Глава 20. Это лето на репите…

— Ты почему разозлился? — спросила Нитка, подвигаясь ко мне вплотную. Ткнулась носиком в плечо.

Ладно. Я лег на спину. На животе и в паху мороженое перемешалось со всем, что было.

— Не злись, Петечка. Хочешь я тебя поцелую?

На мгновение мелькнула надежда, но я ей не поверил.

— Хочу, — я надул губы, как школьник.

Барышня нагнулась надо мной. мягкие волосы пощекотали кожу. Нитка вытянула губы дудочкой и прижала их к шкуре крайней плоти.

— Ох ты! — признался я.

Нитка лизнула два раза, сморщилась и плюнула мне на живот.

— Горько.

— Если бы я знал, что меня такое счастье ждет, я пил бы накануне малиновый сироп, — я притянул к себе Нитку и поцеловал с удовольствием.

— не мешай! — он отпихнула меня и встала.

Я вдруг понял, что на нее смотрят. В бинокль или камеру, или еще как пялятся на мое голенькое чудо и пускают слюни.

— Оденься, — я бросил в девушку своей майкой.

Нитка посмотрела на меня с удивлением, но ничего не сказала. И Нитка не была бы самой собой, если бы послушалась. Она скомкала майку, засунула под голову и улеглась перед моим лицом.

Ладно. Я пощекотал ее языком в пупке и повел влажную дорожку вниз. Забыл напрочь, что собирался прятать свое сокровище от посторонних глаз.

— Как погода? — я ответил на звонок.

— Супер! — я с нажимом лизнул пухленькие губки в ложбинке под плоским животиком своей красавицы.

— Петечка! Ты дурак? — сделала круглые глазки красавица.

— Раздвинь ножки, — улыбнулся я.

— Ты совсем берега потерял, Вагнер, — беззлобно фыркнула Геля.

— Это не то, о чем ты подумала, дорогая, — я ухмыльнулся и полез в святая святых. Не выдержал. — ммммм!

— Вагнер! — напомнила о себе Ангелина, но трубку не вешала, — я нашла для тебя несколько интересных дел в папином архиве. Одно особенно любопытное, конца сороковых годов.

— Я приеду вечером, Гелечка, обязательно! — я отключился. Захлебывался слюной. Да и неприлично, на самом деле, говорить о работе, когда делаешь куни. Кто-нибудь может обидеться.

Я втолкнул сразу три пальца в девчонку. Согнул аккуратненько. Нитка шумно дышала и пыхтела что-то неразборчивое. Потом пискнула. Я понял, я у цели. Втянул сосок в рот. Нитка замерла, потом вздрогнула. И еще раз. Горячая влага потекла по руке. Я снова втянул клитор в рот и прижал губами. Девушка дернулась и оттолкнула меня. Вот она шустрая малышка! Загляденье сплошное! Некоторых пока раскочегаришь, семь потов сойдет, а тут. У меня даже шея не успела затечь. А у нее уже сквирт. Я откинулся на матрас.

— Сладенькая моя!

Снова звонок. Я не хотел ни с кем разговаривать.

— Возьми трубку, Петечка! — прошептала сладострастница, — вдруг это папа?

— Типун тебе на язык, чтоб рот не закрывался! — сплюнул я, но кнопку нажал.

— Играешь в рискованные игры, Вагнер? — смеялся знакомый голос, — давай вечером встретимся или я тебе заложу. Сейчас видос пришлю, что бы ты оценил всю глубину ямы, в которую угодил.

— Шли, котик. Я сам перешлю твой ролик Аллочке. Пусть насладится проделками сестрицы, — я хотел громко расхохотаться в стиле Мефистофеля из оперы Гуно, но Нитка накрыла мой рот поцелуем.

Я понял. Сестра Аллы — любительница пошутить с моим личным пространством. Что ей надо?

— Я занят сегодня в любом случае, — я притворно вздохнул.

— Будешь своей старушке Ангелине пизду вылизывать? — резко выступила Светлана.

Я обиделся и отключился.

Зачем-то в уме пересчитал своих подруг. Действительно четыре штуки. Вот я люблю огород разводить! Светка-то мне зачем? Надо было сразу послать ее на хутор бабочек ловить! Гелю мою обидела, сука. Я разозлился.

— Сука! — высказался я вслух и в сердцах.

— Что? — переспросила Нитка и легла на живот.

Я пристроил голову ей на попочку. Поцеловал сначала одну половинку, потом другую.

— Ты в квартире живешь? — надо было с самого начала поинтересоваться.

— Нет. я к маме на дачу вернулась. Ездить неудобно страшно. Папа обещал машину купить, чтобы я по электричкам не терлась, — рассказала Нитка засыпающим голосом.

— Ага. Тогда ты начнешь по трассе тереться. Не знаю, что хуже, — высказался я.

— Я хорошо вожу. Аккуратно и по правилам. Даже папа это признает, — она хотела перевернуться. Я поймал и втянул губы в поцелуй.

— Петечка, хватит, — она чуть-чуть уперлась кулачком мне в ребра.

— Тебе жалко, что ли? — я засмеялся. Девчонка действительно заводила меня, как пацана, никак не мог наестся толком.

— Нет. мне не жалко. Я вообще могу поселиться на этом матрасе навсегда. Но ты переешь, и я тебе надоем, — заявила моя умница.

— Не переживай. Скорее твой папа меня поймает и придумает что-нибудь веселенькое, чем ты мне надоешь, — я взял ее тонкие пальчики и стал целовать по одному.

— Зря ты насчет папы переживаешь, Петечка, — девушка обхватила мои бедра длинными ногами, открываясь навстречу, — ему сейчас не до меня.

— Почему?

Я забыл слушать ответ. Наконец у нас начало получаться. И Нитка не отталкивала меня. Наоборот, она двигалась навстречу и даже постанывала понемножку.

— Воот такой здоровенный камень. И где только взял, не знаю. Но она все равно думает. Чо тут думать? Ты не знаешь, Петечка?

Я ушел в процесс с головой и возвращаться не собирался.