Глава 15

Теперь, когда мы с Натаном встречались, избегать моей сестрички стало проще.

Нет, даже не так. Это стало ненужным действием. Потому что Натан об этом позаботился. Я до конца не понимала, как он это сделал, только знала, что со мной рядом был либо он сам, либо кто-то из дисциплинарного комитета.

Например, Тамита, веселая очаровательная третьекурсница, которую нередко принимали за первокурсницу – невысокая и миниатюрная девушка с двумя хвостиками казалась слишком уж милой. Впрочем, те, кто столкнулся с ней в дуэли, так уже не думали.

– Ах, как я рада, что наш глава, наконец, влюбился! Мы-то думали, что его единственная любовь… – Тамита выжидающе замолчала, глядя на меня хитрыми-прехитрыми глазами.

Я вздохнула про себя – первокурсницу она напоминала не только внешностью, но и своим поведением. Однако подыграла:

– Кто же?

– Наказания! Ну и немного Амон. Хорошо, что у него сердце не изо льда.

– Оно не могло быть изо льда, – сказала я. – Амон растопил бы даже сердце из стали.

Тамита схватила меня за рукав, заставляя остановиться. Зачем-то вглядывалась в мое лицо, а потом пробормотала:

– Ты серьезно?

Насчет растопленного сердца Натана? Вполне.

– Он очень любит Амона, – сказала я, улыбнувшись.

– Нет, я не про это! Амон растопит сердце? Мы обе говорим про одного и того же фамильяра, да? Это Амон, Амон! Он назван в честь одного из самых легендарных мифических существ.

– Амон – лапочка, – отрезала я. – Даже не спорь. Я понимаю, что не все любят больших собак… точнее, волков. Но, пожалуйста, не говори о нем плохо при мне, хорошо?

Обычно я бы сгладила конфликт, но сейчас не могла. Речь же шла про Амона! Того самого, который в отсутствии Натана составлял мне компанию, когда я делала заклинание для Эрика. Как будто знал, что совсем скоро Эрик призовет его сородича – еще одного древнего волка. Правда, не боевого, как Амон, а способного ставить невероятные по силе щиты и исцелять тех, кого пожелает вылечить владелец. На самом деле, мы с Натаном довольно долго промучились, выискивая нужного фамильяра. И даже несколько раз заставили Эрика попытаться призвать кого-то, чтобы проверить, есть ли связь. С этим волком – была. Сильная.

И как только я дострою вспомогательный круг призыва, у Эрика появится его волк – Белен. По крайней мере, так Эрик планировал его назвать.

Круг я завершила через десять дней. Вообще-то, планировала позже, но в какой-то момент, видя нетерпение Эрика и глядя на Натана, который старался не показывать, но все же беспокоился, я решила, что все надо завершить побыстрее.

Один раз даже подговорила Натана ночью сопроводить меня в тот самый класс, где я занималась созданием круга.

– Ночью надо спать, – заметил Натан.

– Отосплюсь днем, – ответила я.

– На занятиях? Эйрин, даже если некоторые знания сначала кажутся бесполезными, то потом они могут пригодиться, – заметил Натан. – Я очень люблю своего брата и хочу, чтобы он призвал фамильяра. Но не ценой таких жертв с твоей стороны.

– Натан. – Я поджала губы. – Пожалуйста, позволь мне пожертвовать целой серией из шести уроков профессора Ицереска. Не ради сна, а ради моего благополучия. Если я буду слушать все, что он говорит, то попросту сойду с ума.

Натан ругнулся:

– Он еще не вышел на пенсию?

– А планировал? Судя по всему, он будет рассказывать о философии выращивания цветов с использованием удобрения вечно. И даже смерть ему будет не страшна. А сколько учеников добьет своими лекциями!

Если те не будут спать. Профессор, несмотря на свою увлеченность странными хобби, имел одно убеждение: сон студентов – святое. И либо мы спали, либо слушали его лекции. Третьего было не дано.

– Хорошо, можешь спать завтра на уроках. Ах, вот что ты со мной делаешь, Эйрин?

– А что я с тобой делаю? – подозрительно сощурилась я.

– Ведешь меня по ужасной дорожке настоящего нарушителя спокойствия, соблазняя нарушать комендантский час, – усмехнулся Натан.

– Насколько я помню, комендантский час не касается главы дисциплинарного комитета. И нарушаю тут что-то исключительно я. Вместе с Амоном. Ему же тоже не разрешено?

– Не разрешено, если нет опасности, – кивнул Натан.

– Во-о-от! Как закончим, можешь посадить нас вдвоем куда-нибудь под замок за нарушение.

– Вообще-то в академии другие типы наказаний, – заметил Натан. – Никакого насилия.

– Меня другие не устраивают, – ответила я. – Только такое. С Амоном.

– Ты уверена, что тебе нравлюсь я, а не мой фамильяр?

– И ты тоже можешь к нам присоединиться в запертой комнате, – ответила я, высунув язык. – Все, до встречи вечером, у меня урок скоро.

Из-за того, что я проработала над кругом всю ночь, то процесс значительно ускорился. Меня никто не отвлекал, а Натан под боком, скорее, ускорял и дарил вдохновение. Да, у создателей магии оно тоже бывает. Я просто представила, как он будет рад, как счастлив будет Эрик – и сложные плетения, которые давались с трудом, начали плестись с поразительной скоростью.

Наверное, из-за той ночи я и закончила со всем гораздо быстрее. Вечером, до комендантского часа, я завершила вспомогательный круг призыва. К сожалению, ни Натана, ни Эрика я не нашла, чтобы сообщить сию радостную новость. Я терпела. Я честно терпела, даже смогла продержаться до середины ночи. Но потом, услышав сонный голос моей соседки, чтоб я уже сделала то, что хочу, и прекратила страдать, действительно решила не мучиться.

Конечно, пробираться поздно ночью в мужское общежитие, когда все спят – так себе идея. Но я не могла оставаться на месте, потому что, наконец, закончила со вспомогательным магическим кругом для Эрика. И теперь он может подать заявку на повторный ритуал и, наконец, закончить призыв.

Конечно, нормальные девушки так делать не должны: поздно вечером выбираться из собственного общежития, пробираясь сквозь комендантшу, согнувшись перебежками перемещаться на открытом пространстве, чтобы добраться до мужского общежития. И, конечно же, не должны через окно проникать в спальню главы дисциплинарного комитета.

Но я не была особо нормальной. И, Натан, кажется, тоже это понимал. Поэтому навряд ли будет на меня ругаться.

Спальня была пуста. Я даже растерялась. К счастью, через минуту возник Амон и, аккуратно прихватив зубами рукав моей формы, потащил меня к кровати. Я села и занялась делом – почесыванием ушка. Чего я не учла, так это того, что даже если Натан зайдет в спальню, то он совершенно меня не увидит.

И именно поэтому я услышала то, что совершенно не ждала: диалог Натана с Эриком обо мне.

– Брат, у тебя же с ней все серьезно, правда?

– Ты думаешь, я стал бы встречаться с кем-то ради развлечения?

– Ты собираешься на ней жениться? Мне уже можно называть ее невесткой? – продолжал Эрик.

Я хотела выйти, честно. Но после его слов будто застыла. Жениться? Уже? Это не слишком?! Мы ведь даже не целовались!

– Не пугай ее.

– Да не планировал я. Но, как думаешь, долго она будет в неведении?

Каком неведении?

– Эрик, не так уж много людей знают об этом.

– Ага! Только все учителя в академии. Регрэнны – однолюбы. И все, кто сюда поступил, женились на тех девушках, с которыми встречались. Очень быстро, не прошло и трех месяцев. А вы с Эйрин… Эрийн?! – Эрик заорал так, что я аж подскочила.

– Эйрин?! – кажется, даже Натан поддался легкой панике.

Впервые на моей памяти.

– Заклинание готово, – сказала я, не глядя им в глаза.

Неловкость, радость и смущение смешались, заставив меня опустить голову.

– Полностью? – тихо спросил Эрик.

– Да. – Я протянула Эрику круг, над которым корпела не один день. – Можно уже призывать. Я… я пойду!

Я метнулась к двери, но Натан меня удержал:

– Куда? Хочешь попасться коменданту и схлопотать нарушение?

– Но…

– Не «но». Он сейчас всех проверяет. Эрик прошел только потому, что был со мной. И под мое честное слово. Второй раз мне уже не поверят, да и… это мужское общежитие. Эрик?

– Я пошел спать! – моментально воскликнул мальчишка. – Завтра увидимся. Спасибо, Эйрин!

Я… осталась наедине с Натаном. В его спальне.

– Ложись, – сказал Натан и, словно понимая все мои мысли, добавил: – я посплю на полу.

– Но кровать большая… – начала я.

– Могу сразу на тебе жениться, – сказал Натан угрожающе. – Иначе – нет.

– Хорошо, – покорно согласилась я, ложась на кровать Натана и не смея даже взять чужое одеяло.

Поверх меня лег плед – Натан укрыл перед тем, как сесть в кресло напротив. Сон не шел. Видимо, не только ко мне, потому что Натан листал какую-то книгу, сидя в кресле.

– Эйрин, пойдешь? – внезапно спросил Натан.

– Что?

– Пойдешь смотреть, как Эрик призовет фамильяра?

– А это… уместно?

Призыв – это не представление, а серьезное мероприятие.

– Уместно, – кивнул Натан. – Есть официально одобренный через преподавателей призыв, а также мое право приглашать тех, кого посчитаю нужным. Родовые фамильяры обладают разными особенностями, поэтому преподаватели не слишком вмешиваются в процесс.

– Я… не уверена, – в итоге сказала я.

Хотела ли я посмотреть на призыв? Очень! Я ведь никогда не видела, как это происходит, только читала в учебниках. Шансы когда-то увидеть призыв фамильяра были практически равны нулю. Но… не будет ли это слишком подозрительно? Если бы призывал Натан, то как-то еще можно было притянуть за уши мое желание посмотреть на процесс, но Эрик?

Что сказать учителю, который будет наблюдать? При должной доле сообразительности любой преподаватель начнет догадываться, что я присутствую там не просто так. В свое время Натан скрыл информацию о том, что призвал фамильяра с помощью вспомогательного круга, ведь тогда его учитель, создатель заклинаний, вызвался быть наблюдателем и контролировать процесс. У Эрика же такой возможности не было. Значит, наблюдать будет сторонний учитель.

Когда я рассказала об этом Натану, он лишь улыбнулся:

– Ты зря переживаешь. Никаких других учителей не будет. Только Эрик, я и, если согласишься, ты.

– Но как?..

– Так. Призыв родового фамильяра – дело сложное. И иногда у этого дела бывают определенные условия, которые ни я, ни мой брат не обязаны озвучивать. Даже учителям.

– О. Мне можно спросить какие?

– Какое, – поправил меня Натан.

– И какое же?

– Ты, – ответил он. – Что? Почему ты так на меня смотришь? Ты создала этот вспомогательный круг, разве не логично, что ты не только понаблюдаешь за процессом, но и поможешь в случае чего? Кто еще это сможет сделать, кроме тебя?

– Никто…

– Вот и все. Но, конечно, если ты не хочешь, то никто тебя не заставляет, – добавил Натан, прекрасно видя, что я хочу, очень хочу.

– Спасибо, – сказала я.

– За что?

– За то, что беспокоишься о моем секрете настолько сильно, – ответила я, добавив: – Я бы тоже не хотела, чтобы кто-то увидел меня, постороннюю, и сопоставил факты.

– Я, конечно, беспокоюсь, но не настолько. Я думал о том, что если тебе придется вмешаться в процесс призыва, то учитель будет лишним, – сказал Натан. – Знаешь, Эйрин. Не то что я не понимаю, почему ты так сильно жаждешь скрыть свою силу… Но иногда мне кажется, что ты излишне этим обеспокоена. Есть много способов избежать того, что ты боишься.

Я чуть улыбнулась. Когда-нибудь я обязательно все объясню Натану. Возможно, на третьем или четвертом курсе. Может, и на втором. Так я думала тогда. Кто же знал, что мою тайну придется рассказать Натану намного раньше?

***

Вместо утренних занятий я отправилась в комнату призыва. Я ее уже раньше видела – мельком, буквально одним глазом. В ней не было ничего необычного, пока не начинался призыв. Но на призыв мне смотреть не доводилось.

До этого дня.

Эрик был взволнован. Предвкушал, нервничал, страшился.

– Переживаешь? – Натан потрепал брата по волосам.

– М-м-м…

Да, утешитель из Натана никакой. По крайней мере, для брата.

– Эрик, – окликнула я.

– Что?

– Я корпела над этим кругом долго. И вложила всю душу. Поэтому, будь добр, прекрати переживать. С его помощью фамильяра призовет даже последний бездарь. А ты у нас талантище.

– С-спасибо!

Мы с Натаном сели у стены, наблюдая за тем, как Эрик старательно выводит круги. Это то, что он должен сделать сам, ведь стандартный не подходит.

Закончил. Один взгляд в нашу сторону, улыбка.

И призыв начался.

Это было завораживающе – смотреть на то, как нити переплетаются, создавая заклинание. Такой структуры я не видела. На такое заклинание я могла бы смотреть вечно – оно было совершенным.

Нити заклинаний не спали разом. Выполнив свою задачу, они медленно растворялись, наполняя пространство светом.

Волк Эрика появился в центре круга – сияющий, великолепный. Не хуже Амона и не лучше. Он был другим. Если Амон был теплым и ощущался почти своим, то Белен – фамильяр Эрика – выглядел отстраненным и мистическим, почти нереальным. Но добрым. Его глаза – спокойные и невероятно сочувствующие, словно он планировал разогнать всю печаль в этом мире, дарили ощущение тепла. Отстраненный и теплый одновременно.

Эрик подошел к волку, упал перед ним на колени и обнял за шею, уткнувшись в магическую шерсть. Кажется, плакал. Я понимающе улыбнулась.

Натан, сидевший рядом, взял меня за руку и шепнул:

– Спасибо тебе. Правда, спасибо. Спасибо большое.