Глава 5

Клаудиа почти чувствовала, как эти две дуры за ее спиной переглядываются. Определенно, фрейлины обсуждали ее поведение. И, скорее всего, уже завтра пойдут слухи, что Ее Величество выгнала горничную.

Слухи — это конечно, плохо. Но королева чувствовала, что так будет лучше. Не для Леи, а для нее самой. Потому и позаботилась, чтобы девчонка спокойно добралась домой.

«Я забуду о ней, как о дурном сне!» — подумала она, когда впереди появились двери, ведущие в королевские покои.

— Ваше Величество! — выбежал вперед одна из фрейлин. Клаудиа остановилась, глядя на девушку, присевшую в реверансе.

— Что еще? — спросила чуть грубо.

— Время, Ваше Величество! — напомнила та с мягкой улыбкой. Королева опустила взгляд на тонкие золотые часы, украшавшие запястье, и мысленно выругалась. С этой Леей она напрочь забыла о времени. А ведь скоро ужин, а она еще не переоделась и не готова! Конечно, можно было спуститься вниз в том платье, что сейчас надето не ней, но что скажут придворные, ее супруг и старуха королева? Это же кошмар и позор, нарушение всех правил приличия приходить к ужину в наряде, в котором провела весь день.

— Что же вы мне раньше не сказали, куры безмозглые! — сорвалась Клаудиа и ринулась к покоям, но внутри ее ждал сюрприз в виде господина лекаря и старухи вдовствующей королевы.

— О! — она застыла на пороге, округлив глупо рот. Вот не ожидала, что королева Мария придет без предупреждения, да еще и зачем-то притащит с собой лекаря!

— Ваше Величество! — запоздало поклонилась Клаудия, выражая почтение перед старухой.

Мария кивнула в ответ и улыбнулась.

— Спешите на ужин, Ваше Величество? — произнесла она. — Не стоит. Поужинаете после в своих покоях. Я уже распорядилась, а Его Величество, ваш супруг, король Грегор, объяснит гостям причину отсутствия. — И снова улыбнулась да так, что королеве стало плохо.

— Вы побледнели, Ваше Величество! — тут же подоспел лекарь. Он подхватил Клаудию под руки и провел к дивану.

— Оставьте нас, — тем временем обратилась к фрейлинам старая королева, и девушки спешно ретировались, прикрыв за собой двери. А Мария перевела сияющий взгляд на лицо Клаудии, которая непонимающе хлопала ресницами, пытаясь понять, чего от нее хотят.

— Приступайте! — взмахнула рукой старая королева и лекарь почтительно поклонился бывшей леди Роттергейн.

— Ваше Величество, позвольте мне осмотреть вас. Пройдемте в спальню, — проговорил мужчина, но Клаудиа лишь сдвинула брови и, уперев руки в бока, посмотрела на бабушку своего супруга.

— Никакой спальни, пока вы не объясните мне, что здесь происходит! — заявила она.

Королева Мария мягко улыбнулась.

— Я думала, что вы сами уже догадались, Ваше Величество! — ответила пожилая дама. — Но, если нет, я объясню. — Она сделала знак лекарю ожидать, а сама скрестила руки на груди и продолжила: — Вы же знаете, Ваше Величество, что в кабинете моего сына есть одно замечательное дерево.

Королева было открыла рот, чтобы задать вопрос, но тут же закрыла его, поняв, к чему клонит старуха. Внутри, там, где билось сердце, что-то сжалось в предвкушении торжества.

«Я — беременна!» — поняла она. Иначе старая бабка не пришла бы в эти покои, что молодые делили последние две недели. И уж точно не привела с собой лекаря. А значит, ее мечты исполнились. На фамильном древе Огненных зажглась новая звезда. И она, Клаудиа, имеет к ней самое прямое отношение.

— Вижу по глазам, вы поняли, о чем я, — произнесла довольно Мария.

— Скажите только одно, прежде чем я отправлюсь на положенную проверку, — быстро сказала королева. — И поверьте, я пойду с лекарем с радостью, чтобы он подтвердил счастливую новость, — и еще быстрее, так, что проглотила половину фразы, но Мария поняла. — Его Величество уже знает?

— Да. Грегор в курсе и весьма доволен результатом, — кивнула старая королева.

Клаулия почувствовала, как губы растягивает довольная улыбка. Такая широкая, что губам даже стало больно.

— Цвет! — вспомнила она. — Какой цвет у новой звезды? — и замерла в нетерпении, не отрывая взгляда от старческого лица драконихи.

— Голубая, как мы и надеялись, — решила не томить муками ожидания предполагаемую мать наследника королева Мария.

— Я знала! Знала! — рассмеялась молодая женщина, не удержав в себе эмоции. Перед ее глазами замелькали воображаемые картины будущего. Вот она, красивая и молодая, с младенцем на руках, стоит перед подданными и принимает поздравления с рождением сына. А вот и Грегор, коленопреклонный, глядящий на нее сияющим взглядом, держит в ладонях что-то дорогое, то ли колье с россыпью алмазов, то ли корону.

«Конечно же, корону! Ведь я его королева!» — сказала она себе. И следующая картинка оказалась еще более яркой и приятной: она сидит на троне, перед ней подданные и все провозглашают королеву самой прекрасной и могущественной из существовавших в мире. И она действительно станет такой. Подчинит своей власти всех. Заведет столько любовников, как ни одна до нее. Окружит себя верными людьми и, возможно, свергнет своего супруга. И тогда настанет новая эра. Эра Водных драконов. Им давно пора оттеснить Огненных. Слишком уж долго род Грегора и его противной бабки, занимал трон, обладая могуществом и властью.

— Ваше Величество! — голос лекаря заставил Клаудию вздрогнуть. Мысли и фантазии испарились, лопнули, будто мыльные пузыри, как те, которыми веселил ее в детстве старый маг, живший в родовом замке Водных.

— Ступайте с мэстром Рихтером. И я жду подтверждения нашей замечательной новости! — велела Мария.

Клаудиа решила не спорить и покорно отправилась в спальню. Лекарь поспешил за ней, прикрыв двери, и на несколько долгих минут в гостиной воцарилась тишина. Королева Мария ждала с замиранием сердца. Стояла, прижав ладони к груди, чувствуя, как радость затопила ее сердце, как трепещет душа в предвкушении. Она в тот миг будто помолодела на несколько десятков лет. И даже ноги не болели, хотя прежде ей было тяжело стоять так долго. Но сейчас старая вдовствующая королева словно не замечала этой боли. Она смотрела на двери, за которыми находилась королевская спальня, и ждала, когда выйдет Рихтер и подтвердит то, в чем она уже и так была уверена.

Забеременеть от Грегора могла только его жена. Мария проследила за этим. Ее слуги, и даже некоторые придворные, следили за молодым королем. Но Грегор, как приличный муж, посещал лишь свою собственную жену. А значит, сомневаться не приходилось. И не будь этого древнего закона, повелевающего проверять беременность королевы, она, возможно, и так не усомнилась бы в Клаудии и своем внуке. Но ее отец, а до него отец ее отца, всегда твердили, чтобы потомки всегда придерживались закона. Вот и Мария не решилась пойти против древнего правила.

Когда же двери тихонько скрипнув, открылись, а на пороге возникло лицо лекаря, старая королева лишь взглянула на его лицо, как сразу поняла. Что-то не так. Возможно, он сумел определить, что младенец будет слабым? Или больным? Иначе, как объяснить неуверенное и, даже напуганное, выражение лица Рихтера.

— Ее Величество сейчас придет, — прикрыв двери, сообщил лекарь.

— Что произошло, мэстр? — взволнованно произнесла Мария. — Что-то с ребенком?

Рихтер помялся. Зачем-то оглянулся на дверь, за которой осталась спальня, а затем произнес:

— Боюсь, вы ошиблись, Ваше Величество. — И сглотнув, добавил: — Королева Клаудиа не беременна.

Челюсть старой женщины упала вниз. Она понимала, как нелепо должна выглядеть при этом. И даже понадеялась, что Рихтер сошел с ума и решил пошутить так неуместно и тупо. Скажи он сейчас, что его последняя фраза — просто юмор глупого лекаря, она бы поверила. Ведь своими глазами видела новую звезду на дереве. Звезду, которая вспыхнула над звездой ее внука. Так что не могло быть никаких сомнений. У Грегора скоро будет сын. Но что в таком случае несет этот несчастный.

— Ты с ума сошел, Виктор? — забывшись, перешла на личности Мария.

— Ваше Величество, — поспешно поклонился мужчина. — При всем моем уважении… Но я еще в состоянии отличить беременную женщину от небеременной.

Королева ощутила, как пространство перед ней пошатнулось.

— Ох, — только и успела она произнести. Дурнота на несколько долгих секунд застелила перед взором черную пелену, а затем сильные руки мэстра Рихтера подхватили старую женщину, не давая ей упасть.

— От счастья, надеюсь, — Клаудиа величественно выплыла из спальни, проследив взором за тем, как лекарь усаживает вдовствующую королеву в кресло. Никто не ответил на ее слова. Рихтер прошел к столику, на котором стоял графин с чистой водой. Налил полный стакан и вернулся к королеве Марии, протянув ей воду.

— Пейте, Ваше Величество. И дышите ровно.

Мария сделала глоток, взяв дрогнувшими пальцами стакан. Затем еще один, после чего посмотрела на молодую королеву, застывшую в паре шагов с нелепой улыбкой на красивом лице.

— Ты уверен, Виктор? — спросила она лекаря, все еще надеясь на чудо и уже понимая, что оно не произойдет.

Но как? В голове пожилой дамы не укладывалось то, что она услышала от Рихтера. Ее внук приходил лишь к своей законной супруге. Лишь с ней делил ложе. И за ним пристально следили, так что здесь просто не могло быть ошибки.

— У меня просто голова кругом! — произнесла Мария и отдала стакан лекарю. — Помогите мне подняться. Я хочу немедленно увидеть внука.

— Вы даже не поздравите меня? — сияя белоснежной улыбкой, поинтересовалась молодая королева. — Я полагала, что это событие…

— После! — отмахнулась Мария.

Брови Клаудии поползли вверх. Она ощутила, как радости поубавилось. А всему виной эта старуха, чтоб ей! Не может даже нормально принять самую отличную новость, какая только может быть в ее семье.

«Я беременна! — визжал кто-то донельзя довольный в голове молодой женщины. — И у меня будет сын! Наследник!» — и к черту эту старуху, выжившую их ума. Как только вдовствующая развалюха покинет ее покои, она будет отмечать торжество. Да и как может быть иначе, если через несколько месяцев она подарит Грегору сына, а себе обеспечит долгие годы властвования над родом Огненных!

— Благодарю Вас за чудесную новость! — пролепетала почти нежно Клаудиа и снизошла, чтобы проводить королеву Марию до дверей. Почти сгорая от нетерпения остаться немного одной. Чтобы вдоволь оценить приятную новость.

Никакого экипажа. А ведь я точно слышала слова королевы. Она сказала, что позаботиться о том, чтобы меня отвезли из дворца за пределы столицы и доставили в ближайшую таверну на окраине.

Но вот я с вещами в дорожной одежде, стою на дорожке и никакого экипажа, даже старой телеги, не прислали, чтобы отвезти меня туда, куда было обещано. А ведь я стою уже полчаса!

— Куда это вы собрались на ночь глядя, милая исса?

Голос за спиной я узнала сразу. И мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть его обладателя — принца Тиля. Но я оглянулась, и присела в реверансе, глядя, как мужчина выходит из дверей черного хода, направляясь прямиком ко мне.

— Ваше Высочество! — я опустила взгляд, не желая встречаться с проникновенным карим взором. Отчего-то чувствуя смятение и волнение в груди.

Мужчина приблизился. Скользнул взглядом по моим немногочисленным вещам, а затем спросил:

— И куда направляетесь? Я так понимаю, что ваша госпожа, наша дорогая королева Клаудиа, дала вам расчет?

— Я сама… — ответила было и запнулась.

Он несколько секунд стоял молча, затем тихо и с явной усмешкой, пропитавшей его голос, сказал:

— Значит, сами. Но почему не дождались утра, или Ее Величество настояли на столь поспешном отъезде?

Я поджала губы. Этот мужчина оказался слишком проницательным.

— Ну же, исса, взгляните на меня. Вы же знаете, что неприлично вот так не смотреть в глаза собеседнику, — и снова явственная насмешка в его тембре, густом, мягком, похожем на касание к бархату. И я подняла голову. Заставила себя взглянуть в карие глаза, увидев, что мужчина улыбается.

— Я так понимаю, что вы ждете здесь экипаж? — уточнил он.

— Да! — ответила быстро. — Ее Величество сказали, что позаботятся обо мне…

— А экипажа, так понимаю, нет, — констатировал он. — И, судя по тому, как вы подрагиваете от малейшего дуновения ветра, вы стоите здесь достаточно долго, чтобы можно было сделать определенные выводы.

Ох уж этот принц! Шел бы он себе мимо. И почему пристал с расспросами? Что ему надо от простой королевской горничной. Точнее, бывшей горничной. Вот только, странное дело, я совершенно не опасалась Тиля. Почему-то была уверена, что он не причинит мне вреда. И хотя приличной молодой девушке стоило опасаться оставаться наедине с мужчиной, я и не думала этого делать. Лишь испытывала неловкость от того, что он будто видит меня насквозь.

— Ну что же вы, исса! — улыбнулся Кейзерлинг. — Кстати, не могли бы вы назвать мне свое имя. А то совсем не удобно обращаться к вам просто «исса».

— Лея! — вырвалось невольное. Я смущенно улыбнулась, поправляя себя, ведь представиться стоило должным образом. — Лея Мильберг.

— Тиль Кейзерлинг! — представился мужчина в ответ и шутливо поклонился, изобразив рукой, что снимает шляпу передо мной, хотя его голова была непокрыта. — И раз уж мы теперь знакомы, — он распрямил спину, — позвольте помочь вам, исса Мильберг, раз уж вы настроены оставить дворец в столь поздний час.

Взглянув на принца оценивающе, я поняла, что все же не хочу с ним ехать. И тут видимо, боги решили мне помочь. Наконец, хоть что-то хорошее произошло за этот день. Я услышала отчетливый стук копыт и треск камешков под колесами экипажа. А затем появилась и обещанная карета, выехав из темноты. Фонарь висевший над плечом кучера разбил тьму, а я выдохнула с облегчением.

— Кажется, моя помощь не понадобиться, — понял все Тиль.

— И все же, спасибо вам за то, что предложили помочь! — нашлась я, повернулась к Его Высочеству и сделала реверанс.

Экипаж остановился внизу, у начала ступеней и я, бросив прощальный взгляд на принца, подхватила вещи и побежала к карете, чувствуя, как бьется сердце от радостного облегчения.

Клаудиа не обманула. Хвала богам. Иначе, даже не знаю, что бы мне пришлось сделать. Отправиться пешком и самой искать экипаж за пределами королевских владений? Но ночью девушке одной в городе лучше не появляться.

— Удачи вам, исса Мильберг! — донеслось вослед.

Кучер спрыгнул на дорожку. Кивнул мне и протянул руку, чтобы помочь с вещами.

— Вы исса Лея Мильберг? — уточнил мужчина, оказавшийся дородным и широколицым. Форма лакея сидела на нем в обтяжку и едва не трещала по швам.

— Да, мэстр! — я прижала вещи к груди. — Я возьму их в экипаж, — проговорила быстро, на что кучер лишь пожал плечами. Мол, делайте, что хотите. Мое дело маленькое, вывезти за город, оставить в таверне, и всего делов.

Он открыл дверцу, и я стала забираться в салон. Напоследок оглянувшись туда, где стоял принц. Признаться, думала, что Тиль уже ушел, но нет. Мужчина оставался на месте. Заложив руки за спину, следил за моими действиями. А когда я нерешительно вскинула руку, чтобы махнуть ему на прощанье, забывшись о том, кем является этот человек и что мне не позволено так себя вести с королевской особой, удивил. Так как тоже вскинул руку и помахал в ответ.

— Прощайте Ваше Величество, — проговорила я еле слышно, зная, что Клаудиа меня, конечно, не услышит. Но я была рада, что оставляю дворец. И особенно королеву и ее супруга. Пусть разбираются между собой, а мне пора. К новой и, надеюсь, спокойной жизни.