ГЛАВА 12

– Со-ня-я-я!..

Я перевернулась на другой бок, даже во сне меня преследовал знакомый голос. Нигде от него покоя нет.

– Соня-я-я-я! Открой! – голос стал настойчивее.

От громкого стука я подскочила на кровати и проморгалась, прислушалась. Что происходит? Стук повторился, кто-то барабанил по входной двери.

На часах мобильного показывало второй час ночи, кого же принесла к Вале нелегкая? Хотя, стоп.

– Я никуда не уйду, пока ты мне… не… откроешь!

Значит, мне не приснился голос Макара. И хватило же наглости приехать сюда, устраивать концерт посреди ночи. Валя вошла в комнату и включила свет, подруга зевнула как раз в тот момент, когда стук повторился.

– С Макаром надо что-то решать, иначе скоро соседи вызовут полицию и тогда…

Я перебила ее:

– Вот пусть и забирают.

Валя нахмурилась, ей не понравился мой ответ, но что она от меня хочет? Не готова я выслушать Романова, может, потом…

– Соня-я-я! – Стук. – Отк… рывай… Буду сидеть… да, буду…

– Он пьяный, – Валя вздохнула. – И явно не уйдет отсюда просто так.

– Позвони Архипу, пусть заберет своего обожаемого друга.

На самом деле, мне отчаянно хотелось увидеть Макара. Его пьянство уже не ново, но раньше Романов избегал меня в таком состоянии, видимо, боялся, что сболтнет лишнее.

– Архип не взял трубку, – мне показалось, что Валя огорчена от подобного положения дел. – Я бы выслушала, а потом уже делала выводы.

– Ладно, – согласилась с неохотой и встала. – Идем.

Валя выдохнула. Она слишком добрая и во всех видит хорошую сторону, даже если таковой нет на самом деле. Подруга отворила замок и дернула дверь на себя, Макар тут же ввалился в квартиру. Ему понадобилось некоторое время, чтобы проползти на карачках и удобно усесться на полу.

– Соня…

Наши взгляды встретились. Я с немым шоком уставилась на мужчину, пробежалась глазами по лицу и одежде.

– С кем ты подрался? – не хотела спрашивать, но слова сами сорвались с губ.

Свитер Макара был разорван и заляпан кровью, разбита губа и бровь, левый глаз уже немного заплыл, завтра там точно появится огромный фингал. Костяшки на пальцах были сбиты и кровоточили. Валя подошла ко мне, наклонилась и выдохнула:

– Ой, мамочки.

Да уж, кто-то явно был очень зол на Макара. Или это банальная драка по пьяни, уж не знаю. Я едва держала себя в руках, чтобы не бросится к Романову в объятия. Он выглядел подавлено, а в глазах плескалась обреченность и страх.

Валя оставила нас на минуту. Вернулась с аптечкой в руках, передала ее мне. Пока я обрабатывала раны, Макар ничего не говорил, он просто безотрывно глядел мне глаза. Взгляд, полный тревоги и отвращения, видимо, к самому себе, сказал мне многое. Только это не ответ на мой вопрос: сидел за рулем Романов или нет?

– Можно, я… – прохрипел Макар, а затем прочистил горло и взглянул на Валю, – приму душ?

Конечно же, подруга не смогла ему отказать. Дала чистое полотенце и помогла дойти до ванны. Я не знала, как себя теперь вести и что делать дальше. Не уходить же посреди ночи в неизвестном направлении.

Как только я включила чайник, на кухню вошла Валя. Она открыла холодильник и задумалась.

– Ты еще поесть ему предложи, – возмутилась я, подруга лишь пожала плечами. – И в душ не нужно было пускать.

– Сонь, без обид, – Валя закрыла холодильник, так ничего не взяв оттуда. – Квартира моя и решать мне, кого пускать, а кого – нет. Давай дадим человеку шанс объясниться. Если он виновен, что ж, напишешь на него заявление, пусть отвечает за свой поступок.

Ей пришло сообщение на телефон, подруга хмурилась, пока читала. Валя права, нужно поговорить с Романовым и покончить с сомнениями. Она подняла на меня взгляд, подруга побледнела, в ее глазах застыл ужас.

– Что случилось?

– Прости, мне срочно нужно уйти.

Валя схватила ключи от квартиры и выбежала за дверь в ночной сорочке, я бросилась следом за подругой, но когда услышала, как внизу хлопнула дверь, все сразу поняла. Это что, такой хитрый ход, чтобы оставить меня наедине с Макаром?

Ее телефон остался на столе, к счастью, он все еще не выключился, я смогла прочесть сообщение от Архипа: «Присмотри за моим котом, меня забирают в больницу».       Или это уловка, или с ним действительно случилась беда. Валя вылетела из квартиры так стремительно, словно от этого зависила чья-то жизнь.

Макар появился на пороге кухни. Полотенце, низко висевшее на бедрах, так и норовило соскользнуть… Я тяжело сглотнула и отступила назад. Вот сволочь, он же знает, как мое тело реагирует на него, это нечестно! Стоило мне лишь напомнить себе про белый «лексус», как похоть моментально сменилась злостью.

– Сонь, – он протянул ко мне руку, но я отрицательно качнула головой и снова отступила, пока не уперлась спиной в холодильник.

Макар уселся за стол и запрятал лицо в ладонях. Вздохнул. Если машина не его, тогда почему она там, в гараже? И почему, черт возьми, Романов выглядит так, словно ему очень больно на душе? Я хотела задать один единственный вопрос и в то же время боялась его, как огня. Вернее, ответа на него.

– Машина… в гараже… – я сильно хрипела и едва смогла говорить.

Меня душили эмоции, но Макар все понял, поднял голову. То, что отразилось в его омутах, подкосило мои колени. Адская боль, вперемешку с непониманием было не то, чего я ожидала. Там не читалось вины или стыда, мужчина злился, но при этом испытывал нечто, что вынуждало его стыдиться. Макар все еще молчал, тогда заговорила я:

– Машина не твоя, – я не спрашивала, я уже все поняла. – Конечно же, она не твоя, черт возьми. Почему ты молчишь? Ты же знаешь правду, так в чем дело? Макар! – Снова тишина, показавшаяся мне зловещей. – Кого ты выгораживаешь, скажи мне, ну! Кого?

Меня колотило от переизбытка эмоций, я подошла к Романову встряхнула его за плечи, но он все еще уперто молчал, а в глазах собрались непролитые слезы. Да почему же он такой упертый баран? Неужели так сложно сказать правду?

– Это ведь Костя, да? Он нас сбил, поэтому ты его защищаешь? – вскрикнула я, чувствуя, как скручивает желудок от омерзения.

– Нет, – Макар прошептал так тихо, что я засомневалась, правильно ли услышала.

– Что, нет? Нет – не Костя, или нет – не защищаешь? Почему я должна вытягивать из тебя ответы клещами? Боже, Макар, ты две недели доводил себя и всех вокруг, вместо того, чтобы просто прийти и рассказать о том, что узнал!

– Это был не Костя.

Я нахмурилась. Четкий и непоколебимый тон Макара сбил меня с толку. Странно, если не Костя, тогда кто? Ответ уже крутился на уме, но поверить в него оказалось сложно.

– Этот «лексус» Костя подарил Свете на их первую годовщину свадьбы.

Нет… Нет! Не верю. Света? Она ведь… была… такая добрая и милая ко мне, да она последний человек, на которого я могла подумать. Я же грешным делом решила, что Макар покрывает Архипа или Назара, но Света? Ох, Боже. Чувствуя, как подгибаются колени, уселась рядом с Макаром и уткнулась непонимающим взглядом в одну точку.

– Как же так?

Я не хотела слышать ответ, по крайней мере, не прямо сейчас. Макар как раз промолчал, за что ему отдельное спасибо. Было еще так много вопросов, но я понимала, если начать разбираться прямо сейчас, вряд ли выдержу эмоциональный накал. Света… У меня в голове не укладывалось. Боже, я с легкостью поверила в вину Макара, его брата и даже друзей, но к такой правде не была готова морально.

– Слишком много всего за один день, хочу спать, – выпалила я уставшим голосом, – могу постелить тебе на полу в комнате.

Макар даже не возмутился, кивнул, принимая любое мое решение. Казалось, укажи я ему на дверь, он бы ушел в одном полотенце.

Вскоре вернулась Валя, Романов уже крепко спал, я же тихонько вышла из комнаты и застала подругу на кухне в кромешной темноте.

– Как там Архип? Извини, я прочла сообщение, – вина грызла меня, но я должна была знать, в чем дело.

– Ничего, до свадьбы заживет, – Валя хмыкнула. – Он меня обманул, выманил, чтобы дать другу шанс объясниться без свидетелей. Надеюсь, жертва Архипа себя оправдала? – процедила подруга сквозь зубы.

Оу, злая Валя – это что-то новое. Жаль, я не видела ее выражение лица, но тон говорил о многом! Нужно очень сильно постараться, чтобы разозлить ее.

– Да. Теперь я точно знаю, кто виновен в смерти Ярика, и это не…

Валя договорила за меня:

– Знаю, Света. Архип подрался с Макаром из-за этого. Он боялся, что Макар таким образом хотел взять вину на себя, поэтому решил вправить другу мозги.

***

Я разбудила Макара и заставила его собираться домой. Мне так и не удалось поспать, мысли атаковали, как бродячие псы, нереально было от них отмахнуться. Света, Света… Я уже начинала потихоньку ненавидеть ее, все крутилось вокруг нее, даже Макар, и тот защищал ее, будто она его жена, а не Кости.

Пока Романов вызывал нам такси, я оставила Вале короткую записку. Мне срочно нужны ответы, не хочу больше ждать. Если не услышу правду сейчас, то скоро взорвусь.

Водитель не стал задавать вопросы, но я видела, как он изредка бросал косые взгляды на Макара. Ему пришлось надеть вчерашний разорванный и испачканный в крови свитер. Ну и разукрашенное лицо стало вишенкой на торте.

А ведь, получается, только благодаря Архипу я узнала правду, Макар не собирался признаваться. Ну и кому бы он сделал лучше? Идиот! Мы уже приехали, Романов расплатился и вышел первый, подал мне руку.

В тот момент, когда Макар повернулся спиной, чтобы открыть калитку, кто-то резко дернул меня за руку и оттащил в сторону. Я даже пикнуть не успела, все произошло мгновенно: пятеро детей по команде выбежали кто откуда и стали забрасывать Макара яйцами.

– Какого… – шипел он, пытаясь как-то прикрыться, но все было тщетно.

Я оглянулась и увидела около себя Макса, затем недоуменно взглянула на собравшуюся компашку ребят и все сразу поняла.

– Так тебе!

– На, получи!

– Пацаны, валим!

Яйца закончились, Макс дал парням отмашку уходить, а сам остался. Я долго держалась, но не выдержала и расхохоталась. Боже, сконфуженное лицо Макара оказалось бесценным в данную минуту.

– Ты! Мелкий засранец, я же тебя в порошок сотру!

– Макар, – вздохнув, прижала к себе Макса, мальчик обернул вокруг моего живота руки. – Он же ребенок и…

– Да какой он, к черту, ребенок? – возмутился Романов, – За подобные выходки придется ответить. Будешь у меня кафе вылизывать до блеска.

– А ты мне не угрожай, – Макс даже не дрогнул. – У тебя тоже рыльце в пушку, убийца!

– Макс… – я ахнула, вспомнив, что накануне случайно проболталась ему.

Подумать только, ребенок сдержал свое слово и защитил меня, как смог, даже друзей уговорил. Но почему? Я же для него посторонняя женщина! На глаза навернулись слезы, Макс нахмурился и пробормотал:

– Я же обещал.

Присев на корточки, крепко обняла его, чувствуя, как трепещет сердце в груди. Плевать, что мы с Макаром разобрались, этот момент с Максом того стоил!

– Спасибо, но больше так не делай. Я ошиблась и виновен на самом деле другой человек. И он уже расплатился за свои грехи, так что нет смысла мстить.

Макс отстранился и взглянул на Макара, скрестил руки на груди. Романов наблюдал за нами с явной злостью на лице, я же улыбалась от уха до уха.

– Все равно извиняться не буду, – уперся Макс. – И если еще раз обидишь Соню или малышку, жизнь медом не покажется.

Этот мальчик – нечто. Я хихикала, как дурочка, но… плевать на все. Романов хмурился некоторое время, а потом кивнул, как если бы соглашался на условия игры.

Макс обнял меня на прощание и умчался к своим ребятам, а мне сразу стало одиноко и тоскливо.

– Малолетний придурок, – в словах Макара слышалась ирония. – Похоже, ты нашла себе защитника.

Романов открыл калитку и, войдя в дом, первым делом пошел в душ. Я подметила, что гараж закрыт. Стояло ли там до сих пор авто? Зачем Макар его пригнал? Ну, если он собирался брать вину на себя, все логично. Я должна была увидеть машину, догадаться, возненавидеть мужчину и уйти. Собственно, все так и вышло.

Макар и на этот раз вышел ко мне в одном лишь полотенце, я ухмыльнулась. Если он думает, что таким образом сумеет оттянуть время, то у меня для него плохие новости.

– Я еще не спала и все, чего хочу на данный момент – правды. Откуда узнал про Свету? Ты получил письмо от Кости?

Мы переместились в комнату, Макар уселся на кровать, я же возвышалась над ним, как башня. Хотелось видеть его лицо и глаза, пока будем говорить.

– Мне на «мыло» пришло анонимное письмо, в нем было видео с автомобильного регистратора, как раз тот момент, когда Света обогнала стоящую на зебре машину и сбила вас. Я думал, что это шантаж, некто потребует денег за молчание, но ничего. В письме было сказано: «Правда должна выйти наружу». Я поехал в дом Кости, но машины там не было. Не верил до последнего, думал, видео – фейк. А потом мне пригнали это чертово авто и… я сорвался.

Бред какой-то. Откуда взялось видео, ведь я точно помню, что у полиции не было ничего, кроме моих слов и показаний свидетелей. Эта история начала дурно пахнуть, но я все равно хотела докопаться до правды.

– И вместо того, чтобы сразу мне признаться, ты… – я замолчала, не зная, как назвать поведение Макара, – ты собрался брать вину Светы на себя. Зачем? Что в ней такого, я не понимаю. В любом случае, Света погибла, теперь уже нет смысла заводить дело. Чего ты боялся, что нимб над ее головой померкнет? Я теперь ненавижу ее всеми фибрами души. Она же узнала меня и при этом постоянно смотрела в глаза, улыбалась, делилась секретами, плакала, в конце концов. Но она знала все с самого начала! Циничная и мерзкая тва…

– Замолчи! – заорал он, перебивая меня. Я подпрыгнула на месте от неожиданности.

Макару не понравились мои слова про Свету, а меня уже порядком достало подобное поведение. В чем его проблема?

– Ты ничего не знаешь, а уже спешишь обвинять всех вокруг.

– Да ты что? – Романов поджал губы от моего сарказма. – Она сбила ребенка на пешеходном переходе и скрылась с места происшествия, а потом смотрела мне в глаза, будто ничего не произошло. Конечно, как я могу обвинять бесплодную бедняжку за это?

Я злилась на Макара, потому что он встал на другую сторону и все еще отказывался верить фактам. Можно многое стерпеть и закрыть глаза на некоторые вещи, но Романову настала пора снять розовые очки.

– Почему ты не хочешь понять меня, мои чувства, Макар? Я бы еще могла понять, если бы ты защищал Костю, но Света? Она ведь чужая жена, она тебе никто и…

Макар резко перебил меня грубым тоном:

– Она должна была быть моей!

Я опешила и даже забыла, что хотела сказать Романову. Глядя в его глаза, пыталась найти там что-то, но ничего, кроме злости и боли, не увидела. Агония была такой силы, что мне пришлось отвести взгляд от мужчины.

– Да, представь себе, я люблю ее! – Я обратила внимание, что он не сказал о любви в прошедшем времени, и от этого заныло сердце. – Я, черт возьми, поделился с Костей своей тайной, а он отобрал у меня любимую девушку, растоптал ногами наши с ней чувства и без зазрения совести женился на Свете. А ведь я был для нее первым мужчиной во всех смыслах и считал, что вскоре мы поженимся. Как идиот строил планы и советовался с Костей, мне нужно было лишь немного подождать, а в итоге получил нож в спину от того, от кого ожидал меньше всего…

Все встало на свои места в моей голове. Признание Светы, вражда между братьями, слова Назара некоторое время назад. Сложилось мерзкое ощущение, будто меня использовали вслепую для достижения какой-то алчной цели.

– А почему ты во всем винишь только Костю? – уточнила я, глядя в глаза Макару. – Считаешь, что вины Светы нет, что ее насильно привели в ЗАГС и заставили поставить роспись на документе? Тебе не приходило в голову, что она переросла вашу детскую влюбленность и встретила другого человека, которого действительно полюбила. Просто так уж вышло, что выбор пал на Костю, а так это мог быть любой другой человек.

– Он знал о моих чувствах и все равно встал между нами, – Макар продолжал упрямиться.

– Смирись, Света все равно бы не вернулась к тебе. Отпусти ситуацию и живи со спокойной душой.

– Тебе-то откуда знать? – огрызнулся он.

Макар уже кипел, как чайник, а я продолжала давать ему информацию по чайной ложечке. Пусть почувствует себя в моей шкуре, когда хочешь знать правду, а ее от тебя скрывают.

– Знаю. Света рассказывала мне о своей первой влюбленности. Просто я тогда не знала имя того парня.

– Что именно? – Макар побледнел, до него начала доходить суть моих слов.

Это не моя тайна, но Светы больше нет, а Макар заслуживает знать правду о девочке, которую он считал едва ли не ангелом. Я ее не осуждала тогда, а сейчас начала задумываться, как бы повернулась их судьба, если бы Света сразу призналась Макару?

– Она совершила поступок, который оставил на ней свой жестокий след. Света сделала аборт в семнадцать лет на позднем сроке, операция прошла неудачно, открылось кровотечение и ее едва спасли. И предупредили, что, скорее всего, детей у нее не будет, но Костя не жалел денег на лечение, только все было бессмысленно. В конце концов, Света так и осталась с диагнозом «бесплодие». Она мне говорила, что после той операции в ней что-то надломилось, и потом она вряд ли смогла бы вернуться в прежнюю жизнь. Ей нужен был кто-то другой, кто бы понял ее и поддержал. Ну, очевидно, что в какой-то момент ей подвернулся Костя. Макар, мне очень жаль, что ты узнаешь об этом от меня, а не от нее…

Ну вот, я это рассказала. Романов был бледнее мела, он с недоверием смотрел на меня и, я могла бы поспорить, ждал чего-то вроде: «это была шутка, расслабься». Увы…

Я не лезла к Свете в душу, она рассказала лишь малую часть. Но девушка не упоминала, почему решилась на аборт, как к этому отнеслись ее родители, как пережила потом последствия. Она не любила Макара на самом деле, это было сразу понятно из сухого рассказа. Может, уважала или испытывала симпатию, но не любовь. Об этом я, конечно же, не стала говорить Романову.

После признания Макара в любви Свете, я практически сразу приняла решение и отступать от него больше не собиралась. Пусть мужчина и дальше живет в своем придуманном мирке, мне в нем места нет.

– Можешь ничего не говорить, – я несмело улыбнулась, произнести следующие слова оказалось очень тяжело, но мне это было необходимо. – Ты закрыт для отношений, потому что до сих пор не отпустил старую любовь, и, скорее всего, мне так и придется с ней конкурировать всю жизнь, а я этого не хочу. Я хочу уйти, и ты меня не остановишь. Разберись в себе, в своих чувствах, осознай, наконец-то, чего ты хочешь от жизни. И не ищи меня, если не будешь уверен точно, нужна я тебя на самом деле или нет. Мимолетная связь больше не сработает. Брак между нами останется, ты ведь до сих пор не получил письма, пусть все идет своим чередом.

Прежде, чем уйти, решила прояснить еще один момент. То, что теперь тоже сложилось у меня в голове.

– И, да, мне не нужны кровавые деньги, можешь отдать мою долю детскому дому или куда пожелаешь. Хоть себе оставь, но я даже связываться с этим не хочу. Если Костя думал, что таким образом откупиться от меня за смерть сына, он сильно ошибся. Я оставлю себе малышку, кроха не виновата, что у нее были такие мерзкие родители. Красивая обертка, но гнилая конфета внутри.

Все, больше мне нечего было сказать. Я собрала вещи, Макар даже не думал мне перечить, сидел с опущенной головой и переваривал горькую правду. Он не сказал ни слова, просто позволил мне забрать сумку и уйти из дома. В душе теплилась крошечная надежда, что Романов хоть как-то проявит свои чувства и остановит меня, как раньше, но этого не произошло. Видимо, я была для него лишь мимолетным увлечением.