Глава 25

На удивление перелёт прошёл не так ужасно, как я себе изначально представляла. Возможно потому, что в итоге я бессовестно продрыхла почти до самого приземления. К счастью, мы не разбились и вообще всё прошло как нельзя спокойно. Мы даже в турбулентность ни разу не попали… Ну либо я просто всё проспала.

А еще мне снился океан, которого я ни разу не видела… и Громов... в этих проклятых плавках.

Как только мы выходим из самолёта, я сразу же чувствую разницу в климате и температуре. Здесь настолько жарко, что хочется немедленно содрать с себя всю одежду к чёртовой матери. А ещё лучше сразу же броситься в океан.

Пока наши вещи грузят в огромный внедорожник, Матвей где-то умудряется найти бутылку прохладной воды и дает мне.

— Ну ты как? Жива?

— В шоке, но жива, — жадно выпиваю разом пол бутылки. Лучше бы Костя с Юлей в Турции свой медовый месяц запланировали.

— Серьёзно? Предпочла бы Турцию Мальдивам?

— Зато туда лететь всего пару часов… — морщусь, пытаясь размяться. — У меня спина затекла от долгого сидения на одном месте просто чудовищно.

В этот же момент чувствую, как рука Матвея ложится мне на поясницу. Даже осознать ничего не успеваю, как он уже проталкивает пальцы под майку и едва ощутимо поглаживает голую кожу, поднимается всё выше и выше, слегка надавливая в отдельных местах.

— Так легче?

— Ч…то? — сглатываю, ощущая, как влажная от жары кожа в секунду покрывается россыпью мелких мурашек.

— Я говорю, так легче? Спине, в смысле.

— А… да, спас-сибо… — боже, я что заикаюсь?!

— Не переживай, в отеле будет спа зона. Сходишь на массаж, и всё как рукой снимет. В прямом смысле, кстати, — хмыкает, после чего убирает руки и как ни в чём ни бывало одёргивает вниз край моей майки.

Открывает мне дверь и кивает на пассажирское сидение, ожидая пока я сяду.

Нет, это уже точно что-то нездоровое… пора с этим завязывать. Мы даже заселиться не успели, а у меня уже мозг плавиться начинает, стоит Громову только пальцем в меня ткнуть. Страшно подумать, что будет дальше. Утешает хотя бы то, что спать мы будем в отдельных номерах…

***

Машина везет нас в отель, где я заблаговременно забронировала номера для нас с Громовым. Но больше всего радует даже не то, что скоро я наконец окажусь под кондиционером, а тот факт, что Костя с Юлей будут жить в другом корпусе.

Это ли не счастье?!

Во-первых, я реже буду видеть недовольную рожу этой фальшивой стервы, а во-вторых, они не будут знать, что мы с Матвеем разместились отдельно друг от друга!

Сказать, что от всех этих мыслей у меня резко подскакивает настроение — это ничего не сказать. Особенно учитывая, что за те двадцать минут, что мы ехали, с меня семь ручьёв пота сойти успело. Да я буквально живу мыслями о том, как окажусь в своём номере, и первое, что сделаю — это разденусь до гола, лягу прямо на пол и буду так лежать в позе трупа, пока не остыну.

Да, именно так и поступлю. Потому что выжимать уже можно не только мои шорты и майку, но и нижнее бельё, как бы неоднозначно это ни звучало.

Правда у администрации отеля, кажется, другие планы…

— Простите, наверное, произошла какая-то ошибка. В вашем заказе указан только один двухместный номер, — растерянно бормочет блондинка на рецепции, уже третий раз проверяя мою заявку.

Спокойствие, Лаврова. Только спокойствие…

— Девушка, вы понимаете, что такого не может быть?! — выпаливаю, упирясь ладонями в стойку ресепшена. — Я лично заказывала номера! Или вы думаете, что я не в состоянии запомнить сколько комнат бронировала?

— Нет, конечно, простите я не это имела в виду… возможно произошёл сбой в системе… Даже не знаю, как такое могло произойти. Клянусь, у нас такая ситуация в первый раз возникает. Прежде проблем не было.

Ну естественно не было. Это ж только я такая везучая…

— Тогда найдите нам еще один номер.

— К сожалению, это невозможно. Свободных номеров не осталось, — добивает меня новой информацией.

Сказать, что меня сейчас буквально колотит от негодования — это не сказать ничего. Зато Громов, как я погляжу, вообще не напрягается. Стоит себе с невозмутимой мордой, как будто ничего не происходит.

— Ну и чего ты молчишь?!

— А что я должен делать? Верещать, как ты? Боюсь психика администратора не выдержит сразу двух истеричек.

— Во-первых, я не истеричка. А во-вторых, как ещё я должна себя вести, если ты даже не чешешься решать проблему.

— Я просто не вижу здесь никакой проблемы. Мы и так кучу раз спали вместе, — пожимает плечами.

— Не… кучу! А только три… или четыре… Но точно не больше! И это не куча!

— А может ты просто боишься меня?

— Кто, я?! — выпаливаю, во все глаза смотря на невозмутимого Громова. — Что за бред?

— Ну это же ты впала в панику от мысли о том, что нам придётся провести отпуск в одном номере. Следовательно я делаю вывод, что ты меня боишься… ну или себя рядом со мной.

А вот это однозначно была провокация. Не ведись, Марина. Только не смей вестись!

— Ничего я не боюсь, глупость какая-то. Просто…

— Ну вот и отлично!

Даже договорить не успеваю, как Громов забирает у растерянно наблюдающей за нами блондинки ключ от номера и, подхватив наши чемоданы, уверенно заносит их в лифт.

— Ты едешь или так и будешь глазами хлопать?

Едва успеваю вбежать следом, когда этот чёртов провокатор нажимает на кнопку седьмого этажа.

Номер, кстати, оказывается очень просторным, светлым и, к счастью, двухкомнатным. Это несомненно радует, потому что в одной комнате есть диван, а в другой кровать и это решает основную проблемы нашего с Громовым вынужденного сожительства.

А еще здесь балкон с двумя плетеными креслами и столиком. О пейзаже, который с него открывается, и говорить не надо. Безумно красиво, я таки померла на том самолёте и попала в рай.

— Голодная? — спрашивает Матвей, остановившись у меня за спиной. — Можем сходить в ресторан, если не хочешь отдохнуть.

— Я в самолете выспалась на неделю вперед. А вот из еды, кроме того салата в аэропорте в моём желудке сегодня ничего не было. Так что я сейчас приму душ, и можно поесть.

— Отлично. Тогда буду ждать тебя здесь.

Прихватив вещи, направляюсь в ванную комнату. Прохладная вода помогает снять лишний стресс и лёгкую усталость. Но больше всего мне не терпится искупаться в океане. Надеваю ярко-красный купальник, а сверху легкое белое платье. И да, мысленно уже ликую, представляя лицо Громова, когда на пляже я его с себя сниму и предстану во всей красе.

Когда выхожу из душа, Матвей уже ждет меня в гостиной. Пока я мылась он тоже успел переодеться и теперь на нем легкие синие шорты и широкая практически прозрачная майка.

Мда… Тело у Громова конечно, что надо. И это ещё одна из причин по которой я бы хотела спать с ним в отдельных номерах. Я слишком неадекватно на него реагирую. А с беременностью и того хуже стало. Не знаю что со мной… наверно гормоны. А может я просто так себя оправдываю…

— Готова? Можем идти есть? — спрашивает и при этом заинтересованно рассматривает мое платье.

— Ты же знаешь, что от еды я не откажусь.

— Знаю, — улыбается.

Молча спускаемся в ресторан и заказываем себе легкие салаты и рыбу. Есть хочется просто адски, но набивать желудок сейчас однозначно не стоит, потому что впереди еще купание в океане или хотя бы бассейне. И последнее чего мне хочется — это чтобы весь мой обед плавал в итоге где-то неподалёку. Хотя, если там будет плавать Юля… представляю её лицо, если меня стошнит рядом с ней. Снова будет кривить морду, как тогда в самолёте, когда Матвей предложил никуда не лететь.

— А мне вот интересно, — отогнав от себя лишние мысли, перевожу взгляд на Громова. — Ты действительно был готов отказаться от перелета?

— Да, а что? Это настолько удивительно, что я боюсь рисковать тобой и ребёнком?

— Ну я не знаю... — пожимаю плечами. — Да, наверно, для меня это странно. Ты сам прекрасно понимаешь, что наши отношения трудно назвать хорошими. Мы то миримся, то снова готовы друг друга голыми руками придушить, — улыбаюсь. А вот Матвей почему-то нет.

С абсолютно серьёзным выражением лица он наклоняется ко мне через стол, и я почему-то автоматически делаю тоже самое.

— Какими бы ни были наши отношения, Марина, — говорит тихо, но твёрдо. — Я не такой ужасный, как ты думаешь.

— Я не…

— Вот вы где! — оборачиваюсь на громкий и до тошноты знакомый голос и вижу, как к нашему столику приближается Юля, а за ней и Костя. Эта стерва просто ас вмешиваться в разговор в самый важный момент. — Пойдем плавать!

Матвей встаёт из-за стола первым, а я за ним. Подает мне руку и держит ее в своей, пока направляемся на улицу. Здесь есть несколько огромных бассейнов, лежаки и все необходимое для отдыха. Работник отеля приносит нам белоснежные полотенца и одноразовые тапочки.

Пока я немного испуганно оглядываюсь вокруг, Юля уже снимает с себя коротенькие джинсовые шорты и топ. И я, блин, чуть не давлюсь собственной слюной, когда вижу на ней миникупальник, который практически ничего не скрывает.

И естественно он, чёрт возьми, красного цвета!

Юля эффектно заходит в воду, а Костя тем временем быстро снимает с себя шорты и футболку, демонстрируя довольно подтянутое тело. Только вот до брата ему далеко... и в этом плане я понимаю ту же Юлю. Матвей снимает майку и шорты, оставаясь в одних плавках. Мой взгляд невольно опускается к его звездочкам на животе, и мгновенно пересыхает в горле.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кажется, происходит то, чего я так боялась…

— А ты плавать не собираешься? — спрашивает Громов и почему-то не спешит заходить в воду.

— Чт-то? А… да… собираюсь, конечно, — натянуто улыбаюсь, стягивая с себя платье.

Наверное, со стороны это выглядит странно, что мы с Юлей в практически одинаковых купальниках… Хотя с чего бы они были одинаковые?! Да мой кажется скафандром по сравнению с ее! Но этот чертов красный цвет…

Под прямым взглядом Громова появляется желание прикрыться. И кстати, меня он рассматривает значительно дотошнее, чем это было с женой брата!

— Может хватит?

— Хватит, что?

— Смотреть так в упор! Ты что завис? — шиплю, смущённо оглядываясь по сторонам.

— Просто хотел сказать, что у тебя классный купальник. Особенно цвет, — слишком удовлетворенно улыбается этот гад. А я сразу же жалею, что купила именно этот чёртов красный! И главное переодеться же даже не во что, потому что они у меня все такие! Идиотка… О чём я вообще думала…

— Мы плавать будем или нет? — ворчу и приближаюсь к Громову, который как раз стоит рядом со ступеньками. Только вот не учитываю того, что пол мокрый, и мои босые ноги мгновенно едут по нему.

Успеваю только руками взмахнуть, как курица, и уже представляю встречу с плиткой, но неожиданно чувствую теплые руки Матвея у себя на талии. А в следующую секунду мое тело прижимается к его грудной клетке.

— Не ударилась? — бегло оглядывает меня, крепче прижимая к себе. От чего по телу снова стелется предательский табун мурашек. И сейчас, стоя перед Матвеем в одном купальнике, это определённо не получится скрыть.

— Нет, — зачем-то перехожу на шёпот. Поднимаю взгляд вверх, вижу ярко зелёные глаза Матвея прямо перед собой и понимаю, что меня самым настоящим образом накрывает.

— Вы чего там застряли?! — недовольно кричит Юля, и Матвей тут же от меня отстраняется… но не отпускает. Вместо этого берет за руку и первым заходит в бассейн, а потом и мне помогает это сделать.

Впервые я по настоящему понимаю, что значит выражение “вода, как парное молоко”. Это реально так! Сначала чувствую, как переполняет восторг, а потом ощущаю как Громов обхватывает меня за талию.

— Что-то мне подсказывает, что если я тебя отпущу, то с тобой обязательно опять что-то случится.

— Вообще-то я умею плавать…

— Ты и ходить умеешь. Но это не мешало тебе секунду назад размахивать руками, пока у тебя ноги в стороны разъезжались, — усмехается. А я только сейчас обращаю внимание на то, что всё это время он поглаживает мои живот большими пальцами.

Только вот отреагировать как-то или ответить не успеваю, потому что неожиданно нас накрывает водяными брызгами. Протерев лицо, понимаю, что это Юля решила таким образом напомнить о себе. Стоит в нескольких метрах от нас вся такая счастливая, а у меня появляется дикое желание окунуть эту лживую стерву в воду с головой.

— Юль, что за детский сад? — недовольно спрашивает Громов, протерев лицо от воды.

— Ну ты что, шуток не понимаешь, Матюш? — мурлычет эта зараза и, эффектно развернувшись, ныряет в воду. Только и виден ее плоский зад.

— Матюша?! — хмыкаю и ловлю на себе недовольный взгляд Громова. Не любит, чтобы его так называли? Или дело в том, что так его зовет именно Юля?

Вместо ответа Громов ныряет под воду и, активно работая руками, переплывает бассейн. Плавает он конечно так, будто всю жизнь только этим и занимался. Мне до его техники далеко, даже выделываться не стану. Так что просто спокойно плыву на середину бассейна, хватаюсь за водяной матрас и расслабляюсь. В конце концов, я сюда именно для этого и прилетела.

Пока Костя выходит из воды и направляется в бар за напитками, Стерва Юля не теряет времени даром. Вижу, как она подплывает к Матвею и что-то ему говорит. В принципе, я могу также включить ревность и облить эту сучку водой, но это реально пахнет детским садом.

Нет уж, у нас мозгов побольше. Так что мы пойдём другим путём.

Плыву к ступенькам и, пока осторожно пытаюсь вылезти, вижу, как в воду заходит незнакомый молодой брюнет.

— Простите, молодой человек, а вы мне не поможете? — спрашиваю по-английски и при этом мило улыбаюсь.

— Конечно! — мужик широко улыбается, демонстрируя белоснежные виниры, которые слепят мне глаза, и подает свою руку.

Хватаюсь за нее без раздумий, но успеваю сделать только шаг, когда неожиданно рядом появляется недовольный Громов и перехватывает меня за запястье.

— Руку свою убрал от моей жены, — чеканит по слогам на грозном английском.

Жены? Ну надо же, как необычно. Да мы, Матвей Викторович, ревнуем как-никак? А это уже интересно…