Глава 16

Доктор Громов Я думал, меня уже ничем не пронять. Ну вот серьёзно. После всех передряг, через которые я прошёл, после того, что видел, пережил, отчего чуть крышей не поехал, казалось, что во мне давно уже не осталось ни шока, ни удивления, ни хрена подобного. Но Игорь – гад. Сидел в своём кабинете, жевал какую-то дрянь из столовки, нагло лыбился и крутил в руках конверт. Тот самый. С тем самым тестом, который я вроде как не заказывал. – Держи, отец-герой. – Ты идиот? – я только и смог выдавить. – Ты не представляешь насколько. – Игорь снова ухмыльнулся. Я не взял. Не смог. Смотрел на этот чёртов конверт, как на взведённую гранату. – Ты хоть знаешь, что внутри? – Конечно. – Ну и? – А вот ты сам посмотри. И тут он улыбнулся так, что меня пробрало до костей. Как будто он знал обо мне что-то такое, чего даже я сам не осознавал. – Ну давай, не тяни кота за яйца. Я не ответил. Не знаю, сколько мы так сидели, пялясь друг на друга, но потом я просто выхватил конверт и вышел. Не вскрывая. Даже не знаю почему. Может, не был готов. Может, просто боялся… Но когда я ехал в машине, сцепив зубы так, что аж челюсть сводило, мозг сам начал крутить плёнку назад. Та ночь. Блондинка с мокрыми волосами. Её кожа – тёплая, нежная, живая. Глаза – большие, печальные, такие, что сразу хотелось выдернуть её из того ада, в котором она оказалась. Я даже имя её не знал. Я помнил, как она сказала, что бесплодна. Как в ту ночь она смотрела на меня, будто впервые за долгое время не чувствовала себя одинокой. Я вспомнил всё… Катя. Чёрт возьми. Когда я припарковался у её дома, понял, что стою, вцепившись в руль, как утопающий. В груди бушевал ураган. Я не знал, что скажу, не знал, как себя поведу? Но когда я поднялся на её этаж, увидел, что к её двери прижался этот павлин, и… Что-то внутри меня хрустнуло. Я даже не понял, как именно двинулся вперёд. Просто в секунду вцепился в этого засранца и оттащил от Кати. Инстинкты сработали чётко и бесповоротно. Я не знал, когда именно они с Максом стали МОИМИ. С какого момента чувство ответственности захлестнуло меня с головой… Но когда этот урод пытался лезть к Кате, когда она стояла перед ним, вымотанная, выжженная, с усталым, но всё ещё упрямым взглядом… Меня накрыло. Я едва не вмазал этому павлину по лицу. Едва себя удержал. Но она… Она испугалась не его. А меня. Её взгляд. Этот быстрый, испуганный, полный непонимания взгляд, который бил больнее, чем все пули, что я когда-либо ловил. Мысли смешались в кучу. Когда я избавился от павлина и задал ей тот самый вопрос… Мне было важно получить от неё честный ответ. Хотя… На какую честность я, по сути, имел права? Она села за стол… когда я увидел её ссутулившуюся спину, как она вцепилась в этот конверт, будто он сгорит у неё в руках… я не знал, что делать. – Почему ты молчала? Она вздрогнула, но не ответила сразу. – Катя… Она резко подняла голову, сжав губы. – Ты же говорила, что бесплодна. – Я была в этом уверена! – она выдала это так резко, будто внутри неё что-то лопнуло. Я моргнул. – Я что, была похожа на ту, кто врёт?! Я сжал кулаки. Не знал, что сказать. Я не умел справляться с таким. – Ты могла бы сказать… – Что, Громов? Она подняла на меня взгляд. – Что сказать? Я даже имени твоего не знала! Я застыл. – Ты ушёл утром. Она резко сглотнула. – Сказал, что уезжаешь в горячую точку. Где я должна была тебя искать, Громов? На войне? Я не знал, что ответить. Потому что она была права. До одури хотелось прижать её хрупкое тело к себе и сказать, что всё будет хорошо, но… Я понятия не имел, что будет дальше. – Решение рожать было моим. Второго шанса мне могли бы не дать. Она замолчала, а я не мог дышать. Мне было нужно срочно проветриться… Свалить туда, где всё ясно, как белый день. Я ехал к Игорю на автомате. Даже не понял, как оказался у его квартиры. Просто позвонил в дверь, молча сунул ему бутылку виски и прошёл внутрь. – О, ну здравствуй, отец-одиночка. – Закрой рот. Он фыркнул, но налил. Мы выпили. Я не говорил. Просто молчал, уставившись в стол. – Ты охренел. – Спасибо. – Ты серьёзно? Я выдохнул. – Я не знаю, что делать, Игорь. – Ты просто засранец, который привык, что жизнь сама по себе. Я кивнул. – Так и есть. Он сжал губы. – И что теперь? – Теперь? Я взял стакан, выпил. – Теперь мне надо решить, как с этим жить. Игорь вздохнул, посмотрел на меня и сказал: – Ты дебил, Громов. И я с ним полностью согласился. Я сидел за столом, крутя в руках стакан с вискарём, и не мог поверить, что эта хрень происходит именно со мной. Игорь перестал издеваться, только когда увидел, насколько мне хренова. Дело дрянь. – Ну что, батя, – он ухмыльнулся, но уже без обычной насмешки. – Как оно, а? В животе не затрепетало? Инстинкты не взыграли? Не потянуло в детский мир за памперсами? Я мрачно на него посмотрел. – Игорь… – Что? – он приподнял брови, сделав лицо таким невинным, что его хотелось вмазать. – Я тебя придушу, если не заткнёшься. Он усмехнулся и махнул рукой. – Ладно, ладно, извини, но… ты сам-то как? Я выпил ещё. – О**енно, Игорь. Просто пи**ец как о**енно. – О, ну теперь всё понятно, – он усмехнулся, но уже без издёвки. – Знаешь, а я не удивлён. – В каком смысле? – Ну ты вспомни, как ты вёл себя с этим парнишкой. Я молча смотрел в стакан. А ведь он прав. Максим тянулся ко мне с первой встречи, а я, как идиот, даже не задумывался почему. – Ты понял, да? – хмыкнул Игорь. – Ты уже давно его воспринимаешь как своего. Просто сам себе не признавался. – Я не знал! – А если бы знал? Я завис. – Да х*ен его знает… – Ну-ну, – Игорь покрутил в пальцах бокал. – А теперь? Я закрыл глаза и откинулся назад. – Катя не хочет, чтобы я был рядом. – Катя – мать-одиночка, которая боялась, что ты принесёшь ей проблемы. Пойми ты наконец, что она несёт ответственность за ребёнка. Если она впустит тебя в его жизнь, то мальчишка может привыкнуть… А если ты исчезнешь? Вдруг станешь тем самым уродом, которые исчезают с радаров, как только стало худо? Я открыл глаза и посмотрел на него. – А я что, не такой? Игорь вздохнул. – Ну, давай по чесноку, Громов. – Давай. – Ты всю жизнь бежал. Я напрягся. – От всего. Я сжал зубы. – От жизни, от женщин, от прошлого… Ты привык, что у тебя никто не задерживается, а ты – у них. Я ничего не сказал. Потому что он был прав. Я никогда ни к кому не привязывался. Никогда. Но вот, чёрт побери… – Я не знаю, что мне делать, Игорь. Он молча вздохнул. – Начни с того, что не беги. Я горько усмехнулся. – Ты-то куда умный такой, Стрельцов? – А я на своих ошибках научился, друг мой… Я покачал головой. – Ты тоже в дерьме? – По уши. Я ухмыльнулся. – Ну, рассказывай. – Да что тут скажешь… Вера ушла, а я не смог… – Не смог что? – Как и ты, Громов. Не смог остановиться и осознать простую истину, что я без неё подыхаю. И мы выпили ещё. И разговаривали долго. Но одно я понял точно. Я не хочу бежать. Впервые в жизни.