Глава 22

Валя

*****

Отодвинув тюль, смотрю на закат.

Взгляд отрешённо блуждает по зареву. Ныряет в мягкие облака, кажущиеся тёмно-фиолетовыми при таком освещении. Цепляется за шпили церкви где-то неподалёку и вновь перескакивает ближе.

Фокусируется на парковке возле подъезда, когда наёмный автомобиль тормозит почти под козырьком.

И кто это такой наглый?

Прилипаю щекой к стеклу, замечая Риту, выпархивающую из салона такси. Вот она ныряет обратно, помогая выйти Исаеву. Бережно придерживает его за талию.

Вздох разочарования вырывается из моего приоткрытого рта. Рисует влажный узор на прохладном стекле. Полный брезгливости и разочарования.

Вот же чертовка…

Отшатываюсь от окна. Терзаю нижнюю губу передними зубками, ощущая, как на языке расплылся терпкий солоноватый привкус.

Значит, Рита сдержала слово. Окрутила в моё отсутствие босса и теперь намерена довести дело до конца. Ну да, я же прекрасно видела их поцелуй в ресторане.

Понятное дело, что на этом всё остановиться не может. По крайней мере, не у этого кобеля, у которого за пару дней в постели побывало несколько разных женщин.

И я тоже попалась. Идиотка!

Обхватываю себя руками за плечи, пытаясь успокоиться. Дрожь бьёт изнутри крохотными разрядами. Заставляет дрожать, хотя в квартире тепло, а все окна закрыты.

Умываюсь, похлопывая себя ладошками по горящим щекам. Наливаю себе бокал вина. Пытаюсь успокоиться.

Чувствую себя гаже некуда.

Наконец по телу разливается блаженное тепло. Мозг слегка туманится парами алкоголя, вытесняя тревогу и душевную горечь куда-то на задворки сознания.

Храбро выхожу на балкон, прислушиваясь к странным звукам, исходящих из квартиры на этаж ниже.

Замираю, как гончая, почуявшая добычу.

Дрожь в теле усиливается. Пульс взрывается фонтаном, разносясь набатом в висках.

Пальцы впиваются в перила балкона, а костяшки белеют.

Ахи, вздохи и какие-то шлепки. Всё это красноречиво намекает только на то, что босс даже в полуобморочном состоянии очень даже ничего.

Протяжный Риткин вопль раздался почти рядом, и я отлипаю от перил. Не хочу, чтобы меня застали тут, подслушивающую и подсматривающую за двумя любовниками.

Всё, слышать и видеть больше ничего не хочу.

Хватит с меня!

Щёлкаю замком, тяжело дыша.

Кажется, всё ещё слышу топот Исаева за своей спиной. Никак не могу отделаться от сочувствия, которое он невольно вызвал у меня в душе.

Вот ведь мягкотелая размазня!

Наслушалась его сладких речей и чуть не закрыла глаза на всё происходящее. А ведь он именно этого и добивался, мерзавец!

Прекрасно ведь слышала их ночные похождения с Карцевой. Да и, наверное, не только я. Эта похотливая кошка визжала так, будто её распластали сразу несколько.

Ужасно противно.

И самое обидное – то, что босс этого не признал. Стоял, невинно хлопая глазками, как будто ничего не произошло. Пытался убедить меня в своей великой силе любви.

Проходимец!

– Ты чего не раздеваешься? – Заспанная Ленка входит в прихожую, окидывая меня недоумённым взглядом. – Куда ходила?

– За булочками к завтраку. – Голос звучит как-то отстранённо, а мысли далеко – где-то там, рядом с боссом.

– С клубничным повидлом внутри? Моими любимыми? – Сестра радостно подскакивает ближе, пытаясь вырвать из рук пакет с остатками былого пиршества.

– Да-да, именно за ними…

Руки разжимаются от накатившей усталости. Пакет падает вниз, открывая потрёпанное содержимое некогда пышных булочек.

Теперь же они выглядят так, как будто побывали на поле боя. Столкнулись с физиономией Глеба Дмитриевича, потерпев полное крушение.

– Это мне? – Лена не верит своим словам, мне же абсолютно ничего не хочется ей объяснять. – Что с ними случилось?

– Стали жертвой одного нашего соседа.

– Так, – Ленка берёт меня за запястье. – Ты просто обязана мне всё рассказать! Что с тобой происходит в последнее время?

– Ничего. – Отстранённо пожимаю плечами, но к глазам уже подступают предательские слёзы.

Горло перехватывает тугой комок, сотканный из жалости к себе, и, шмыгая носом, я вываливаю на сестру всю нелицеприятную правду о том, какая же я доверчивая идиотка.

– И он что? Говорит, что ничего у него с этой Яной не было?

– Да, представляешь? – Хнычу, размазывая сопли по лицу. – А ночью он с Ритой развлекался!

– Так… – Лена твёрдо берёт меня за подбородок, поднимая заплаканное лицо на себя. – Увольняйся оттуда, ясно?

– Во-первых, у меня хорошая работа, а во-вторых – мы с ним соседи. Мне некуда деться!

– Тогда – возьми отпуск. – Сестра сжимает губы в плотную нитку. – Ты же свой до конца не отгуляла? Вот и заляг на дно. Пусть твой босс попрыгает.

– Да ему всё равно.

– Вот это мы и проверим. Давай, прорвёмся!

Благодарно обнимаю Лену, пряча мокрое от слёз лицо у неё на груди. Она поглаживает меня по спине, не скрывая своего разочарования.

Горестно вздыхает, но не смеет даже упрекнуть меня в чём-то.

Ну, кто виноват, что её версия «мистера картинки» оказалась нехорошим человеком?

Это воскресенье я проведу в постели. Буду смотреть слезливые фильмы и поедать мороженое, чтобы хоть как-то заглушить зияющую рану в душе после предательства Исаева.

А в понедельник как обычно отправлюсь на работу. Главное, загрузить себя заказами с головой, чтобы абстрагироваться от босса и его новой пассии.

*****

– Валюх, идём, кофе попьём? – Рита вваливается в мой кабинет, растягивая приветливую улыбку на лице.

– Нет, извини, работать надо. – Отнекиваюсь.

Сама же стискиваю зубы, чтобы не разразиться трёхэтажными матами.

Совершенно не желаю видеть Риту рядом с собой. Да и не рассматриваю её кандидатуру в подруги после того, как она связалась с Исаевым.

Пусть катится на все четыре стороны.

Ревность? Да ну, быть не может.

Просто мне противно осознавать, что я потеряла голову в Питере. Купилась на те сладкие речи, которые сплёл этот паук вокруг меня.

Не смогла устоять.

– Ты какая-то скучная в последнее время, Демидова. – Коллега никак не унимается.

– Ну, извини. – Развожу руками. – Просто у меня очень много дел.

Отворачиваюсь к монитору, впериваясь взглядом в чертёж двери. Так, нужно ещё проставить размеры и уточнить толщину стали у заказчика. Это может существенно повлиять на цену…

– Василия Илларионовича завтра выписывают из больницы, слышала?

– Да? Замечательная новость! – Выдыхаю абсолютно искренне.

Может, тогда и не придётся уходить в отпуск, раз место начальника фирмы займёт гранд-босс. А Исаев пусть уезжает назад в Питер и оставит меня в покое.

– Ага. Раиса даже группу поддержки собирает из особо инициативных работников. С утра поедут к больнице с шариками и цветами.

– Прикольно. – Отрываюсь от монитора.

Интересно, что даже через столько лет романтических отношений наша главбух не потеряла этого настроя. Вот, даже собирается порадовать любимого при выписке.

– Ой, да ничего прикольного. – Ритка зло сплёвывает на пол. – Замуж она хочет, это и так понятно.

– Возможно. – Решаю не спорить.

Мне-то это уж точно в ближайшее время не грозит. Даниила я окончательно отправила куда подальше, а Исаева даже видеть не хочу.

– Мы с Глебом Дмитриевичем тоже идём на выписку. – Мурлыканье Карцевой становится почти осязаемым, и мне хочется выгнать её за дверь – до того мерзко слушать её голос.

– Поздравляю. – Злюсь, пытаясь настроиться на рабочее настроение.

– Спасибо. – Её ладошка ложится на моё плечо, но я не оборачиваюсь.

Хочется нагрубить секретарше босса, послать её куда подальше, захлопнув дверь. Но Рита, видимо, угадав мои намерения, сама выскальзывает в коридор.

Выдыхаю, прикрывая глаза.

Совершенно не понимаю, что делать дальше. Взять отпуск, как посоветовала Лена – но спасёт ли он от самой себя?

Через несколько минут успокаиваюсь. Погружаюсь с головой в работу, пытаясь не думать ни о чём, кроме дизайна новой двери, который мы разработали вместе с заказчиком.

Успокаиваю себя тем, что дверь закрыта на ключ. Никто не полезет в мой кабинет, могу работать спокойно.

А Глеба Дмитриевича даже не видно сегодня. Видно, готовится передавать дела дяде. И это к лучшему.

*****

Смотрю на часы, потирая слезящиеся от усталости глаза. Припозднилась, конечно. Рабочий день уже как полтора часа закончился.

Судя по тишине в офисе – никого.

Осторожно выскальзываю за дверь, прислушиваясь и оглядываясь. Полумрак, только настольная лампа на Риткином столе не выключена.

Подхожу, щёлкая выключателем. Офис тотчас тонет в вечернем сумраке, а я выдыхаю.

Если так пойдёт дальше – буду работать по ночам, только бы не столкнуться со всеми участниками действия.

Плюхаю папку с документами на рабочий стол секретаря, морщась. Надо бы ещё печать шлёпнуть, чтобы сразу отправить на согласование с клиентом.

Это формальность, конечно, не более.

Но всё-таки, нужная.

Пока я завтра дождусь Риту после мероприятия по выписке гранд – босса, будет уже обед – слишком поздно. А я обещала уже завтра предоставить документы. Не могу ждать.

Придётся тащиться в кабинет Исаева, искать печать.

Останавливаюсь как вкопанная возле двери босса. Прислушиваюсь к мельчайшему шороху.

Кажется, сама себе что-то напридумывала, но нутро лихорадочно подсказывает, что внутри кто-то есть. Мне бы развернуться на пятках и бежать к лифту, но упрямство – моя вторая натура.

Остановиться уже не могу, да и отступать некуда. Печать-то там, как ни крути. Выхода нет…

Опускаю дверную ручку вниз, бесстрашно толкая дубовую створку. Она почти бесшумно распахивается.

Открывает мне пошлую картинку с Риткой в главной роли. А на роже её такое блаженство, будто лучше Исаева во всём мире никого нет.

Это ведь он?

Мужчину видно мне только со спины. Широкая спина с хорошо развитой мускулатурой, приспущенные брюки. И Риткины ноги, обвивающие его бёдра в новых «лодочках».

Какой стыд…

Ярость поднимается изнутри фонтаном вместе с отвращением. Смешивается в опасный коктейль, вызывающий в груди огненное пламя. Оно разгорается всё сильнее, разрывая грудную клетку. Выбивает хриплый рык из горла.

Ум отбивает напрочь. А вместе с ним – и чувство самосохранения.

Уйти бы по-тихому, но ноги сами несут меня к столу, на котором стонут любовники. Инерция – вещь сильная, остановиться уже не могу.

– Ах, так никто тебе не нужен кроме меня? – Визжу, опуская на затылок мужчины увесистую папку с документами.

Он дёргается, пытаясь обернуться. Но я не даю ему этого сделать. Хватит, насмотрелась уже в его лживые глаза.

Достаточно.

– Валя, ты чего тут? – Карцева испуганно охает, пытаясь закрыть свой силикон руками.

А ещё лопочет что-то нечленораздельное. И глазками хлопает. Чёртова кукла.

– Ненавижу тебя! Ненавижу! – Злые слёзы катятся по скулам, но я стараюсь не замечать этого.

Снова и снова луплю мужчину кипой бумаг. Попадаю ему по голове, по плечам, по широкой спине.

Опустошение, гнев, обида – всё смешивается внутри, бурля по венам расплавленной лавой. Вырывается в хаотичных движениях, стараясь нанести сокрушающий удар.

Убью, гада. Как же он мне надоел…

– Валя, перестань! – Ритка хрипит, но от мужчины не отстраняется.

Наоборот, прижимается к нему крепче, а ещё верещит как истеричка. Распаляет меня ещё больше.

– И тебе, вот, получай! – Достаю её папкой по голове.

Рыжие локоны бешеным водопадом взмывают в воздух, и коллега всхлипывает. Не ожидала, естественно, что вместо наслаждения получит хорошую взбучку.

Но она давно нарывалась. Пусть терпит.

– За что? – Только и успевает выкрикнуть, пряча лицо на груди любовника.

– За то, что на чужих мужиков заглядываешься! – Кричу, дав себе секундную передышку.

Руки нещадно сводит судорогой от перенапряжения, спина – как каменная. Знаю, что завтра проснусь с болью во всех мышцах, но зато удовлетворённая – эти два прохиндея своё получили.

– Так я не знала, что ты с Олегом… – Пищит, но я уже её не слушаю. – Ты бы сказала, я бы никогда…

Сползает со стола, забиваясь в угол кабинета. И смотрит оттуда с таким страхом…

А вот не надо было злить моего внутреннего хомячка!

Босс начинает мычать, пытаясь развернуться. Но путается в штанах, пытаясь спрятать достоинство в боксеры.

Ага, решил, наверное, меня словами успокоить.

Видеть его рожу ненавистную не хочу! Надоела до чёртиков!

– Валя… – бубнит как-то странно, но мне не до этого.

Пусть катится куда подальше со своими извинениями. Замахиваюсь снова, припечатывая мужчину по затылку.

– Козёл! Придурок! – Хриплю, перемещая взгляд на мужское предплечье левой руки.

Замечаю небольшую татуировку в виде тигра с горящими глазами. Замираю, занеся над затылком босса своё увесистое орудие убийства.

Не понимаю, откуда она тут взялась. Ещё пару дней назад, в Питере, никакого тату не было…

– Валя, ну ты сказала бы хоть, что я тебе нравлюсь. Чего нападать-то сразу? – Мужик поворачивается.

Перехватывает документы, ловко вырывая их из моих трясущихся рук. И смотрит так лукаво, будто всё это – какой-то дешёвый фокус.

– Я бы мог и с вами обеими, если не против. – Подмигивает, а до меня только сейчас доходит абсурдность происходящего.

– Олег? Какого чёрта? – Отшатываюсь.

Открываю и закрываю рот как выброшенная на берег рыба. Оглядываю нашего айтишника с ног до головы, стараясь не задерживать взгляд на причинном месте.

Подумает ещё Бог знает что.

Господи!

– Олег? А ты как здесь? – Пищу, оглядываясь.

Пазл в голове никак не хочет складываться, а ещё сальная мужская ухмылка сбивает с толку.

– Да вот, решили с Ритулей опробовать стол нашего босса, а тут ты заявилась. Сцену ревности устроила. – Шумно выдыхает, не сводя с меня липкого взгляда. – Ну, так что, присоединишься? Меня на всех хватит.

– Я? Ты что? – Испуганно жмусь к дубовой створке. – Ты не так всё понял!

Пальцы хаотично нашаривают дверную ручку, и я выпадаю в коридор.

Слышу металлические нотки в голосе Карцевой, которая явно не довольна предложением своего мужчины, но мне уже всё равно.

Пусть сами разбираются.

Очень надеюсь, что они не поняли, за кого я приняла нашего айтишника. Мне совсем не хочется, чтобы на завтра весь офис знал, что я приревновала к Исаеву.

А Рита тоже хороша!

Как я могла подумать, что она спит ещё с кем-то, кроме Глеба Дмитриевича. Вообще думала, что она падка только на богатых представительных мужчин.

Чёрт, ошиблась.

Выбегаю на улицу, хватая ртом прохладный воздух. Никак не могу отдышаться. Придти в себя после пережитого шока.

Пальцы рук до сих пор трясутся, а в висках пульс стучит набатом. Угрожает взорвать мой бедный мозг, если я сейчас же не успокоюсь.

– Валюш, ты где? – Юля голосит в трубку как пожарная сирена.

Перекрикивает какой-то металлический голос, фоном звучащий на заднем плане.

– С работы иду. – Пытаюсь говорить непринуждённо.

А главное – не лгу ни разу. Всё остальное подруге знать не обязательно, а то ещё примчатся с Галей успокаивать меня.

А мне во что бы то ни стало нужно остаться сейчас одной.

Может, номер в отеле снять? Возвращаться в квартиру к Ленке и Диме совсем не хочется. А ещё, зная, что этажом ниже живёт Исаев – этот вариант вообще становится невыносимой пыткой.

– Валечка, милая, зайди к нам домой. – Голос подруги становится уж очень ласковым. – У тебя же ключ от нашей квартиры с собой? Я помню, он у тебя на общей связке висит.

– Э… да. – Перебираю в пальцах увесистую связку, замечая аккуратный ключ.

Давно надо было его снять, да как-то не досуг было. И вот, надо же, пригодилось.

– Можешь заехать? Нам с Владом срочно пришлось уехать, сейчас в аэропорту сидим. А Дамелия одна дома осталась. Как бы не натворила чего, ты ж её знаешь.

– Ага… – Выдыхаю как-то обреченно, сворачивая на другую улицу. – А куда вы намылились?

– Свекровь в больницу попала с инфарктом. Влад мой в ужасе, места себе не находит. – Голос подруги понижается почти до минимума. – Ты ведь знаешь, как я свою вторую мамочку «люблю». Придушила бы её, змеюку подколодную, но мужа бросить в такой ситуации не могу.

– Понимаю. Уже иду к Дамке. – Крепко сжимаю ключ от квартиры подруги в кулаке.

– Спасибо, дорогая, выручила. Ой, наш рейс объявили. Позже отзвонюсь.

Опускаю смартфон в сумочку, припуская почти бегом к высотке. Прямо не верится, что Господь услышал мои молитвы, предоставив бесплатное жильё до возвращения подруги.

Я, конечно, тоже не жалую Юлькину свекровь и прекрасно помню, сколько крови она попила молодым, но сейчас я рада, что подруга показала себя верной женой.

Смогу спокойно пожить в чужой квартире, прикрываясь тем, что нужно присмотреть за Дамелией – строптивой кошкой какой-то новомодной породы.

И пусть эта наглая морда спит на хозяйской кровати, питаясь исключительно консервами экстра-класса. Я лучше побуду её прислугой, чем вернусь в офис после пережитого.