Глава 14 · Денис. Важный разговор

— Привет! — говорит моя девочка, усаживаясь в машину. Мы едем к ее друзьям.

Лина выглядит необычно: кроссовки, теплая куртка с капюшоном и дырявых джинсах. Не «пялиться» на ее коленки для меня нереально. Я пытаюсь, но взгляд падает на ее ноги, как только останавливаемся на светофоре. Поймав меня на подглядывании, она довольно хмыкает. Зато я понял, что «дырки» оказались обманками, под ними была ткань телесного цвета. «Заманухи».

По приглашению ее друзей мы едем за город в дачный поселок с романтичным названием «Зорька». Алену я знаю шапочно, с ее мужем Олегом, хозяином нескольких автомастерских знаком как постоянный клиент. Спокойный, деловой мужик. В отличие от других ремонтных организаций у него нет текучки и толковый сработавшийся коллектив. Цены обычные, в убыток никто не работает.

Мы заехали в магазин, купили вина, коньяка, рыбы и кое-что по мелочи, по выражению Лины. Мелочь еле вместилась в два пакета.

Дорога к даче неплохая: широкая, выложена щебенкой и кругом ухоженные участки. Мой «Ланд Ровер» проехал бы и в других условиях, но ехать по комфортной дороге очень приятно.

У ворот нас ждет Алена в широком пестром платье, поверх которого был накинут широкий палантин, и обнимает Лину со словами «рыбка моя».

— Денис, так непривычно видеть вас не в костюме, а в джинсах и рубашке как обычного человека, — усмехается хозяйка.

— Спасибо за приглашение, — отвечаю я.

Дача представляет собой одноэтажный белый дом с большой застекленной террасой. Летом, наверное, кругом много зелени. Я увидел беседку на лужайке и мангал, зону отдыха с качелями. Под осень огород был перекопан, и было понятно, что среди этого современной благоустроенности находилось место и для пары грядок с луком и укропом на заднем дворе. Хозяйка с удовольствием показала их — «у нас летом своя зелень».

Пока мы с Олегом жарили шашлыки за беседой о «плюсах» и «минусах» китайского автопрома, девчонки накрывали на стол на террасе. Линка купила какие-то зеленые резные салфетки, «совершенно дачные», и Алена говорит о том, как чудесно они смотрятся с сервизом и скатертью.

Какая-то пасторальная картинка. Но за столом мы все оживлены, в целом все расслаблены.

— Ты могла бы в разведке работать. Мы со студенчества дружим, а о том, что ты ведьма я узнала буквально на днях.

— Неправда. Я от тебя не скрывала, что моя бабуля травница.

— Но никогда не говорила, что она ведьма. Кстати, Денис, она сегодня свой травяной чай привезла. Я его Олежику завариваю, когда у него голова болит. У нашей красотули есть еще сборы от простуды и переутомления. Ведьмочка моя, — обняла она Лину.

Потом захмелевшие девчонки договорились в ближайшее время полетать на метле. Лина клятвенно пообещала подруге ознакомить ее с «авиационной» стороной ведьмы.

Я не раз ловлю на себе изучающий взгляд Алены. Я не отворачиваюсь, принимаю этот вызов.

После тостов и распробованных салатов, шашлыка и рыбы, Олег приносит из дома гитару и мурлычет под аккорды «лала-лалай-ла». А потом мы все вместе поем «Солнышко лесное» и ' А не спеть ли нам песню'.

Утомленная Лина, положила мне на плечо голову и ее ладонь уютно лежит в моей ладони.

— Пойдем-ка, Денис, покурим, — неожиданно предложила Алена.

Лина удивленно посмотрела на нее. Алена усмехнулась и заметила:

Не курю, и всем не советую. Минздрав предупреждает, и бла-бла-бла. Но сейчас мне вот так, — подруга провела ладонью по подбородку, — покурить надо с Денисом.

Она склонилась к Олегу и шепнула: «Ты моя умница». Муж улыбнулся и понимающе кивнул.

Мы накинули куртки и вышли на улицу. Алена захватила с собой плед и повела меня к деревянной лавке вдали от беседки. По всему саду были уложены дорожки из деревянных спилов вперемешку с декоративной серой и коричневой галькой. Слева и справа от лавки были посажены кусты сирени.

Она села, расстелила плед рядом так, что места присесть рядом не оставалось, но я и не собирался. Я стал напротив и ждал. Женщина хочет поговорить, и я догадываюсь, что основная тема — наши отношения с Линой. Со стороны беседки раздался смех Олега и Лины.

Мы обернулись, Олег помахал нам рукой.

— Линка такая хохотуха иногда. Это, между прочим, верный признак, что она нервничает, — Алена смотрела на подругу.

— А разве есть повод?

— Она не станет ко мне тебя ревновать, не беспокойся. Мы слишком давно друг друга знаем и ценим наши отношения.

— У нее что-то случилось?

— У моей Линки случился ты, — она запрокинула голову и посмотрела мне в лицо.

Я понял, что сейчас будет наставительный заботливый монолог подруги и просто ждал, что она скажет мне.Мне было интересно одно — искренний ли он.

— Денис, ты меня сейчас не перебивай. Мне сказать тебе нужно то, что я давно хочу, но никогда не было подходящего момента. Ты красивый мужик, обеспеченный, самодостаточный. Возраст у тебя сейчас самый подходящий для прохождения заболевания «бес в ребро». Самый настоящий «папик» для юных нимф, я с такими знакома лично — таскаются как кобели всю жизнь. Но с Линой так нельзя. Она для меня не просто подруга, она как сестра.

Линка меня из такого дерьма вытащила, что мне вовек не забыть. В подробности вдаваться не стану. В моей юности был суицид. И неудачным он стал только благодаря ей. Они с Олегом дверь выломали и «скорую» вызвали. Мне родители так не помогли, как она. В общем-то, на Олега как на будущего мужа она мне глаза открыла.

На глазах Алены блеснули слезы. Под гнетом тяжелых воспоминаний, она закрыла лицо руками. Потом встряхнула головой, как будто сбрасывая их.

— Я тебя как ее сестра, пусть не кровная, прошу, требую, заклинаю, если ты не любишь — оставь мою Линку. Твоя шутка про «выходи за меня» затянулась. У нее большое любящее сердце, и если ты ее обидишь, рана тоже будет большой. У нее были мужчины, но все это «так» — не ее уровень. Ни один из них стать для нее опорой не смог, и не хотел никто, если честно. Все ее бывшие кавалеры расстались с ней на хорошей ноте, и это не их заслуга.

У Линки с тобой по-другому. Она про тебя все знает и все в тебе принимает. Что это, если не любовь? Конечно, она тебе в рот заглядывать не будет, но ей нравится твоя внешность, она отмечает твою эрудицию. Несогласие с твоим мнением для нее не вызов, а только повод задуматься над правильностью своего. У Линки большая выдержка, она на себе столько моих проблем и слез вывезла, что мне не нужно было обращаться ни к психологу за консультацией, ни к маме за помощью.

Она моя подушка для слез и мой главный советчик. И я из чисто эгоистичных побуждений не дам тебе ее растоптать. Она сейчас смотрит на тебя влюбленными глазами с открытым сердцем. Не смей ей говорить «выходи за меня» без намерения жениться и сделать ее счастливой. Хочешь ее — бери, но не играй с ней.

Н-да. Интересное выступление, все-таки искреннее. Я ожидал, что Алена завершит его угрозами, мол, если ты ее обидишь, мы с Олегом тебя с лица земли сотрем. Ничего подобного. Подруга моей женщины, рассуждая о большом сердце Лины, рассказала об ее уязвимости.

Я могу сейчас узлом завязаться, бить себя пяткой в грудь и громко заявить о намерении опуститься перед Линой на колено и жить с ней в любви и согласии до конца дней своих, но это не мой метод. Алена ждет от меня ответ — честный и открытый.

— Я так воспитан, Алена, что все, что происходит между мной и моей женщиной, остается с нами. Публичность в личной сфере я не понимаю и не приемлю. Но, поскольку ты для Лины близкий и дорогой человек, грубость я исключу и отвечу максимально корректно. Мне нравится, что у нее такая добрая и верная подруга, но корректировать мои поступки, мысли и чувства я под ожидания даже такой прекрасной подруги не стану. Мы взрослые люди, и жениться нам или разбежаться навсегда, мы решим сами. Одно могу подтвердить: я не обижу Лину.

Я поклонился ей, но вышло это насмешливо. По крайней мере, не зло.

— На этом нам с вами, госпожа заступница, надо завершить вечерние откровения, пока еще наше отсутствие не вышло за рамки приличий, — я предложил ей руку, обозначая, что разговор окончен и нам пора возвращаться.

Алена не оценила ни моего юмора, ни моей вежливости.

— Пижон и трепло, — заявила она, и, проигнорировав мою руку, направилась к террасе. Мне пришлось захватить оставленный ею плед.

Она останавливается через несколько шагов и резко оборачивается.

— Я за тобой наблюдаю, — ее указательный палец с острым красным ногтем готов проткнуть меня.

Ночевали мы с Линой в одной комнате и в одной постели.

— Не приставай ко мне, — заявила моя девочка. Она надела футболку и шорты, которые не располагали к соблазнению. Но во что бы она ни была одета, она желанна. Еще не протрезвевшая Лина, укладывается мне под бок.

— Не сегодня, — говорю я, — когда я стану приставать, то объявлять об этом не буду и слушать тебя тоже. Просто возьму свое.