ГЛАВА 13

Четыре недели, три дня и пять часов. Мне нужно прекращать маниакально считать дни, проведенные без Макара. Было сложно сдерживать себя каждый день, руки сами тянулись к телефону, а глаза искали в нем один единственный номер…

Мне надоело чахнуть в четырех стенах, я неспешно оделась и вышла на улицу. Сразу вспомнилось, как часто ноги вели меня прямиком в кафе к Романову. Ежедневная пытка, с которой сложно было справиться.

В тот злополучный день я вернулась к родителям, мне пришлось рассказать практически обо всем, даже о глупой любви к Макару. Они меня поддержали и утешили, мама потом помогла снять квартиру на первое время. Мы все еще, черт возьми, судились со Славкой, и этому, казалось, не было конца. Порой хотелось плюнуть, но вовремя брала себя в руки. Нет уж, все должно быть по-честному.

Девчонки не давали мне унывать, они изо всех сил старались сделать так, чтобы я забыла про существование Макара, но это, увы, было невозможно. Да, я могла бы обратить внимание на другого мужчину, который постоянно рядом, только это совсем не то, чего хотело мое сердце.

Аромат выпечки из ближайшей кофейни раздразнил настолько, что заурчал живот. Что ж, я не видела смысла отказывать себе в маленькой радости.

Кофейня выглядела мило и уютно, минимум столиков и теплая обстановка располагали к себе. Я взяла пару круассанов и чай, уселась подальше от окон, мне хотелось запрятаться и наблюдать за чужой счастливой жизнью.

Время замерло на миг, я засмотрелась на парня с девушкой, которые мило ворковали, улыбались и шептали что-то друг другу. Они выглядели так счастливо, что я ощутила укол зависти. Почему мы с Макаром не можем быть такими же счастливыми? Это был риторический вопрос, но все же…

Ко мне внезапно подсел незнакомец. Я нахмурилась. Статный мужчина в деловом костюме выделялся на общем фоне кофейни, он выглядел белой вороной среди остальных людей «попроще». Холодные и расчетливые глаза неотрывно глядели на меня с нескрываемым отвращением. Карие глаза, которые я уже видела раньше.

– Обойдемся без любезностей. Меня зовут Сергей Романов, я отец Кости.

– И Макара, – добавила зачем-то.

Мужчина скривился, словно откусил кусок от дольки лимона. Он мне не понравился с самой первой секунды, как присел за столик, аура власти и жесткости витала над ним, с такими людьми лучше никогда не связываться.

Я даже не знала, что отец Кости и Макара жив. Зачем он здесь? И почему появился только сейчас? От нехорошего предчувствия у меня скрутило желудок.

– Я в курсе, что ты носишь ребенка моего сына. Так и знал, что ничтожная детдомовка ни на что не способна. Она даже внука мне не смогла родить!

Я с ужасом обняла живот руками, защищая малышку от сидящего напротив монстра. Боже мой, в его голосе было столько отвращения к Свете, что на минутку я пожалела ее. С таким свекром свихнуться можно.

– Я потерял единственного сына, а ведь он должен был унаследовать мою империю. Теперь вся надежда на внука.

Романов так холодно взглянул на меня, что невольно я поежилась и еще сильнее прижала руки к животу. Он намекал, что хочет отобрать мою малышку?

– У вас еще есть Макар, – мой голос был больше похож на всхлип.

– Это ничтожество мне не сын, – Романов кривился, пока говорил. – И он не получит ни копейки из того, что теперь принадлежит моему внуку.

Как же так? За что Романов ненавидит Макара? Я пыталась найти ответы в глазах мужчины, но там читались только расчет и холод. А еще твердое желание отобрать у меня ребенка. Почему он так уверен, что будет мальчик? У меня девочка! И я ее не отдам! Тем более такому арктическому монстру.

– Перейдем к сути дела. Я знаю о глупом завещании Кости, мои юристы его изучили и уже готовы оспорить. Что же касается моего внука. После родов ты получишь приличные отступные и пожизненное денежное содержание, скажем, по тысяче долларов в месяц. Внука я заберу себе.

Я замерла на секунду, а затем отрицательно качнула головой. Сердце громко грохотало в груди, а внутри все сжалось от паники. Он не может! Не посмеет! Да ни за какие деньги мира я не отдам малышку. Она теперь моя и ничья больше!

– Мы с Макаром официальные опекуны ребенка после смерти Кости и Светы.

Романов рассмеялся. Не злобно, скорее, иронично. Я подозревала, что ему плевать на мои доводы, но так просто сдаваться не собиралась. Где он был все эти месяцы, пока я решала проблему? Явился на все готовое и качает права.

– С Макаром? – глумливо уточнил мужчина. – Ты ведь получила мой маленький подарок, не так ли?

Ладони похолодели от страшной догадки. Неужели это он прислал письмо Макару, а затем поставил «лексус» в гараж? Но, если так, зачем?

– Вижу по глазам, что поняла, – он издевался надо мной.

Мужчина выглядел скучающе, будто беседа велась о погоде, а не о серьезных вещах…

– Зачем? – прохрипела, не в силах сказать что-то еще.

– Я всегда говорил Косте, чтобы не общался с голодранцами, типа Светки и Макара. Эти детдомовки никчемные отбросы общества, они не имеют права даже дышать рядом с нами. К сожалению, я упустил воспитание сына, долго не знал о нем, а когда узнал, воспитывать было поздно. Его мать вынудила меня принять и ее второго ребенка, у меня не было выбора. Пришлось дать Макару свою фамилию и отчество. Но он никогда не будет мне сыном. Меня не волнуют его проблемы, пусть сам их теперь разгребает. Так вот, я с легкостью мог разрушить жизнь Светки и надолго засадить за решетку, но Костя слезно умолял меня замять дело, и я замял. Теперь мне нет смысла ее защищать. Когда отправлял письмо, я знал, что влюбленный нытик Макар в итоге сделает так, как мне нужно. Вы расстались. Оставалось только вернуться из Лондона и найти тебя. Теперь я здесь и, будь уверена, сделаю все, чтобы забрать у тебя ребенка. По-хорошему или по-плохому – выбирай сама.

Романов ушел, а я мигом достала из сумочки телефон. Обо всем, что рассказал мне мужчина, собиралась подумать потом, а в тот момент мне срочно нужна была помощь. Я набрала номер и стала ждать.

– Алло.

– Назар, ко мне только что приходил отец Кости. Он… он… хочет отобрать мою малышку.

– Где ты?

Я рассказала, где находится кофейня, и услышала твердое: «Скоро буду». Может быть, следовало позвонить сначала Макару, но Назар был рядом эти четыре недели, поддерживал меня и флиртовал. Я точно знала, что на него можно положиться, а Макар, скорее всего, даже не ответил бы на мой звонок.

***

Романову нравилось одиночество и звенящая тишина в доме за прошедшие недели. Он изо дня в день спрашивал себя, почему так вышло? Почему Света не пришла к нему и не рассказала о беременности?

Она убила ребенка. Их общего малыша! Как же так?.. Макар до сих пор не мог простить себя за то, что упустил важный момент в жизни любимой девушки. Видел же, что-то не так было со Светой, но проигнорировал явные знаки. Закрыл глаза, предпочел списать странности на девичьи капризы. Может быть, Света не увидела в нем отца или защитника, поэтому предпочла сделать аборт?

Как ни странно, но после откровенного разговора с Соней, вековой груз упал с плеч Макара. Это именно та ноша, с которой было сложно справляться в одиночку.

Романов пересмотрел свое отношение к брату, он понял, что зря винил Костю за то, что тот разрушил крепкие отношения. После этого святой образ Светы померк. Макар много лет так слепо держался за призрачную любовь, лелеял ее в сердце, что едва не потерял в ней себя.

Он все еще не знал, как жить дальше. Не мог решиться на что-то конкретное, на то, что так отчаянно ждала Соня. Дверь в его комнату резко распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. Будто ее распахнули с ноги! Дерзко… Романов никого не хотел видеть, но Архип дернул на себя одеяло, раскрывая и полностью выдергивая Макара из зоны комфорта.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – раздражение друга было очевидным.

Макар ничего не ответил. В кафе дела шли хорошо, он нанял толкового управляющего, так почему бы и не расслабиться?

– Так и будешь валяться тюленем целый день?

– Завидуй молча.

Макар за долгое время услышал свой хриплый голос и поежился. Похоже, он начал дичать в своем одиночестве. Архип хмыкнул и оперся плечом о дверной косяк, скрестил руки на груди. Что-то было в его взгляде, из-за чего Макар начал подозревать неладное.

– Серьезно? – Арик скривился. – Когда ты в последний раз смотрел на себя в зеркало? Принимал душ и чистил зубы? Макар, ты начинаешь превращаться в привокзального бомжа.

– Хорошо, я помоюсь. Если это все, зачем ты пришел, то…

Друг перебил:

– То есть возвращаться к нормальной жизни ты не собираешься? – Арик хмыкнул, он уже знал ответ на свой вопрос.

Может, позже. Но явно не сейчас. Не готов он еще встретиться лицом к лицу с самой главной проблемой в его жизни. И плевать, что со стороны выглядело так, будто Романов уходит от ответственности. Он не давал клятв, так что его совесть чиста.

– Ну и правильно, – от явного сарказма в голосе друга Макар напрягся. – Наступай второй раз на грабли, отдай любимую девушку другому мужику, а сам остаток жизни оплакивай несправедливость Вселенной.

Что он несет? Кого и кому отдать? Макар приподнялся на кровати и сел по-турецки, пристально взглянул в глаза Арика, сощурился. Неужели он намекает на то, что Соня уже нашла себе кого-то? Быть такого не может, она же… любит его!

– А что такое? – язвил друг. – Что это мы поднялись и недовольно взираем? Тебе же все равно! Давай, возвращайся в позу тюленя, а Соня пускай сама разбирается с Сергеем Романовым. Это ведь мелочи, правда? Давай, отдай ее собственноручно Назару, он ведь лучше тебя. Надежнее и симпатичнее. Может даже, богаче. У него нет личных демонов и драм в прошлом. Нет проблем признаться в любви, он даже сможет решить возникшие проблемы. А ты лежи тут и считай, что судьба повернулась к тебе не тем местом.

Макару понадобилось некоторое время, чтобы переварить язвительную речь друга и, наконец, прийти в себя. Он не ожидал, что дело наберет такие обороты.

– Что? Этот кусок говна вернулся из Лондона и нашел Соню?

Романов ощутил, как от злости напряглось тело, а в жилах застыла кровь. Вообще, этого следовало ожидать, но Макар надеялся, что старик больше не вернется, его даже не было на похоронах Кости! Кто-то, видимо, цинично слил информацию о Соне и ее беременности. Черт!

– Да. И пока ты тут прохлаждаешься, Назар решает проблемы. Знаешь, на месте Сони я бы тоже выбрал Назара. Ты, блин, целый месяц игнорировал ее, так почему теперь удивляешься, что у нее вдруг появился поклонник? Знаешь ли, свято место пусто не бывает.

Макар поджал губы и стрельнул злобным взглядом в друга. Если это была провокация, то, черт возьми, она удалась на славу. Ну, Назар… Нет слов. Неужели ждал подходящий момент, чтобы воткнуть нож в спину? А еще другом называется.

– Ладно, с Зарой я разберусь позже, – Макар встал с кровати. – Когда отчим приходил к Соне? Ты знаешь, чего он хотел?

– Вчера. Я и сам узнал это случайно, Валя проболталась. Как ты понимаешь, мы с Назаром не общаемся, и он явно не хотел, чтобы ты узнал о визите Романова. Он лично хочет решить проблему и доказать, что…

– Достаточно, – Макар не хотел слышать правду.

Не хотел знать, что кто-то другой достойнее его. Правда больно ударила по самолюбию. Удивительно, как быстро может поменяться ситуация. Нет уж, Назар пусть идет лесом. Соня – его и ничья больше.

– Дай угадаю, отчиму нужен ребенок? – Архип кивнул.

Именно этого Макар и боялся больше всего. Он еще не знал, как решить проблему, ведь для Романова закон не писан. Говнюк может подкупить всех или добиться своего силой. С этим противником будет сложно бороться, но когда Макара пугали трудности, связанные с отчимом?

– Я так понял, он свято уверен, что родится внук, поэтому…

Настала очередь Макара перебивать друга на полуслове:

– Его ждет сюрприз, – Романов ухмыльнулся. – У Сони будет девочка.

Станет ли отчим бороться за девочку? Сомнительно. Так, может, пришло время огорчить старика? Макар хорошо помнил разговор, который подслушал случайно между матерью и отчимом. Его бесило, что пришлось дать свою фамилию бывшему детдомовцу. Но мать грозилась, что увезет Костю, и Сергей никогда больше не увидит родного сына. И ей это удалось бы, так как Костя был совершеннолетним и мог сам решать, где хочет жить. Отчиму нужен был именно сын, вот и пришлось идти на уступки. Ради дочери он палец об палец не ударил бы.

***

Арик ушел, а Романов сразу же поплелся в ванную. Ему понадобилось некоторое время, чтобы привести себя в нормальный вид.

Первым делом Макар решил поговорить с отчимом. Разборка с Назаром могла немного подождать. К тому же, он хотел поехать к Соне с хорошими новостями, а не с пустыми обещаниями.

Дорога в прошлую, отнюдь не счастливую жизнь, показалась ему длиной в вечность. Не думал он, что снова переступит порог дома, который возненавидел всеми фибрами души. Макар и не приехал бы сюда вновь, но ради Сони и ее безопасности, готов был потерпеть нападки отчима.

Территория вокруг дома изменилась: не было больше ухоженных клумб, подстриженных газонов, цветущих деревьев. Даже будка собаки опустела. Мать всегда следила за территорией, а теперь здесь стало мрачно и уныло. Впрочем, ничего удивительного.

Макар по привычке дернул ручку двери, и та оказалась открыта.

Говнюк или не успел нанять прислугу, или не собирался жить в доме. Вокруг было так пыльно, что Макар чихнул несколько раз. По крайней мере, с мебели сняли чехлы.

– Какие люди, – отчим вышел из кабинета и расплылся в фальшивой улыбке.

Макар не виделся отчимом пять лет, со дня похорон матери, и надеялся, что больше не увидит. Сергей Романов постарел, осунулся: на лице появились глубокие морщины, а волосы полностью покрылись сединой. Да и цвет лица показался болезненным. А в глазах все еще отражалось отвращение. Хоть здесь ничего не изменилось.

– Зачем пожаловал? Денег не дам, даже не рассчитывай.

– Засунь их себе в одно место, – с пренебрежением выплюнул Макар.

Как же его достало высокомерие говнюка, считающего, что вокруг него одного крутится весь мир! Он же токсичный человек, с ним рядом даже пять минут невозможно находиться. И как только мать терпела все его выходки?

– Ах, ну да, – глумился он, – ты же у нас бизнесмен, владелец кафе. А теперь еще и наследник состояния Кости. Только запомни, голодранец: каким ты пришел в мой дом, таким и уйдешь.

Угрозы отчима уже давно не пугали. Макар вырос и мог постоять за себя. Лишь ухмыльнулся, его не задели слова, ни один мускул не дрогнул. Надо же.

– Меня не интересует наследство Кости, вполне хватает прибыли с кафе. Так что можешь хоть сейчас звать адвоката, я откажусь от своей части. Соня от своей отказалась еще раньше.

Макар достал ее расписку. Без печати нотариуса она не имела силы, но он знал, что Соня так или иначе не возьмет кровавые деньги. Даже без миллионов Кости Макар смог бы обеспечить свою семью, они ни в чем не будут нуждаться. Осталось только каким-то образом отвоевать ребенка. Зачем говнюку малышка? Ему уже семьдесят лет, о каком воспитании может идти речь?

– Не стоило утруждаться, я бы и так забрал все, что принадлежит мне.

– Вообще-то деньги и имущество принадлежат наследнику Кости. Не мне и не тебе.

Кажется, Макар нащупал истинную причину, по которой говнюк вернулся. Неужели он банкрот, а деньги Кости могли помочь отчиму удержаться на плаву? Мысль казалась абсурдной, но ее не стоило списывать со счетов.

– Это мой внук, а значит, деньги мои. Ты ему никто, ни один суд не оставит с тобой ребенка.

– Ни один суд не отберет ребенка у матери, особенно, если у нее есть законное право опекунства, – напомнил Макар.

Черт, как же Костя все идеально спланировал! Брат месяц бегал с той бумажкой на опекунство и не успокоился, пока не увидел на ней подпись Макара. Может, он уже тогда знал о банкротстве отца и намеренно лишил старика денег? Как-то все странно закрутилось. Макар понадеялся, что у него просто разыгралась фантазия. Скорей бы получить письма, в них есть ответы на все интересующие его вопросы.

– Это мы еще посмотрим, – выплюнул отчим. – Ни ты, ни твоя жалкая баба не получите денег Кости – уж я сделаю для этого все.

Опять эти деньги. Макар уже начинал потихоньку их ненавидеть. Если еще и выяснится, что брата убили из-за них, сожжет зеленые бумажки к чертовой матери! Счастья они ему точно не принесут.

– Хорошо, я тебя услышал, – Макар был спокоен. – Будем судиться, но малышку мы с Соней тебе не отдадим. Я думаю, Костя тоже не хотел доверять тебе воспитание ребенка. Иначе с чего бы он написал завещание и четко прописал пункты условий?

Лишь на секунду в глазах отчима отразился гнев, но старик быстро скрыл эмоции, теперь там снова плескалось отвращение. Да пусть хоть утонет в нем, плевать.

– Уверен, что хочешь потягаться со мной, ущербный? Кто ты против меня? Мелкая букашка? Да стоит мне только пальцами щелкнуть, как…

Макар нагло перебил говнюка:

– Так щелкай, в чем проблема?

Отчим поджал губы. Он выглядел свирепым и недовольным, но кто сказал, что Макар должен сдаваться без боя? Не будет этого! Тем более Романов уже начинал сомневаться, что дело реально дойдет до суда. У старика нет больше власти. Он мог решить проблему, не вставая со своего кресла в Лондоне, были бы деньги.

– Не нужно бросать вызов, если не сможешь из него выйти победителем!

И он думает, что напугает голой фразой? Макар рассмеялся от прозвучавшей угрозы отчима. Сдулся старик, нет в нем больше страшной искры, от которой раньше тряслись поджилки. Все, что мог сейчас Сергей – запугивать. В доме нет ни прислуги, ни охраны. Это в очередной раз подтверждало версию о банкротстве.

– Я запомню твои слова, – Макар подмигнул.

Больше ему не имело смысла оставаться в гнилом доме; все, что нужно было, он узнал и даже больше. В нем укрепилась уверенность в себе и в завтрашнем дне. И уже не терпелось поскорее встретиться с Соней, рассказать о своих мыслях и заверить, что никто не посмеет забрать ее малышку. Но сначала необходимо было разобраться с Назаром. Он и раньше проявлял внимание к Соне, но Макар считал, что это провокация. Видимо, сильно ошибся.