Глава 11

Внезапно Ростислав вдруг сморщился и схватился за бок. Его лицо побледнело, губы сжались в тонкую линию.

Маша вздохнула, качая головой:

— Я ведь говорила, что тебе нужен покой, а не ужины при свечах.

Он криво усмехнулся, откидываясь назад:

— Пожалуй… этой ночью отплатить тебе за спасение не смогу.

Она хмыкнула.

— Ужас, какая потеря.

Его шутка, хоть и дурацкая, разрядила обстановку. Она даже немного расслабилась. Окончательно убедилась, что убивать ее никто не собирался.

Спустя несколько минут двое мужчин зашли в комнату, помогли Ростиславу встать, и, с их поддержкой, он покинул столовую. Перед уходом бросил в ее сторону короткий, почти прощальный взгляд. Не сказал больше ни слова.

Ее вновь проводили в комнату. На этот раз обошлось без запертой двери. Наверное, Ростислав распорядился. Он же здесь босс.

Она провела тут еще одну ночь. Неспокойную, полную мысленных диалогов, тревожных снов и навязчивого ощущения, что ее жизнь очень круто изменится.

Утром ее вновь отвели в подвальную операционную.

Ростислав был уже не такой бодрый, как вчера, видно, обезболивающее окончательно отпустило. Легкая испарина на лбу, вялость в движениях. Он молчал, сегодня не засыпал ее остроумными словечками и не пытался смутить.

Маша осмотрела рану, сделала перевязку, что-то пробормотала себе под нос. — Придерживайся диеты. Не геройствуй. И никаких физических нагрузок.

— Ты такая серьезная, когда злишься, — пробормотал он. Все же она ошиблась, его дурное чувство юмора никуда не делось.

На этом и распрощались.

Спустя час ее вывели к черному джипу, припаркованному во дворе. За руль сел тот же мужчина, что тогда вез их в дом. Ни слов, ни объяснений. Молча поехали обратно к тому самому шале, где все началось.

Перед тем как она вышла из машины, ей протянули конверт.

— За труды, — коротко сказал водитель.

Маша даже не взглянула на его содержимое.

— Оставьте себе. Для меня лучшая оплата — это больше никогда вас не видеть.

Она захлопнула дверь, и через секунду джип мягко тронулся, растворяясь между деревьями.

Маша осталась стоять посреди тропинки, с бешено бьющимся сердцем. Неужели все? Так просто? Жива. Цела. Свободна.

Все казалось странным, будто это был сон, сшитый из острого страха, адреналина, глухой ночи и чьего-то хриплого, но притягательного голоса.

Несколько минут она потопталась на месте и решила, что оставаться здесь она не могла. Вдруг они передумают. Вдруг решат, что зря отпустили. Вдруг…

Она поспешно бросилась к дому, собрала свои вещи, кинула их в багажник и завела машину. Дрожь в руках все еще выдавала ее состояние. Дом, шале, деревья — все это начало медленно исчезать в зеркале заднего вида. Словно и не было ничего.

Маша гнала машину, не включая музыку, оставаясь предельно серьезной. Сознание все еще отказывалось воспринимать произошедшее как реальность.

«Кто ты такой, Ростислав? И почему мне хочется знать больше?»

Она вздрогнула от этой мысли. Вцепилась крепче в руль. Нет. Все. Хватит.

Нужно вернуться домой. Вернуться на дежурство. Погрузиться в работу. Оперировать. Отвлечься.

Но в голове все равно звучал его голос, спокойный, чуть насмешливый:

— Если я захочу тебя найти — найду. Хоть на краю света.

Маша глубоко вдохнула и выдохнула, точно так же, как учат при панике. Но, похоже, она не от страха дрожала, а от того, что на самом деле не хочет, чтобы он оставил ее в покое.