидаемо, никого уже не было.
Лишь с чёрного провала дна стремятся наверх пузыри. Да что ж такое!
Я, если что, вовсе не водоплавающий дракон…
Но в груди сдавило от нехорошего предчувствия.
Я погружался глубже и глубже, пока не увидел её. Над бледным лицом поднимаются рыжие локоны, колышутся под водой, словно водоросли. Глаза распахнуты, в них застыл ужас, тонкие руки тянутся ко мне.
Я не раздумывал ни секунды.
Подхватил её в объятия, припал к губам, вдыхая в них жизнь.
Чтобы дракон делился магией с обладательницей мун! Кому расскажешь — не поверят.
Русалки, осознав, что упустили добычу, возмущённо закружили вокруг, оглушительно пища. Конечно, они себе не враги, чтобы атаковать дракона, даже в человеческой ипостаси, близко не подплывали, держались на отдалении, но, сарраки, как же противно они вопили!
Их визг легко проникает сквозь толщу воды, человека он сведёт с ума в считанные секунды. Человека, но не дракона и не магиню мун…
Драные сарраки! Она вообще собирается использовать мун? Или так заигралась в невинную жертву, что забыла, как это делается?!
Сдавил её в объятиях чуть ли не до хруста. Она обмякла в моих руках, кажется, потеряла сознание… Не прерываясь, я вливал в неё мун, ни на миг не отпускал прохладные безжизненные губы…
В какой-то момент её руки обвились вокруг моей шеи, она прижалась ко мне обнажённой грудью, инстинктивно (инстинктивно ли?) обхватила ногами.
В тот же миг плавающих вокруг нас кругами и вопящих русалок отбросило, раскидало, переворачивая. Наконец-то заткнулись! Вопрос — почему она не сделала этого раньше?! Но об этом спрошу — со всем пристрастием! — на берегу.
Сейчас совершенно не до этого.
Чувствовать вкус её губ, вдыхать её свежее дыхание, впитывать всем своим существом сумасшедший, неистовый поток мун!
Внезапно захотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался, вообще никогда!
С этой женщиной, хрупкой, доверчивой, так бесстыдно реагирующей на меня, с жаром отвечающей на мои поцелуи, прижимающейся ко мне обнажённой грудью и дарящей самое драгоценное для дракона… живительную силу мун… Я готов был провести на дне русалочьего озера вечность.
Когда всплыли, наконец, на поверхность, в голове просветлело.
Ну я и дурак! Опять повёлся на уловки Селены ди Грасс.
Я готов был спросить с неё, как выражается Тибольд, по всей строгости… Но, когда вынес её из воды на руках, прижимая к груди, оказалось, что она снова в глубоком обмороке.
С запрокинутой головой, руки, что буквально несколько секунд назад обнимали меня за шею, безвольно болтаются по бокам. И, сарраки, она же голая! Совсем голая, будь она проклята!
А на обнажённой груди, на тонкой цепочке из алого золота, лежит лепесток, полученный от Хранительницы.