Глава 9

Мы спускались все ниже, воздух становился холодней и в свете зеленоватых камней уже вижу клубы пара изо рта.

– Вы меня заморозить хотите? В этом мое испытание или что там еще? – поинтересовалась я, пряча пальцы в подмышки.

– Терпение, леди де Лафей, терпение, – отозвался Шаторье, и коридор неожиданно кончился.

Мы оказались в широкой пещере в середине которой светится голубое озеро. По краям четыре стражника, все так же с поддернутыми дымкой лицами. Стены и потолок мерцают зелеными камнями.

Можно было бы восторгаться красотой если бы не холод и тянущее ощущение жути в районе солнечного сплетения.

– Ваше испытание здесь, – сказал Шаторье и ухмыльнулся.

Теперь я точно уверена – это ухмылка. И пусть он сколько угодно потом пытается убедить, что не злорадствовал, притащив меня в это жутковатое место.

Откуда-то возникла служанка с белой сорочкой в руках. Взглянув на ткань, я вытаращилась и охнула, магия в груди сжалась в комочек.

– Я не буду это надевать. Она же прозрачная.

Шаторье кивнул.

– Прозрачная, как вода в этом магическом озере. Это символ.

– Вы с ума сошли? – выдохнула я, с холодком понимая, посол не шутит.

Он покачал головой и произнес:

– Отнюдь, леди де Лафей. Вам следует облачиться в ритуальное одеяние и войти в воды магического озера. Затем окунуться с головой и продержаться, сколько позволит дыхание. По-моему, задача на такая сложная, учитывая, как часто вы плавали в реке у себя дома.

Косясь на служанку и рубашку у нее в руках, я проговорила оторопело:

– Только дома на меня не глазели пятеро мужчин. Вы вообще как себе это представляете?

– Прекрасно представляю, – отозвался Шаторье и у меня невольно потеплели щеки – он еще и издевается. – Леди де Лафей, вы либо сами переодеваетесь, либо придется прибегнуть к магии. Не думаю, что второй вариант вам понравится.

Сердце ухнуло. От Шаторье стоило ожидать всякого. Он спокойно мог изничтожить на мне одежду, оставив в чем мать родила прямо перед стражниками, при этом тоже глазеть.

Какой кошмар.

– Вы… – задохнулась я от злости, но не закончила. Схватив сорочку, направилась к дальней стене пещеры, где светящихся камней мало и царит блаженная тьма. – Горничная… служа… Или кто вы? Вы мне поможете?

Девушка всплеснула руками и заторопилась ко мне.

На Шаторье старалась не смотреть, но уверена, у него на губах все та же мерзкая ухмылка. Уж не знаю, почему он на меня взъелся. Или не взъелся, но явно как-то не так относится. Главное – не поворачиваться лицом, не хочу, чтобы он видел… У… демоны!

Служанку я оставила так, чтобы ее фигура хоть немного прикрывала меня от стражников и посла. Платье стягивала нарочно долго, а когда оно оказалось в руках у служанки поняла – платье грело. Очень даже грело. Потому, что без него кожа моментально покрылась пупырышками, а сырость пробралась в самое нутро. Не раскрытая магия в груди жалобно шевельнулась и уползла куда-то глубоко. Как при таком холоде еще и лезть в воду не представляла.

Я быстро влезла в сорочку. Она оказалась очень свободной и до безумия прозрачной. Несмотря на сырость и озноб, меня обдало жаром – как в таком виде показаться перед пятью мужчинами?

Но Шаторье мне действительно не позволит избежать этого позора.

Я зажмурилась, пытаясь отстраниться от происходящего. Может, если не думать, все пройдет быстрее.

– Госпожа? – послышался встревоженный голос служанки.

Пришлось открыть глаза.

– Да, уже иду.

Девушка отошла в сторону, пропуская вперед, и меня опалило жаром, едва поймала на себе взгляд Шаторье.

Магия, и без того убежавшая в глубины меня, совсем сжалась и скрутилась калачиком, чего никогда не было. Посол смотрела на меня ледяными глазами, словно пожирал. Но пугало не это. Я уже видела, как Ашиль с вожделением взирал на Джозет, я знаю, каким бывает мужской взгляд.

Но в глазах Шаторье что-то другое. Словно я не девушка в полуголой сорочке, а кусок золота или драгоценного камня, который хочется заполучить всеми правдами и неправдами.

Инстинктивно я прикрылась руками, Шаторье этого будто не заметил.

– Мисс де Лафей, – сказал он чуть охрипшим голосом. – Прошу к озеру.

Он протянул ладонь, но мне, после его безумного взгляда, прикасаться не хотелось.

– Я сама.

– Как будет угодно, леди, – с усмешкой отозвался он. – Туфли тоже нужно снять.

Я тяжело вздохнула. Как бы после этого Ритуала признания магии не пришлось пить какие-нибудь зелья здоровья.

Камни пещеры оказались обжигающе холодными, стопы буквально жгло пришлось приподняться на носочки, чтобы хоть немного уменьшить поверхность соприкосновения. Подойдя к краю, я остановилась, вглядываясь в безмятежную, прозрачную и голубую воду.

На первый взгляд глубина не большая. Но по опыту знаю – чем чище вода, тем обманчивей глубина. Летом в заводях она бывает кристальной, кажется можно протянуть руку и достать камешек со дна. Но, стоит окунуться, как уходишь с головой.

– Собираетесь с духом, леди де Лафей? – раздалось справа совсем рядом, и я вздрогнула.

– Мне все это не нравится, – отозвалась я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но от холода и страха он охрип. – Знайте, если со мной что-то случится…

– …значит на то воля богов, – отозвался Шаторье.

Я лишь успела оторопело оглянуться и охнуть, когда он столкнул меня в озеро.

Вода обожгла.

Обожгла, как может только ледяная и едва не застывающая. Легкие моментально сжались, дыхание перехватило, а в голове мелькнула мысль, что продержаться в таком холоде не под силу никому. А еще до дна так и не достала.

Паникуя и буквально дубея от холода, я вынырнула, отчаянно ударяя руками по поверхности. Меня трясло, сердце тарабанило, как ненормальное, готовое выбить ребра и ускакать подальше от этого жуткого места, а магия словно вообще ужалась до неприметных размеров.

Я хватанула ртом воздух и рванулась к берегу, но Шаторье вскинул ладонь и четыре стража по краям озера развели руки. На пальцах замерцали зеленоватые огоньки, а с потолка стала опускаться такого же цвета паутина.

– Что это? – в страхе выпалила я, превозмогая зубную дробь.

Губы Шаторье растянулись в очередной улыбке.

– Вы не забыли, леди де Лафей? Вам нужно нырнуть и продержаться, сколько сможете.

Больше нырять совершенно не хотелось. Ткань сорочки раздувается и путается в ногах, пока шевелю ими, чтобы держаться на плаву, тело горит, дыхание прерывистое, а изо рта валит пар.

– Вы меня столкнули! – закричала я. – Пустите, я вылезу!

– О, разумеется, – согласился он. – Когда пройдете Ритуал. Наберите побольше воздуха.

Прежде, чем успела послать его к демонам, зеленая паутина обрушилась с потолка, я едва успела вдохнуть, а затем меня вдавило в воду.

Паника.

Раньше даже не думала, что паника может быть такой жуткой, всеобъемлющей и безысходной. Я билась, пытаясь выбраться на поверхность, но светящаяся зеленью паутина не давала всплыть. Спасение совсем близко, всего в нескольких сантиметрах, и от того, что оно недоступно, становилось еще хуже.

Воздух в легких стремительно кончался, а из-за холода они спазмировались, еще быстрее лишая ценного ресурса. Я продолжала трепыхаться, как рыбешка подо льдом, попросту не зная, как спастись.

Постепенно в глазах стало темнеть, поплыли цветные пятна, движения все сильнее сковывал холод, и мелькнула мысль, что, наверное, дергаться не стоит. Все равно ведь меня не выпустят. Наверное, Шаторье задумал избавиться от меня таким замысловатым способом. Скажет потом, что я не прошла Ритуал или что-нибудь в этом роде.

Хотелось кричать, но я изо всех сил сжимала губы, иначе захлебнусь. А потом и вовсе зажмурилась.

Пятна перед глазами все увеличивались, теперь они похожи на радужные шары, среди которых меня несет в неведомые дали. Задним умом подумала, что, наверное, потеряла сознание и медленно иду ко дну, которое совсем не близко.

Не понятно только, за что. За что Шаторье так на меня зол. Почему подверг меня такому ужасу.

Но додумать не успела – цветные шары расступились и меня буквально выбросило в лес на порог беседки, где я уже бывала. Все показалось совсем реальным, настолько, что подскочила и оглядела себя.

Одета все в ту же позорно прозрачную сорочку, воздух холодный, мокрая ткань липнет к телу, заставляя дрожать еще сильнее.

– Держись, – раздался знакомый бархатный голос возле уха, и на плечи опустился камзол.

Я дернулась, хотела обернуться, но мне не дали, – просто обняли со спины, прижав к горячей груди.

– Это… что… – забормотала я, пытаясь понять, что вообще происходит. – Это ты? Почему я здесь?

– Валенсия, держитесь, – повторил золотоволосый, – просто верьте, что справишься.

– Да что происходит, – выкрикнула я и попыталась вырваться, но горячие руки держали крепко, да и, пришлось признать, их тепло после обжигающего холода воды очень кстати. Но все равно продолжила: – Как это все понимать? Шаторье он…

Объятия стали крепче, словно золотоволосый испугался, что я могу исчезнуть.

– Он не сможет тебе ничего сделать, пока ты здесь, со мной, – сказал он.

– Но я не здесь! – выпалила я, чувствуя, как сердце вновь заходит в бешеной пляске. – Не с тобой! Я в ледяной воде! Без воздуха!

– Успокойся, Валенсия, – прошептал он на ухо. – Ты должна успокоиться. Обязательно должна.

– Я не могу…

– Просто слушай меня.

– Да кто ты…

– Валенсия, расслабься, доверься себе, – проговорил золотоволосый, игнорируя мои слова. – Прислушайся к силе, что дремлет в тебе.

Я попыталась выполнить его просьбу, но запечатанная магия уползла так глубоко, что я почти не ощущала ее. Никогда прежде она так не пряталась, раньше я чувствовала ее биение в унисон пульсу, но сейчас все иначе.

Глаза защипало от влаги, неужели это озеро забрало у меня то немного, что осталось от отца? В отчаянии я всхлипнула:

– Не получается… Я ее не слышу…

– Постарайся, – проговорил золотоволосый, – ты сможешь.

– Откуда ты знаешь… – упавшим голосом спросила я. – Я ведь даже не знаю, существуешь ты или нет.

Его губы оказались у моей щеки, дыхание опалило.

– Это не важно. Главное – соберись и слушай. Твоя магия подскажет, что делать. Слушай себя Валенсия. Слушай.

Мелькнула мысль, что у меня, по всей видимости, предсмертные галлюцинации, бред, потому, что давно лежу на дне магического озера, а Шаторье, наверное, злорадно хохочет на берегу. Это самое здравое, что приходит в голову. Я ведь так и не разобралась, что за видения меня посещают, откуда этот плод воображения с золотыми волосами.

Но терять все равно нечего, если действительно медузой расползлась по дну.

Золотоволосый продолжал горячо шептать на ухо, от его дыхания по телу невольно растекалось тепло:

– Я помогу тебе, Валенсия. Твоя магия, она где-то здесь, я прав?

Он осторожно, продолжая обнимать одной рукой, коснулся меня под грудью. Кожу опалило, я даже покосилась вниз, проверяя, не прожгло ли сорочку. Но она цела, а его пальцы очерчивают небольшие круги на ней.

Несмотря на ситуацию, меня охватило смущение вперемешку со странным, доселе неизвестным чувством, отдающим теплом в низ живота. От прикосновений золотоволосого, пусть он и не настоящий, по телу словно разбегались маленькие звездочки, хотелось прижаться к нему еще сильней. Хотя куда сильней. Согласно правилам Магикус Соле в моем бреду я только что опозорилась, как последняя не знаю кто.

Чувствуя, как меня все больше захватывает неведомое ощущение, я схватилась за его пальцы и выдохнула:

– Что ты делаешь?

– Не бойся, – раздалось у уха, – я пытаюсь сообщить твоему дару, что он в безопасности и что он сильнее, чем думаешь даже ты.

Секунду назад я сгорала от стыда при каждом его прикосновении, а когда выяснилось, что в них нет ничего двусмысленного, стало немного обидно.

Но долго обижаться не смогла – спрятавшийся в недра дар шевельнулся, и я едва не запищала от радости, когда ощутила, как он раскручивается в привычный шарик в районе груди. Он рос, и я вдруг ощутила его цветком, большой огненной розой, которая распускается при каждом его прикосновении. Никогда прежде мой дар не обретал такой формы, в растерянности я застыла в объятиях золотоволосого.

– Вот видишь, Валенсия, – прошептал он. – Ты думаешь о себе хуже, чем есть.

Я не знала, сама ли справилась, или это все моя странная греза, но все равно захотелось развернуться и обнять. Однако, едва заерзала в руках незнакомца, тот сказал:

– А теперь спеши. Даже у таких, как ты силы не безграничны.

И толкнул меня с такой силой, что я потеряла равновесие и рухнула вперед. Но, вместо того, чтобы упасть на пол беседки, очутилась в холодной воде. Я все еще в озере, и действительно на самом дне, которое выложено голубоватыми камешками, а в груди медленно растворяются остатки огненной розы.

Едва не закричала, вовремя успев осознать, чем это грозит. Меня вновь окатило ужасом, особенно когда ощутила, как сдавливает легкие и желание раскрыть рот и сделать вдох становится все невыносимей.

Больше терпеть не могла.

Оттолкнувшись ногами от дна, я буквально в несколько гребков оказалась на поверхности. Воздух хлынул в легкие, как спасительная манна, я глотала его и не могла надышаться, забыв о сорочке, ледяной воде и самом ритуале. Даже не сразу сообразила, что зеленой паутины на поверхности больше нет.

Немного придя в себя, заметила на берегу Шаторье с явно удивленным видом, служанку, прижимающую к груди мое платье и все тех же безмолвных стражей по краям озера.

Зубы стучат, но я смогла выговорить:

– Больше никогда… – и еле шевеля конечностями, подплыла к бережку.

Служанка помогла выбраться из воды и накинула на плечи полотенце, с сорочки и волос моментально натекла лужа. Я исподлобья взглянула на посла. В этот момент хотелось его испепелить, предать суду, пожаловаться королю, но его лицо успело приобрести привычное довольно-властное выражение.

– Невероятно, огненная роза… Примите мои поздравления, леди де Лафей, – сказал он. – Магическое озеро признало ваш дар. Можете переодеться и присоединиться к остальным девушкам. Результаты Ритуала будут оглашены чуть позже.

Зубы все еще выстукивали дробь, но я смогла проговорить:

– Это жестоко.

– Магия требует жертв, – пожал плечами посол и сделал недвусмысленный жест рукой, мол, уводите ее.